1
«Те кто любят друг друга в
этой жизни, непременно
встретятся после»
Лавиния Скотт.
1 глава
Бостон. Большой и красивый город. Я провела здесь всю свою жизнь. Закончила лучшую школу, а затем и университет. Мои родители всегда старались дать мне всё самое лучшее, не жалея себя. Я, наверное, была той самой хорошей девочкой из прилежной семьи. Но, вот мне уже и двадцать три. Казалось бы, впереди целая жизнь, столько возможностей и всё будет так, как ты и планировала. Но, что если сегодняшний день перевернёт мою жизнь на все 180 градусов? В мою жизнь ворвался он.
В пасмурный день все вокруг кажется прикрытым, легким, серым покрывалом. Деревья, цветы, дома - все имеет приглушенный цвет, краски будто меркнут. Цветы прикрывают свои бутоны. В такую погоду ничто не отбрасывает тени, поэтому и кажется однообразным. Серый асфальт, серые стены, серое небо. Часто в пасмурную погоду портится настроение, которое трудно, чем-то поднять. Пару дней назад я потеряла любую работу. Да, возможно, запах больницы, недовольные пациенты и многие требования - это чертовски трудно. Но, работа медсестры в районой больнице всегда устраивала меня. Мне нравилось общение с людьми. Не важно старики это или же маленькие детки. Возможно моя зарплата и мизерная, ведь как говорит мой отец :
«С твоими мозгами да во врачи? Бред, Лавиния. Неблагодарная профессия».
Он тот ещё ворчун, но я продолжаю принимать все его хорошие и плохие качества, ведь у людей так принято.
И ладно, я смирилась с этим невезением, если бы не мой бывший парень - Кристиан... Он свалился на меня из неоткуда. Разошлись мы не на самой мирной ноте. А если быть точней, то он замахнулся на меня, а затем с жесточайшим звуком ударил. «Это было последней каплей, Лавиния!» - твердила сама себе. Он отобрал у меня всё, и даже работу. Уволил, как только стал начальником. Подонок.
— Мэм, Вы выглядите очаровательно!
Обращаю внимание на незнакомку, в тёмном длинном плаще. На голове у неё берет, а в руках матовый зонт. Она сидит под большущим дубом, а рядом стоит коляска, в ней малыш. Я любезно улыбаюсь ей, переводя взгляд на маленького златовласого мальчика.
— Благодарю. Ваш сын? Он просто душка. - трепетно роюсь в своей сумке в поисках какого-нибудь угощения для маленького принца. Да-да, именно принца. У него невероятная внешность, и он совсем не похож на эту странницу. Его голубые глаза ослепляют.
— Держи. - протягиваю ему свою любимую конфету. Мальчишка не подаёт никаких эмоций, пока мать не кивнёт ему. Затем на его лице расплывается благодарная улыбка.
— Вы не против? - обращаюсь к незнакомке.
— Нет. Вы любезна.
— Вы тоже. В Америке такого встретишь не часто. Здесь по-своему своенравно. - кривлюсь. На самом деле, я чистокровная англичанка. До семи лет мы с семьёй жили в Англии, а потом в связи с работой матери переехали в Америку.
— Я вижу в тебе розу, Лавиния. Ты - расцветший бутон, а он станет твоим стеблем, но на этом стебле самые ядовитые шипы, Лавиния. Чтобы сорвать этот цветок, тебе придётся причинить себе столько же боли, сколько шипов на этом цветке. Ты уколешься столько же раз, сколько эти шипы вонзятся в твою кожу. - внятно проговаривает женщина. Я настораживаюсь, всматриваясь в лицо этой незнакомки. Откуда она знает моё имя? О каких шипах идёт речь? Я даже не знаю, что ответить.
Молча, отвернувшись я следую дальше. Не задаю ей ни единого вопроса, ведь она, словно ничего не произошло, утыкает нос в книгу. Кто она? Кто эта странница? - задаю себе вопросы.
Вновь прохожу множество переулков. Мой взгляд неожиданно подает на куст роз, который вырывается из большущего забора.
