2 глава
Холодное осеннее утро встретило Сьюзи хрустящим под ногами инеем. Она потянулась, глубоко вдохнув воздух, пахнущий опавшими листьями и предрассветной свежестью.
— Мэнни, иди сюда! — позвала она пса, аккуратно застегивая на нем ярко-оранжевый жилет.
Лабрадор вилял хвостом, его горячее дыхание клубилось в морозном воздухе. Сьюзи натянула капюшон спортивного костюма, поправила наушники, и ритмичный бит музыки заполнил ее сознание.
**Так, разминка — и вперед.**
Парк в это время был почти пустынным. Солнце только начинало пробиваться сквозь туман, окрашивая все в золотистые тона. Сьюзи любила эти моменты — когда мир принадлежал только ей, когда деревья, покрытые росой, сверкали, как драгоценности, а тропинки манили вперед, в тишину и спокойствие.
Мэнни бежал впереди, весело помахивая хвостом, то и дело оборачиваясь, словно проверяя, не отстала ли хозяйка.
**Бег. Дыхание. Музыка.**
Она ускорила шаг, наслаждаясь тем, как тело отзывается на нагрузку, как кровь бежит по венам, согревая изнутри.
И тут...
**Что-то не так.**
Вначале Сьюзи даже не поняла, что именно привлекло ее внимание. Может, странный силуэт среди ветвей? Или неестественный угол, под которым что-то белело вдалеке?
Она замедлила шаг, сдернула наушник.
— Мэнни, стой.
Пес насторожился, уши поднялись, нос зашевелился, улавливая запахи.
Сьюзи сделала шаг вперед. Еще один.
**Старый дуб.**
И на нем...
**Девушка.**
Она висела на толстой ветке, будто небрежно брошенная кукла. Ее длинные волосы, слипшиеся от утренней росы. Лицо было бледным, почти фарфоровым, а глаза...
**Глаза были открыты.**
Сьюзи застыла. В груди что-то оборвалось, сердце бешено заколотилось, кровь ударила в виски.
— Боже... — прошептала она, не осознавая, что говорит.
Мэнни зарычал, шерсть на его загривке встала дыбом.
Сьюзи не помнила, как достала телефон. Пальцы дрожали так сильно, что она едва смогла нажать кнопку экстренного вызова.
— Алло?.. — голос звучал чужим, сдавленным. — Здесь... здесь тело... в парке...
Добрый день, это служба спасения. Подскажите, в каком вы парке?"*
Голос в трубке был твёрдым, спокойным, почти металлическим — таким, каким и должен быть голос человека, который каждый день вырывает людей из лап смерти. Но сейчас он казался Сьюзи чем-то нереальным, как будто доносился из другого мира.
Она стояла, прижав телефон к уху, и не могла оторвать взгляд от *этого*. От бледных пальцев, скрюченных в последнем спазме. От тёмной верёвки, врезавшейся в шею. От качающегося на ветру тела, которое ещё вчера было кем-то… чьей-то дочерью, подругой, может быть, возлюбленной.
— Я… я в Центральном парке, — наконец выдавила она, и собственный голос показался ей хриплым, чужим. — У старого дуба, рядом с аллеей…
Мэнни, почуяв неладное, прижался к её ноге, тихо поскуливая.
*"Оставайтесь на месте. Полиция уже выехала"*, — сказал диспетчер, но Сьюзи уже почти не слышала его.
Потому что в этот момент *оно* снова качнулось.
Медленно. Почти грациозно.
И Сьюзи вдруг заметила *деталь*.
На ноге девушки, чуть выше щиколотки, был небольшой тёмный след.
Как будто…
**Как будто её поцеловали.**
Горло сжалось спазмом, во рту резко запахло кислым — и Сьюзи едва успела отбежать в сторону, прежде чем её вырвало прямо на промёрзшую землю.
Тёплая, липкая масса выплеснулась на опавшие листья, смешавшись с утренней росой. Она стояла, согнувшись пополам, одной рукой вцепившись в холодную кору ближайшего дерева, другой — прижимая к себе Мэнни.
Пёс не сопротивлялся. Он прижался к её ноге, всем телом излучая тревогу — его тёплое, живое дыхание было единственным, что напоминало ей сейчас о реальности.
— Всё хорошо… — прошептала она, больше для себя, чем для собаки. — Всё…
Но ничего не было хорошо.
Во рту стоял противный привкус желудочного сока и страха. В глазах плясали тёмные пятна. А где-то там, за спиной, всё ещё качалось на ветру *оно*.
Сьюзи не хотела оборачиваться.
Но она всё равно это сделала.
Сквозь редкие деревья, в двадцати шагах, виднелся бледный силуэт. Теперь, с этого расстояния, оно казалось почти нереальным — просто странной игрой света и тени среди ветвей.
*"Если прищуриться, можно представить, что это не тело… что это просто…"*
Но никакие фантазии не могли скрыть правду.
Кто-то убил эту девушку.
Сирены врезались в утреннюю тишину, разрывая её на части. Сначала далёкие, потом оглушительно близкие. Парк, ещё несколько минут назад бывший безмолвным и пустынным, вдруг наполнился людьми, голосами, движением.
Сьюзи сидела на земле, обхватив колени дрожащими руками. Врачи скорой уже окружили её, накинули на плечи алюминиевое одеяло, но холод проникал глубже кожи — в самые кости, в сердце.
— Девушка, как вас зовут? — кто-то присел перед ней, тёплые пальцы ловя её запястье, чтобы проверить пульс.
Она открыла рот, но слова застряли где-то в горле. Вместо них вырвался лишь сдавленный звук, похожий на стон.
**Время потеряло смысл.**
Минуты сливались в одну бесконечную, тягучую массу. Кто-то говорил с ней, кто-то светил фонариком в глаза, кто-то вводил что-то в вену. Всё это происходило будто сквозь толстое стекло — звуки приглушённые, краски размытые.
— Шок, — прозвучало где-то над головой.
Мэнни выл.
Громко, отчаянно, будто его рвали на части. Он рвался к ней, но крепкие руки полицейского удерживали поводок.
— Успокойте собаку! — крикнул кто-то.
Но Мэнни не унимался. Его вой разрывал воздух, словно предупреждение, словно он один понимал, что настоящий кошмар только начинается.
Сьюзи увидела, как мимо неё прошли люди в белых комбинезонах. Криминалисты. Они несли с собой чемоданы с оборудованием, камеры, пакеты для улик. Один из них остановился, посмотрел в сторону дуба, и его лицо на мгновение исказила гримаса чего-то, что могло быть ужасом или профессиональным интересом.
— Всё, поехали, — мягко, но настойчиво сказала женщина-врач, помогая Сьюзи подняться.
Ноги не слушались, земля уходила из-под них, но крепкие руки подхватили её, почти понесли к машине скорой помощи.