Заучка на факультете теней

Ложась спать, я попросила сокола присниться. Хотелось встретиться хоть с кем-то, кто меня не ненавидит. Ну, или думает, что мы из одного теста. Однако желание не сбылось. Всю ночь мучили кошмары. Я видела себя то на дне глубокой ямы, над которой склонялась Кларисс, то перед порталом, ведущем в мир людей. Рядом стоял Гленн Корнуэлл и подталкивал в спину. Проснулась я совершенно разбитая, не ожидая от второго учебного дня ничего хорошего.

Вот интересно, сегодня мне удастся побывать больше, чем на одном уроке?

Как вскоре выяснилось, этим вопросом я задалась зря. Ибо накликала новые проблемы.

Первый урок — история теневой магии — прошел спокойно. Его вела пожилая тень — леди Соренс, к которой идеально подходило слово «кремень». Высокая, со строгим узлом на затылке и тростью, она ни разу не повысила голос, но в классе стояла абсолютная тишина. Никто не смел шептаться, а тем более, ослушаться.

Я ожидала от нее нападок. Как вчера от Моргана. Однако тень бросила:

— Фея ты или нет, мне плевать. Будешь справляться, отлично, не будешь, выставлю. Как и любого другого, — добавила она, обведя учеников гневным взглядом выцветших глаз.

Затем леди Соренс провела обряд единения с учебником. Положила на него ладонь, шепнув что-то под нос, коснулась указательным пальцем моего лба, и книга открылась. Я вздохнула с облегчением. Если леди Соренс не будет цепляться, я точно не окажусь худшей в классе. Курс исторический, применения магии не требует. А с теорией дома я всегда справлялась легко. Книги по магии цветочных фей прочла от корки до корки. Могла легко ответить на любой вопрос. В отличие от кузена. Помнится, Роберт не раз дразнил меня за это заучкой.

Увы, прозвенел звонок, и спокойная часть дня закончилась. Когда я топала в сопровождении Рейны на следующий урок, дорогу преградил высокий рыжий парень. В веснушках. Я аж засмеялась от неожиданности. Ну и внешность для тени! Принято считать, что они все или изящные, или могучие, вроде Доминика — парня с птицей на рукаве. А тут... веселые веснушки.

— Что смешного, феечка? — спросил он яростно. — Хочешь, сотру улыбку?

Краем глаза я заметила сидящего на полу шагах в десяти Тимоти. Паренька, отец которого сбежал в мир людей с феей. Тимоти уткнулся в книгу и демонстративно не замечал надвигающихся разборок. С другой стороны, его-то они не касались.

— Попробуй, сотри, — раздраженно бросила рыжему нахалу Рейна.

Ее утомляла роль няньки. А еще сильнее — толпа моих недоброжелателей. Пока она не поредеет, от рабской повинности не избавиться.

— А я займу место в первом ряду.

У меня в глазах потемнело со зла. Ибо последнюю фразу произнес Ллойд Веллер. Он появился внезапно и проходить мимо явно не собирался.

— Чего замерли? — осведомился он с усмешкой. — Мне без разницы кто кого побьет. Клейтон феечку. Или феечка Клейтона. В любом случае, веселье получится знатным.

Я сжала кулаки. В особняке Корнуэллов мне тоже приходилось несладко. Но там главной проблемой был Роберт. Его папенька почти нас не навещал, а бабушка больше выражала недовольство мною на словах, нежели на деле. А тут с урока на урок дойти невозможно без приключений. Враги множатся в геометрической прогрессии. Враги упертые. Но не дальновидные. Леди Армитадж ясно дала понять, что любая попытка мне навредить — выпад против нее лично. Этот рыжий Клейтон забыл слова декана? Или не слышал?

— Разошлись. Живо. Гаретт на подходе, — прошипела Рейна.

