Проще Говоря, Велосипед

Это был Тополин и Пух. Жаркий июль, воздух стоял тяжёлый и липкий, как будто время замедлило ход. Я слушал старые ностальгические треки, и они возвращали меня в прошлое, в ту самую юность, когда всё казалось простым и ярким. Было приятно вспоминать — ведь мир с тех пор изменился.

Когда-то я учился в университет, танцевал чечётку и катался на велосипеде. Это были годы лёгкости и мечтаний. Иногда мне кажется, что вернуть то время невозможно, но желание хотя бы на мгновение ощутить его снова не давало покоя. Особенно я скучал по чечётке — эти ритмичные шаги будто держали меня на плаву. А покататься на велосипеде тоже было бы неплохо.

"Что мне мешает?" — подумал я.

Я восстановился в университете, записался на уроки чечётки и купил велосипед. Казалось, всё складывается. Надел удобную одежду, заказал тренера по велоезде. «Вело-чему?» — переспросил я, и он ответил терпеливо: «Езде». Тренер показал, где педали, где руль и сиденье, а я, боясь перепутать, записал всё это в блокнот. Потом тренер уехал, оставив меня наедине с моими амбициями.

Я отправился в парк вместе с велосипедом. Сел на него — и тут же почувствовал, что что-то не так. «Блин, перепутал!» — мелькнула мысль. Ведь я записывал, как садиться! Всё же я поехал вперёд, потом назад, а потом — вбок и по диагонали. Было странно, но круто: ветер ударял в лицо, волосы развевались назад. Только я сам, казалось, никак не развивался.

Для начала я поставил себе простую цель — проехать 452 километра. Но через десять минут я сократил её до одного километра. Всё потому, что сильно натёр себе седавищницу. Слез с велосипеда, чтобы размяться. Размял ноги, руки, а потом — тесто для пирога. Почему тесто? Не знаю. Может, потому что мысли были спутанными, как этот день.

Я поехал дальше, но вскоре наткнулся на препятствие. «И как же теперь быть?» — думал я. «Придётся всё делать в обратном порядке». И я снова размял тесто для пирога, руки и ноги.

Колесо переднее вдруг пробилось и спустило полностью. Насоса при мне не оказалось — только рот и рабочие лёгкие. Я попробовал надуть колесо ртом, но, к моему удивлению, ничего не получилось. Пришлось ехать так. Велосипед болтало из стороны в сторону, и тут я заметил парня в красной футболке. В его руках был насос — для надувания колёсных изделий.

Я обрадовался и подъехал к нему. Но он, странно, не обрадовался.
— Я как раз искал парня в красной футболке с насосом, — сказал я.
— А я ждал велосипедиста с пробитым колесом, — ответил он.

Мы поняли друг друга без слов. Он взялся качать моё колесо, но прошло тридцать минут, а оно оставалось спущенным. «Что за чудо?» — недоумевал я. Парень заметил саморез, торчащий из камеры. Камера и саморез? Мне казалось, в камерах не бывает саморезов. Но потом я осознал: речь про колесо.

Мы пошли по окрестностям искать что-то клейкое и прочное. И, словно чудо, встретили Джона с мотком изоленты. Он сказал, что искал двух парней с насосом и пробитым колесом. Мы показали на мой велосипед и стали ждать действий. Но Джон молчал и ничего не делал. Тогда я сам обмотал колесо изолентой и попросил парня в красной футболке накачать его.

Но Джон, похоже, начал дуться. Я попросил его «не дуться» и качать колесо. Всё закончилось благополучно.  Джон вдруг убежал в лес. Мы остались вдвоём.

Парня в красной футболке звали Корда Бухтазар. Мы огляделись вокруг. Глухой лес. Как мы это поняли? У него была справка от Лора. Корда попросил меня подкинуть его до дома. «Но как?» — подумал я. У меня даже нет багажника. Пришлось посадить его на раму. Было тяжело, но мы справились.

Мы ехали по дорожкам, зарослям, между деревьями, пока не выбрались из леса. Нужно было везти его через всю Москву. В конце концов, я довёз его до подъезда. Мы с трудом поднялись по лестнице, заехали на этаж. Он поставил мне пять звёзд в приложении. Сказал, что как-нибудь ещё покатается со мной. Я был не против.

Он ушёл, а я поехал обратно в лес. Но понял, что у меня остались его насос, документы Корда Бухтазара, свидетельство о рождении и три сверла для дрели. Нужно было вернуть всё это.

Однако я не решился подниматься на его 214-й этаж. Поэтому начал выкрикивать парня в красной футболке. Из подъезда вышел человек в деловом костюме. Я сказал, чтобы он не мешал. Но он ответил:
— Это я. Просто переоделся.

Я вернул Корде его вещи и собрался ехать домой. Но вдруг заметил, что оба колеса моего велосипеда спущены.

— Да ладно, бро, — сказал Корда, — я богатый человек. Ты помог мне, прошёл проверку. За это я дарю тебе новенькие Lamborghini Cayenne S-Class.

— Нет, спасибо, — ответил я. — Лучше я доеду на велике.