День седьмой

За спиной полыхает безумная зверская ярость,
Выжигает мечты и желания дикий пожар,
От спокойных безоблачных дней ничего не осталось,
Поднимается чёрными хлопьями в небо душа.

Впереди нависают холодные тёмные стены,
Освещает больное нутро безучастная синь,
За невинные жизни умело назначены цены,
На удобной отметке шкалы замирают весы.

Лёд и пламя кусают друг друга на тонкой границе,
Разливаются огненно-снежной бурлящей рекой,
То надежда на острых обломках несмело искрится,
То неверие топит печалью и горькой тоской.