Я завертела головой, но не обнаружила и намека на лорда-заместителя. Но долго оглядываться и не пришлось. Клейтон что-то буркнул под нос и взмахнул рукой. А в следующее мгновенье мы все задыхались от удушливого кашля, попадав на четвереньки. В сизом тумане! Едва видя друг друга! Из глаз полились слезы, легкие вспыхнули огнем. Я отчаянно хватала ртом воздух, ощущая себя рыбой, выброшенной на сушу. Рядом точно также мучились и остальные. Кто-то попытался навалиться на меня. Кажется, Рейна. Но упирающиеся в пол руки поехали в стороны, и я распласталась лицом вниз. Этот «кто-то» рухнул рядом, больно ткнув меня в бок. Вероятно, не со зла, но мало не показалось.

— Кто это сделал? Я спрашиваю, кто ЭТО сделал?! Чья была бомба?!

Туман чуть рассеялся, я с трудом оторвала голову от пола.

Над нами возвышался заместитель Гаретт, отчаянно терший покрасневшие глаза.

Надо же, Рейна не ошиблась. Он, правда, был на подходе.

— Это... — сорвалось с моих губ шелестом ветра, но в ухо вцепились пальцы «няньки».

— Не смей. Даже не думай, — приказала Рейна едва слышно.

Я замолчала, ничего не понимая. Она не хочет выдавать Клейтона? Стоп! Никто не хочет? Ведь и остальные молчали. Лежали на полу перед Гареттом и рты не открывали. Даже Ллойд. Хотя мог бы запросто сдать нашкодившего паразита.

— Не хотите признаваться? Отлично! — лорд-заместитель распалился сильнее. Видно сыграла роль не столько упомянутая бомба, сколько присутствие Рейны. — Все четверо отправляетесь в башню послушания!

Рейна охнула, а Ллойд возмутился:

— Не имеете права!

— А я вообще сидел и читал! — вторил ему новый голос, и я заметила Тимоти с воспаленными, как и у остальных, глазами.

Стоп! Четверо?

Я завертела гудящей головой. Нас, правда, было именно столько: Рейна, Ллойд, Тимоти и я. Клейтон, заваривший кашу, бесследно исчез.

— Еще как имею право! — завопил Гаретт Ллойду, проигнорировав Тимоти. — В отсутствии леди Армитадж я тут главный. В башню послушания! Немедленно!

Я не успела ничего понять, а лорд-заместитель уже сложил странный пас, и свет померк.

— Очнулась...

Это сказала Рейна. Точно она.

Я с трудом открыла глаза и разглядела бледное девичье лицо, на которое падали спутанные волосы.

— Где мы? — спросила после того, как с трудом села и огляделась.

Мы находились в круглой комнате с каменными стенами и полом. В комнате без дверей, но с одним окном, распахнутым настежь.

— В башне послушания, — проворчала Рейна и потерла лоб.

— Из-за тебя, фея! — бросил Тимоти.

А я усмехнулась. И как это я не поняла, что он ненавидит фей сильнее остальных темных. Одна такая разрушила его жизнь, связавшись с отцом.

— Да-да, из-за тебя! — повторил Тимоти. — Леди Армитадж уехала в независимый суд. Разбираться с твоим делом! Останься она на факультете, треклятый Гаретт ни за что бы нас здесь не запер!

— Подумаешь, какая печаль, — я передернула плечами. — Леди Армитадж вернется через несколько часов и выпустит нас.

— Не стоит на это рассчитывать, — огорошила Рейна. — В башне послушания время идет гораздо медленнее. Мы в другом измерении, фея.

— Как это? — по телу прошла судорога. — Тени так могут?

Я знала, что они способны создавать измерения для собственных нужд, но о разном течение времени в них не слышала. Однако меня точно не разыгрывали. Рейна хоть и хорохорилась, в глазах отражалась паника.

— Вообще-то не могут, — призналась она. — Ныне живущие. Это древнее измерение. Измерение внутри измерения! Внутри нашего факультета. Раньше башню послушания регулярно использовали для наказаний студентов. До Армитадж. Она запретила. А скотина безрогая Гаретт своевольничает!

