Демоны

- Ты прекрасно выглядишь! - с восторгом произнес Мадмейсес, присвистывая.
Адара сделала шуточный реверанс и с улыбкой вложила свою руку в его.
- Так-с, мадам Снежная Королева, куда, Вы думаете, мы пойдем? Есть догадки? - целуя в руку, улыбаясь спросил парень.
- Я... - смутившись запнулась девушка, - не знаю? Кстати, почему Снежная Королева?
- Нежно белая кожа, тонкий стан, белые волосы - чем не Королева? Надеюсь, сердце у тебя теплее? - вновь заглянув прямо в глаза спросил он.
Кёниг так и вспыхнула румянцем. Отведя взгляд в сторону, стараясь не показывать смущение, девушка глянула в окно своего дома. Мадс повторил ее движение, почему-то с ухмылкой смотря в ту сторону.
Вновь глянув на нее, парень переплел их пальцы и резво зашагал по тротуару.
- Так-с, Адара Кёниг, сейчас мы, как и договаривались, пойдем пить кофе и кушать булочки, а затем я устрою тебе небольшой сюрприз. Мы отправимся на поиски того, что ты ищешь. Только нужно будет дождаться, когда солнце сядет, согласна?
Беловолосая кивнула.
- Вот и славно.
Пошли они не туда, куда думала Адара. Кофе с булочками оказался пристижным рестораном "Kronborg".
- Одно Абрау Дюрсо, салат Цезарь, два слабо прожаренных стэйка с овощами из Аргентины и, думаю, кофе латте.
Девушка как зачарованная смотрела на брюнета, который то и дело улыбался ей и поглаживал девичью руку.
В "Kronborg" играла живая оркестровая музыка, вводящая в какой-то необыкновенно приятный транс. Белокурая заворожено смотрела, как пальцы неизвестного пианиста резко бегают по черно-белым клавишам.
"Моя жизнь, кажется, начала бегать точно так же", - с улыбкой подумала девушка.
- Ты само очарование, Ада, - как-то медленно, по мнению Кёниг, произнес Мадмейсес.
- Чудесное место, Мадс, спасибо, что пригласил, - подмигнула Адара.
Вечер будто тянулся бесконечно. Браамс рассказывал какие-то невероятные вещи о жизни, тем самым все сильнее влюбляя в себя невинную девушку. Музыка, еда, Мадс - все это бушевало вокруг Адары беспокойным морем, которое не собиралось утихать ни на секунду, разгорая в ней какой-то особенный огонек.
- Милая леди, Вы задумывались когда-то - что есть Бог? - отпив шампанского спросил брюнет, - Или зачем его придумали? Я считаю, что его придумали люди, чтоб жилось проще, особенно старые люди. Никогда не замечала, что бабульки и дедульки, в силу своего возраста, часто бывают дико набожными? Скорее всего потому, что верят в то, что если они будут поклоняться Богу - их грехи смоют потоки власти Христовой. А после смерти будет пустота, а в пустоте вечность будет длиться как секунда.
Пара, под звон бокалов и разговоров, доели своё мясо и допили шампанское.
- В детстве я всегда оставался один. Родители вечно были на работе или "по делам", как они говорили. И я сидел в нашем огромном доме совершенно один, в тишине. С собственными мыслями, игрушечными машинками. Я сидел и плакал, громко так, навзрыд, от скуки и безысходности! - рассказывал Мадс, пока они поднимались на небольшую гору через лесок.
Одной рукой он держал Адару за руку, часто оборачиваясь к ней и улыбаясь.
- Черт, с тобой так легко, Ада!
- Как и мне с тобой, - ответила девушка.
В лесу были слышны удаляющиеся звуки автострады, неразборчивые голоса, тихая музыка из города. Громче всего было прерывистое дыхание двух людей, стрекотание светлячков и шуршание земли под ногами.
- Мы на месте, - констатировал Мадс.
Адара подошла к обрыву горы, с которой открывался изумительный вид на ночной огненный Копенгаген. Воздух тут казался девушке чище, а проблемы и остальное будто остались где-то там, дома. Раскинув руки в разные стороны, закрыв глаза, девушка глубоко вздохнула и с довольным стоном выдохнула.
- Боже! Как же тут красиво!
- Не то слово, - произнес парень где-то позади нее, - кстати, закрой глаза и повернись ко мне.
Затаив дыхание девушка медленно обернулась, ожидая чего угодно. Но то, что она увидела перед собой после его "открывай" было гораздо лучше того, что она ждала, загадочнее, что-ли. Парень стоял перед ней и протягивал руку, в которой держал бенгальский огонь.
