#4 Трупы тоже говорят
1
Стивен Кэмптон, что ещё нужно знать об этом человеке, что б убедиться, что он настоящий гений своего дела. Он - маньяк, но не из тех которых мы ловим, а в хорошем смысле. Его трудолюбие заставляет восхищаться и настораживаться одновременно. Я до сих пор не разгадал как ему удаётся не спать и оставаться бодрым, и полным вдохновения работать с таким рвением. Он прекрасный эксперт в своей области с невероятно глубокими познаниями в химии, анатомии, огромной базой знаний в криминалистике. Парень все доводит до конца, максимально отдаваясь своему делу, ни одно начатое дело не останется незавершённым. Всё, начиная с приготовления завтрака, до исследования тела погибшего, он выполняет каждую задачу с той размеренной скрупулёзностью, которая других могла свести с ума. Именно эти качества и отличают профи от любителей, которых заставили учиться родители. Стив живёт этим, он рад каждому трупу, что попадает к нему в лабораторию, и ведет с ними долгий диалог, на языке, что понятен только ему. Речь пробирок, ампул, растворов, записных книжек и учебников слышна только Кэмптону, который анализирует каждое их слово, на основе которых делает выводы и заключения, которые тоже не редко бывает сложно разгадать без его пояснений. Работа достаточно специфическая, но это его дело, его стиль жизни и интерес. Стив не вылазит из лаборатории, работая шесть дней в неделю. Трудолюбие он проявлял начиная со школы, продолжив в Хайстонском университете в Вирджинии, который закончил с отличием, как и комплекс курсов по криминалистике. К нам он пришел с прекрасными рекомендациями.
- Утро доброе, детектив.
Мери Ампауэр встретила меня, как всегда, искренней улыбкой на входе в участок. Ярко рыжие кудри сегодня были собраны в плотную гульку, которая была закреплена карандашем. Мери была явно занята. но нашла пару секунд что б мило улыбнуться и пожелать хорошего дня.
- Стив просил вас зайти к нему.
- Привет, Мери, знаю, спасибо.
Проходя по коридору, обратил внимание на кабинет Роберта, он был закрыт. Хорошо, ему не помешает хороший сон. Пазл начал складываться, но нужно было ускориться , я чувствовал что мы что-то упускаем, что-то очень важное.
- Здравствуйте, детектив. Как прошла ночь?
- Тебе ли не знать. Джош Барренхилл, вот кто нам нужен, это муж Франчески Адэо - Санчес - сестры убитого, нужно его разискать. Что нового, Стив?
- Тело Кевина передали в морг, но я сделал все нужные заключения. На языке я нашел белый налёт, глаза немного запали, его явно отравили. Следов борьбы я не вижу, синяков, сломаных ногтей, ничего такого. Не мог же он просто поехать с ними.
- Доброе утро всем.
Роберт вошел ,как всегда , в хорошем расположении духа. Он выспался и был полон сил. Я поручил ему найти Барренхила, он сразу же ушел в архив искать возможные зацепки.
- Отравили, значит...
Я вышел на улицу, там стоял офицер Хернандес с сигаретой в зубах. В руках у меня была фотография Франчески, надпись на обратной стороне мне не давала покоя.
"Te Amo Hermano"
- Прекрасный день, Детектив.
Погода и в правду была шикарная. Солнце медленно поднималось на горизонте, лёгкий ветерок поднимал настроение. Я достал паччку сигарет, одна из них уже была подписанной. "Оливия" - красивое имя.
Роберт вышел из участка с нужным нам адресом.
- Отложим перекур, детектив, посмакуем дым сигарет в престижном Мальбруке.
2
Мальбрук был относительно новым районом в городе, где селились высшие слои общества с прекрасными трёхэтажными дворцами, личной охраной и водителями и которые абсолютно не принимали незванных гостей, а особенно из органов правопорядка.
Дорога заняла не больше 20 минут, с учётом того, что светофоры были не на нашей стороне. В машине Роберт без умолку рассказывал о своей новой девушке, которую встретил в кофейне недалеко от участка и влюбился по уши, и хоть мне были чужды подобные чувства, я не мог не отметить с каким восторгом он её описывал и с каким трепетом вспоминал каждое свидание. На лице у меня пробежала улыбка... Мы на месте.
Нас встретил нетипично одноэтажный дом, что в этом район было редкостью. Серая крыша, стены выкрашенные в цвет мокрого асфальта наганяли грусть и тоску. Этот дом был настоящим уродцем среди архитектурных излишков, которые россыпью присутствовали в районе Мельбрук. Територию ограждал высокий забор из прутьев, по периметру которого были высажены туи, что б хоть немного перекрывать обзор во внутренний двор, где в данный момент мужчина с газонокосилкой томно прогуливался по участку, втупившись в пол, мёртвым взглядом смотря себе под ноги.
- Скорее всего, это садовник. - Заметил Роб, однако был далёк от истины.
Припарковав машину у дороги, мы прошли по заезду и упёрлись в электрические ворота, выкрашенные в чёрный цвет, такие же прутья и решетки, как и весь забор по периметру. Во дворе у дома стоял свежий Бьюик кремового цвета с шикарными хромовыми колпаками на дисках.
- Сер, добрый день. Я прошу прощения за столь неожиданный визит. Мы из полиции, не могли бы вы позвать мистера Барренхилла?
Высокий стройный мужчина поднял взгляд. Глаза, выглядывающие из под длинной чёрной чёлки, были наполнены грустью. Я знаю этот взгляд, я знаю эту боль. Он мог не произносить ни слова, этот человек знал боль утраты близкого человека. Пару секунд он смотрел мне прямо в глаза, после чего заглушил газонокосилку, снял рабочие перчатки и повесил на ручку садового аппарата. Потирая руки об штаны, мужчина проследовал к воротам. Подойдя, он достал очки из нагрудного кармана своей шелковой рубашки и еще бдительней уставился на нас с Робом.
- Мистер Барренхилл, верно?
- К вашим услугам. Боюсь я знаю что вас привело в мой дом.
Голос его нёс в себе тотальное разочарование. от него так и веяло холодом.
- Я детектив, это мой напарник Роберт. Мы бы хотели задать несколько вопросов.
- Я предполагаю, что ордер вы мне не покажите...
- Ордера нет, сэр. Мы вас ни в чём не обвиняем, с вашей стороны участие в следствии абсолютно добровольное. Нам нужна ваша помощь.
- Что ж, невежливо будет продолжать общение по разные стороны ограды, проходите, я угощу вас чаем, я уделю вам ровно пол часа, а позже попрошу убраться. Не сочтите за грубость, я ценю вашу работу, однако я уже очень многое сказал сотрудникам полиции. У вас всегда много вопросов и подозрений, но от вас никогда не получишь удовлетворительного колличества ответов, детектив.