— И это твоя вина! — завел все ту же песнь Тимоти.

А я всплеснула руками.

— Моя?! Вообще-то Клейтона! Но что-то не заметила, чтобы на него кто-то злился!

— Так его тут нет, — отозвался Ллойд, сидящий у стены.

Он выглядел спокойнее остальных. Расслабленнее. Будто не переживал из-за доисторического наказания и в любой момент мог покинуть башню.

— Но Клейтон покойник, — добавил Ллойд после паузы. — Я сам об этом позабочусь.

Я усмехнулась. Позаботится он! Знаем его «заботу». Но жалости к Клейтону я не испытала. Ни капельки.

— Почему ты запретила сдавать паразита? — спросила я Рейну.

— У теней так не принято, — отрезала она. — Мы не жалуемся педагогам. Разбираемся сами.

— А стоило бы сдать! — припечатал Тимоти. Он больше не возвышался надо мной, а ходил по круглой комнате, обняв себя руками. — Клейтон на факультете в безопасности. А мы тут! А Армитадж уехала из-за феи!

— Да что ты заладил! — распалилась Рейна. — Ты же ненавидишь Армитадж!

— Ненавижу, — не стал отрицать Тимоти. — Но в нашем случае лучше б наказание назначала она, а не Гаретт. Он подлец.

— С этим не поспоришь, — Рейна с шумом выдохнула воздух и устроилась на полу, прислонившись спиной к стене. Точь-в-точь, как Ллойд, только далеко от него.

Я бросила хмурый взгляд на Тимоти. Ненавидит Армитадж? Как сокол. Тут было над чем подумать, но я сейчас хотела размышлять о другом. О том, как выбраться. Ибо торчать в башне в столь веселой компании — запредельное удовольствие. Как бы Ллойд чего не выкинул. Это пока он сидит и по большей части помалкивает. Но вряд ли это продлится долго.

— Ваш Клейтон, видно, совсем идиот, — проговорила я, поднимаясь и направляясь к окну. Следовало выяснить, что за ним. — Разве он не понимал, что вы отыграетесь за бомбу?

— Еще как понимал, — отозвался Ллойд скучающим тоном. Чудо, что он вообще соизволил ответить на мой вопрос. Причем, на второй вопрос за считанные минуты. — Но Клейтон сильнее ценит приз на финише, нежели боится нашей мести.

— Приз? — я остановилась на полпути к окну.

Лицо Ллойда исказилось от отвращения.

— Да, приз. Ночь с Кларисс Монтгомери. Эта кукла обещала подарить ее тому, где сумеет тебя уничтожить, феечка. Или выжить с факультета.

Я качнулась, а Рейна покрутила пальцем у виска.

— Кларисс окончательно сошла с ума. Но ты не участвуешь, как я понимаю?

Ллойд осклабился в презрительной улыбке.

— О! Однажды я придумаю, как избавиться от феи. Это вопрос времени. Но сделаю это по собственной инициативе, а не ради того, чтобы прыгнуть в постель к кудрявой дуре. Увольте. Это не приз, а катастрофа.

— Какие мы разборчивые, — протянула Рейна.

Она не шибко любила Кларисс, но злые слова о другой девчонке по душе не пришлись.

— Да брось, волчица-одиночка. Ты считаешь ее хуже грязи под ногами. Кстати, — Ллойд подмигнул Рейне, — вот в твою постель я бы прыгнуть не отказался. Уверен, опыт получился бы весьма интересным и познавательным.

— Перетолчешься, Веллер, — Рейна подарила ему выразительный взгляд. Таким и убить можно. Или подпалить.

Я же подавила омерзение и добралась, наконец, до окна. Глянула вниз и охнула. Ну и высота! Башня послушания раза в три выше родового гнезда Корнуэллов, хотя в нем насчитывалось пять этажей. Даже голова закружилась с непривычки. Но я пересилила нервозность и снова выглянула из окна. Смотреть особо было не на что. Башню окружал непроглядный туман, в котором вряд ли что-то скрывалось. Вероятно, он сродни стене вокруг факультета теней. Интерес вызывала лишь дверь. Дверь в никуда! Она стояла внизу, ни с чем не соединяясь.

