21 глава
21 глава
Неделя опять же началась как-то не шатко не валко. На военке задолбали уставами. Запомнить эту муру не так просто и мы понаписали, чтоб сдать тему шпоры на ногах под юбками. Преподавать просёк такое дело и вытянув народ в линейку, вставлял нам фитиля. Он час рассказывал нам, что косметику, фирмы её производящие и пользование ею, мы запоминаем томами, а тут тупы, как пробки. Мы, мысленно подперев щёки кулаком, слушали. Пробки так пробки, пусть себе в удовольствие говорит. Он вообще-то сам слышит то, что несёт. Сравнил тоже косметику и уставы. Интересно, если б ему дать журнал с марками машин и этими грёбаными уставами, то чем бы он занимался. Про журнал с красотками, я просто молчу. Они лупятся в них, как в рекламу по пиву. Но своего внушения ему показалось мало и он вызвонил курсового. Майору он бесстрастно демонстрировал наши ноги, задирая юбки под самый пах. Неприятный дядечка. Мы не слишком любили с ним общаться и отвернулись. А Маринка двинула по его волосатой лапе кулаком. Богуш нахмурился. Внимательно выслушав его и наши претензии, отправил без разговоров нас мыться. За неделю мы все сдали кроме Маринки, к ней у преподавателя были особые претензии. Он каждый раз выискивая новые недочёты, задёргал её придирками. Находя малейшую зацепку для нравоучений, вызывал на ковёр и водил носом. Маринка почти паниковала.
- Он отчисления моего добивается.
- Кто ему позволит, у тебя почти по всем предметам отличные оценки. - Успокаивала Елена.
- Прорвёмся, главное не паникуй.
- Придумаем что-нибудь.
- Не вешай носа.
Поддерживали наперебой подругу мы.
Невезение не приходит одно, оно наваливается валом. Точно горох из решета посыпались на неё мелкие неприятности: то конспект стащили, то подошва оторвалась, то чашку разбила, горшок с цветком на кафедре опрокинула и так до бесконечности. А тут ей ещё приспичило пойти к школьной подруге и задержаться там. Возвращалась поздно. Внизу мимо дежурного удалось проскользнуть. Он отлучился, а курсанты за два бутерброда пропустили. Но на этаже облом. Ещё с лестницы она заметила атлетическую фигуру Богуша. Что делать? Выход один. Расшнуровала и взяла в руки берцы, на цыпочках прокралась за его спиной. Тот пару раз останавливался. Оглядывался. Но Маринка удачно лавировала. До комнаты оставался какой-то метр. Но броска не получилось. Майор гаркнул:
- Курсант Браун, стоять, смирно, руки по швам.
Маринка замерла. В каждой руке по берцу. Курсовой навис над ней, девчонка съёжилась.
- Почему нарушаете дисциплину?
- Извините, так получилось, занималась...
Майор втянул носом и поморщился:
- С шампанским?
- Товарищ майор, понимаете...
- Хочу услышать правду.
"Ладно, чёрт с тобой слушай раз так хочется".
- У подруги была, простите. День рождение. "Принесла его не лёгкая. Что ему дома не сидится. Лежал бы себе на диване. Телевизор смотрел".
- Марш в комнату...
- Ну я пошла.
- Что?
Богуш вспомнил, как в это же время возил её сам. Кажется, в этот раз обошлось празднование без ночного клуба и малыми силами.
- Есть!
На радостях, что так легко отделалась, Маринка, рванула ладонь к виску. Берец, болтающийся в руке, звезданул ей по уху.
- Иди уж, - отмахнулся майор. Какая к лешему это армия.
