Не могу проснуться

На следующий день хворь, дивная хворь напала на Юру. Ужасно болели глаза, и ломило тело, изображение плыло.

Парень схватился за голову: что может быть лучше, чем свалиться с простудой летом во время экзаменов? Да всё что угодно, на самом-то деле.

Мысли как-то расползались. Юра попытался вспомнить, что он должен был сделать.

-Ах, точно!

Парень резко вскочил с кровати и моментально был вынужден осесть – кошмарная головная боль сдавила виски. Каждое движение отдавалось звоном в ушах.

Что же делать... На сегодня было намечено первое занятие с новым учеником. Неужели придётся отменять?

Тут нужно ещё понимать, что Юра за все четыре года своего репетиторства ещё ни разу не перенёс ни одного урока.

Ни одного!

И что это получается, из-за какого-то дурацкого вируса прервётся эта традиция?

Он повторил попытку встать и чуть не грохнулся от головокружения.

Ему стоило признать своё поражение. Парень нащупал под боком телефон. Не хватало ещё бедного ребёнка заразить.

Параллельно раздумывая, что именно стоит написать ученику, он пытался себя утешить тем, что имел хорошую репетиторскую репутацию, так что одно перенесение ничего не должно было изменить, не так ли? Парень всё ещё ставил под сомнение то, что молва про него ходила только хорошая – он каждый раз удивлялся, что детям так нравились его уроки, а родителям – результаты.

Тяжко вздохнув, Юра сделал всё возможное, чтоб написать что-то связное и вразумительное.

Сразу же телефон мигнул – пришло ответное сообщение.

«Добрый день! Ничего страшного, я могу и в субботу!»

Парень посмотрел на экран и тихо улыбнулся. Этот ученик на самом деле так напоминал ему его самого: худой-худой светловолосый мальчишка, который сам нашёл Юру, ибо имел проблемы с английским. Потом договорился про всё с родными.

Особая тяга к знаниям, упорство, лёгкая нервозность (давайте будем честны: очень-очень сильная нервозность) – Юра находил всё больше и больше параллелей между ними.

Он перечитал сообщение и с почти чистой совестью завернулся в одеяло. Игнорируя боль, парень провалился в сон.

Провалился в сон бессвязный, обрывистый, нелогичный и слишком яркий.

Только такие в целом-то и видишь при болезнях, так что ничего из разряда вон выходящего в этом не было, но всё равно неприятно. Всё вокруг кружится, плывёт, а ты ни черта не понимаешь. Только крутишь головой, чтоб углядеть хоть что-то вразумительное. Мешаются люди, случайные вещи, мысли.

Юра видел то ли общагу, то ли улицу, то ли вообще коридор, а там ещё кошка какая-то пробегала. Всплывали нескончаемым потоком из ниоткуда образы карт, существ, рисунков.

И всё вокруг постоянно менялось и смешивалось в несусветную кашу, а вокруг всё больше нарастал шум и...

Юра встрепенулся от знакомого голоса. Он приоткрыл глаза и заметил движение какого-то большого тёмного пятна рядом, от чего парень перепугано вскрикнул.

-Ой, да ну тебя, не такой уж я и страшный. Подумаешь, аркан судьбы – дьявол, так и это же ещё ничего такого не значит!

Сфокусировавшееся зрение выделило очертания Тимура, что ставил маленький пакет на тумбочку возле кровати.

-Я зашёл к вам за чайником, а ты тут дохнешь, ну это как-то уж совсем некультурно, ведь правда? Между тем, - парень повернулся к Феде, который счастливо наминал бутерброды на стульчике в противоположном углу желтоватой комнаты, - спасибо за чайник!

Тот в ответ радостно поднял кружку.

Между тем Юра предпринял попытку встать, но голова не оценила благого намерения, и он сразу же поморщился от резкой боли.

-Да ла-а-а-адно, - Тимур усмехнулся, - вставай уже. Как тебя обозвать, чтобы ты это сделал, - он задумался и продолжил, - кощей усохший.

Юра закатил глаза:

-Я на это не поведусь.