- Мы не займём много времени и будем благодарны даже за крупицу информации.
Мужчина крепкой рукой провернул замок на решётчатой двери и впустил нас во двор. Пройдя вдоль Бьюика мы попали на веранду, украшенную множеством растений и цветов.
- Я предлагаю расположиться на веранде, проходите за стол. Чайник недавно кипел, я сделаю нам чай и присоединюсь к вам.
Мужчина скрылся в доме, а мы с Робертом заняли отведённые нам места за небольшим столиком, на которые указал хозяин. Через несколько минут три чашки чая стояли на столе, а все присутствующие были готовы начать диалог. Роб достал несколько грязных листов бумаги, я же открыл свой небольшой блокнот.
- Что ж, как она умерла?
Тяжелый вздох Джоша сразу перевел атмосферу из дружеской в напряженную. Весь его вид показывал насколько ему был неприятен этот разговор.
- Опять, те же вопросы... Франни сказала что едет по делам, без подробностей. Я хотел отвезти её, но получил отказ. Мы построили прекрасные доверительные отношения и у меня небыло ни единого повода ей недоверять. Если она не хотела говорить тогда, сказала бы позже, так что я не стал расспрашивать. Вечером мы выпили кофе, она вызвала такси и уехала, через десять минут я отправился в казино "Шалфей" в Винсенте и пробыл там до полуночи, я часто там отдыхал с партнёрами по бизнесу.
- Как вы узнали о её смерти?
- На следующий день ко мне приехали из полиции с этой новостью, много расспрашивали. Сказали что тело нашли на берегу реки в Южном Винсенте с проломленным черепом. Орудие убийства не нашли, убийцу не нашли, причины, мотивы остались неизвестными. Никто ничерта не делал что б добиться справедливости.
Джош виновато опустил глаза, в тот момент я почувствовал нечто другое, ранее я видел тоску в его глазах, но сейчас я чувствовал его страх. Зрачки были направлены вниз, он очень редко смотрел на нас с Робом, лишь иногда окидывал беглым взглядом.
- Вы обращались повторно в полицию? Вы добивались продолжения расследования?
- Детектив, полиция - беспомощьные псы, что бесконечно нюхают, но так и не находят источник вони. Мне больно об этом говорить, но Франни была изнасилована 4 года назад. Никто не понёс наказания. Мы добивались правосудия, подавали многочисленые иски, бесконечные расспросы, вызовы в суд, на опознания. Сэр, виновных так и не нашли, или нашли, но ничего не смогли доказать. Франческа чуть не сошла с ума, я год её вытаскивал из депрессии, и спустя год она наконец-то улыбнулась.
- Она говорила что-то о банде Барконэ?
Взгляд Джоша изменился. Его глаза наполнились издевательским блеском и он от души рассмеялся.
- Слышал конечно, братец Франчески писал рассказы про похождения зловещей групировки Барконэ, это всего лишь писанина недо писателя, но местами занятная, Кевин отправляет мне иногда напечатанные варианты его историй. Это единственное что я читаю, надеюсь получить от него следующую партию чтива, в этот раз он на много дольше не выходит на связь.
Мои знания испанского не позволили догадаться что это был все го лишь рассказ, слова перевёл, а в предложения сложить не смог. Какой позор...
- Вот оно что. Вы не знаете...
- Не знаю что?
- Кевин Адео - Санчез мёртв...
- Хм, похоже теперь к меня совсем не осталось друзей. Жаль, мне нравились его рассказы.
Реакция Джоша сбила меня с толку. Так хладнокровно...
- Какие отношения у вас были с братом Франчески?
- Нас связывала только Франни и семья Барконэ, детектив. - С улыбкой ответил Джош и поспешил продолжить другую тему. - Тот год, после изнасилования был самым чёрным промежутком нашей жизни. Я уже говорил что она чуть не сошла с ума, она постоянно говорила о каких то духах или призраках. Она просыпалась ночью с возгласом "Espiritus". С испанского это и значит "Духи".
Барренхилл продолжил.
- Франческа совсем ничего вам не рассказывала, возможно что-то подозрительное было в её поведении?
- Она вела себя как всегда. Та же светлая улыбка, те же шутки и игривое настроение. Единственное что меня насторожило...
Джош выдержал паузу, возможно, сомневаясь стоит ли нам что-то озвучивать...
- Что же?
- Она написала завещание.
- Что простите?
- Завещание, детектив. Но я до сих пор его не разгадал. В нём Франни попросила сделать гравировку на могильной плите, расписала как и где расположить имя и фамилию, каким шрифтом и попросила нанести какие-то цифры. Она несколько раз повторила что это очень важно.
- И вас это никак не возмутило?
- Она перевела это в шутку и успокоила меня. Я назвал эту просьбу глупой, эти цифры, я до сих пор не понимаю их значения, но она рассмеялась. Она залилась смехом и сказала что исполнение таких глупостей и есть любовь! Она была очень светлым человеком, мы были счастливы. Тогда я не придал этому никакого значения и быстро забыл об этом. А через неделю мне пришлось исполнить её последнюю глупую просьбу.
Джош сжал челюсть, сдерживая эмоции, да так сильно что скрип зубов был слышен и нам с Робертом. Мужчина сжал чашку с чаем двумя руками.
- Что за цифры, мистер Барренхилл?
- Не помню, какой то математический пример. Лист с завещанием забрала полиция и обратно я его так и не получил. Но просьбу я исполнил, как и просила Франни внизу могильной плиты выгравировано всё, в точности как она завещала.
- Джош, вы очень нам помогли. Не возражаете если мы проведаем Франческу на кладбище?
- Я уже был там на этой неделе, так что компанию вам не составлю, да и время нашей встречи подходит к концу.
- Вы бы очень помогли, назвав номер могилы. Это наша последняя просьба.
- Секунду, детектив, я возьму свидетельство о смерти.
Мистер Барренхилл встал из-за стола и направился в дом. Мы с Робертом допили чай и встали из-за стола. Как и было сказано, это была последняя просьба и задерживаться на ещё одну чашечку мы не собирались, да и вряд ли бы нас угостили. Этот приятный джентельмен оказал нам большую услугу, он уже сделал очень много. В таком состоянии, отчаявшийся, было большой удачей что он вообще согласился с нами говорить.
- Номер 734... - Раздался голос из дома. - Детектив, могила номер 734. - Выйдя на веранду, повторил Джош.
- Мы благодарны вам за помощь и за тёплый приём, мы не смеем вас больше задерживать.
- Желаю вам хорошего дня. - подитожил Джош Барренхилл и указал рукой на выход.
3
Попрощавшись, мы с Робертом проследовали в машину.
- "Espiritus", я уже встречал что-то подобное.
- Мне тоже это слово показалось знакомым, я пытаюсь вспомнить, но пока безрезультатно.
- Подумаем по пути. Наведаемся на кладбище.
