11
Проснулась я в объятиях платиноволосой. Оглянувшись я, поняла, что многие девочки уже были на первом этаже. Взглянув на блондинку я чуть потрепала её за волосы и оставила короткий поцелуй на губах. Девушка чуть поёжилась отмахиваясь, но после резко взглянула на меня и впилась своими губами в мои. Я ответила на поцелуй. Длился он недолго, ведь в комнату зашли девочки.
— А я говорила! Говорила, что они будут вместе! — сказала Крис смотря на Рони и улыбаясь как чеширский кот.
— Да идите вы нахер. Я всё равно за Винико. — сказала она обречённо и села на свою кровать. Глаза блондинки сузились и она начала прожигать взглядом Вербицкую. Та тут же ответила. — Кир, без обид!
— Что ещё за Винико? — спросила я начиная краситься.
— Ты и Ви. — сказала Рони улыбаясь во все тридцать два зуба. Тут в комнату зашла Лиза.
— Я вообще за Касдиго. — сказала та по дороге в ванную. После чего скрылась за дверью.
— Да, тяжело-о-о. — сказала я пытаясь нормально до красить ресницы. Кира удивлённо на меня посмотрела. Она улеглась на живот и поставив голову на руки сказала:
— Вот зачем ты красишься? Ты же и так красотка. — спросила та наблюдая за каждым моим движением. Тут она потянулась к моим губам, но я отвернулась.
— Кот, у меня помада. — сказала я и начала убирать всё в косметичку.
— Да ну ебаный рот. — выругалась та и легла обратно. Спустя время ко мне подошла Крис.
— Малая, пошли. — сказала она и взяв меня, за руку вывела из комнаты. — Кирюха, нам просто поговорить надо. Не ссы. — выкрикнула та и мы спустились на первый этаж.
Выйдя из школы мы направились в зону отдыха. Сев на качели мы начали всё рассказывать друг другу. Она рассказала о всех её эмоциях и переживаниях, когда её выгнали. Крис была интересным человеком. С ней о многом можно было поговорить. Мне было комфортно с ней.
— Ну чё, как у тебя с Кирюхой то? — спросила та, а я лишь вздохнула.
— Нормально.
— Ага, я вижу. — ответила Крис отворачиваясь в другую сторону, но после она вернулась в то положение, в котором была. — Я же знаю, как ты боишься её. — сказала Крис смотря в глаза. Ненавижу зрительный контакт. Я лишь поморщилась и спросила:
— Думаешь, я не смогу если что дать ей отпор? — спросила я также смотря в глаза девушке.
— Может физически и сможешь, но при любой удобной возможности словесно она тебе выроет могилу. Хотя по поводу физической я тоже сомневаюсь. Тем более после того сна. Не просто так же он тебе приснился.
— Крис, я люблю её. И не ты ли была вчера рада тому, что мы вместе.
— Да, я рада. Просто будь осторожней пожалуйста. Я чувствую себя старшей сестрой для тебя. Ты мне как родная. Несмотря на наши ссоры. — сказала Захарова улыбнувшись. Это было действительно так. Хоть я и сама могла дать кому-то отпор, но за Кирой и Крис я чувствовала себя как за каменной стеной. С этими двумя ничего не было страшно. Я всегда знала, что они придут на помощь и набьют еблище моим обидчикам.
— Подожди-ка, чё ты там про физуху говорила? — спросила я снимая кольца и с безумной улыбкой смотря на девушку.
— Не-не-не. Я драться с тобой не буду. Савицкая ты чё сдурела? — она с недоумением смотрела на меня, но всё-таки тоже встала. Я отложила украшения на качели и нанесла удар старшей, она тут же ответила. Я не сказала бы, что было гипер больно, да и мы обе понимали, что это лишь развлечение. Вот удар в нос. Струя крови растекается по губе. Я сдаюсь и ложусь на газон в форме звезды. Тут к нам выбежали девочки.
— Вы совсем конченные? — спросила Михайлова прибегая на место происшествия. С ней ещё были Настя, Кира, Ви и Лиза. Вся компашка.
— Никки, ты чего блять. — спросила Медведева помогая мне подняться и посмотрев на нос и небольшую ссадину на брови. — Захарова, ты совсем ахуела? Я тебе за неё голову снесу! — кричала на Крис Кира. Я быстро опешила и начала оправдываться. Кира тяжело дышала и агрессивно смотрела на Захарову при этом вытирая струйку крови.
— Кир, всё хорошо. Это я её попросила. — сказала я взяв лицо девушки в свои ладошки. Она прижалась своим лбом к моему.
