Часть 3
Богдан проснулся в воскресное утро с лёгким чувством беспокойства. Сегодня у него было запланировано свидание с новой знакомой. Обычно он не слишком заморачивался по поводу таких вещей, однако сегодня он решил, что будет хорошо сделать маленький, но приятный жест. Он вспомнил её тёмно-зелёные глаза, и ему пришла в голову идея купить букет цветов, своим цветом дополняющий эти глаза.
Прогулявшись по городу, Богдан остановился у цветочного магазина. Он открыл дверь и вошел внутрь, наслаждаясь ароматами свежих цветов. Магазин был наполнен различными букетами, и Богдан начал рассматривать их в поисках идеального. Он не планировал производить грандиозное впечатление, просто хотел сделать приятный жест.
Вдруг из-за прилавка послышался знакомый голос.
— Добрый день, могу ли я чем-то помочь? — повернувшись, Богдан увидел Максима. Парень был одет в фартук поверх повседневной одежды, а на груди был закреплён бейджик с именем. Выглядело хорошо. Богдан не мог скрыть удивления и радости. Здорово ведь, если твой друг работает в цветочном магазине — так выбор цветов станет намного проще.
— О, Максим! Не ожидал увидеть тебя здесь, — сказал Богдан, искренне обрадованный встречей. — Ты работаешь тут? — вопрос глупый, если брать все вышеперечисленные факторы, но он сам не заметил, как спросил именно это.
Максим, немного изумлённый, тоже улыбнулся.
— Я подрабатываю здесь по выходным. Так нужна моя помощь?
— Даа, было бы неплохо, — смотря на своего друга, в голове пронеслась мысль, что он не должен сейчас выбирать ей букет в такой компании. Богдан быстро откинул её. Всё же он уже согласился на помощь. Будет очень неудобно передумать сейчас, правда?
Богдан рассказал Максиму о своей задумке, и тот с интересом и готовностью помог выбрать подходящий букет. Вскоре они нашли идеальный вариант — элегантный букет, который идеально сочетался с цветом глаз его девушки.
— Вот этот, думаю, подойдет. Надеюсь, ей понравится, — сказал Максим, передавая готовый букет.
Богдан, улыбаясь, поблагодарил друга и, заплатив за букет, попрощался с ним. Выйдя из магазина, он с чувством странного удовлетворения посмотрел на букет в руках. Хотя он не пытался произвести большое впечатление, он был уверен, что этот маленький жест сделает его свидание немного более особенным, что ли. С этим мыслями он направился к месту встречи, ощущая, что сделал всё от него зависящее для успешного начала нового знакомства.
***
Максим и Богдан, известные своими проделками, как обычно, пытаются провести урок трудов не слишком напряжённо. Последний урок в расписании и всем предстоит уборка на улице. Но парни, уже привычно, ищут способ избежать работы. Подобные занятия точно не для них.
Школьная территория ждала своих очищающих героев: грабли, сапки и масса мусорных пакетов, которые, как оказалось, закончились. Девчонки всё разобрали.
По задумке эти двое должны были трудиться на свежем воздухе, но, как всегда, их план был несколько иным. Когда пришло время приступать к работе, Парни решили сделать вид, что активно участвуют в уборке. Они целенаправленно направляются за одноклассницами, делая вид, что они тоже усердно работают. Те ещё приколисты. Но этот трюк не срабатывает, и вскоре они попадаются на глаза учительнице, которая всё это время контролировала уборку учеников. Заметив небольшую хитрость этих двоих отлынивающих, им быстро отыскали грабли. Они получили участок возле школьного забора, небольшой склон, который был завален мусором и заросшими растениями. Парни отправились наверх к школе за предназначенными для них инструментами. На встречу им шли две одноклассницы. И естественно, они не могли упустить такой шанс подшутить над этими бездельниками.
Одна из них прокомментировала их отлынивание:
— Вот же барышни нашлись.
На что Максим ответил с лёгкой иронией:
— Городским и не положено работать, — тут стоит добавить, что Максим раньше жил в столице. Потом же начались частые переезды, каждый из них был обусловлен семейными обстоятельствами. Всегда они были разными, и всех уже не вспомнишь. Так что за первые 3 класса он сменил не одну школу. Поражаться стоило лишь, как они смогли осесть здесь.
С трудом, но парни приступили к работе, параллельно жалуясь на то, что эти экономисты жалеют денег на асфальт, а им приходится возиться с этими сорняками и сгребать мусор.
Работа шла медленно. В какой-то момент Максима заметила его мама, которая пришла забрать свою младшую дочь и уже собиралась покинуть территорию школы. Увидев Максима за работой, она с усмешкой подметила:
— Вот же. Из обезьяны в человека.
Милана, так звали сестру Максима, видя, как брат работает, начала дёргать маму за руку и кричать:
— Мама, фоткай, фоткай! На заставку поставим!
Одноклассники, работающие неподалёку, быстро разразились смехом. Но ещё смешнее было тем, кто слышал недавний разговор с девочками.
Максим молчал, но в его глазах читалось явное недовольство. Он не произнёс ни слова, но выразил всё, что чувствовал, через напряжённые черты лица и вздохи. Богдан, заметив это, ощутил, как его подавленность и стеснение нарастают. Максим, казалось, молча подмечал, что эти двое его явно позорят. Смех было слышно и после ухода родственниц, ну а подколы в ближайшем будущем были обеспечены.