- Оно на другом конце города, не желаете взять кофе? По дороге есть прекрасная кофейня, я угощаю.
Чай не особо взбодрил, так что я не отказался. Мотор старого Кадиллака зарычал, путь наш лежал в район под названием Глидсен Парк на юге от реки Леон, так что нам нужно было проехать достаточно большое расстояние с самого севера города в противоположную его часть. Мы остановились в Олд Тауне, где Роберт взял кофе, и поехали дальше к центральному мосту, который соединял районы Леон Ривер и Глидсен Парк. Изредка переговариваясь мы оба отдавали предпочтение тишине. Я погрузился в свои мысли с головой, безумно глупо было полагать что банда Барконэ действительно существует, как можно было не уловить что это всего лишь рассказ... Это слово, духи, призраки, что Франческа произносила по ночам целый год после изнасилования... Изнасилование... Почему дело не было раскрыто...
Из мира мыслей в мир реальный меня вернули недавно выкрашенные в графитовый цвет ворота кладбища, над которыми размашестыми буквами была надпись Национальное Кладбище Леон. Мы припарковались у северных ворот, где была сторожка смотрящего за кладбищем. Даже зная номер могилы, можно долго блуждать по одинаковым рядам надгробных плит, всматриваясь в фамилии или выгравированные номера мест на обратной стороне мемориалов. Было принято решение не тратить время и сразу обратиться к смотрящему, у которого обязательно был журнал с картой кладбища с разбивкой по секторам, что бы очень облегчило наши поиски.
- Добрый день, чем могу быть полезен? - прохрипел смотрящий, завидев нас.
Это был мужчина преклонного возраста, полностью седой и немного скрученый.
- Добрый день, нужна ваша помощь, не подскажите где 734 могила?
- Господа, взгляните сюда. - старик указал на карту кладбища и повёл пальцем, рисуя маршрут. - Зайдёте за сторожку и идите прямо, считайте перекрёстки дорожек до трёх, по правую сторону будет седьмой сектор, третий ряд отсчитывайте с конца, могила будет четвёртой по счёту.
- Благодарим.
Всё оказалось до ужаса логично, никогда и не задумывался что в могильном деле выдержана такая точность.
- Хорошего дня. - Старик по доброму улыбнулся и перевернув газету приступил к разгадыванию сканворда.
Мы выдвинулись вдоль ровных рядов могил, разделённых на сектора дорожками из брущатки. Было ощущение что солнце над этим местом не светит из-за грандиозных размеров облака, что нависло над нами. Пальцы обвивал прохладный ветерок, непривычно прохладный для сегодняшнего дня. По пути к могиле мимо нас с Робертом проплыла высокая фикура в чёрном костюме и полосатой шляпе. Скорее всего один из посетителей кладбища.
Мы потратили около пяти минут что б добраться до нужного сектора и отыскать могилу Франчески Барренхилл. Скромная могильная плита, на которой красивыми буквами были выгровированы инициалы, даты рождения и смерти. 2 Января 1954 - 16 Октября 1991. Ей было всего 37 лет, если брать среднюю продолжительность жизни, то ей ещё жить и жить, однако судьба распорядилась иначе.
Внизу у самой травы на могильной плите мелким, ели заметным, шрифтом было написано: "-10 +4 +18 -3 0 +7 +16 -12 -13 +18 +6 +5 14А ". Я записал этот странный набор цифр себе в блокнот в точности как он был выгравирован на мемореале.
- Детектив, это какая то бессмыслица.
- Джош не соврал, странный математический пример.
- 40.
- Что?
- Сумма цифер, если не учитывать 14А.
- 14А, Роб, это похоже на адрес.
- И как это понимать?
- 12 цифер - это 12 букв и дом 14 А.
- Домов 14А могут быть сотни, на каждой улице есть такой дом.
Я обошел могильную плиту несколько раз, убедившись что мы ничего не упустили, но, похоже, мы мы выжали максимум из этой поездки.
Не имело смысла задерживаться в этом месте, тем более я почувствовал недомогание. Меня морозило сильнее чем обычно, руки начинали дрожать, а ветер как будто обжигал своим холодом. Мысли начинали путаться и я боялся потерять контроль. В этот раз я продержался довольно долго, не будем играть с судьбой, детектив, закурим.
"Оливия" всё так же лежала в пачке, ожидая своего звёздного часа и он настал.
- Детектив, я отойду отлить.
Недалеко от сторожки возле забора было небольшое здание уборной. Фразу Роба я еле разобрал, ибо виски к тому моменту уже пульсировали беспорядочными ритмами, заглушая любые звуки своими барабанными партиями, как буд-то у меня в голове маршировала целая средневековая армия, что готовилась вступить в бой с каким-то ледяным чудищем, которое своим дыханием сдирало кожу с моих ладоней. Потирая руки в отчаяных попытках согреться я вышел за територию кладбища, пройдя под аркой с надписью Национальное Кладбище Леон. Облакотившись на свою машину я наконец достал долгожданную сигарету и как только огонь добрался до буквы "Я", стало на много легче. Армия прекратила свой марш, постепенно затихнув, а ледяной монстр превратился в доброе существо, что начало согревать мои руки. Роберт вернулся в аккурат к тому моменту, когда сигаретный дым подействовал на мою нервную систему и успокоил весь ураган ощущений, что кипели внутри.
- Готов?
- Да, детектив, можем выдвигаться.
Мы отправились в участок, который всё так же неизменно находился в районе Олд Тауна, через уже знакомый центральный мост. По дороге нам составило компанию "Леон Ривер Радио 7.4.11" напевая песни из колонок автомобиля. По дороге я старался ни о чём не думать, что б дать голове отдохнуть и хоть немного расслабиться. Нам с Робом предстояло много работы и я хотел что б у меня были силы анализировать большие объёмы информации в рабочем режиме, не тратя энергию на пустые догадки.
Дорога заняла около часа, трафик заполонил улицы хоть и не самого большого, однако достаточно крупного и шумного города. Светофоры, как всегда, предательски подмигивали зелёным и переключались в самый неподходящий момент. За эту дорогу я вывел для себя странное, но до боли правдивое суждение. Если всегда надеяться на зеленый, будешь бесконечно огорчён красным, однако как только принимаешь красный как должное, зеленый начинает радовать на много сильнее. Так вот начиная дорогу с облегчением после выкуриной сигареты, проведя часть пути в лёгком раздражении, под конец, подъезжая к участку я как будто познал дзен, брибыв в умиротворённом расположении духа.
- Я буду у себя, хочу кое что проверить. - Парень скрылся в участке, молниней забежав в здание.
- Хорошо, Роб. - он вряд ли это слышал.
Я подошел к кофейному аппарату, закинул доллар и четвертак, немного приловчившись надавливать затёртые кнопки автомата я наконец то получил столь желанный капучино.