-Учительница младших классов, - парень сделал шаг назад, и уже что-то недоброе проскользнуло на его лице. Всё ещё ноль реакции от товарища.

-Ну хорошо-хорошо, я тебя не трогаю, - Тимур выдержал театральную паузу и с видом победителя выпалил, - Солнце!

-Ах ты ж, - Юра моментально вскочил с кровати, схватив тапок, чтобы показать другу, где раки зимуют, но тот за секунду оказался в дверях, будучи готовым покинуть место преступления после провокации.

-Ну, всего доброго, - сказал он, пока больной ещё не успел полностью прийти в себя, и закрыл за собой двери.

-И не возвращайся, если такое нести будешь! – Юра прокричал это вслед товарищу, что смотался от его гнева праведного.

Парень только хотел перевести дух, положил тапочек на землю, как вдруг услышал в ответ приглушённый крик из коридора:

-Если бы сказал, чего так бесишься, я бы перестал!

Юра рывком распахнул дверь, чтоб только рявкнуть:

-Потому что это бред!

Он захлопнул её снова так, что та чуть с петель не сорвалась. После этого оглушительного удара в комнате повисла мёртвая тишина.

Её прервал странный звук – Федя в уголке сёрбнул чай. Он всё ещё жевал свой бутерброд, но теперь слегка тревожнее.

Глаз Юры зацепился за тот самый маленький беленький пакетик на тумбочке возле кровати. Он гневно подошёл к нему, и резким движением открыл. Там лежали только обыкновенные порошочки, что пьют при простуде.

Парень окинул их взглядом и только пробормотал себе под нос:

-Нужно будет хоть «спасибо» сказать.

Говорят, что чтобы простуда ушла, нужно хотя бы три дня отлежаться.

Юра честно постарался это указание выполнить - два дня он практически не вставал. При этом сны парню снились ну совершенно отвратительные. Уже и забылся момент, когда бы он просыпался не в холодном поту, когда бы не путал в очередной раз где полуночный бред, а где собственно реальность.

Даже сейчас Юра ворочался в постели по причине очередного дурного видения. Хотя, честно сказать, на этот раз всему виною могла быть и обыкновенная ручка, что настойчиво колола парня в бок.

Вы же ещё не знаете, пока Юра выполнял указание «лежать и не вставать», он начал вести дневник сновидений.

Просто после каждого кошмара парень, как ему казалось, попадал в коридоры. Да, те самые, что с бабками-стражницами, дверьми, нестабильным полом и стенами, что на ощупь вода-водой. Но воспоминания о нахождении там были такими расплывчатыми, зыбучими. Пытаясь воспроизвести полную картину, Юра всё больше впадал в ступор. Так что решением к этой проблеме стала тетрадь с давно заброшенным конспектом с первого курса, что теперь была полна записей, похожих на дневник умалишённого.

Она в себе таила сейчас не только сбивчивые пересказы снов, а и какие-то рисунки, странные таблички с закономерностями, описания дверей, диалоги между бабками-стражницами и в общем-то всё, что только Юра мог выудить из памяти.

Парень одинаково хотел и разобраться со всем тем, что видел в кошмарах, и чтобы это закончилось, ведь он уже был на грани – давал о себе знать страшнейший недосып. И к первому, и ко второму вопросу ключом стал структурированный анализ увиденного и записанного.

И всё же говорят, что дабы простуда ушла, нужно хотя бы три дня отлежаться. Однако на сегодня назначен второй экзамен сессионной недели, а значит, что не только ручка колола Юру в бок, но и стойкое желание отчислиться.

Тут парень резко открыл глаза. Сердце ещё колотилось, он помотал головой. Сразу же левая рука потянулась за пишущим предметом. Усевшись на кровати, Юра достал из-под подушки старый конспект и открыл случайную пустую страницу. Со всей кропотливостью, которая только у него имелась, он попытался восстановить то, что видел во сне. Стоит отметить, что каждая следующая запись становилась всё обширнее и детальнее, то есть наблюдался реальный прогресс в запоминании. Юре этот факт нравился, ведь казалось, что он так становился всё ближе и ближе к развязке этого запутанного ужасающего клубка.