Переведя дух, она нырнула в предусмотрительно открытую Леной дверь. И вообще, на Марину на этой недели навалилось всякого добра и дерьма понемножку. Во-первых, у неё появился поклонник. Курсант пятикурсник - юрист. Его родитель имеет колбасные заводики и он принялся нас на почве чувств задаривать мясными деликатесами. Маринка от ухаживаний кавалера отбивалась. Парень знающий себе цену недовольно хмурился, но не отставал. А тут ещё слушатель капитан Никитин присмотрел её и повадился к ней с ухаживаниями. Будучи дежурным по общежитию, он поднялся на наш этаж, надеясь поговорить с Мариной. Юрист пожаловал с тем же. В один день, час, минуту, эти два носорога сошлись оба, у нашей комнаты. Была коррида. Мы ходили бочком и усердно делали вид, что это не наше. Мол, я не я и лошадь не моя. Прилетевший на всех парахвзводный, встряв и получив не хило от обоих в раз, чтоб не лез не в свои дела, вызвал Богуша. Тот не успев добраться до дома, с полдороги, вернулся. Парни устав тузить друг друга, катались по коридору, мешая девчонкам передвигаться. Богуш с Тарасовым и вызванный Леной Славка с трудом растащили таких горячих претендентов на девичье сердце. Затолкав обоих в комнату взводного, Богуш зашёл туда сам и закрыл дверь. Но оба бойца, напрыгивая друг на друга, отказывались говорить о причине такой поразительной нелюбови. Взводный знал не больше курсового. На вопрос, что они оба делали на женской половине общежития и конкретно у пятой комнаты, говорить не пожелали. Учитывая то, что слушатель сидел внизу дежурным, и в сейфе у него, естественно, лежало оружие. Богуш не находил себе места. Помаявшись, в конце концов, принял решение: курсанта отправить немедленно домой и разбираться с тем субчиком на холодную голову завтра. Взводный прошёл и проверил, как тот сядет в машину и отвалит на своей иномарке подальше. Оставшись вдвоём, тряхнули слушателя.
- Ты что обалдел, капитан, на дежурстве, при оружии, устраивать такие показательные упражнения рукопашного боя. Если я завтра подам рапорт, прикинь что ждёт тебя. - Отчётливо декламируя, Богуш прохаживался мимо потирающего кулаки слушателя.
Тот понимал и, помявшись, попросил:
- Слышь, не надо майор из-за девчонки сыр - бор.
Майор смерил его насмешливым взглядом.
- Ты считаешь, мне слабо сообразить, если вы катаетесь колобками на женском этаже. Кто?
- Какая разница... - пожал плечами тот, никак не понимая: чего с него хотят.
Майор встал напротив. Не понятливый попался. Засунув большие пальцы под ремень, сведя брови и приняв угрожающий вид, принялся объяснять:
- Они не просто девчонки, а курсантки. Я их должен в целости и сохранности сдать после третьего курса. А там уж кадрите, как хотите. Поверь, катом или ползком тогда мне будет без разницы. Так кто?
- Маринка Браун.
- Что, что?
У Богуша зелёная с красным краска лица плавно перешла в белую.
- Маринка? И тот белобрысый Маринку захотел? Вы случаем не белены объелись...
- А что тут такого? - не понял слушатель. - Она свободна. Почему бы и нет.
Богуш, опомнившись и выруливая ситуацию, отчеканил:
- Пока не кончит третий курс и думать забудь. Я понятно объяснил. Тому орлу я сам завтра крылья обломаю. Ишь чего мне удумали. Баб до фига на гражданке, дерзайте.
Но влюблённый слушатель никак не был с ним согласен.
- Майор, не пудри мне мозги. Жизнь не остановить.
- Жизнь да. А глупости запросто. Так что настоятельно советую, забыть тебе сюда дорогу, капитан. Ты сколько проучился?
- Год. Но какое это имеет значение?
- Не лишай себя удовольствия доучиться и второй. Пришёл в себя. Отлично. Топай додежуривай. Я из-за твоей дури остался голодным и не добрался до дома. Тарасов организуй чаёк и пожевать что-нибудь.
Капитан привычно кинул ладонь к виску:
- Есть!
- Домой я похоже не попаду сегодня. Не возражаешь, если я у тебя заночую?
- Без проблем! Буду рад! У меня есть пару бутылок пива и мы их за ужином приговорим.
- Иди капитан, иди. Дежурь. Тебя наверняка обыскались. - Отмахнулся курсовой от слушателя.
Проводив капитана, Тарасов отправился на кухню жарить яичницу. Заплаканная Маринка не понимая отчего такому нужно было случиться именно с ней и в чём она виновата, дотушивала отбивные и доваривала картошку.