- Добрый день, детектив. - Ко мне подошел Калео Хернандес.
- Офицер. Как вы? Как ваше вчерашнее дежурство?
- Полный порядок, детектив, прошло на удивление спокойно, без происшествий.
- Как идёт расследование?
- Мы обрастаем информацией, Калео, но продвинуться не можем. Мы нашли фотографию у парня дома, на ней он с сестрой, на обратной стороне надпись.
- Могу взглянуть?
Я протянул фотографию офицеру. Он взглянул на нее и вернул обратно.
- Сестра тоже мертва, год назад её не стало. Судя по дате это прощальный подарок.
- Детектив, хотите сказать она знала что скоро умрёт?
- Похоже на то...
Докурив, офицер Хернандес проследовал в участок, я за ним. На входной стойке в этот раз стояла не Мэри, какой то молодой парень, похоже, только из академии. Калео заметил мой немой вопрос и не дожидаясь, с гордостью заявил что Мэри перевели в отдел раследований. Теперь она так же сможет принимать участие в раскрытии преступлений.
- Это же прекрасно, детектив.
- Это ужас!
- Детектив, она давно просилась, я считаю что она готова к серьёзной работе. Я подписал прошение о переводе.
- У неё же скоро свадьба, не так ли?
- Да, через пару недель. Это мой свадебный подарок, хоть я еще и не знаю приглашен ли. - Офицер расплылся в улыбке. - Детектив, расслабьтесь. Да, работа связана с риском, но пройдя долгую службу, мы же с вами живы.
Это было неоспоримой правдой, но как это всегда бывает, мы обращаем внимание лишь на то что хотим увидеть, редко замечая другую сторону медали. Мы как техасский стрелок, что сначала стреляет на угад, а после обводит мелом наибольшее скопление дырок от попаданий. Сколько офицеров ежедневно досрочно оканчивают службу в деревяных ящиках? Вопрос риторический, мы с Калео просто счастливчики, которым повезло пройти долгую службу, и так уж случилось что сейчас мы работаем вместе, так что нас удобно можно обвести мелом, и хвастаеться как легка служба в полиции, создавая ложное ощущение беспечности и крутости, что отлично работает на подростков, активно привлекая их в ряды полиции.
Я прошел в свой кабинет, уселся в кожаное кресло, открыл блокнот и положил перед собой перевёрнутую фотографию. Я всегда работал в темноте, стеклянные перегородки всегда закрывали плотные жалюзи, небольшое окошко всегда было зашторено. Из освещения была лишь настольная лампа с приятным желтым светом, что настраивал на работу, и, как буд-то, фокусировал мои мысли. Всё что учавствовало в работе было на столе, освещённое, всё остальное пусть молчит во тьме.
Роберт сложил пример и получил число "40", но это совершенно не стыковалось с еще одним числом "14 А", что было написано как бы немного осторонь от чисел со знаками. Я почему то был уверен что это адрес. Франческа, ты была невероятно смышлённой девушой, ты усердно пытаешься помочь, а с тем же усердством пытаюсь помочь тебе и наконец то распутать эту загадочную историю.
Что за шифры, Франческа? При слове "шифр" мне в голову приходили только две вещи - дешифровальная машины Тьюринга и нацисткая шифровальная машина "Энигма", но пробить подобный код через них было абсолютно невозможно, обе эти машины анализируют текст, а текста у меня небыло, я не знал что взять за основу. Возможно, я всё усложняю. Конечно! И "Энигма" и "Бомба" Тьюринга изначально основывались на шифре Цезаря. Переставляя буквы в алфавите на определённое количество символов мы получаем окалесицу, которую невозможно прочитать, но зная правильный коэфициэнт смещения слова обретают смысл, складываясь в текст. Так передавались важные послания в древние века, и именно так малышка Франни решила поиграть с нами сегодня.
-10 +4 +18 -3 0 +7 +16 -12 -13 +18 +6 +5
Это не сам шифр, это ключь!
"Te Amo Hermano"
Чёрт возьми, она надеялась что Калео сможет разгадать эту загадку сам, скорее всего это была их детская игра с братом, что б родители не понимали их, что давало безграничный простор в пакостях, да и само по себе было достаточно занятным делом.
"Te Amo Hermano"
Я вырвал лист из блокнота и написал на нём алфавит. Меня не покидало ощущение что я занимаюсь глупостями, но я знал что на верном пути, чёрт возьми, я как будто погрузился в детство, беззаботно перебирая буквы, подставляя их в правильном порядке. Я исписал весь листок, перепробовав разные варианты смещения. При отнимании я то учитывал, то не учитывал исходную букву, то же самое проворачивал с прибавлением, но как только я видел в этих буквах какой-то смысл, это ощущение тут же разбивалось о следующую букву, которая не давала логического продолжения словам и перечёркивала все предидущие труды. Но даже такие попытки я доводил до конца, зная что ничего не выйдет в тот или иной раз, но извлекая урок и закрывая этот метот, как только я разгадывал последнюю букву, еще несколько раз сверялся, не вышло ли случайно что-то вразумительное, однако все попытки были тщетны. Я начал опускать руки, похоже шифр церзаря не сработал, нужно было искать разгадку дальше, меня начали окутывать сомнения, что я иду по ложному следу и трачу время на детскую игру. Двое детей из Перу насмехаються надо мной.
Перу...
В Перу никто не говорит по английски. Я предполагаю, что ситуаци там схожа с Чили, где я однажды проводил каникулы у своей, ныне покойной, тётки. Она без конца трещала на испанском, а я бесконечно кивал головой, не понимая ни слова. В той поездке, я то и приобрёл Испано - Английский словарь, потому что надеяться на тётушку в вопросах коммуникации не приходилось.
И хотья не был уверен до конца, но в голове плотно засела мысль что алфавиты отличаются.
Калео, точно! Вот кто мне может помочь. Я выхватил трубку телефона внутренней связи и набрал "411" - дежурный телефон отдела расследований.
- Офицер Хернандес, слушаю.
- Калео, мне нужна твоя помощь, ты сейчас свободен?
- Я смогу зайти к вам через десять минут.
- Жду, тебя, друг!
Нужно ли говорить что десять минут тянулись несоизмеримо долго. Это было сравнимо с приступом на кладбище, но если бы мне дали выбор я предпочёл бы несколько приступов сразу, чем эти томные минуты ожидания. Спустя двенадцать минут я услышал заветный стук в дверь.
- Детектив, можно.
- Проходи, Калео, присаживайся. Мне нужна помощь, хочу подучить испанский, начнём с алфавита!
Удивлению офицера Хернандеса небыло предела, в тот момент он проживал тысячи эмоций, неспособный выбрать и сфокусироваться на подходящей. В его глазах мелькали непонимание, детская радость, смех, изредка пробегала даже злость, потому что скорее всего, я оторвал офицера от работы, которой в отделе раследований всегда хватает.