— Отсюда не выбраться, — оповестила Рейна, заметив мои действия. — Если ты, конечно, не студент пятого курса. Они умеют создавать контролируемые тени, способные проходить сквозь предметы и влиять на них. А у нас в наличии два третьекурсника, один четверокурсник, — она презрительно покосилась на Ллойда. — И фея-новичок в придачу.

— А дверь? Она ведет наружу?

— В теории, — подтвердила Рейна, с тоской глядя в потолок. — Но нам до нее не добраться.

Я отошла от окна, раздумывая, как поступить. Голову посетила одна идея, но сильно смущало расстояние между темницей и землей. Вот уж не думала, что у меня боязнь высоты. Впрочем, раньше не было повода проверить.

— Как ты узнала, что Гаретт на подходе? — спросила я, устроившись рядом с Рейной. — В коридоре. До бомбы Клейтона.

— У меня есть редкая способность, — Рейна прикрыла глаза, всем видом демонстрируя усталость от всего и всех. — Умею определять, кто где находится. Вижу почти весь наш факультет. Не сейчас само собой. А когда нахожусь в замке. О! Помнится, в детстве никто не хотел играть со мной в прятки.

— Удобная способность, — протянула я с толикой зависти.

— Она этим очень гордится, — бросил Ллойд, а Рейна едва не зарычала.

— Может, заткнешься, Веллер? Ты хотел место в первом ряду. Ты его получил. Так сиди и наблюдай. Молча!

Я испытала острейшее желание закрыть лицо ладонями. Как же допекли эти тени! Да, у меня родственники не сахар, хотя и светлые маги. Но к бабушке не раз приезжали в гости подруги с внучками моего возраста или чуть старше. Иногда речь заходила о школе фей, где теперь учился Роберт и из этих разговоров я сделала вывод, что студенты дружат. Здесь же маг магу — волк! По-другому и не скажешь.

— Ой! Что это?! — завопил вдруг Тимоти, пружиня на месте и показывая пальцем в центр комнаты.

— Да чтоб вас всех! — вскричала Рейна, вскакивая.

А Ллойд зашипел что-то нечленораздельное не хуже гадюки.

Меня пробрал озноб. Но вовсе не от страха. Испугаться я не успела. Дело было в холоде.

— Это же не... — я оборвала себя на полуслове, ибо стоило открыть рот, как из него вылетели густые клубы пара. Как зимой в лютый мороз.

Пол круглой комнаты, тем временем, покрывался коркой льда. От середины к стенам. Я бы даже залюбовалась процессом. Лед был невероятно красивым, прозрачным, будто замерзла чистейшая вода. Однако температура резко понизилась, и стало не до эстетики. Впору обзаводиться шубами и меховыми сапогами. Да вот проблема: их в наличие не имелось. Как и обычных накидок, способных хоть немного согреть.

— Мы тут околеем, — констатировала Рейна, перепрыгнув на лед, чтобы он, захватывая новые участки пола, не приморозил заодно к нему и ноги.

— Вопрос на засыпку: сколько маги способны выдержать без теплой одежды при минусовой температуре? — спросил Ллойд, растирая ладони. — Проклятье! Убил бы Гаретта! И Клейтона. Да только теперь мы до них точно не доберемся.

— Прикуси язык, — посоветовал Рейна, подпрыгивая, как мячик. — Лучше попытайся создать тень. Ты же на четвертом курсе! Вы уже начали практиковаться.

Ллойд зарычал. В буквальном смысле.

— Ключевое слово «начали». И не было у нас практики! Пока сплошная теория. Практика начнется только к концу года!

— Но...

— Ты сама сказала, контролируемые тени создают только на пятом курсе!

