Fizika
Ускорив свой шаг, длинноногая девушка пыталась пробиться сквозь шумную толпу. Рабочий день был в самом разгаре, но народу меньше не становилось. Оживленные улицы гудели, и жизнь в городе шла своим чередом, затягивая в эту пучину и брюнетку, которая так усердно пыталась что-то отыскать у себя в сумочке. Чёрная вещица, хоть и казалась маленьким аксессуаром, но вместить могла многое.
- Пф... Ну где же ты? - шепча себе под нос, она хмурила свои густые, тонкие брови в недовольстве, дуя губы. Перевернула уже всё содержимое сумки в поисках мобильника.
Увиливая между прохожими, кареглазая завернула во двор, прячась от назойливых лучей за высотками.
Май был жарким. Солнце радовало местных чуть ли не каждый день, редко когда сменяясь дождем, но сегодня и впрямь было глобальное потепление. Лучи лезли всюду, куда можно и нельзя! Небо было настолько ярким, что глаза сужались до минимума. Лето ещё не началось, да и апрель ещё совсем недавно закончился. Но большинство людей уже перешли на лёгкие футболки и шорты. Прохладный воздух спасал от жары, а верхние куртки и кофты были ни к чему.
Жизнь в Корее шла полным ходом, особенно в центре столицы. Сейчас было рабочее время, поэтому чаще всего на улицах встречались домохозяйки, гуляющие со своими детьми; пенсионеры, неспеша прогуливающиеся по многочисленным рыночкам да тренажерным площадкам, и учащиеся, а точнее студенты да школьники, бегущие со всех ног домой или же, распределившись на компании, бредущие в какой-нибудь ТЦ. Кстати, за одним из таких сейчас и шла брюнетка, увлечённо разговаривая по только найденному в куче барахла телефону.
- Нет, мы успеем! - повышая голос, агрессивно твердила девушка, чуть ли не топая ногой.
- Сара, посмотри на время, куда вы там успеете? Ты его ещё даже не встретила, - мужчина на том конце провода был более чем спокоен.
- Ну я же уже подхожу! - тихо рыкнув, менеджер нервно откинула густые локоны назад, - Айщ! Мне всё равно, делайте что хотите, но прогон этой долбаной хоряги будет! Проси арендодателя перенести на завтра или на следующую неделю.
- А на этой у нас что? - выдыхая, мужчина начинает перебирать бумаги в поисках той самой.
- У нас ничего, а вот у макнэ-лайна мероприятие в школах, и перенести не получится, у них и так посещаемость... - уже подуспокоившись, Кан мельком посматривала на часы, смешно свисающие на левом запястье.
- Дела... Пу, пу, пу, пу, п-у-у-у-у... - тишина повисла на несколько секунд, да и то не полная, ведь кареглазая споткнулась, и без тихого мата не обошлось, - Ладно, я позвоню директору. Решим!
- Отлично, отпишись потом, что как, - делая очередной поворот, младшая ещё немного и врезалась бы в прохожего мужчину, умело уворачиваясь.
- Оке-е-е-й...
Подойдя к школе, девушка, поправляя чёрные солнцезащитные очки в толстой оправе, останавливается у стены одного из корпусов в ожидании своего школьника. Дети выбегали из школы, как угорелые. Общаясь между собой, они формировались в небольшие кучки, занимали лавочки или шли на спортплощадки, увлечённые беседой.
Настроение у большинства было хорошее, да и день выдался неплохой, погода радовала, поэтому, как думала помощница, многие собирались прогуляться по городу после учёбы.
Сара и сама бы сейчас не отказалась от того, чтобы учиться в школе, а не бегать по всему городу с бумажками и договорами. Работала она помощником менеджера в малоизвестной компании под названием 'Big Hit'. Изначально она и не собиралась там работать, но близкий друг семьи девушки, он же директор этой компании, Бан Ши Хёк, узнав о том, что девушка поступила в университет на факультет менеджмента, предложил ей работу. Вариант, как казалось многим, был беспроигрышный. И для самого мужчины, ведь нанимать персонал надо было как-то, а брать кого попало с улицы особого желания не было. И для родителей, ведь дочь не бездельничает, работает, да ещё и у близкого друга семьи. Так родители девушки были бы полностью спокойны за её состояние, ведь она не шлялась бы где попало и не тратила бы свои лучшие годы просто так, а была бы под присмотром. Сару особо никто и не спрашивал, хоть та и не была против. Ей самой было это интересно, да и опыт набирать надо было как-то.
