1
Морг всегда был местом, где время будто застывало. Холодные стены, тусклый свет, запах формалина — всё это делало пространство безжизненным, словно сама смерть лишила его цвета. Но для Анатолия Ломова этот мир стал чем-то большим. Сначала он боялся. Стоя у дверей, он сжимал ладони в кулаки, чувствуя, как сердце бьется так громко, что, казалось, его слышит даже безмолвный холод вокруг. Но Артём Тукаев, судмедэксперт с пронзительным взглядом и уверенностью, которая будто излучала тепло, стал для него якорем.
"Толя, иди сюда," — голос Артёма был тихим, но твердым. Он протянул руку, и Толя послушно шагнул вперед. Их пальцы переплелись, как будто сами собой, и Артём сжал его ладонь чуть сильнее, словно давая понять: "Я здесь. Ты в безопасности."
Этот жест повторялся чаще, чем Толя хотел бы признать. Когда он нервничал, Артём обнимал его, прижимая к себе так, что холод отступал. Когда дрожь пробегала по его телу, на плечи Толи ложилась теплая кофта Артёма, пахнущая его ароматом: смесью кофе и чего-то древесного, успокаивающего.
Но однажды Толя не выдержал. Сердце, которое так яростно билось в груди, кричало: "Скажи ему!" Слова вырвались почти без его воли: "Артём, я… я влюбился в тебя."
Молчание длилось вечность. Толя хотел убежать, спрятаться, но Артём снова взял его за руку. "Я знал," — прошептал он, и в его глазах вспыхнул огонь, который Толя раньше не замечал.
Их первое свидание было простым: кофе, разговоры, смех. Второе — ближе, теплее, и на третьем всё изменилось. Когда Артём прикоснулся к Толе, тот вздрогнул, но страх растворился в уверенности, с которой Артём направлял его. "Я тебя научу," — шептал он, и Толя доверился ему полностью.
Теперь морг уже не казался таким холодным.