Кровавая связь

Я ещё раз взглянула на труп, и меня словно ударило осознанием. У мужчины нет сердца.

Украдено как трофей? Для ритуала? Зачем убийце оно понадобилось? Ответа я не знала, но эта деталь ещё больше усиливала мой интерес.

— Анзель, что ты можешь сказать об этом теле? — услышала я голос Ирен.

Я медленно оторвала взгляд от изуродованного трупа и ответила:

— Убийце это приносит удовольствие. Ей нравится наблюдать за изувеченными телами и осознавать, что это сделала она сама. Но это не просто жажда крови. Здесь есть мотив, но пока я не могу его понять.

Ирен задумчиво кивнула, осматривая останки мужчины.

— Тело очень изуродовано… Надо обыскать дом. Возможно, найдём мелкие детали, которые выведут нас на след убийцы.

Я направилась в другую часть комнаты, внимательно осматривая обстановку. В воздухе ощущался слабый сладковатый запах. Что-то знакомое, но в то же время непонятное. Я пыталась определить его источник, но мысль ускользала, не цепляясь ни за что конкретное.

Мой взгляд остановился на старом деревянном стуле у стены. На его ножках виднелись следы засохшей крови, а рядом валялись оборванные верёвки. Я наклонилась, коснулась шершавой ткани пальцами. Здесь его связали. И здесь мучили.

Убийца наслаждался этим.

Я закрыла глаза и попыталась представить, как всё происходило. Человек на стуле. Перепуганные глаза, задержанное дыхание. Убийца медленно подходит, любуется своей жертвой. Возможно, даже улыбается, слушая отчаянные мольбы.

Видение сместилось… Будто на месте убийцы была я.

Передо мной сидит человек. Он дрожит, шепчет молитвы, просит быстрой смерти. А я лишь смотрю. Смотрю на его страх, на беспомощность, на слёзы, текущие по щекам. Смотрю и растягиваю моменты.

Разве это не… удовольствие?

Я резко вырвалась из этого видения и встряхнула голову, прогоняя мысль. Что это было? Почему я представила себя на месте убийцы?

Глубоко вдохнув, я осмотрела пол и заметила возле стула сломанный ноготь. Осторожно подняла его пинцетом и положила в улики.

Рядом на стене остались царапины — возможно, мужчина пытался сопротивляться. На полу — пятна крови, хаотично разбросанные вокруг места пыток.

Полицейские продолжали осматривать дом, когда я заметила, что Итан выглядит бледным и напряжённым.

Я подошла ближе и тихо спросила:

— Итан, с тобой всё в порядке? Ты выглядишь странно.

Он вздрогнул, словно только сейчас осознал, что я здесь.

— А? Да нет, всё нормально, — пробормотал он, избегая моего взгляда.

Я сузила глаза.

— Ты не похож на того, у кого «всё нормально».

Он провёл рукой по затылку и тихо добавил:

— Просто не могу привыкнуть к таким убийствам… Это первый раз, когда мне дали настолько жестокое дело.

Я лишь коротко кивнула. Во мне кипело множество мыслей, но сейчас не время для них.

Мы пробыли на месте преступления ещё около получаса, а затем отправились обратно. В машине Итан сидел молча, погружённый в свои переживания.

Машина плавно тронулась с места, оставляя позади дом смерти. Итан молча уставился в дорогу, сжимая руль так, что побелели костяшки пальцев. Его плечи были напряжены, а челюсти стиснуты, будто он пытался подавить собственные мысли.

Я же сидела позади, прислонив голову к холодному стеклу, и размышляла о том, что увидела.

Убийца забрал сердце. Не просто вырезал, а забрал с собой. Для чего? Трофей? Символ? Часть какого-то ритуала?

Я тихо хмыкнула. Какое же извращённое искусство.

— Ты тоже это почувствовала? — вдруг произнесла Ирен, оборачиваясь ко мне.

Я перевела взгляд на неё и едва заметно кивнула.

— Да. Это не просто резня. Это нечто большее.

Ирен задумчиво провела пальцем по губам.

— Ему не важно, как именно убивать. Главное — жестокость. Но ведь есть что-то, что связывает все эти преступления.

Я едва заметно усмехнулась.

— Если есть логика даже в хаосе, то мы её найдём.

— Иронично, — хмыкнула Ирен. — Итан, ты ещё здесь или уже исчез в своих мыслях?

Мужчина вздрогнул и бросил на неё короткий взгляд.

— Я слушаю.

— Тогда скажи мне вот что, — она скрестила руки на груди. — Что тебе больше всего режет глаз в этом деле?

Итан тяжело вздохнул и немного ослабил хватку на руле.

— Каждый раз, когда мы находим тело, кажется, будто этот убийца испытывает что-то новое. У него нет чёткого почерка, нет очевидного мотива. Это словно…

— …эксперимент, — закончила я за него.

Итан медленно кивнул.

— Да. И знаете, что пугает меня больше всего?

Ирен приподняла бровь.

— Просвети.

— Каждый раз он становится всё более жестоким. Всё жестче и жестче.

Наступила тишина.

Ирен слегка постучала пальцами по дверце, задумчиво уставившись в лобовое стекло.

— Значит, он ещё не достиг своего пика, — подвела она итог.

Я слегка усмехнулась, вглядываясь в своё отражение в окне.

— О, он только разогревается.