Так и началось: сначала она просто ознакамливалась со всеми процессами, начиная от работы в архивах с бумажками, заканчивая графиками уборки в кладовых помещениях. Постепенно ей доверяли более сложную и ответственную работу, а сейчас она уже с гордостью носит звание помощника менеджера. Но это было официальное звание на бумаге, хотя в реальности делала она куда больше.
В её обязанности входило:
Просмотр локаций для съёмок клипов и фотосессий, проверка аппаратуры для выступлений, выполнение указанного графика парней и ещё очень много чего. И хоть первые съемки у них через пол месяца трудностей и проблем меньше не было. И без того обязанностей хоть жопой жуй. Она готовилась стать их постоянным менеджером, но из-за учёбы это было практически невозможно, поэтому оставалось только подождать. Следующий, четвёртый, учебный год будет последним, и после защиты диплома Кан была уверена, что пойдёт на повышение.
Директор Бан хоть и был знаком с ней с пелёнок, но поблажек ей не делал. Временами Кан доставалось похлеще, чем остальным, и это её устраивало. Даже если бы директор и хотел давать ей возможность на оплошности, то этого бы не позволили её родители, которые так твёрдо были настроены на самостоятельность дочери и дали некий приказ другу: в случае лентяйства и нахальства со стороны младшей, увольнять, не раздумывая. Но она держалась на своём месте на удивление уверенно, и уже третий год, что не могло не радовать близких.
Поправляя ворот нежно-голубого пиджака с рукавом в три четверти, брюнетка нервно вздохнула, начиная опять закипать. Жара была неимоверная даже в тени за корпусами. Смахивая подступившую капельку пота со лба, кареглазая поправила сумку на плече и, сложив руки на груди, перекатывалась с носка сандалей на пятку. На телефоне появились новые уведомления, но девушке уже было неинтересно, она смотрела на идущую на неё фигуру.
Высокий брюнет не спеша спускался со школьного крыльца, уныло опустив голову. Школьная белая рубашка-поло небрежно была выправлена из-под чёрных тканевых шорт длиной до колена.
Про это и речь! Разоделись, словно летом!
Новые белоснежные кроссовки были не зашнурованы, и казалось, ещё шаг-другой, и парень оступится. На широких плечах висел чёрный рюкзак, и на одной из лямок болтался тёмно-синий пиджак со школьной эмблемой. Подросток, не торопясь, перебирал ногами, проходя между оживлёнными школьниками и не забывая останавливаться, пиная очередной камушек, будто его никто и не ждёт.
Подняв голову, оглянувшись, младший сразу замечает стоящую в тени между корпусами знакомую фигуру и, выдохнув, ускоряет шаг.
– Привет, давно ждёшь? – останавливаясь напротив, пробубнил школьник, доставая руки из карманов.
– Привет, да не, минут пять назад пришла, – по привычке смотря на круглые часы, говорит старшая, внимательно разглядывая школьника. – Как в школе дела?
Младшенький поднимает свои глаза-бусины на брюнетку, явно пытаясь не палиться. Получалось херово.
– Да всё хорошо, пойдём, – делает шаг в сторону, но его останавливает рука на плече, вцепившаяся мёртвой хваткой.
– Что у тебя со школой, Чонгук?
Юноша нервно сглатывает, поджимая губы и расширяя глазёнки, молчит.
Говорить, если честно, не хотелось, да и нуну он испугался. Ну нет, она бы не ругалась за какой-то косяк, она просто разнесла бы всю школу, выставляя виноватыми всех, но не Чона, а потом бы читала лекцию о том, что скрывать что-то от неё бессмысленно.
Чонгуку так уж посчастливилось родиться талантливым, неусидчивым и целеустремлённым дитём. И терять свои навыки он не хотел, вот и решил заняться всем, чем только можно, а точнее тем, что помогло бы ему стать популярным айдолом. Бо́льшую часть времени подросток проводил на танцевальных занятиях и уроках по вокалу, из-за чего учёба ушла на второй план. Как казалось самому Гуку, у него получается совмещать всё вместе, он ведь такой способный, как говорили окружающие.
