Глава 19 Обо мне забыли
На следующий день я вспомнила, что должна была подарить Андрею основной подарок. Честно, я месяц думала, что ему подарить примерно так : "Может подарить ему его портрет, ведь лучший подарок — это подарок, сделанный своими руками". Но потом я вспомнила то, что я подарила ему его портрет просто так. Затем я решила подарить ему свой пакет с пакетами, но подумала, что не стоит этого делать, ведь я собирала его целый год и мне жалко его дарить такому дебилу, как он. Милому дебилу... Так, я отошла от темы. Затем решила подарить танометр, так как Андрей стал на год старше, но вспомнила, что ему исполняется всего лишь 16 лет, поэтому он ему не понадобится лет так 20. Отчаявшись, я решила отвлечься от лишних мыслей и покопаться в Интернете. Среди видосов в YouTube и приколов в Tik Tok я наткнулась на рекламу деревянных конструкторов. Без всяких раздумий заказала его. Их было 3 : пистолет, умеющий стрелять, мотоцикл, который может проехать пол квартиры на одном заводе, и сейф, в который Андрей может спрятать все свои деньги — 56 рублей. А остальные 40000 рублей лежат у него на карте. Наконец, нашлись подарки, но я подумала, что этого будет мало и нужно ещё что-то.
Сидя за столом, покрытым лаком, когда до Дня Рождения Андрея оставалось две недели, я придумала тот сюрприз с кольцами и коробками, но всё равно, этого было мало. Вдруг в моей голове пронёсся тот день, когда мы в первый раз все вместе провели эфир, в котором Андрей говорил, что хочет сделать тату. Ну и на следующий день после его Дня Рождения, на его плече появился рисунок луны среди облаков, которая уходит за горизонт. А с конструкторами мы разобрались быстро.
Около месяца Андрей общался с той каракатицей, которую, как оказалось, зовут Настя. Я же ревновала. И вот, в один "прекрасный" день шатен позвал нас познакомиться с девушкой, которая стала его избранницей. Знакомство было в закусочной под названием "У Эммы". Мы заказали лапшу, луковые кольца в панировке, сырные шарики в хрустящей корочке, пиццу с тягучим сыром и куриные ножки в сырной панировке. Вся наша команда просто обожает сыр и жить без неё не может.
Заказ принесли, но никто не ел, кроме меня, потому что все находились под чарами нашей гостьи. Она была для них божьим одуванчиком. Конечно, красивая, умная, вежливая, ласковая, добрая — такой она казалась им, но не мне. Я не такая, как она. Кому я понравлюсь? Сейчас мужчинам нужны милые девушки, невинные, слабые, которые не смогут пойти поперёк мужского слова, наивные, чтобы ими легко можно было манипулировать. Лживая маска лицемерия — это про Настю. Вообще терпеть не могу блондинок. И, кажется, не зря.
Я обратилась к Варе, сидящей рядом со мной, и сказала, что купила заколку, которую она просила, но она продолжала разговаривать с Настей. Потом к Стасу, чтобы он передал мне кетчуп, но и он под колдовством. Затем мне взбрело в голову сказать ему, что у него расстёгнута ширинка, но он даже не посмотрел на меня. И Матвей, и Миша, и Андрей не обратили на меня внимания. Тогда мне ничего другого не оставалось, кроме того, чтобы есть. Начиная с сырных шариков, лежавших в керамической огромной тарелке, я начала поочерёдно поедать их под разговоры моих товарищей. За пол часа, что мы там сидели, со стола исчезли и пицца, и кольца, и лапша со всех тарелок (да, я съела и лапшу остальных), ножки не остались нетронутыми. Я всё съела, а заканчивать разговор ребята и не думали (что они, в принципе, по жизни делают). Решив, что никто обо мне и не вспомнит, я ушла домой.
Вечерние улицы Москвы освещали только фонари и луна. Дома я сидела в телефоне в своей комнате. Это такая особая атмосфера, когда ты вечером один в большом двухэтажном доме сидишь в своей комнатушке с гаджетом в руках. А когда я была в душе, рядом зазвонил телефон. Я была в гневе, ведь кому хочется брать телефон, когда ты моешься и весь в мыльной пене. Взяв гаджет в руки, я увидела на экране надпись "Белоснежка" с белым сердцем на фиолетовом фоне.
—Да!!! — с гневом в голосе крикнула я в трубку.
—Ты чего так орёшь? Я чуть телефон не выронил, — ответил мой брат.
—А кому понравится, что тебе позвонили, когда ты в душе?
—Всмысле, "в душе"?
—В прямом! Обычный душ, который есть почти в каждом доме.
—А ты дома, что ли?
—А где мне ещё быть?
—Ты нас напугала. Мы уже хотели полицию вызвать.
—Ты как мама говоришь. Спохватились, наконец. Заметили моё отсутствие, когда Настя ушла.
Я бросила трубку. Через минут 40 пришли ребята.
—Ты чего ушла и даже не предупредила нас? — спрашивал Андрей.
—Я пыталась привлечь ваше внимание, но вы были под таким сильным колдовством Настеных невинных глазок, что если бы на Москву упал метеорит, напали зомби и вторглись марсеане, то вы бы этого не заметили, — сказала я, сидевшая на диване, суша полотенцем только что вымытые волосы, —Я сказала Стасу, что у него расстёгнута ширинка, но он даже не проверил это, Варе — что купила заколку, что она просила, но она даже "спасибо" не сказала. А о вас что говорить? Вы даже не посмотрели на меня, — с ноткой грусти говорила я.
—Мы каждый день с тобой видемся. Ты ещё не наговорилась? — спрашивал мой братец.
—Конечно, не вы же ощущали себя призраком или несуществующим человеком. Не вас же игнорили весь вечер, — выдала я, которой всё надоело.
—Меня больше всего удивило то, сколько ты съела. Ты съела даже лапшу из наших тарелок, — совершенно спокойно сказал Никулин.
—Со мной никто не хотел разговаривать. Что мне ещё оставалось делать?
Обида, боль, разочарование, грусть, тоска — всё это я прачу внутри себя и комнаты, в которой время от времени грущу. И этот раз — не исключение. Дурацкая идея была — скрывать чувства к одному, встречаясь с другим. А сейчас уже поздно, что либо делать. Андрей в отношениях блондинкой (они нравятся ему больше, нежели брюнетки, рыжие или шатенки).