3 глава.Что, если это конец?
«Выбор»
— Ты всё же пришла.
— И уйти могу точно так же.
Парень ничего не сказал — ничего касаемо резкого ответа и непростого характера блондинки. К тому же, она имела на это полное право. Имела право даже устроить скандал — после той ошибки, совершённой много лет назад. Да, она не догадывалась об этом, но он знал точно. Знал, даже пытаясь убедить себя в обратном. Но разговор нужно было начать, ведь теперь речь шла не только о симпатии и любви, пускай это и было связано слишком тесно. Тогда ошибки не было — не было ошибки касаемо фамилии, была лишь ошибка касаемо её владельца. А если быть точнее — владелицы. В тот вечер смерть маленькой Дель Вестлин могла бы не просто отдалить, а предотвратить апокалипсис. И сейчас изменилось не многое. Но теперь перед парнем стоял непростой выбор. Выбор между Дель, которая стала для него всем, и жизнью своей семьи. Жаль лишь, что теперь даже это блекло на фоне блондинки.
— Ты так и будешь молчать?
— Комиссия.
— Что?
— Ты там работала. Даже больше — куратор доверила тебе все тайны этого места.
— Я больше к этому не вернусь.
— А я и не прошу. Мне нужна лишь информация.
«Пауза между вопросами»
–Неплохой выбор, хотя к этим книгам уже давно никто и не притрагивался.
Девушка не желала отрываться от прочтения — ну или лишь хотела создать такой вид. В любом случае, последние несколько дней вымотали её почти полностью, особенно морально. Сейчас, сидя в мягком и довольно уютном коричневом кресле, в тёплом помещении и с книгой в руках, последнее, о чём ей хотелось думать, — это реальность. И то, что всю жизнь она толком не знала ничего даже о самой себе: не знала, почему убили её отца; не знала, почему на его месте должна была быть именно она; не знала даже того, что парень, который ей так понравился, был тем, кто лишил её детства. Не знала до сегодняшнего дня. Хотя, возможно, лучше бы и не знала. Ведь раньше она ждала от него ответов, а в итоге стало только больше вопросов.
Да и сложившуюся ситуацию можно воспринимать лишь как сюрреализм: она влюблена в парня, который убил её отца, и при этом он пытается «спасти», как бы выразился брюнет, мир от апокалипсиса, оставив в живых и её. Господи, это же бред сумасшедшего. Может, уже и она сама сходит с ума, пытаясь сложить всё в хоть сколько-нибудь рациональное и логичное?
В любом случае, времени почти не осталось. А Пятый? Он, кажется, уже и сам устал искать несуществующее решение.
Этим двоим явно нужен был отдых — хоть какой-то. И, возможно, хотя бы так они смогут провести последние несколько дней, будучи по-настоящему счастливыми? Ну или найдут решение? Даже они сами не знали.
И пока Дель пыталась отвлечься книгой, так и не продолжив разговор, который хотел было начать Харгривз, он отправился заваривать очередную чашку любимого — и одновременно такого нужного сейчас — кофе.
«Кофе с привкусом сигарет»
Они гуляли по набережной под светом луны, разговаривая обо всём и в то же время ни о чём. Было в этом что-то правильное — молчать вместе, когда слов уже не хватает. В какой-то момент Дель достала из сумки пачку сигарет и, кажется, уже собиралась закурить, но взгляд парня остановил её.
— Опять?.. — голос прозвучал резко. — Ты же знаешь моё мнение.
Он даже не пытался скрыть раздражения. Или беспокойства — уже и сам не знал, что из этого сильнее.
— Ты ведь знаешь, почему. Это единственный способ хоть на секунду забыть, что всё вокруг рушится.
— По-твоему, это оправдание?
И всё. Разговор резко сменил тон. Они оба начали говорить громче, резче — никто не хотел отступать.
— А ты? Литрами кофе заливаешься. Это лучше?
— Уж точно не вредит лёгким, — бросил он.
— Моё сердце и желудок тоже ещё не сдались.
Он молча выхватил сигареты из её рук и кинул в реку. Быстро, без колебаний.
— Ты серьёзно?.. — в голосе девушки зазвучал срыв.
— Серьёзней некуда. Ты не будешь себя убивать.
— Сумасшедший, — зло выдохнула она.
Но он молчал. Просто смотрел. И ей вдруг стало сложно дышать — не от злости, нет, от чего-то другого. Он никогда не умел долго злиться. Особенно на неё. Особенно когда она вот так злилась сама, морщила нос, хмурилась и выглядела до невозможности живой.
— Ну?.. И чего ты вылупился? — начала было она, но договорить не успела.
Он просто поцеловал её. Внезапно. Глупо. И правильно.
Плевать на ссору. На всё, что было сказано. На всё, что могло быть. В тот момент был только поцелуй — долгий, упрямый, почти отчаянный. Тот, что случается, когда слов больше нет. И обоим вдруг стало ясно: они запомнят этот вечер. Запомнят, даже если ничего не получится. Даже если завтра всё закончится.