И как это так у него не получится?
Но тот, походу, не подрассчитал свои силы и начал скатываться. Успеваемость снизилась, но Чонгук агрессивно пытался разобраться со всем сам. Как это подобает поистине самостоятельному человеку? Вокруг всё так и говорило, что нужно остановиться и разобраться с чем-то одним, потом перейти к другому! Но нет, ему было всё равно. Все остальные говорили, что он может, и, даже не задумываясь о всех сложностях, младший действительно в это поверил. Главное было не упасть в глазах других, а остальное... Чонгук продолжал молчать, рассчитывая на то, что сможет справиться самостоятельно, а то ещё компания откажется контракт подписывать, ведь зачем им такой дурачок?
– Да всё хорошо, говорю ведь.
– А ну не ври мне тут, вон ведь уже чуть не плачешь!
Не хотел говорить, но тут нуна Сара стоит такая злая что и выбора нет.
– У меня, походу, не аттестация по физике будет, – переминаясь с ноги на ногу, бубнит себе под нос, разглядывая асфальт.
Вот это поворот.
- Ты не ругайся только, я всё решу... обещаю! - аккуратно касаясь плеч собеседницы, тараторит подросток, беспокойно вглядываясь в недоумевающие глаза.
- Подожди ты, решала, - смахивая крепкие руки с тела, брюнетка становится в свою любимую позу, расставляя руки по бокам и вжимая голову в плечи. - Это почему у тебя не аттестация?
- Из-за не написанной контрольной?
- А почему она у тебя не написана?
- Потому что у нас были репетиции на прошлой неделе, помнишь? - растерянный взгляд скользит по разгневанному лицу, а Кан кивает в утверждение. - Ну вот, я подошёл и попросил у учителя её написать сейчас, но... - взгляд потух, губы начали трястись в обиде.
- Ну что, - выжидающе разглядывая, старшая хмурит брови.
- Но мне отказали.
Брюнетка так сильно раскинула руки, что сумка, покоившаяся на плече, чуть не познакомилась со стеной.
Девушка была на пределе. Парень продолжал молчать, и в тени, где их не было видно, раздался тихий хриплый всхлип. Плечи младшего предательски дрогнули, и на асфальт скатилась первая слеза, а Сара, раскрыв рот, достигла высшей точки бешенства.
Понятное дело что нормальной учебы у ребенка что чуть ли не в тренировочной ночует и быть не может, но не аттестации им еще не хватало.
Чего такого ляпнула эта чокнутая училка, что так реагирует её мальчик?
- Она сказала, что устала уже от таких недо-айдолов и что в школе я не один у неё такой, - шмыгая носом он начал тот, за кого Кан уже закатывала и так не длинные рукава пиджака, готовясь идти на разборки. - Мол, всё нужно вовремя сдавать, и если ты один раз в четверти не очень хорошую оценку получишь, ничего страшного не будет, - челюсть у младшего начала ходить ходуном, как обычно у него это случалось при стрессе, и быстро вытерев влажные щёки от слёз сразу же уткнулся в чужое плечо.
- Успокойся, сейчас мы всё решим, - притягивая за затылок к себе ближе, шепчет брюнетка, аккуратно расправляя волосы на чужой голове. - Ты случайно не говорил с классным руководителем насчёт твоего отсутствия?
- Говорил, - бубнит школьник, всё ещё глотая воздух. - Не ругайся только там.
- Успокойся, я не буду ставить тебя в неловкое положение, не переживай, слышишь? - отстраняя, брюнетка аккуратно вытирает слёзы с красных щёк. - Я просто с ними поговорю.
Девушка протягивает парню бумажную салфетку, чтобы тот смог привести себя в порядок, аккуратно расправляет воротник на чужой рубашке. Помощница вполне себе спокойно выдыхает, но внутри у неё уже просыпается сила, что разрывает учительницу на клочья из-за того, что плачет и так сильно переживает её ребёнок.
Чону и так приходилось на каждом шагу слушать о провальности своих целей и мечт, что старшая ничего и сказать то толком не могла.
