14.этой ночью никто не спал
[Сара]
Он сказал: "Если останешься — мы сожжём всё."
Я не ответила. Просто не ушла.
Мне выделили комнату на втором этаже.
Минимум: кровать, зеркало, окно, из которого не видно ничего — кроме его мира.
Каменная архитектура и запах табака, впитавшийся в воздух.
Тишина здесь — не защита. Она давит.
Я не снимала куртку.
Села у стены.
Впервые за долгое время мне не дали ключ.
Но и не заперли.
Дверь осталась приоткрытой.
Как будто он знал — я не сплю.
⸻
В два часа ночи шаги. Тихие.
Он не стучал — просто появился в дверях.
Не вошёл.
– Не спишь, — сказал он.
– Никогда.
Он молчал.
Я молчала дольше.
И вдруг
– Каково это — не чувствовать?
Он приподнял бровь.
– Привычно.
– Значит, это не больно?
– Нет. Просто... тише.
– Я не хочу тишины, — сказала я почти по-человечески.
– Но всё, что у меня есть — это она.
Он вошёл. Не приблизился. Сел на край стула у стены.
Смотрел на мои руки.
– Ты дрожишь, — сказал он.
– Я не думала, ты не наблюдаешь.
– Я наблюдаю только за тем, что опасно, — спокойно ответил он.
– Значит, я всё ещё угроза?
– Ты всегда ей была. Только теперь — не для меня. А для всего, что я держал в порядке.
⸻
Я не плакала.
Но что-то внутри дёрнулось.
Как будто я снова вспомнила, каково это — быть живой.
– Если я останусь...
– Ты не заставишь меня чувствовать, Данте.
– Я и не пытаюсь, — он встал.
– Но если вдруг захочешь — дверь не заперта.
⸻
[Данте]
Я ушёл, когда понял, что останусь, если задержусь.
Я видел в её глазах не просьбу — усталость.
И это было хуже любого выстрела.
Никогда не думал, что позволю врагу спать под своей крышей.
Никогда не думал, что враг будет бояться не меня — а собственной тени.
Я запер дверь своей спальни.
Но всю ночь не сомкнул глаз.