К сожалению, не успели они закончить работу и занести инструменты, как Богдана позвала классная руководительница с визитом к директору. Сразу возникло множество вопросов: что же могло произойти, раз требовалось вмешательство директора? Все эти мысли были исчерпаны, когда Богдан вернулся из её кабинета. Его настроение было заметно испорчено, и он сообщил Максиму, что его родителей тоже вызвали в школу.
В течении всей недели этот инцидент сильно сказался на Богдане. Обычно активный и жизнерадостный, он стал угрюмым и молчаливым. Опозданий больше не было — как будто он сам себя строго контролировал, и это очень контрастировало с его прежним поведением. Его лицо часто выражало глубокую озабоченность, и казалось, что какой-то внутренний мир разрушился после такого массового разбирательства. Шумные разговоры и смех, которые раньше были с ним неразрывно связаны, уступили место тишине и напряжению. Богдан будто ушёл в себя, а его глаза иногда излучали потерянность, которую сложно было скрыть за внешним спокойствием.
***
Эта неделя была спокойной, и ничто не предвещало беды. Однако это было только до поры до времени. Разве нельзя было обойтись без происшествий и в пятницу?
На большой перемене, когда звонок возвестил о долгожданном времени передышки, Богдана окружили друзья из другого класса. Они сговорчиво подтолкнули его к задней двери школы, где обычно собирались, чтобы пойти на "небольшой" перекур за школу.
Максим, сидя на скамейке и лениво играя в телефон, лишь небрежно махнул рукой на предложение присоединиться. Ему было комфортнее остаться на месте, погружённым в виртуальный мир, в мир стрельбы и богатства.
Богдан с друзьями вышли на задний двор школы, где они обычно курили за углом, скрытым от глаз учителей и других учеников. Вокруг стояли лишь насаженные саженцы разных видов деревьев, из-за чего там было довольно пусто.
Атмосфера у парней была расслабленной и дружественной до тех пор, пока из тени не появился незнакомый парень.
Этот незнакомец не так уж и высок, в отличие от других собравшихся там парней. Он худощав и вдобавок к этому отчего-то нервный. Богдан его не знал, но лицо показалось знакомым — возможно, он видел его в школе. Парень выглядел раздражённым и явно был не в настроении.
— Ты Богдан? — спросил он, глядя прямо на него.
— Ну, я. А в чём дело? — насторожённо ответил Богдан.
— Ты Илью знаешь? — продолжил парень, не сбавляя тон.
Богдан кивнул. Илья был его другом, но сегодня его не было с ними. Парень продолжал:
— Твой дружбан мне подсунул какую-то левую картину. Теперь у меня проблемы из-за него!
Богдан почувствовал, как его внутреннее спокойствие начинает рушиться. Он не мог терпеть, когда кто-то нападал на его друзей, особенно на Илью, который всегда был рядом в трудные моменты. Он абсолютно точно знал, что Илья – отличный художник. Он был уверен, что его друг никогда бы не допустил ошибки, из-за которой мог бы пострадать кто-то другой.
— Полегче. Ты вообще понимаешь, о чём говоришь? — Богдан шагнул вперёд, его кулаки сжались, но он старался держать себя в руках.
— Да ты мне не указывай! — закричал неизвестный, делая шаг навстречу Богдану.
Секунда и Богдан замахнулся, но в последний момент сдержался.
Он знал, что драка не решит проблему, но гнев переполнял его.
— Если у тебя есть проблемы, решай их разумно, а не устраивай здесь цирк, — Богдан прокричал ему в лицо, стараясь не сорваться окончательно.
Однако незнакомец вдруг стал изображать, что его ударили, и начал громко кричать от боли. Говоря о "серьёзных травмах", он сделал так, что звучало это, как будто Богдан попытался его избить.
Богдан стоял в шоке, не понимая, как так быстро всё обернулось против него. Его друзья попытались вмешаться, но ситуация уже вышла из-под контроля.
Шум и суета привлекли внимание других учеников и в конце концов, кто-то сообщил об инциденте.
Когда Богдан вернулся в класс, его лицо выдавало обеспокоенность. Он чувствовал, что всё вышло из-под контроля.
Вдруг на уроке появилась классная руководительница. Её лицо было мрачно, а настроение явно испорчено. Она подошла к Богдану и сказала, что ей нужно выйти с ним поговорить. Это был момент, когда он понял, что ситуация серьёзная.
Учительница повела Богдана в кабинет директора. Опять это место. Опять эта женщина, которая, к слову, была психологом. И снова туда попал он, ненавидевший манипуляции и жестокий тон. Там он узнал, что обвинения неизвестного были поданы в официальную жалобу, и теперь его поступок рассматривался как потенциальное нарушение дисциплины. Директриса выглядела сурово и строго, и разговор оказался очень неприятным. Богдану пришлось объяснять свою версию событий. Но из-за того, что информация о происходящем была искажена, и неизвестный парень продолжал настаивать на своих обвинениях, Богдан оказался на грани исключения из школы.
«Доигрался» — именно так посчитали бы люди, знавшие лишь о его поступках без какой-либо предыстории. Вечно опаздывает, бездельничает на уроках, курит на территории, выпивает в баре, размахивает кулаками, да и по виду то эмоционально нестабильный. «Заслуженно» — именно так оно и будет. Он был виноват сам, но и им было запрещено размышлять поверхностно. Хотя... сейчас это никого волновать не будет. Он не собирался ничего доказывать, в этом уже не было смысла. Он просто пустится по течению, как делал всегда.