У них с Чонгуком разница в пять лет, и материнские инстинкты проснулись сразу же после знакомства с тринадцатилетним золотым мальчишкой. Тогда она на кастинге тоже присутствовала и изучала весь процесс, и, услышав прекрасный голос, впала в ступор. За этим мальчишкой охотилась куча других, более успешных агентств, из-за чего нервишки шалили у всего Big Hit, ведь терять такой талант непростительно, но в итоге ситуацию спас лидер группы. Рэп Мон, что заставил чуть ли не кипятком ссаться в штаны подростка, поразил младшего своей крутостью и серьёзностью. Йоу.
Чон был самым натуральным и невинным ребёнком, потратившим всё своё детство и силы на совершение своей мечты. Таких важных людей, как родители, ему заменили парни и менеджеры. Он рос у них на глазах, и даже такими важными моментами, как первый поцелуй или очередная победа в школьных олимпиадах, подросток делился сначала с ними. Она не раз общалась с матерью Чонгука, когда та приезжала к сыну в гости, и каждый раз видела столько эмоций в глазах женщины. Она, конечно же, была расстроена тем, что её ребёнок не живёт с ней, убиваясь в тренажёрных залах и измываясь в студии до потери крови, беспокоясь о его питании и режиме сна, но при этом она не могла не поддерживать мечту любимого сына, с гордостью смотрела на его новые успехи и достижения, поэтому, уезжая, лишь хлопала понимающе по плечу с надеждой в глазах:
«Позаботьтесь о нём».
А Кан была человеком слова, её принцип не рассматривал балабольство и халатность. Поэтому если говорила, то выполняла.
Большая часть учеников уже разбежалась, поэтому она спокойно дошла до главного входа в школу. Высокое здание со светлой отделкой внутри, встретило приятным холодком. Учебное заведение уже было полупустым, но ученики, блуждающие по коридорам недоверчиво косились на высокую девушку в нежно голубом костюме. Опуская очки на кончик носа, оглядывается по сторонам.
– Ну, веди меня, рева-корова, – бледные губы растянулись в нежной улыбке, щёлкая указательным пальцем по носу уже успокоившегося парня
– Идём, - хватая за руку помощницу, он сразу же направился к лестнице, заходя на третий этаж.
Настрой парня заметно снизился до минимума, и тут он, видимо, совсем не спешил указывать дверь нужного кабинета, а вот у Сары стремление разобраться с этой занудной физичкой росло с каждым шагом. Брюнетка уже представляла эти растерянные глаза и поток извинений от директора.
– Ты это, только не сильно там... – неуверенно шагая по выложенной плитке на полу коридора, он остановился у нужной двери, взглядывая из-под лобья на знакомую.
– Не ссы, всё будет хорошо, – хитро ухмыльнувшись, Кан уже мысленно четвертовала тело. «Я тебя не подставлю», – эхом раздаётся в коридоре, и парень верит.
– А, кстати, на, держи. — достав из сумки шоколадный батончик, девушка отдаёт его в чужие руки.
– Мне нельзя...
– Тебе сахар надо поднять, а то совсем раскис уже, – хватаясь за ручку двери, брюнетка смотрит на часы, – Всё, я пошла.
***
С того момента, как менеджер скрылась за дверью кабинета столь нелюбимого предмета у младшего, прошло, казалось бы, уже минут пятнадцать. Чонгук взволновался так сильно, что даже любимый батончик, который ему нельзя есть из-за диеты, не смог, как следует, его порадовать, но всё же было вкусно.
Парень ушёл в другой конец коридора, чтобы точно не услышать, что же там будет говорить его подруга. Но, на удивление, криков не было слышно, что, в принципе, было ожидаемо, ведь старшая никогда не кричала. Разве что на Юнги хёна, когда тот матерился много или младших дразнил. Всё же Чон не знал, что ему скажут, и всегда готовился к худшему, но она никогда его не подводила, и парень хотел ей отвечать тем же, но пока что получалось не очень.