— Зачем? — спросила та прикрыв глаза. Что будет, если я отвечу правду? Но я и не могу соврать, ведь отношения строятся на доверии и понимании друг друга.
— Мы обсуждали, что будет, если ты всё-таки поднимешь на меня руку… — прошептала я.
— И типа Захарова тебя морально подготовила? — также тяжело дыша спросила та. Я тут же крепко обняла её утыкаясь носом в шею.
— Кот, я люблю тебя… И верю, правда. Я верю тому, что этого не случится. — прошептала я. Та взяла меня за подбородок и поцеловала. Я сначала сопротивлялась, но после всё же ответила. — Медведева блять, сказала же, что у меня помада. — говорила я смотря на довольное лицо девушки и вытирая с её губ остатки моей помады. После этого дебоша мы все отправились в дом. Отправившись в общую комнату мы расселись по кругу. Девочки предложили сыграть в игру. Мы должны были говорить о том, что ещё никто не знал, ну или большая часть, факты о себе в общем. Дабы узнать друг друга получше. Игра длилась достаточно долго. Мы многое узнали о друг друге. Смеялись, смущались или даже плакали. Мы провели это время вместе. Все вместе.
Время обеда. Все также расселись на стулья и продолжили начатое. Было интересно. Правда интересно. Единственное, что удивляло и вызывало истерический смех, это слова Юли, которые просто являлись переформулировкой одних и тех же «фактов».Но зато мы знаем, что с русским у неё всё хорошо. Пообедав все разошлись. Я лежала на плече Киры, пока она вслух как мама читала мне книгу Марии Третьяковой. Вспомнив эти времена моё лицо резко стало серьезнее. Я сомкнула глаза желая забыть эти времена.
— Всё хорошо? — спросила блондинка останавливаясь.
— Продолжай, продолжай. Я просто задумалась. Прости. — сказала я смотря девушке в глаза. Она продолжила чтение. Спустя некоторое время я заснула.
***
— Никки, родная ты где?! — и вновь этот похотливый и хриплый голос. Я быстро опешила и убрав всю еду вышла в коридор к девушке.
— Как дела на работе?.. — аккуратно спросила я забирая куртку платиноволосой и вешая её на крючок.
— Прекрасно. Я надеюсь у нас есть еда? — спросила она. Моё сердце заколотилось в тысячу раз чаще. Я сглотнула и ответила:
— Прости. Прости пожалуйста. Я совсем забыла. — я быстро пошла на кухню и начала доставать всё необходимое. Идти на кухню в тот момент, было самой главной ошибкой. Я слышала каждый шаг Медведевой. Они меня подготавливали к тому, что на теле вновь появятся гематомы и мне придётся искать новую работу. Или вообще не искать.
— То есть про тёлок с работы ты не забыла, а про любимую девушку забыла? — спросила та взяв меня мёртвой хваткой со спины за горло. Было неимоверно больно и каждый глоток воздуха давался с трудом, но если бы я ничего не ответила, я бы лишь подтвердила слова. Хотя это не являлось правдой.
— Нет, я даже на дому работала сегодня. Аванс перечислили. — говорила я шипя. Воздуха категорически не хватало, но ответить что-либо я вновь почему-то Медведевой не могла. Она отпустила моё горло и я схватившись за него спустилась вниз по стене. Она присела на корточки и взяла моё лицо в свою руку сомкнув мои губы.
— Еще раз, подобное повторится. — начала она приближаясь с каждым словом ближе ко мне. — Я тебе эту шейку оторву, вместе с твоей бестолковой головой. Ты меня поняла? — спросила та.
— Поняла. — ответила я ожидая момента, когда Медведева уйдёт в свою комнату спать. Она встала и направилась прочь с кухни. Я не могу дышать. Хватаясь за горло я начала пытаться жадно хватать воздух, но всё напрасно. Ещё секунда.
Я проснулась.
***
Я вновь проснулась в холодном поту. В комнате никого не было и дверь закрыта. Я схватилась за волосы и начала истерически смеяться. Громко смеяться.
— Бля-я-ять! — кричала я наматывая круги по комнате. В эту же минуту в неё вбежала Кира и Крис.
— Никки, родная, ты чего? — спросила она и начала подходить ко мне. Я начала тяжело дышать и улыбаться.
— Не подходи блять ко мне. Не подходи блять. — сказала я помотав головой.
— Что происходит? Касп, ты чё блять. — спросила Крис подходя ко мне. Я вновь схватилась за волосы. Позже быстрым шагом выбежала из комнаты. Направившись на третий этаж я встретила ещё несколько девочек, которые что-то кричали мне и спрашивали. Но я не слышала ничего. Забежав в комнату Даши я спросила:
— Где Любовь Розенберг?