Парень с невиданной скоростью строчил абзац за абзацем – он надеялся попасть на утреннее гадание. По традиции, именно с него начиналось любое утро и буквально каждая, обречённая на плохой конец и завлекающее начало, история. И хотел того Юра или нет, но ему стоило признать, что предсказания сбывались.

Спешно дописав отчёт, парень стремительно пошёл в комнату 308.

Он брёл по коридору, когда к нему пришла случайная мысль о том, что с возрастом, его покинула такая чёткая уверенность, что всё вокруг так уж очевидно, понятно и объяснимо наукой. Если раньше он фыркал, когда видел какие-то «счастливые амулетики», то теперь шёл к общаге другим путём, только лишь завидев, как где-то далеко-далеко чёрная кошка собирается переходить ему дорогу. Ведь кто его знает, чем это может закончиться.

-Да ты что, какие люди! А говорят, что учёба в жизни помочь не может, тебя вот на ноги поставила!

Тимур улыбнулся и бодро переступил через несколько мирно сопящих на полу тел, дабы добраться до тумбочки. Его движения были чуть-чуть неуклюжими –очевидно, что парень тоже только недавно проснулся.

Дверной замок сломался ещё в день поселения, так что комната Тимура всегда оставалась проходным двором (не говорите, пожалуйста, про это комендантке). Но это парня аж никак не волновало. Он привык говорить:

-Давайте на чистоту, если бы у меня было, что красть, я бы здесь не жил.

И он был в какой-то степени конечно прав, но всё же чуть лукавил, ведь всё равно таил ряд предметов под замком в ящике тумбочки. Тимур снял затёртый ключ от него с браслета левой руки.

Что же там могло находиться такое, что парень даже прикрутил к полу этот несчастный предмет мебели?

Две колоды карт, засушенный физалис и небольшой брелок с изображением головы чёрного кота. Такой вот джентельменский набор, и, смотря на Тимура, было бы странно ожидать чего-то другого.

Так что парень оттуда вытянул одну из коробок и защёлкнул ящик снова на ключ, ещё и два раза перепроверил, действительно ли тот закрыт.

-Ну что, готов? – Тимур присел на кровать и вытянул из-под подушки небольшой платок. Он пододвинул к себе поближе стул и с энтузиазмом расстелил кусок ткани на нём.

Юра в ответ лишь кивнул и разместился рядом.

-Подожди, тут я ещё не готов, - рассмеялся парень в ответ и осторожно достал колоду из коробки.

Он сдул с неё какую-то пылинку и зажал между ладоней, закрыв глаза – это было своего рода «настраивание» на гадание.

Юра же молча нервно наблюдал за действиями товарища.

Тимур вздохнул. Достал из колоды три карты и медленно, одну за одной, положил их в ряд перед собой на платок. Дотошно вгляделся в каждую. Пальцами коснулся третьей и сам себе что-то пробормотал.

Уже на этом моменте Юра немного начал тревожиться – друг обычно всё комментирует, а тут ни слова не проронил, ещё и так глубоко задумался.

Товарищ только собрал карты, перетасовал их, подержал пару секунд в руках и разместил снова по тем же позициям.

На этот раз ухмыльнулся. Зыркнул на Юру, потом на изображения перед собой:

-Интересно.

«Очень интересно», - подумал себе парень рядом, которого уже трясло от непонимания ситуации.

Намеренно медленно Тимур сложил карты в колоду и перемешал её. Повторил операцию ещё раз, и окончательно ушёл в свои мысли. Посмотрел на друга, на карты, после чего прищурился и вынес вердикт:

-Что-то ты недоговариваешь, друг мой, - он хитро усмехнулся, - это ж надо, всегда честный Юрка что-то скрывает. Это что ж там такое? Любовь? Бизнес? Криминал?

Юра побледнел.

Тайна его конечно же крутилась вокруг снов. Она состояла из ночных кошмаров, дверей, коридоров, параллелей, что он вывел в старой тетради. Парень хорошо знал, что Тимур всю жизнь, кажется, искал что-то, про что не пишут в учебниках, что-то, что бы выходило за рамки «нормального». А тут его самый близкий товарищ скрывает от него такое сокровище.