- Да вы издеваетесь... - с улыбкой выдал Калео, - этот абсурд выходит за рамки приличия.
- Знаю, офицер, ребятчество, шутки и игры, вот чем я тут занимаюсь! Посмотри на лист, пока ты окончательно не убедился что я сошел с ума.
- Сер, этот лист лучше сжечь, потому что он являеться прямым тому доказательством! - Хернандес рассмеялся, однако не нашел поддержки в моём взгляде, и всё же, собрав в себе остатки серьёзности, втупился в лист.
- Шифр, всё еще не разгадан, детектив. - подитожил он через несколько секунд.
- Да, мой друг, потому что я мыслю на другом языке, нежели Франческа... и вы, Калео!
- С чего бы...
- Ваша фамилия, офицер Хернандес, выдаёт ваше латиноамериканское происхождение и я молюсь что б вы не забыли свои корни за годы работы в США.
Мы оба заполнили комнату хохотом. Офицер одобрительно кивнул и приступил писать буквы в моём дневнике.
- Так значит 27.
- Так точно, детектив, на одну больше чем в английском.
- Попробуем.
Т - 10 = Л, Е + 4 = И ...
Переставляя буквы, следя за цифрами, иногда сбиваясь и начиная всё с начала, перебирав несколько вариантов шифровки, буквы наконец то начали говорить на понятном обычному человеку языке. Какое же облегчение, сравнимое с окончанием интересной книги, дочитывая которую, чувствуешь грусть по пройденному этапу, но грустить времени небыло.
Лирконт Харст... 14 А
- Детектив, это в районе Леон Ривер.
- Улица Лирконт Харст, дом 14 А. Калео, мы всё же на правильном пути! Ты не видел Роберта?
- Нет, нужно собрать группу. Я поеду с вами, Ампауэр тоже.
- Мэри, нет, чёрт возьми.
- Детектив, ей нужно набираться опыта, пусть она составит компанию, я присмотрю за ней, да и вам будет спокойнее если вы будете рядом на её первом задании. Подготовка у неё удовлетворительная, физический тест, стрельба, она всё сдала. Она заслуживает на это.
- Что ж, возможно. Офицер, я запрошу ордер, боюсь это займёт некоторое время, мне прийдёться постараться обосновать причину нашего визита.
- Я буду у себя, предупрежу Мэри, если увижу Роберта, отправлю к вам.
- Спасибо, Калео.
В ту же секунду как офицер Хернандес покинул кабинет, я сел за написание рапорта о продвижении по делу череды убийств, что были бесспорно связаны между собой.
- Детектив...
- Ах ты безцеремонный мальчишка. Люди отличаются от животных умением стучать в дверь, перед тем как войти.
Роберт Курье всегда врывался без стука, а я всегда ворчал на него. Сначала это меня злило и несомненно раздражало, но со временем это превратилось в неотъемлемый ритуал нашего сосуществования с моим напарником.
- Espiritus - духи, о которых говорила Франческа. Татуировка на груди Доминика Макнилла в точности соответствует. Есть ещё кое что. С такой же татуировкой есть двое заключённых в окружной тюрьме. Также недавно к нам в участок поступил парень моего возраста с такой же татуировкой. Кажеться Джефри и Колинс поймали его, когда тот пьяный начал драку у книжного магазина на перекрёстке Кингс Роад и Флоттер Стрит в районе Леон Ривер.
- По какому адресу он проживает?
- Он сказал что дома у него нет, но он остановился у друга на Лирконт Стрит.
- Твою мать, Роберт. Франческа дала нам разгадку. Espiritus - это банда, которая причастна к изнасилованию Франчески, Макнилл - член банды, убил её, а затем расправился с её братом, который копал на них компромат.
- Он не назвал точного адреса.
- Лирконт Харст 14 А, Роберт.
- Как? - Роберт смотрел на меня с недоверием, как будто я съел последний кусок пирога, на который у него были планы.
- Франческа зашифровала в своём предсмертном подарке брату адрес и дала нам в руки ключь, который заботливый муж Джош в точности заказал выгравировать на могильной плите Франни.
- Вот оно что, нужно отправляться туда.
- Не торопитесь, детектив Курье. Сперва немного бумажной работы и все необходимые разрешения!
- Да, конечно, детектив.
- Распиши всё что ты накопал на Espiritus, это ускорит работу и в разы её облегчит.
- Я всё законспектировал.
Роберт протянул два, сложенных пополам, листа бумаги, на которых корявым, почти докторским почерком, с множеством исправлений и помарок, была вкратце изложена основная информация. Он, смышлённый парень, знает своё дело. Роберт ушел, я же продолжил писать рапорт, в котором изложил ход расследования, подозреваемую группу лиц, а так же долгие обоснования почему именно этот адрес нас заинтересовал. Расследования держаться на предположениях и догадках, но что б перейти к реальным действиям нужна конкретика. Никто не даст добро вломиться в дом, если на то не будет достаточно обоснованной причины.
Написание рапорта заняло около полутора часа. Мысли просто не шли в голову, я несколько раз начинал с начала, полностью меняя написанное и корректируя несостыковки. Итак наконец рукописный акт был готов и я отправился на утверждение к начальнику департамента расследований, который позже должен будет зарегистрировать и передать рапорт начальнику полицейского окружного департамента, который в свою очередь рассматривает прошение в течении суток и выносит решение.
Это болото бюрократии меня часто угнетало, однако я не мог отрицать важности бумажной работы. Бесконечные бумаги хоть и замедляли работу, однако хоть немного систематизировали хаос, творящийся вокруг. Беззаконница цвела бы в отсутствии бумаг. И , хотя, реагировать на некоторые преступления получалось бы на много оперативнее, однако отсутствие документации привело бы к большему количеству негативных последствий, чем позитивных.
На этом к сожалению рабочий день был окончен, нам оставалось только ждать решения департамента и ожидание убивало. Добравшись домой, я выпил две чашки любимого китайского улуна, который брал в лавке старушкки Мицуки в Китайском квартале. Не смотря на то что чай всегда помогал мне расслабиться, ночь, на удивление, прошла неспокойно. Я долго не мог уснуть, сомнения постоянно лезли в голову, такого раньше не случалось. Конечно, я всегда подвергал сомнению все собственные мысли и догадки, но в этот раз. это было нечто большее. Я, как буд-то, боялся... Боялся... Ошибиться? Нет, ошибок быть не могло, мы сели на хвост преступной группировке и они понесут наказания. Задержать членов банды это почётная миссия как в полицейском сообществе, так и в моей голове, это достойная работа. Так в чём же заключался страх? Не раскрыть вех тайн Франчески... Не понять всех её подсказок... Почему, чёрт возьми, я так зациклился на банде Барконе, а точнее на том факте что это были лишь рассказы брата Франчески. А может Espiritus стали прообразом группировки Барконэ, о которой шлось в книге Кевина... Всё могло быть, но что это нам даёт, нужно было ещё раз перечитать дневник этого фотографа фрилансера, скорее всего я что-то упустил, что-то важное. К двум часам я наконец то уснул.
