1
Артём стоял в школьном коридоре, его ладонь всё ещё горела от удара, а в глазах — сталь. Он не был человеком, которому легко вывести из себя, но когда тот мужик начал орать про Алису, про их семью, про то, что она «неправильная», — всё пошло под откос. Толя стоял чуть позади, сжав кулаки, но молчал. Он всегда молчал, когда дело доходило до конфронтации. Его способ защиты — тишина, в которой он растворялся, как тень.
— Ещё слово, — Артём наклонился к отцу мальчика, его голос был низким и хриплым, как скрип двери в заброшенном доме. — И ты узнаешь, почём нынче человеческое достоинство.
Мужик попятился, держась за бок. Его лицо стало серым, как будто он уже увидел себя на столе в морге под ярким светом лампы.
— Это не конец, — пробормотал он, но голос его дрожал.
— Нет, милый, это только начало, — Артём улыбнулся, и его улыбка была как лезвие бритвы — острое, предупреждающее.
Алиса стояла рядом, её глаза были широко раскрыты. Она никогда не видела папу таким. Обычно он был спокойным, даже когда они спорили, даже когда она проказничала. Но сейчас он был… другим. Как будто кто-то вскрыл его и выпустил на волю то, что обычно скрывалось глубоко внутри.
Толя подошёл к ней, положил руку на плечо. — Не бойся, — прошептал он, но сам выглядел не слишком уверенным.
— Папа, — Алиса посмотрела на Артёма. — Ты его убьёшь?
Артём обернулся, его взгляд смягчился. — Нет, малышка. Но если он ещё раз попытается оскорбить нашу семью, он пожалеет.
Они вышли из школы, и холодный ветер обдул их лица. Артём взял Толю за руку, их пальцы переплелись. Алиса шла между ними, крепко держась за обе руки.
— Папа, — она посмотрела на Артёма. — Ты правда судмедэксперт?
— Да, — он улыбнулся. — И я знаю, как сделать так, чтобы человек больше никогда не встал.
Толя вздохнул, но не стал комментировать.
— А ты бы смог? — она спросила, её голос был тихим, но любопытным.
Артём остановился, посмотрел на неё.
— Для тебя, Алиса, я смог бы всё.
И в его словах не было ни капли сомнения