Как только он пытался быть самостоятельным, так сразу начинались проблемы у старшей. Она никогда не ругалась за это на младшего, оправдываясь перед другими тем, что потом он сам ничего делать не научится, и шагала разгребать ту кашу, которую заварил Чон. Сначала подросток не замечал, как над ним кипятится старшая, а с возрастом понял, хоть она и продолжала изображать глупенького ребёнка, он всё равно видел то, как старается для них менеджер, за что был ей действительно признателен. Отблагодарить её по-взрослому у младшего возможности не было, поэтому делал это он по-своему, по-детски.
Разделял на двоих одно яблоко. Укрывал пледом на ночь, закрывая ноутбук и отодвигая все бумажки в сторону. Посвящал новое движение в хореографии или строчку из его партии. Чонгук был по-детски наивным, и это до чёртиков нравилось Саре, вечно повторяющей перед сном после длительных тренировок и репетиций:
«Никуда не спеши».
Только спустя время понял, что это не совет по танцам или вокалу, а самое натуральное пожелание на жизнь, а Кан всей душой хотела видеть Чонгука таким же. Она искренне верила, что этот юный плод честности и любви останется таким.
Дверь кабинета открылась, и оттуда вышла менеджер. Прощаясь с учителем, она закрыла дверь, ведущую в класс, и двинулась в сторону парня, который, к слову, уже расселся на подоконнике, облокачивая голову о оконную раму и смотрел на дворик. Крепко сжимая фантик от батончика в руках, услышав звук знакомых сандалей, подросток вздрогнул и подскочил. Подбежал к старшей, поправляя спавшую лямку рюкзака на плече.
– Ну как? – обеспокоенно спросил тот, пока его волосы увлечённо поправляли женские руки.
– Всё хорошо, как я и говорила, – брюнетка мотает головой, рассматривая стоящего напротив. Она ему врёт, да быть такого не может точно. Физичка бы не повелась на Кан. Она бы сдохла на месте, но принимать работу что должна уже была быть написана не стала бы.
– У тебя аттестация, не кипятись,- говорила менеджер, улыбаясь. — Но физичка твоя, та еще хуйлуша знаешь ли.
– Спасибо! – накидываясь на тонкую шею, он готов был расцеловать знакомую от счастья, но позволить себе это не мог. – Ты самая лучшая! Ну прям Намджун хён только женская версия.
– Хах, вот это сравнение, конечно.
– Самая лучшая, – будто мантру повторял подросток, тыкаясь носом в сгиб шеи. – Самая-самая... — Чон сейчас был так искренне благодарен, что, не удержавшись, Кан обняла того в ответ, целуя в макушку.
– Всё, ладно, пойдём.
***
Опуская взгляд на запястье, брюнетка сравнила цифры на циферблате с теми, что были нарисованы в графике. Через полчаса парням уже надо было выезжать домой, а сейчас те могли немного передохнуть после трёхчасовой репетиции. Сегодня они поработали особенно хорошо: после поправок в хоряге у многих не получалось запомнить последовательность действий, поэтому и себя, и других Хосок решил помучить.
– Ты чего раскис так? – подойдя к дивану, на котором сидели старшие в попытках восстановить дыхание, спросил главный танцор, что ещё имел совесть усмехаться над ними.
– Замучаешь, – откидывая голову на спинку, тянул самый старший, прикрывая глаза.
– Что уж ты так сдержанно? Замучаешь... – передразнивая писклявым голосом, отозвался Шуга, сидящий рядом. - Говори прямо: заебёт!
Кан подняла глаза с бумажек на рэпера.
– Ну что? – тот лишь скинул брови, ухмыляясь. – По-вашему, это не правда?
– Тут несовершеннолетние, - менеджер говорила спокойно вновь опуская глаза. Давно уже поняла что тратить нервы на этого свэгнутого не стоит.
– Да он любого сапожника на лопатки!- сегодня он подозрительно активный, - Вон забился к себе в угол, и ему все равно.
Сара взглядывает на сидящее на полу дитя.
Чон был к ней спиной, и что он сейчас делал, девушка узнать не могла, но судя по вздрагивающим плечам, он что-то писал. Немного сутулый, с широко расставленными ногами, он выглядел очень нелепо. Его носок правой стопы дёргался туда-сюда, как и само тело. Казалось, что парень уже сходит с ума.
– Ребята, идите переодеваться, скоро уже Ёнгэ приедет, – потерянно глазами ищет что-то лидер.