4
Ровно в семь утра зазвонил будильник, к тому времени я уже стоял на кухне и готовил кофе в турке. Две ложки сахара... и ... "Кэйтлин"... Семи букв хватало, что б продержаться где-то пол дня, повышать дозу я не имел никакого желания и нужного эффекта при повышении дозировки я бы не добился, так что оставалось довольствоваться подобными раскладами моего хобби. В руках чувствовалась зажатость, напряженность. Вены выступали, указывая на внутреннее напряжение и повышенное давление. Я вышел на веранду с чашкой кофе в одной руке и пачкой "Блэк Маунта" в другой, у двери лежала газета... Чёрт, за что я плачу тридцать пять долларов ежемесячно, если этот сраный курьер не может сделать ещё один шаг и положить газету на стол. Хотя жаловаться было не на что, спасибо газете Дейли что они приучили почтальёнов класть газеты хотя бы под дверь, во многих газетных изданиях сотрудники, которые отвечают за доставку просто швыряют их на дорожку, а позже получают тонны негативных отзывов о выпусках, что улетели, из-за порывов ветра или по любым другим причинам не дождались своих владельцев на ожидаемом месте.
Допив кофе, я вошел в дом что б собраться на работу. Я всегда выезжал раньше, не то что бы я торопился в участок, но я ужасно не любил пробки, которые становились частью обыденности для всех горожан. Что б избежать бесконечных очередей на дорогах, всегда старался уходить из дома как можно быстрее, тем более перспектива задерживаться в окружении немой мебели меня абсолютно не привлекала. Одевшись, я по привычке попрощался с Мадонной, что висела в прихожей, она по обыденному улыбнулась мне в ответ и я отправился в участок по шумным дорогам, даже в такую рань забитых трафиком.
Войдя в участок, по пути к рабочему месту меня властно окликнул грубый низкий голос. Его было невозможно спутать ни с кем. Джером Питерс, начальник отдела расследований, моё непосредственный руководитель. Всегда с суровым взглядом. Лысый мужчина лет шестидесяти крепкого телосложения, коренастый с широкими плечами. Подтяжки подчёркивали квадратность его силуэта.
- Детектив, утро доброе!
- Доброе утро, сэр.
- На задание вы решили взять Ампауэр, я прав?
- Что, простите? На какое задание?
- Вы получили ордер, Детектив, вы что не в курсе? - Этот вопрос сбил меня с толку, и правда, как же я не знаю об этом, если пол минуты назад пересёк входную дверь в участок.
- Теперь в курсе, сэр. Да. Офицер Хернандес настоял что её нужно набираться опыта.
- Безусловно, Детектив. Калео заносчив, по этому обращаюсь к вам, берегите её! - С этими словами начальник отдела расследований протянул мне папку с ордером на обыск дома по адресу Лирконт Харст Стрит 14 А и одобрительно кивнув, побрёл к автомату с кофе.
Берегите её...
Лучшим решением было бы оставить её в участке, но Калео уже наобещал ей первое задание, да и Калео я уже дал положительный ответ, трудно было отказываться от своих слов, так что похоже эта девушка неисбежно отправиться с нами на этот рейд.
К восьми тридцати все участники операции были собраны у меня в кабинете. Роберт и Мэри стояли в углу и о чём-то общались. Мы с Калео стояли над планом района, обсуждая возможные пути развития сюжета операции. К нам присоединились еще три офицера, которые окажут нам поддержку в случае если что-нибуть пойдёт не по плану, хотя что может пойти не так...
План был до безумия прост, у нас был ордер на обыск, так что штурмовать здание никто не собирался, однако все понимали чем чаще всего заканчиваются подобные рейды. Все, кроме... Эта сладкая парочка, так и продолжала хихикать в углу кабинета. Заметив мой грозный взгляд, Роберт шепнул Мэри замолкнуть и они наконец подошли к столу.
- Итак, офицеры, детективы. - Начал калео. - Мы имеем дело с обычным рейдом, наша задача обыск дома. Мы с офицером Хави пойдём первыми, Девис, ты стоишь на дорожке, немного левее, в промежутке между домами и держишь линию с детективом, который с Робертом и Мери будут находиться в задней части внутреннего дворика и в случае непредвиденных происшевствий окажут нам поддержку. Офицер Хендрикс, вы остаётесь в машине для вызова подкрепления. Я надеюсь всё понятно. Вопросы?
- Никак нет. - все в один голос сошлись на мнении. что всё пройдёт гладко и через час мы уже будем пить кофе в участке и курить, обсуждаяя первое задание Мэри.
- Что ж, тогда в арсенал. Встречаемся внизу через двадцать минут.
Все разбрелись получать экипировку. Мы же с робертом всегда хранили по бронежилету в багажнике моей машины, так что мы сразу отправились на улицу. Я прошел к машине и достал средства защиты, положив их на капот. Роберт подошел с двумя стаканчиками кофе.
- Я переживаю за Мери, Детектив.
- Я тоже, наша задача уберечь её. Не своди с неё глаз.
- Понял, детектив. Я верю что всё пройдёт гладко, но даже если нет, мы с вами бывали в передрягах, до этого нам везло...
- Везло, Роб. Но я не хочу полагаться лишь на везение.
- Я тоже, Детектив, положитесь на меня!
В тот момент я почувствовал небывалую уверенность в Роберте. Я всегда был склонен доверять ему, однако часто относился с опаской к его возрасту и юношескому подходу ко многим серьёзным делам, однако сейчас, попивая кофе и смотря на этого парня я чувствовал уверенность.
- Оружие при тебе?
- Всегда при мне! - отодвинув зелёную куртку, Роб оголил кобуру, в которую был вложен револьвер Смит энд Вессон Модель 29, его любимый пистолет. Я же проедпочитал старый добрый "1911", который ещё ни разу меня не подводил и хоть к револьверам у меня был интерес, я доверял автоматике свою жизнь с большей охотой.
Из участка по одному начали выходить офицеры, Хернандес вышел последним, поправляя бронежилет, который постоянно натирал ему шею, из-за чего у него образовался постоянно воспалённый шрам, на который офицер часто жаловался.