— Но попытаться никто не мешает! — не унималась Рейна. — Предпочтешь замерзнуть насмерть?!

— Ну вас всех в пропасть! — не сдержался Тимоти, белый, как лед под ногами, и рванул к окну. Высунулся из него и выставил вперед руки.

— Он серьезно? — усмехнулся Ллойд.

— Бесполезно, — шепнула Рейна одними губами. Мешать не стала, но оказалась права.

Тимоти старался. Действительно, старался. Я сделала несколько шагов к окну, и отлично разглядела, как из его пальцев потянулись серые нити, которые крепли, превращаясь в нечто похожее на корни деревьев. Как у меня в теткином саду, только не синие, а серые. Без «светлых примесей», как недавно было сказано. Эти «корни» даже «доросли» до двери, но коснувшись ее, рассыпались в прах.

— Нееет, — простонал Тимоти, хватаясь за голову, пока мне чудилось, что льдом покрываются кости.

Температура в башне продолжала опускаться. Не удивительно. Лед, будто плесень, полз и по стенам к потолку. Еще чуть— чуть и комната полностью превратится в ледяную ловушку.

— Неплохая попытка, — похвалила Рейна Тимоти. Пар, вырывающийся изо рта, стал еще плотнее. — Но осязаемые ростки третьекурсников научат создавать только к концу года.

— 3-з-знаю, — выдохнул Тимоти, начав заикаться от холода. — Но я п-п-подумал, вдруг со страху получится. У феи же п-п— получилось. П-п-правда, не со страху, а со з-з-зла.

— Предлагаешь ей попробовать? Она даже не тень. А цветочная фея! — взъерепенился Ллойд.

Идиот! Ну, правда, нашел время ерничать.

— Отойди, — велела я Тимоти и чуток подтолкнула, чтобы освободил место у окна.

— Думаешь, получится? — ко мне подскочила Рейна.

— Не получится, — отрезала я. — Даже пытаться не буду. Нет времени. Но у меня другая идея. Ллойд в кое-то веки, прав. Я цветочная фея. И, кстати, очень талантливая.

Это было бахвальство, если честно. Ибо меня, по-прежнему, жутко пугала высота. Но выбора не оставалось. Чистокровные тени нынче не помощники. Я провела ладонями по воздуху, осознавая, что лед и температура осложнят задачу, да и без семян работать непросто. Но вполне возможно.

Цветочная магия подействовала мгновенно. Вот что значит годы практики! Из ниоткуда появился цепкий корень. Я продолжила работу руками, и он принялся расти на глазах. Один конец пробил прочный лед, будто тот был стеклом, и врос в пол. Да-да, некоторые растения так умеют — пробивать, что угодно, чтобы укрепиться и жить.

— О! Цветочков нам тут и не хватало, — ухмыльнулся Ллойд, но быстро замолчал, когда другой конец корня оплел мою талию.

Я остановила рост корня, точнее приостановила, залезла на подоконник и свесила ноги вниз.

— Келли? — растерялась Рейна. — Ты же не...

— Мне не нужна контролируемая тень, чтобы спуститься к двери, — отрезала я, а у самой душа в пятки ускакала.

Теоретически не нужна. Но на практике испытание ждало еще то. Но я не позволила страху взять верх. Возобновила работу руками, приказывая корню расти и опустить меня вниз. О, духи цветов! Как же стучало сердце, и я отчаянно боялась сбиться. Но в голове упрямо теплилась мысль, что корень крепкий. Он удержит меня, даже если ошибусь, и рост прекратится. В конце концов, можно повисеть чуток в воздухе, а потом продолжить спуск. Но, к счастью, висеть не потребовалось. Я двигалась без остановок, стараясь не смотреть вниз. Только на собственные руки и сменяющие друг друга ряды древних камней, из которых была построена башня.

— Поторопись, пока мы тут не померли от холода! — раздался сверху голос Ллойда.

Да-а, умеет он всех приободрить.

По крайней мере, я больше не чувствовала холода.