– Джуни, забери, – Ким смущённо улыбается своей невнимательности и забирает чуть не забытую кепку с рук менеджера.
– Спасибо.
– Чонгук-и, ты идёшь? – Тэхён выравнивается скалой над младшим, сводя руки за спиной.
– Да-да, идите-идите, я сейчас подойду, – махнул в сторону рукой, даже не поднял взгляд на друга.
Кан закидывает папку с документами в рюкзак и, подойдя к Чонгуку, смотрит, чем же он там все это время занимался. На полу учебники и пара тетрадок, по записям в которых было понятно, что те по физике. Парень недовольно мычал. У него что-то не получалось. Обойдя мальчишку, что услышав шаги, быстро засобирался, брюнетка села рядом.
– Что делаешь? – опираясь на стену, с небольшой ухмылкой смотрит на безжалостные попытки младшего одеть съехавшую обложку на тетрадь.
– Да ничего, – отрезал и прежде чем захлопнуть учебник, бросил в него огрызок карандаша в качестве закладки.
– Что тебе непонятно? – осторожно забирая вещи с чужих рук, кареглазая говорила тихо и спокойно, сил уже не было.
– Да всё понятно, – заглядывая в покрасневшие глаза напротив, что так и говорили: «Я устала, не трепи мне нервы» Чон сдался, присаживаясь ближе.
– Вот этот пятый...
– Давай листик, ручку.
Они просидели так недолго, минут двадцать. Она попытается объяснить все как можно доступнее: не нагружая ни себя, ни его. Тот же будет кивать. И вот уже складывая учебники в портфель, задумчиво закусывая губу и затылок чеша, младший все пытается понять эту задачу. В итоге, по дороге к выходу, Кан использую беспроигрышный вариант, оставшийся ещё со школы, в виде объяснения на конфетах. Парень растерянно расширит свои глазёнки, протягивая удивлённо и осознавая: «А, так что ли?» А потом ещё и добавит: «Это так просто что ли было?!»
Выходили из здания они шумной компанией. Брюнетка, держа за руки неугомонного Тэхёна, набирала чей-то номер.
- Я бы ему там сразу, так меня остановили! - возбуждённо рассказывая какую-то историю из жизни русоволосый был не на месте.
– Да ты крутой, – понимающе слушали рассказ старшие.
– Я ему там и так, и сяк, – Ким младший агрессивно пытался изобразить удары, но получилось не очень из-за того, что его держали за руку. – А он на меня, прикиньте!
– Да успокойся ты уже, – срываясь, брюнетка топает ногой, угрожающе смотря на Кима.
– Ну ладно-ладно, – поднимая руки в примирении, он удивлённо смотрит на знакомую и как только та отворачивает свой взгляд, закатывает глаза, кривляя старшую что вызывает смех у всех рядом стоящих.
Машина подъехала к входу агентства. Все дружно усевшись на свои места, поехали домой. Время было позднее, и улицы стояли полупустыми, хоть и жизнь в этом городе не прекращала свой поток никогда. Сара сидевшая на переднем сидении рядом со своим коллегой, пристегнув ремень безопасности, аккуратно повернулась назад.
– Ну что, готовы к своей первой съёмке?
– Да! – радостно хлопают руками, будто они сейчас уже едут снимать клип.
Несмотря на тяжёлую тренировку, ребята ещё имели силы вести общительные беседы. Стоял неимоверный шум. Замечая улыбку на глазах ведущего автомобиль мужчины девушка безнадёжно пожала плечами, тихо шепча:
– Дети.
Когда шум стал ещё громче, девушка недовольно повернулась, показывая указательный палец у своих губ. Это всегда работало, и даже сейчас все перешли на шёпот.
– У вас ещё остались продукты? – отрываясь от разговора с Сокджином, Ким немного задумался.
– Ну, в принципе, да.
– Напиши потом список, что надо будет купить.
– Окей, – отозвался старший, продолжая беседу.
Ехали они недолго, минут десять катались по темным улицам Сеула.
– Вы, ребята, большие молодцы, идите отдыхайте, – махая на прощание рукой, говорила брюнетка, пока парни продолжали выходить из машины. – Пока-пока.