Но Юра не просто так не спешил рассказывать про всё это. Он совсем не боялся, что ему не поверят. Наоборот, парень переживал, что его воспримут излишне серьёзно, что друг, конечно же, полезет всё проверять, во что-то непременно вляпается, подвергнет себя опасности.

Кому оно нужно?

Но и врать было тяжело, это слишком тревожная для Юры вещь. Он считал, что каждый раз говоря неправду, ты будто создаёшь новую вариацию реальности, про которую нужно непременно помнить, и которая всё больше будет отдалять от тех норм морали и правопорядка, что вкладывались в голову с самого детства. Да и это отвратительное чувство, что возникает, когда перепроверяешь каждое слово, чтоб не оступиться, тоже не из лучших – будто не оправдываешь того доверия, что тебе дали, и тебя вот-вот разоблачат.

Всё же он только вздохнул и ответил лишь:

-Да, скрываю и любовь, и бизнес, и даже криминал.

Тимур довольно пристально посмотрел на друга, но только улыбнулся и промолчал.

Ему и гадание не было нужно, чтобы понять, что с Юрой происходит что-то не то. Тот сидел бледный, напряжённый до кончиков пальцев и почти не двигался.

Но парень решил ничего не выспрашивать и лишь аккуратно стал складывать карты обратно в коробку:

-Ну и ладно, но извините, - Тимур сложил кусок ткани на стульчике, - гадать так не выйдет.

Тревожная тактика спасла Юру на экзамене.

Без хорошей репутации он бы, вероятно, провалился бы ещё на первом вопросе. Тут сыграло всё: и недосып, и неудавшееся гадание, и болезнь. Тяжело ответить что-то связное экзаменатору, когда ты не можешь даже сфокусироваться на буквах в билете.

Сейчас он брёл коридором общаги к своей комнате. На вечер снова разболелась голова, и все ещё чувствовалась общая слабость.

Ещё издалека парень заметил какой-то странный приглушённый шум из-за стены, но не обратил на него внимания. Какого же было его удивление, когда он, подойдя ближе, понял, что звуки идут именно из его комнаты под номером 206.

Из-за очередного резкого вопля ладонь Юры замерла над ручкой двери. Он осторожно прислушался к чему-то ужасному, что происходило внутри. Это какие-то крики? Или может кто плачет?

Закрыв глаза, парень всё же набрался смелости зайти.

Конечно же виновником этой «великолепной мелодии» был Фёдор, который сейчас самозабвенно бил по струнам расстроенной гитары. Его лицо выражало глубокую погружённость в процесс. Он отвлекался лишь на то, чтоб в очередной раз в сердцах выкрикнуть:

-Баррэ, баррэ, грёбанное баррэ!

А потом спокойно продолжать своё мракобесие.

Юра посмотрел на всё это, вздохнул. Не сказать бы, что он уж слишком удивился.

Под «звуки музыки» парень достал из-под подушки старенькую тетрадь и сел за стол. У него уже давно была выведена некая закономерность снов.

Видишь кошмар – он достигает своего пика – появляется дверь – после неё попадаешь в коридор – из него тебя выбрасывают бабки-стражницы – ты просыпаешься.

Тут-то всё просто, но Юра всё никак не мог понять другого. Почему именно в этот момент сна появляются двери? Да и при чём тут коридоры? И в чём вообще смысл всей этой схемы, почему она повторяется?

В голове парня вдруг проскочила мысль, что даже если бы он поделился с Тимуром своими наблюдениями, ничего бы содержательного и проверенного рассказать не смог.

Пока что, он не имел возможности руководить процессом исследования. То есть, это сложно - заставить себя увидеть кошмар. Даже если он всё же случился, ты не понимаешь, что это сон, пока не попадёшь на локацию с бабками-стражницами. Нужно тогда хоть в коридоре что-то попробовать сделать, может найдётся ответ.

Юра всё думал и думал, нервно листал страницы, что-то выписывал, пока под «чарующую музыку гитары» не отключился прямо за столом.

И кошмар, в который он попал, несколько отличался от предыдущих.