Все были готовы, так что не теряя времени мы начали распределяться по машинам. Калео и три офицера отправились на двух патрульных машинах. Мери, Роб и я поедехали на моём Кадиллаке, который был не на одном задании и, даже, пару раз спасал мой зад. Всю дорогу Мэри без умолку трещала о своём первом задании и благодарила, что мы согласились её взять с собой. В моей голове все её слова превращались в белый шум, я думал лишь об одном, как бы уберечь её, на этом сраном первом задании. Я уверен, что она умная девушка и не станет подставляться, однако переживания оставались и усмирить их я был не в силах, так что оставалось лишь смириться с той реальностью в которой мы сейчас находились. Район Леон Ривер встретил нас, на удивление, пустыми дорогами, относительно пустыми, конечно, но трафика было на много меньше, чем в Олд Тауне. Проезжая между стройных рядов одноэтажных и двухэтажных домиков, я всё ждал когда мы прибудем на нужный адрес. И наконец, за перекрёстком я заметил две полицейские машины, которые стояли у тротуара. Я повернул направо, затем налево и припарковался на параллельной улице возле третьего дома, который, согласно плану, стыковался с нужным нам адресом, если так можно сказать спина к спине.
Выйдя из машины мы проскользнули между домами в проход, который вёл к задним дворикам местной застройки, подойдя к нашему дому я встретился взглядом с офицером Девисом. Мы одобрительно кивнули друг другу и он подал знак Калео.
С минуты на минуту всё должно было начаться.
5
В воздухе витало напряжение, все были максимально сосредоточены. Мы стояли у калитки, что служила входом в задний двор, ограждённый деревянным забором. В задний двор выходили минимум четыре окна и мы стали вплотную к забору, что б нас было труднее заметить. Я пристально смотрел на офицера Дэвиса, он же, в свою очередь, не сводил глаз с Калео, держа одну руку на пистолете, а вторую лодонью вниз, что означало "Всё идёт по плану". Мне казалось, что я не моргал в тот момент, я всё ждал его активных махов рукой, что означало бы, что всё пошло по самому дерьмовому сценарию. Но этого жеста я так и не увидел...
Выстрел...
Ещё один...
У офицера Дэвиса подкосились ноги и он упал на дорожке.
Ещё выстрелы...
- Нужно заходить... - рявкнул я Робу. Он одобрительно кивнул. - Ты остаёшься здесь, Мэри!
Мы с робом перескочили через калитку, которая была нам по пояс и продвинулись по газону к двери, что вела в дом, став по обе стороны от неё. Я заглянул в окно, трое стрелков вели беспорядочный огонь в противоположную сторону, где были наши сослуживцы.
- Заходим, Роб. - тихо, но достаточно чётко, проговорил я и выбил дверь с ноги, открывая огонь. Едкий запах химии вдарил по моим носовым рецепторам.
Один из стрелков получил две пули в спину и упал, оставив на подоконнике кровавый след. Ещё двое развернулись в нашу сторону и открыли огонь, я нырнул в право, в кухню, Роб влево - там был гардероб или кладовая. Очередь из УЗИ разрезала воздух и изрешетила дверь и стены, к счастью, не задев нас с напарником. Послышался топот по лестнице на второй этаж, этот парень явно решил скрыться. Но был ещё один. Я выглянул в коридор, парень явно этого ждал и пустил россыпь дроби в мой силуэт, к счастью я высунулся лишь на треть и сразу же убрался обратно, однако, пара дробинок скользнули по моей руке, оставив небольшие рваные борозды. В этот же момент из своего проёма высунулся Роберт. Тяжелый курок скользнул взад и с характерным звуком вернулся в исходное положение, разбивая капсуль и отправляя патрон 44 Магнум прямо в грудь стрелка.
- Готов. - сказал Роб, и начал неспешно продвигаться дальше. Я тоже поспешил за ним, не обращая внимания на ранение. В пылу перестрелки я даже не заметил, что был ранен.
В тот же момент входная дверь с грохотом отворилась и ударилась о стену. Это были Калео и офицер Хави. На их лицах струился пот, они тяжело дышали, адреналин бил ключём, а в глазах виднелась незамаскированная злоба, которая была готова вырваться наружу и уничтожить всё живое в этом мире. По крайней мере в этом доме. Я выглянул в окно, офицер Хендрикс оттащил своего напарника за машину, в далеке уже слышались звуки сирен. Отлично, подмога уже близко, надеюсь этот парень жив. Мой взгляд устремился на лестницу, что вела на второй этаж, рядом была небольшая дверь, скорее всего подвальная.
- Продолжим, парни... - сказал Калео с чётким намерением завершить штурм дома до прибытия подкрепления.
В тот момент никто не был против. Один за одним мы принялись подниматься по лестнице что выводила нас на второй этаж, где было две комнаты по обе стороны. Хернандес шел первым, я за ним, потом офицер Хави и Роберт, замыкающий колонну.
Поднявшись на второй этаж, мы рассредоточились по два у закрытых дверей в комнаты. Время как буд-то замерло. Мы с Калео стояли у одной, Роберт с Хави у противоположной. В этот момент мы услышали скрип лестницы. Все насторожились, направив оружие в сторону откуда шел звук. С секунды на секунду мы увидим силуэт... Мэри...
- Детектив, всё идёт по плану?
Нет, твою мать, как только ты нарушила приказ всё идёт не по плану. Чёрт, я же сказал ей стоять за домом и ждать. А она в доме, медленно поднимаеться по ступеням...
- Вернитесь на свой пост, офицер Ампауэр, - проговорил шёпотом Калео...
- Я подумала, что вам нужна помощь тут. - сказала Мэри, делая шаг в проход, что соединял обе комнаты. Половица издала пронзительный скрип, который был слышен по всему дому, который и спровоцировал стрелка за дверью, у которой стояли мы с офицером Хернандесом.
Выстрел... Мне заложило уши... Что-то мощьное...
Лишь один выстрел, как мало нужно что б лишить человека жизни, лишить его будущего, обрубить все его мечты, однако и избавить его от всех проблем и мирских тягостей. Мир вокруг как будто замедлился, дробинки с усилием прорывались сквозь деревянную дверь, оставляя внушительных размеров дыру. Преодолев около двух метров расскалённые кусочки металла впились Мэри в шею и лицо, разрывая одежду, кожу и кости. Выстрел пришелся прямо над бронеплитой, что закрывала грудную клетку. Тело девушки отлетело на полтора метра. Из соседней комнаты послышалась уже знакомая очередь из Микро Узи.
Гнев...
Что было у меня в голове? Трудно описать... Нервничал ли я? Нет! Смерть преследовала меня и окружала с самого начала моей работы в полиции, я был готов к любому исходу, всегда относившись к своей выживаемости больше как к удаче, к совпадению многих факторов, что по итогу позволили мне выжить в тех или иных происшествиях. До Роберта у меня был другой напарник, которому повезло меньше, так что шансы были пятдесят на пятдесят. Я всегда отдавал предпочтение этой вероятности.
Ярость...
