Часть 1
Солнце стояло почти в зените, освещая улицы мегаполиса, давно наполнившееся жизнью сотен людей, куда-то мчащихся по своим делам. Дети, женщины, мужчины, что говорят, смеются, что-то кому-то рассказывают. А стоял отдельно от основной жизни, облокотившись о стену здания, пытаясь унять свои дрожащие руки. Нервы-нервы, постоянная спутница его жизни. То от битвы с мечем в руках, то от боязни имперского общества и незнания ситуации в общем. А еще его обещал проводить Кавински и от этого не знаешь, то-ли успокаивается, то-ли волноваться еще сильнее. И зачем он только собрал весь тот ящик отгрузки, за который ему обещали повышение? Лучше бы сделал нормальную квоту и не думать сейчас о том, что сейчас делать.
— Дейви-и, — слегка слащаво пропел знакомый голос, от чего шатен чуть не подскочил на несколько метров вверх (с его имплантами, он мог сделать это буквально).
— Кавински, — выдохнул Лололошка слегка устало, видя довольную морду блондина. А за ним, в нескольких метрах сзади, шли его ребята в количестве нескольких пар людей.
— А мы к тебе на награждение, — встав в метре от комиссара, все так же ни то с улыбкой, ни то с оскалом, оповестил блондин, — а потом предлагаю это отпраздновать.
— Я думал, ты придешь один, — как-то совсем поникнув, сказал шатен. По телу прошлась еще одна волна боязливо дрожжи. Еще больше народу его увидят. Увидят, как он боится под взглядами сотен людей на трибунах. Кавински, чуть хмыкнув, потянулся к шее шатена, поправляя воротник и золотую ленточку на плечах.
— Ну что ты. Я выкупил VIP-комнату в баре. Выпьем что-то не слишком крепкое, отпразднуем, поедим слегка, — переходя к перекрученной ленточке на груди, обещал блондин.
— С-спасибо, — слегка, кажется, смутившись, сказал Лололошка, отвернувшись. Кто-то из компании, которую притащил за собой механик, вроде, сдавлено хихикнул.
— А ну цыц там, что смешного? — шикнул в ту же сторону Кавински, возвращаясь к осматриванию формы комиссара. — Ну, вроде, все ровно, хоть на подиум.
— Чтобы я там упал на кого-то? — фыркнул шатен, ясно давая понять свои намерения. И со стороны компании опять кто-то посмеялся.
— Так, почему вы еще здесь? На трибуны пошли все, — в приказном тоне высказался блондин своим «шестеркам», которые после этого, нестройно что-то высказываясь, наконец начали расходиться, кидая последние взгляды на парочку. — Совсем расслабились, — фыркнул Кавински, снова поворачиваясь к шатену. — Так, сколько у тебя еще времени?
— Минут три еще, — поведя глазами на показавшуюся Райю, ответил шатен, выдыхая. Скоро ему на сцену. Очень скоро.
— Тогда пошли быстрее ко входу, не хватало, чтобы тебя с награждения сняли из-за опоздания, — пожав плечами, сказал Кавински. Лололошка не был сильно рад, но поспорить тоже не мог, из-за чего лишь кивнул, неохотно соглашаясь.
— Что, боишься? — что-то заметив, спросил блондин, первым входя в темноту коридора, что ничем не освещалась.
— Будто бы у меня на это нет причин, — фыркнул шатен, но все же согласился, хоть и далеко не прямо.
— Больше пары минут ты там все равно не будешь, так что подыши сейчас, а потом задержи дыхание и выйди на сцену, — посоветовал блондин, смотря, кажется, шатену прямо в глаза, не смотря на два слоя очков.
— Ха-а, спасибо, — на секунду как-то осунувшись, но потом опять подняв голову, поблагодарил шатен. Зал был уже совсем не далеко, голос ведущего что-то вещал много численным зрителям. Благо, они пока были за стенкой, в почти закончившемся коридоре.
— И руки расслабь. Когда напрягаешься, только больше трясешся, — хмыкнул Кавински, вызвав еще один вздох у шатена. Но последний все же, сжав для начала ладони в кулак, смог хоть частично расслабится.
— А сейчас одна из наших главных новостей! — начал говорить ведущий и случайно брошенный взгляд на время показал, что вот, минута в минуту.
— Черт, — шикнул комиссар, глубоко вздохнул и сделал шаг. А потом его поймали, когда тот почти уже упал на пол.
— О Свет! Лололошка! — выдохнул Кавински, ставя его опять на ноги. — Проблем с тобой! — наигранно возмущался он, смотря куда-то вниз. — Стой ровно, — и он опустился на одно колено, начиная завязывать, как оказалось, развязанные шнурки на кроссовках. Черт.
— П-прости, — почти что всхлипнул шатен, которого почти развезло. Нервы-нервы.
— Так, тихо, — узел блондин завязал быстро, опять встав перед парнем. — Ты комиссар на награждении, тихо. Вдох-выдох и пошел-пошел, — насильно розвернув его, Кавински, мягко хлопая и все же выталкивая, провожал его. И так, вдох, задержать дыхание, идти вперед, выдох. Руки расслабить, лицо слегка улыбающееся. И что бы он делал без Кавински, который слегка выглядывает из-за поворота, молчаливо поддерживая его и сейчас.