- Кончай хлюпать. Тоже мне кисейная барышня. - Пробурчал взводный, появившийся там со сковородкой и лотком яиц. - Вырулили ситуацию, они больше не придут. Давно надо было сказать.
- Я глубоко сомневаюсь. Оба упрямы до козлиного блеяния.
- Разберёмся. Не переживай так. Одно плохо шума было много.
- Это всё из-за меня. Я так больше не могу. - Всхлипывала Маринка.
- Я ж сказал разберёмся. Успокойся.
- Ужин готовите? - перевела она, вытирая нос кружевным платочком, тему.
- Да вот. Задержались немного.
- Давайте я вам картошки положу и отбивную.
- Спасибо, но я не один, Богуш у меня ночует. Двоих кормить накладно будет.
- Потянем. Сейчас я наложу.В какую сторону не качай маятник, а всё из-за меня.
На кухню заглянула Наташа. Её послали проверить готовность ужина девчата. Маринка, попросила её принести тарелки. Та, переглянувшись с Костей, сбегала. Маринка отвалила боссам за причинённые неприятности еды, а Натка даже помогла донести до двери. Пусть едят и добреют, голубчики. Улучив момент, взводный шепнул на ушко Наташе заветные слова. Маринка высунувшаяся было с кухни, спряталась обратно. Не надо смущать птенчика. Всей комнатой гадали, где эти двое встречаются. Не могут же они не встречаться. Случайные скольжения пальчиков не в счёт. Но сколько не прикидывали всё в молоко. Его комнаты порог Натуся не переступает. Тогда где? Докумекала Вика сопоставив кое - какие штрихи и из разрозненных кусочков складывая мозаику. Натка отправляется в душ после звонка на мобильный. Вика, чтоб проверить такой прикид, двинула следом. Но из душа ответил мужской голос, и она узнала его, это был взводный.
Девчонки не ошиблись. Костя попадал туда первым. Принимал душ. Потом звонил Наташе. Она шла. Он запирал замок и целовал её сколько хватило сил. Натуся грелась в кольце его рук и ворковала. Если в дверь стучала курсантка, то отвечал Костя, случись объявиться там мужскому голосу, отвечала Наташа. Это срабатывало и отпугивало. Стратеги. Потом он выходил первым и ждал у окна в коридоре, когда девушка примет душ и уйдёт в комнату.
И вот сейчас выглядывая в коридор из кухни, Марина выжидала, пока ребята разойдутся. Новость, услышанная от взводного о том, что курсовой остался на ночь здесь, успокоила. Она, слушая его, едва сдержала вздох облегчения. Невозмутимый и уравновешенный Богуш всегда всё расставляет по места. У него талант разводить мосты и устраивать переправы. Правда, учитывая стихийность ночёвки отцов-командиров ждёт голодное утро. Девчонки уже готовились ко сну, когда она, разложив приготовленную еду на завтра по судочкам, поставила в холодильник и, прошептав замешкавшейся Лене что-то на ухо, достала из холодильника палку принесённой кавалером колбасы. Лена кивнула и вышла из комнаты. Пройдя по пустому коридору, постучала к взводному.
- Вам на ужин и завтрак, - протянула она продукт удивлённому Тарасову. Переглянувшись с курсовым он скомандовал:
- А ну зайди.
- Мне некогда, спать хочу, завтра рано вставать, строевую сдаём. - Пыталась отвертеться Лена, догадываясь о ком пойдёт разговор.
- Отставить! Мы долго не задержим, - подал голос и Богуш.
- Ну если только недолго.
- Садись, в ногах правды нет. - Подвинул ей взводный стул.
- Хорошо.
- С чего таким богатством делитесь? - кивнул он на деликатес.
- Нам она задарма досталась. Валерка приносит. Мы отказывались, на черта нам она, сами все не с протянутой рукой ходим, но он слов не понимает. У него фарш в голове. Кидает под дверь и пошёл. Не пропадать же добру. Ешьте. - Выложила обстановку она.