Кан призадумалась наблюдая за удаляющимися спинами и все же не очень громко вскрикнула.
- Чон! - обернувшись, тот быстро подбежал, наклонился ближе к открытому окну, - Я завтра зайду за тобой после школы.
– Хорошо, – закусил губу.
– Ты не переживай, напишешь эту контрольную, и все.
Тепло улыбнувшись нуне, парень с радостью принял ласковое поглаживание.
- Беги спать.
Подросток сорвался с места, желая как можно быстрее добраться до дома одновременно молясь что бы душ не был занят. И правда сама наивность.
***
- Я тебе говорю, - выдыхая в трубку Кан вышагивала уже знакомой дорогой к школе, - Не трепи мне нервы.
- Хорошо-хорошо, не буду. Но разве ты правда не хочешь присоединиться? Тут вся наша группа и еще человек двадцать с потока, - однокурсник на том конце провода решил поиграть над терпением знакомой.
- Уён, я этой поездкой уже по горло сыта одними обсуждениями в группе. Мне сейчас некогда, я ребёнка иду из школы забирать.
- Ты походу уже прописалась в общаге у этих парней.
- Всё, покедова, - отключаясь от разговора с не понимающим всей ситуации однокурсником, девушка пропускает его слова мимо ушей и убирает мобильник в задний карман.
Сеул вновь радовал погодой в местных. Радовал тёплым воздухом и ясным небом. Солнце светило так сильно, собираясь ослепить каждого жителя этого города и отказаться от солнцезащитных очков ни один еще не был готов.
Сама Сара, не придерживалась определенного стиля, одевала то, что под руку попадётся, но выглядело это достаточно гармонично.
Сейчас же менеджер торопилась к воротам учебного заведения в своём обычном рабочем прикиде: в черных скини джинсах с порезами на коленях и в белоснежной футболкой, на пару размеров больше естественного. Она не успела переодеться и сразу после пар побежала за своим зайчонком. Чёрный кожаный рюкзак, с большим количеством брелков, болтался на одном плече. Ей нравилось делать акцент не на самой одежде, а на аксессуарах, поэтому чёрную кепку и очки она уже приняла как своих. Тем более с такой походкой местной гопоты, цепочки на шее и кисти, увешанные разноцветными браслетами, считались уже родными для девушки, и она их не снимала даже на ночь. Сегодня брюнетка поступила разумно, не беря с собой кофту, ведь было и так жарко, даже тащить на себе лишний груз было бы не очень.
Остановившись уже в привычном месте между двумя корпусами старшей школы, девушка посмотрела на большие круглые часы и стала ждать. Ученики вылетали будто пробка из-под шампанского, бежали не замечая окружающих, на пролом. Учебная неделя уже подходила к концу, дети, радуясь, спешили кто домой, кто сразу гулять. Оставались считаные деньки до летних каникул.
Сара хорошо помнила то время, когда училась в школе. Она была хорошисткой, но, несмотря на это, частенько посещала кабинет завуча по поведению и этикету. Девушка была неугомонным ребёнком, шумной, резвой и болтала без умолку, подшучивая над учителями. Те будто бы не замечая все её проделки, так же любили непоседу. То, что она сдаст экзамены и поступит в университет, многие не верили, до последнего думали, что школьница шутит, но не тут-то было. Наивная и глуповатая на вид девчонка набрала очень даже хорошие баллы и поступила на бюджет, что в Корее встречалось не очень-то часто. Сара с тоской вспоминала это время, но возвращаться пока что не хотела. Сейчас у неё в жизни складывалось всё предельно хорошо. У неё есть работа, и семеро мальчишек стали для неё домом. Училась бы она в школе, работать бы менеджером парней было бы невозможно, поэтому ценила то, что имела.
Дверь вновь открылась, и оттуда вышли трое парней, они увлечённо разговаривали, временами смеясь, толкая друг друга в бока. Кан сразу узнала своего подопечного.
Чёрные волосы были растрёпаны, рубашка помята, края выбиты наизнанку, тёмно-синие брюки и такого же цвета пиджак. Чон шел задорно улыбаясь, а увидев в стороне девушку, так вообще будто бы расцвёл. Попрощавшись с друзьями, парень рванул к ущелью между корпусам.