— Ох...

Ноги, наконец, коснулись твердой поверхности, и я выдохнула с облегчением. Нарисовала в воздухе пару линий, приказывая корню отпустить мою талию. Он послушался и ловко ушел в землю. Отлично. Теперь тут вырастет... ну, не садик конечно, а небольшие джунгли. «Корешок» постарается оплести всю башню. Ну и пусть. Так веселее.

— Келли, скорее!

На этот раз к действию призвала Рейна, и я рванула к двери. Коснулась ручки и дернула без раздумий, совершенно не опасаясь последствий. Интуиция подсказывала, что ничего дурного не случится.

Однако стоило двери отвориться, как я отпрянула, чуть не плюхнувшись назад.

Передо мной стояла... тень. Прозрачный силуэт в плаще с капюшоном.

Вряд ли это была чья-то тень. Скорее, страж измерения.

— Вас четверо, — произнес хриплый голос. — Могу выпустить троих. Кого оставишь?

— Себя, — отозвалась я без раздумий.

Ответ сам пришел в голову. Он мог бы показаться глупостью, однако...

— Поздравляю, ты прошла испытание. Вы все свободны.

Уши заложило от грохота. Миг, и вот мы четверо стоим посреди того самого коридора, где Клейтон взорвал бомбу. Стоим и таращимся друг на друга, а в воздухе все еще висят обрывки тумана. Видно, время здесь действительно шло медленно, и с момента нашего «отбытия» прошли считанные минуты.

— Ну, ты даешь, — протянула Рейна и помахала перед своим лицом, отгоняя туман.

Я скривилась, ибо не ждала похвалы. Ни от кого. Ни от личной няньки, ни от парней, которые молчали, будто воды в рот набрали.

— На уроки возвращаться не стоит, — объявил Ллойд, отвернувшись от меня. — До возвращения Армитадж. Узнает Гаретт, что мы выбрались, придумает новую пакость. Так что лучше отсидеться по углам.

— Дельная мысль, — согласился Тимоти и кивнул в сторону. — Тебя ждут, Веллер. И сильно переволновались.

В сторонке с ноги на ногу переминалась худенькая девушка с черными косичками. Этакая скромница, явно не подходящая в пару Ллойду. Но она точно пришла именно к нему.

— Все по углам. Живо! — скомандовал он и зашагал к девчонке.

Тимоти не стал дожидаться дополнительного приглашения и засеменил по коридору, а Рейна потянула меня за рукав в другую сторону.

— Что за девица? — спросила я по пути.

— Зовут Лорин Лейн. Она протеже Ллойда. Подробности не спрашивай.

— Ладно. А куда мы идем?

— Провожу тебя в спальню и отправлюсь к себе.

— Хорошо. Но сначала стоит кое-куда зайти.

Рейна резко остановилась, развернулась, уперев руки в бока, и приготовилась извергнуть тираду. Но я опередила. Объяснила причину небольшого крюка. Рот няньки открылся и тут же закрылся. Рейна оценила идею.

— Ты уверена, что она внутри? — спросила я шепотом через пять минут, когда мы остановилась у двери одной из спален в девичьем блоке.

— Они оба там, — усмехнулась Рейна. — Мой дар обнаружения никогда не подводит.

В следующее мгновенье она толкнула дверь, за которой обнаружилась «сладкая парочка»: счастливый Клейтон и стоящая перед ним в нижнем белье хмурая Кларисс, которой не особенно хотелось награждать победителя.

— Привет Кларисс, — объявила Рейна, держа меня под руку. — Пока, Кларисс.

Мы захлопнули дверь, пока и девица, объявившая на меня охоту, и ее кавалер стояли, хлопая глазами. Ну и правильно! А нечего паразиту Клейтону получать призы за мерзости. Теперь-то его точно погонят в шею.

— Ты видела их лица? Видела? — не могла перестать смеяться Рейна.

А мне подумалось, что пусть мы пока не подруги, но точно сделали первый шаг.