В тот момент кровь заливала мои глаза, уже сложно было последовательно обдумывать свои действия. Серце билось, по ощущениям, ломая рёбра, всё тело было наполнено энергией, я чувствовал этот жар. Калео распознал мои намерения, мы сделали шаг назад от двери и начали яростно расстреливать дверь в надежде поразить стрелка, скрывающегося за ней. Были слышны женские крики. Узи издал ещё один протяжный свист, после которого последовали ответы от револьвера Роберта и помпового дробовика офицера Хави. Мы с Хернандесом одновременно кивнули и я с ноги выбил трухлявую от множества попаданий дверь, сорвавшись с петель, она упала на искалеченное тело стрелка, который лежал на полу истекая кровью. Рядом с ним лежал дробовик, мы стремительно ворвались в комнату, осматривая углы и нам открылась ужастная картина. На кровати сидела женщина латиноамериканской внешности с пустыми глазами и плакала, закрывая уши своему малышу, которого держала на руках. Взгляд её был направлен на мужчину, который в агонии, прижатый дверью пытался остановить кровь, зажимая раны руками. На столике рядом с кроватью валялись шпицы и колбы с непонятным содержимым. Девушка качалась вперёд и назад, пытаясь успокоить малыша. Она была одета в порваную майку и трусы, худая как смерть, обколатая наркотиками, которые и делали её взгляд таким неживым.
- Ах ты ублюдок, - я направил пистолет на мужчину на полу.
- Детектив, нет!
Меня переполнял гнев, рука тряслась с готовностью спустить курок, а я всё смотрел на ублюдка со звериным оскалом.
- Детектив!
Разочарование...
Я наступил на дробовик и отодвинул его к дверному проёму, мы с Калео подняли дверь и оттащили раненого латиноамериканца к стене. Выстрелы в противоположной части дома тоже прекратились. Послышался топот на первом этаже. Кровь немного отшла от мозга, давление опустилось, немного разложило уши и мне наконец стали слышны сирены, которые выли прямо под домом. Я вернул себе контроль над телом и постепенно начало приходить осознание случившегося...
Принятие...
Не могу пожелать никому видеть последствия попадания дроби в плоть живого человека. Тело Мэри лежало у перил в проходе, отнесённое силой выстрела. За эти пару минут набежала приличная лужа крови. Лицо было изуродовано, напоминая скорее кровавую кашу. От прежней красоты и милоты почти детского лица не осталось ничего, бесконечная кровавая дыра. Примерно так бы я описал это зрелище. Голова Мэри была опрокинута назад, оба глаза были выбиты, нос свисал на остатках кожи, прилягая ко лбу. Кровь скапливалась у перил и стекала вниз, капая на лестницу, образовывая лужицу. Словно тикание секундной стрелки часов этот звук завораживал и подчёркивал неизбежность ситуации. Время Мэри вышло, ранения, полученные на задании, не были совместимы с жизнью.
Я стоял в дверном проёме, осматривая тело погибшей девушки. Внутри меня была чёрная дыра пустоты, непонимания ситуации. Возможно, в тот момент я не до конца понимал что случилось, хотя всё было очевидно и однозначно. Офицер Ампауэр решила проявить инициативу, по геройствовать. Какой ценой...
Полицейские вереницей забежали на второй этаж, разбрелись по комнатам и начали выводить людей из дома. Калео стоял у окна, что выходило на задний двор, оперевшись на подоконник. Я всё так же стоял в проёме двери. Я достал пачку "Блэк Маунта" и, вынув одну сигарету, закурил.
- Детектив, дайте и мне сигарету. Свои в машине бросил... - Калео с томным взглядом протянул ко мне руку. Я дал ему одну и прикурил. Он заметил кровь на моём левом плече и спокойно указал на ранение. - Вам стоит обратиться к врачу.
- Да, Калео, неприменно...
- Простите меня, Детектив. Это моя вина, малышка Мэри... - офицер опустил взгляд, на его колени упали слёзы.
Я смотрел на него, Калео бысро вытер слёзы и взял под контроль свои эмоции, но в глазах отчётливо виднелась вся боль и чувство вины, что пожирало его изнутри. Я отчётливо видел эти эмоции, потому что внутри меня было тоже самое. Почему эта потеря была столь ранимой для меня, почему так больно? Я почему то вспомнил о дочери... но это было совсем давно... Чёрт, сигареты совсем не успокаивают. Я снова начал погружаться в себя, как буд-то медленно опускался в зыбучий горячий песок, который обжигал меня и снаружи и изнутри. Руки начали безудержно дрожать. Звуки вновь умолкли, постепенно отдалившись на задний план моего сознания. Сирена выла где-то в двух кварталах, по ощущениям, хотя машины скорой помощи и патрульные стояли прямо под домом. С этим нужно что-то делать! Я судорожно побрёл вниз, на секунду задержавшись у тела Мэри. Она не заслуживала такого конца. Теряясь в мыслях я продолжил свой побег на свежий воздух. Лестница скрипела под моими неуклюжими шагами. Я спускался, как вдруг мир перевернулся. Подскользнувшись на луже крови, я полетел вниз, почувствовав каждую ступеньку, однако в тот момент отнёсся к этому с облегчением, что это ускорило процесс спуска. Взгляд был затуманен, повернув направо я шел в задний двор, пробираясь через криминалистов. Наконец то я могу дышать... Достав сигарету и маркер, я кривыми буквами написал "Маргарет" и, закурив, наконец почувствовал облегчение.
Идилию прервал сотрудник скорой. Молодой парень взял меня под руку.
- Пройдёмте со мной, я перевяжу вашу рану.
Я не сопротивлялся.
Не выпуская сигареты изо рта, я прошел через дом, выйдя на улицу с другой стороны. Я сидел в задней части кареты скорой помощи, а молодой санитар перевязывал мою левую руку.
- Вам повезло. Немного зацепило, никаких серьёзных повреждений. Через пару дней будете как новенький.
Да, мне снова повезло. Снова рулетка судьбы выпала не на меня. Она выбрала молодую сотрудницу полиции, которая была для меня единственным лучиком света в этом царстве уныния, что называлось полицейской работой. Жизнь как буд-то решила надо мной поиздеваться, забирая дорогих мне людей, раз за разом оставляя меня в живых. Я поднял свой взгляд в небо, осуждающе смотря вверх. В этот момент санитары вынесли тело в чёрном мешке и погрузили на каталку. Это была Мэри, в закрытом мешке для тел, вот так заканчивается доблестная служба в полиции города Леон. Так окончила своё первое задание офицер Ампауэр и такой же конец ждал всех нас. Проклятые души, что бредят о справедливости буквы закона равны перед выстрелом в лицо из дробовика. И все убеждения и верования в секунду становяться прошлым. Невидимым оттиском, что сразу же теряеться в пучине темноты, в которую погружается человек при смерти. Я не верю что есть что-то после, как и ничего нет до. Просто есть черта, после которой пустота. И лишь близкие способны прочувствовать всю боль утраты.