"Вот он: самодостаточный, ослепительный, мятежный, с чувством безграничной свободы стоит и улыбается прямо передо мной!", - подумала Адара, взяв Мадмейсеса за руку.
- Знаешь, я часто прихожу сюда один. Можно сказать, что это мой уголок, куда я никого не пускаю. Но тебя я решил пустить, потому что ты особенная, - смутившись прошептал Мадс, лежа на коленях Адары, - А я? Я для тебя особенный?
Девушка не нашлась, что сразу ответить, не каждый день ей задают такой вопрос. Да что уж там, никогда не задавали, причем такие парни, как Мадмейсес.
- Конечно, ты для меня особенный. - тихо произнесла Адара, путая пальцы в его волосах.
- Ты чудесная.
Спустившись с горы ребята заказали такси, так как Мадс обещался проводить Адару и на ее отнекивания не обращал внимания.
Сначала беловолосая слышала дыхание Мадса, а оно со временем сделалось более тихим и ровным. Глянув в его сторону, девушка поняла, что он, почти невесомо прикоснувшись щекой к холодному окну, уснул. Светофор в далеке начинал загораться красным светом, такси стало потихоньку тормозить по мере приближения к нему.
На улице, как всегда было до жути пасмурно, начинался дождь, а где-то вдалеке были слышны тяжелые звуки грома.
Сейчас Адаре как никогда захотелось быть на природе. Уж больно сильно она любила вдыхать посвежевший воздух от дождя, что бы пахло именно мокрыми деревьями, а не петрикором и выхлопными газами. Кёниг всегда мечтала, как бы стояла на террасе своего дома, обняв любимого человека, и смотрела на потухающий в дожде закат.
Адара снова взглянул на Мадса - уж больно он был красив для парня, она даже ненормально стала все чаще залипать на него. Браамс прекрасен.
"Надо бы спасти его замерзающую щеку на холодном окне", - подумала Адара. Она сняла куртку, аккуратно сделала из него подобие подушки и подложила ему.
Когда машина остановилась у её дома, Адаре, хоть и нехотя, но пришлось разбудить Мадса.
Затем, стоя на крыльце он долго обнимал девушку, а она бормотала что-то невнятное про звёзды.
- Ты волнуешься?
- Вовсе нет.
- Тогда чего ты там про звёзды говоришь? Волнуешься же, - ухмыльнувшись пробормотал Браамс.
Адара уже потеряла счет времени и не осознавала, сколько они так стоят. Парень просто обнимал ее, уютно пристроив голову на ее левом плече. Кёниг уткнулась в его шею и старалась выровнять дыхание и успокоить сердце.
- Знаешь, - начал Мадмейсес, - встреча с тобой изменила меня, так что если я потеряю тебя, то я, наверно, потеряю самого себя.
Зрачки беловолосой расширились, а сердце готово было выпрыгнуть из груди. Мадс на последок сильнее прижал ее к себе, затем, отстранившись, поцеловал в лоб.
- Спокойной ночи, Снежная Королева. - сказал парень на прощание и, сев в такси, спустил окно и помахал ей рукой, при этом подмингув.
Возможно, до утра она не уснет, потому что тогда Адара наверняка придет в себя, а Мадс, наверное, за ночь превратится в тыкву и исчезнет из ее жизни, и она будет ему больше нужна, никогда. Меньше всего ей хотелось, чтобы этот вечер оказался сном или ложью.
Лежа в постели девушка и забыть позабыла о Нурфейме, который где-то пропадал. Телефон на тумбочке завибрировал и всплыло сообщение от незнакомого номера. Адара трясущейся рукой, жмурясь от света, открыла его и начала читать шепотом:
- "Я был убежден, что с тобой можно говорить на любые темы, был уверен, что ты - единственный человек, который меня поймет. Я не ошибся, понимаю, что эти слова звучат глупо, но мне кажется что ты, Адара, - идеальный собеседник, человек, которому можно сказать все, что угодно и он выслушает и даст свой ответ. В начале нашего вечера, прости меня за это, я подумал, что все это закончится рано или мы не поймем друг друга, хорошо, что я в этом ошибся. Не знаю, что я делал бы без тебя, без человека, который выслушал и поддержал, без человека, которого  я бы хотел узнавать каждый день заново и каждый раз открывать что-то хорошее. Ты волшебный человек, Адара Кёниг. Спасибо за вечер."
Глаза Адары заметно увлажнились, она уткнулась лицом в подушку и тихо заплакала, при этом смеясь и улыбаясь. Девушка каталась по кровати, от счастья она готова была петь и танцевать прямо сейчас.
"Кажется, я наконец счастлива!", - подумала Кёниг и уснула с улыбкой на лице, трепетно приживая к себе телефон.