— Какие красивые! - восклицаю, следуя по тропинке. Я люблю цветы. Они способны подарить новую жизнь. Нечто прекрасное. И каждый цветок красив по своему. Какие-то больше, а какие-то меньше.
— Хм... - удивляюсь, понимая, что это дорога привела меня к большущему розарию. Он открывает путь в огромный особняк. Да это целый замок.
Я подхожу ближе, поднося бутон к лицу. Эти розы самые красивые из тех, которые я когда-либо встречала. Ни одни магазинные с ними не сравнятся. Наверное, за ними прекрасно ухаживают. Пышные.
Я уже и забыла про слова той незнакомки, как и о ней в целом.
— Невероятная... - в поле моего зрения попадает ярко-алый бутон. Розы — любимые цветы моей покойной матери. У меня даже есть кулон, подаренный ею перед смертью. На нём изображена роза. Её бутон ещё не успел раскрывать.
— Я думаю, что сад не пострадает, если я засушу одну розу... - бормочу вслух. Аккуратно обхожу шипы пальцами в попытках сорвать цветок.
— Ай... - тихо шиплю от боли, когда один из шипов вонзается в кожу. Смотрю на алую кровь, зализывая рану.
Пэйтон Мурмаер.
Я вновь взглянул на портрет покойного отца, вновь убедившись, что не чувствую ничего. Ни сожаления, ни грусти, ни тоски. Пустота. Мне плевать.
Я был сломленным принцем с самого детства. У меня было всё. Деньги, власть с рождения, перспективы, хорошее образование, физические данные, но единственное в чём я нуждался - материнская любовь, которую отец отнял у меня. Было ли мне больно? Нет. Я был слишком мал, чтобы понимать, как отец ревнует мать ко мне. Он злился, когда она говорила мне, что я единственный мужчина, которого она сумела полюбить. Отец ревновал. Бил, наказывал, морил меня голодом. Запретил матери прикасаться ко мне.
Сейчас всё по-другому.
Я — главный Босс.
Я — власть.
Я — страх.
— Босс... - промычал один из кретинов в трубку. Я терпеливо ожидал продолжения, но в ответ лишь тишина.
— Да?
— Босс... - я не услышал остальную часть его предложения, вместо этого собрался сбросить вызов.
Мои глаза расширились, когда в своём розарии я заметил незнакомку, любующуюся цветами. Она, чёрт возьми, бессмертная? Не понимает на чьей она территории?
— Мурмаер, ты здесь? - Феникс заорал через телефон. Я подошёл ближе к девчонке, но рассмотреть её было трудно.
— Что?! — взревел, продолжая смотреть на маленького злоумышленника. Девчонка оглянулась по сторонам, и увидев меня в её глазах загорелся страх. Невинный. Чистый. Страх.
Она попыталась уйти, но я не дал ей даже малейшего шанса. Схватив её белое, в грязных пятнах от дождя платье, я удержал её на месте. Она никуда не денется.
— Пэйтон, в саду... В розарии... Там... - отдышался недоумок. Звучал разочарованно. Какого хрена обычная девчонка пробирается в дом?!
Я скинул вызов. Улыбнулся, усмехнувшись только над одной мыслью, что та напугана и не знает, что ей делать.
— Извините... Я... - зеленоглазая хмурит лицо, растерянно бросая розу на землю. Её запястье по-прежнему в моей руке.
— Что ты тут забыла? - зарычал, осматривая девушку. Зелёные чистые глаза, наполненные страхом, пухлые губы, идеальные черты лица и стройное телосложение. Её внешность быстро цепляет.
Я попытался притянуть ее ближе, она сопротивлялась и пыталась вывернуться. Я крепче сжал ее маленькое запястье и понял, что причиняю ей боль. Ее сморщенное от боли лицо, сказало мне об этом, но я не отпустил.
Если бы я захотел, почти без усилий, я мог бы сломать ей руки пополам.
— Я просто хотела засушить розу в книге... - едва выдавила темноволосая.
— Ты с ума сошла? - рассмеялся я, сжимая её руку гораздо крепче. Маленькая пленница вновь зажмурилась, подпрыгнув вверх.
— Нахрена?!