- Валера это кто? - крякнул в кулак курсовой, перекрестив взгляды с взводным.
- Валерка-то. Так наш субчик с пятого курса. Тот, второй беленький.
- Чёрт-те что и сбоку бантик. У них что, отношения с Мариной? - откашлявшись и разглядывая стену, спросил курсовой.
- Да вроде нет. Он, конечно, парень видный и при деньгах, но ей другое надо. Денег у её отца своих куры не клюют.
- Ну и что ей надо?
- А что и всем нам, чтоб любить до безумия, купаясь в дождичке бабьего счастья, ловя ответное безумие и осыпая таким же дождичком любимого.
- Романов начитались вот вас и дождит. - Проворчал Богуш.
- Вы слишком приземлённый товарищ майор. В вас романтика одна военная. А в жизни ещё и сирень цветёт.
Богуш неожиданно для себя ощутил гнев.
- Какая к дьяволу сирень, когда здесь корриду устроили, завтра звону будет на весь институт.
Скрестив пальцы рук, согнув их в локтях и опёршись на них подбородком, Лена пыталась втолковать отцам командирам:
- Не мы же. К тому же криминального ничего в этом нет.
- Может я... Один колбасой сманивал, что второй тут делал?
- В ресторан на субботу приглашал. Если одна боится, может подругу взять. Похоже, онсерьёзно на неё запал. Может много чего натворить.
- М-м-м. А она?
- Что она? А в смысле нравится ли он ей... Я, конечно, не доктор, но по-моему нет.
- С чего такой диагноз?
- Когда женщина влюблена, это просматривается. Вот Иришку видно не вооружённым глазом. Была угловатая, резкая, быстрая, а сейчас лучится вся, мягкая, вязкая ну хоть мажь вместо масла на кусок. Короче от неё прежней не осталось и следа. - Не в меру разговорилась Лена.
Не заметить она не могла, как глаза мужиков полезли на лоб.
- Да-а?! - хором выдохнули начальники.
Разболтавшаяся Ленка, враз прикусила язычок. "Чёрт растренькалась. Вот не задача".
- По крайней мере так кажется...,- полезла на попятую она, поднимаясь.
- Мы так и поняли. - Ухмыльнулся взводный, закрывая за ней дверь.
Костя подбросил палку колбасы на руке, словно решая на что её кинуть: бутерброды или за окно. Желудок победил. И он принялся кромсать её кольцами.
- Колбаса это неплохо, но ты про Иришку что-то ведаешь, капитан?
- Самого, как обухом по голове.
- Кто это не предполагаешь?
- Если бы. Может кто-то из курсантов. Около неё никто кроме родни не объявляется.
- Возьми-ка на заметку. А то натворят нам здесь по малолетству детсад. Бог мой, как пережить эти три года и сдать их на руки папеньке с маменькой.
- Может, мы из мухи делаем слона и удивляемся потом, чего он не летает, а?
- Не знаю Костя. Тащи своё пиво, медаль твою и благодарность за верную службу от командования обмоем. Устал до чёртиков в самый раз расслабиться.
- Слышал, у финансистов там салага женится?
- Да. Но это такое дело... Пелёнки сюда не принесёт. Барышня на четыре года старше его. Он по малолетству и влетел. Надо думать не здесь, а на летнем отдыхе дома. Папик у него богатый, имеет парк маршруток и перевозками балуется. Вытянет деток. А вот за этих бойцыц нас утюгом прогладят. И какая скотина нам такой подарочек сочинила... Кто придумал косички эти в военные институты набирать.
- Да, крыть нечем. За нами курс набрали ещё, правда, им легче. Там места на которых мы носы побили, они уже дипломатично обходят, с прокладками и пакетом трусов не разбираются, а мы тараним пустыню и с ходу влетаем во что-то непонятное опять.
- Так и есть. Сегодня считай, на ровном месте две головных боли словили.
- Да два волкодава около Браун и Ирка.
- А Елену подпирающий Рембо ничего не натворит?
- Я его предупредил, что организую из его яиц, если он ими будет играться.
- Ладно, давай спать. Всех дум всё равно не передумаешь.
- Ты прав кесарю кесарево.