- Нуна! - поправляя на ходу лямку сползающего рюкзака, голос привычно был высоким.
Приблизившись к знакомой, младший и не думал снизить свою скорость, даже наоборот, разогнавшись со всей силы, школьник, не замечая тревожного взгляда напротив, подхватывает брюнетку на руки и начинает кружить в воздухе. Та, осторожно схватившись за чужую шею, удивлённо визжит, парень же, не слушая, покрепче сжимает руки на чужой талии. Они уже перестали кружиться, но опускать тело на землю он не спешит.
– Ну, это было просто капец, – выдыхает он.
– Да отпусти ты уже! – глухо прикрикнула она, махая руками. Послушав, он поставил старшую на землю, но передохнуть не дал, накидываясь с новой порцией объятий.
– Я там их... – прыгая на месте, бубнил подросток, переполненный впечатлением.
– Что ты там? – умиляясь поведению младшего, брюнетка в ответ обняла его.
– Да я их там всех раз-два и на лопатки, отвечаю! – школьник еле сдерживается, чтобы не запищать, как девчонка. – Училка в афиге была! У меня у одного пятёрка стоит! – парень начал бегать из стороны в сторону, радостно хлопая в ладоши и изображая самолётик.
– Серьёзно? – крякнула девушка, не веря своим ушам, но, замечая быстрые кивки, тут же заулыбалась. – Молодец, – столкнувшись с счастливыми глазами, голос был чуть тише. – Я тобой горжусь, зайчонок.
Застенчиво заулыбавшись, он отворачивается, отодвигаясь от чужого плеча, а после следующей фразы так вообще дар речи потерял.
– Ты меня не подвёл.
Это было куда круче любой похвалы. Он не подвёл ту, кто ради него старалась и договаривалась с учителями. Это было до чёртиков круто. Он сам начал гордиться, ведь так усердно занимался последнюю неделю чтобы видеть эти блестящие, радостные глаза. Ему в моменте стало так хорошо от осознания того, что он не разочаровал человека, который верил в него, в его силы, что захотелось сразу же горы свернуть.
– Ты можешь на меня положиться, – с надеждой в глазах выдавил младший, смущённо улыбаясь.
Она смотрит с восхищением и внутри кричит от того, насколько этот мальчишка хорош. Вспомнив о своём презенте, помощница отлипла от бока и зарылась в портфель.
– А, кстати, забыла! На, держи, заслужил, – поправляя без того лохматую макушку, она протягивает небольшой бутылёк в чужие руки. – Банановое молоко.
– А мне можно? – мямлит подросток, вертя бутылку в руке.
– Сегодня можно. Пей, пока холодное.
– Спасибо, – оторвал трубочку сбоку.
- Ладно, пойдём, нам ещё в магазин зайти надо.
Младший, плетясь по дороге за старшей будет думать о том какая та хорошая. С влюбленными глазами будет попивает прохладный напиток, усмехаясь в себя. Чон смотрит на неё и понимает, какая же она клёвая. Он восхищается ей ничуть не меньше чем лидером, называя ее иногда его женской версией. Она такая крутая и умная, что младший временами пялится в открытую, изумляясь её навыкам. Девушка всегда заботилась о них, тратила своё время, даже тогда, когда это было не нужно отдавала свое предпочтение группе.
Да даже сейчас Чон знал, что вся университетская группа едет отдыхать в загородном доме, отмечая сдачу экзаменов, пока Кан ему банановое молочко покупает. Она думала, что об этом никто не узнает, но от ребёнка скрыть такого невозможно.
Чонгук был настолько благодарен что даже не знал как об этом сказать. И не в том смысле, что со словами, с этим проблем не было, он не знал, как показать это действиями, поэтому решил сделает по-своему.
По-детски.
Подойдя поближе, резко приближается к чужому лицу и прикладывая прохладную ладонь к щеке брюнетки, чмокает в другую. Подросток смущённо улыбается, неловко смотря на реакцию старшей. А у той глаза широкие, и слов нет.
Кан смотрит на него и понимает, что слишком сильно любит этого мальчишку, искренне веря, что тот останется таким же верным своей мечте, как и сейчас.
А она его поддержит.
Приглянет за ним, ведь дала слово не только его матери, но и себе.