— Они были очень красивыми. Я не хотела причинить вам неудобства... Не знала, что эти розы так важны для вас... Мне очень больно. - захныкала девчонка. Она даже представить не может насколько мне важны эти цветы. Это моя тайна, и я никогда, никому её не открою. Судя по всему, она не принадлежала такому месту. Не в мафиозном доме. Особенно не в моем доме.
— И как тебя зовут, флористка?
— Лавиния... Я Лавиния... - прохныкала та.
— Лавиния? - переспросил, нахмурив брови. Девушка суетливо кивает мне. Она забавная. - проскочила первая мысль.
— Ты влипла, Лавиния.
Лавиния Скотт.
– Лавиния снова перепутала тропинку. – Меня обдаёт холодом, исходящим от его спокойного, мягкого голоса.
Больше не двигаясь, изумлённо смотрю на мужчину. Я знаю этот голос. Это был он. Тот мужчина, схвативший меня в розарии.
— Что за... Что вы делаете?! — недоуменно кричу, понимая, что я привязана. Привязана к стулу! Мужчина в чёрном костюме и белоснежной сорочке приближается ко мне. Его тёмный взгляд прикован к моему лицу. Каждый его шаг подобен походке зверя. Я даже дышать не могу нормально, смотря на него. Каштановые пряди волос разбросаны на макушке, и одна из них падает на его нахмуренный лоб. Резко выделяющиеся скулы немного покрыты тёмной щетиной, но взгляд...
— Здесь вопросы задаю я, красавица Белль. - усмехается незнакомец.
— Но, раз ты моя гостья, то сделаю вид, что не слышал этого. - он наклоняется ближе, хватая стул. Переворачивает его спинкой ко мне и усаживается, опираясь подбородком. Он улыбается, рассматривая мой каждый сантиметр каштановых волос.
— Ты убьёшь меня? - задерживаю дыхание, как только его рука проходится по пряди моих волос.
— В мои планы не входит твоё убийство, - также выдерживает паузу.
— Пока не входит. Я не терплю женских истерик и лишних слов. Запомни это. Пригодится, - хлопает меня по щеке. Раздраженно наблюдаю за его рукой.
— Ты помнишь по какой причине тебя приковали, Лавиния? - задаёт вопрос, окунаясь в мои зелёные глаза, напоминающие глухой лес.
— Я... Нет, не помню. Ты схватил меня.
— Я напомню, красавица. Освежим твою память. - перебивает меня. шатен хватает моё запястье, надавливая всей силой, а затем резкая боль пронзает всё тело.
Выгибаюсь и приоткрываю губы в немом крике. Господи... Боже мой...
Незнакомец с силой надавливает пальцем под манжетами кандалов и давит на рану на запястье.
Кусаю нижнюю губу, сильно жмурясь. Я не закричу. Не завою. Не подам голоса. Я вытерплю...
– Память вернулась? – Он убирает руку. Открываю глаза и, часто дыша, смотрю на него.
— Вернулась. - обиженно фыркаю, поджав губы.
— Ты вообще кто такой? - резко поднимаю голову, нахмурив брови. Все усмехаются, в том числе и шатен.
— Ты наслышана обо мне, красавица, поэтому это останется маленькой тайной. Если я решу перерезать тебе горло, то тебе явно не понадобятся мои инициалы. Я бываю адекватным, - хмыкает, вновь усаживаясь на стул.
— Я привязана, - напоминаю ему.
— Да ладно? - кривится, изображая удивление.
— Ты выглядишь так гораздо привлекательнее. Покорная. Напуганная. Беззащитная.
— И после этого я должна поверить, что ты адекватен?
— Закрой рот, Лавиния. Прими это, как данность. У меня немного странное чувство юмора и такие же странные предпочтения. Но вернёмся к тебе и к тому, почему ты прикована. Я согласен освободить тебя, если ты не попытаешься меня убить, или не начнёшь драться.
Я абсолютно сбита с толку. Он что, не слушал меня? Я же сказала, что он никогда не доберётся до меня.
– Тогда я предпочту быть связанной, – уверенно отвечаю.
– Даже так? – На его лице снова появляется улыбка. Она украшает его, но я не имею права давать этому человеку такую хорошую оценку. Он плохой, лжец и извращенец.