Часть 3
Резкий звук будильника нарушил тишину комнаты и прервал сон девушки. Застонав, Сакура открыла глаза и тяжело приподнялась на постели. Всё тело ломило от недостатка сна, а глаза припухли и покраснели. Чувствовала она себя полностью разбитой и подавленной. Откинув одеяло и прошлепав босиком к окну, Харуно раздвинула шторы, но и тут её ждало разочарование — за окном моросил дождь, небо было тёмным и хмурым. Печально вздохнув и пройдя в сторону ванной комнаты, девушка решила наскоро принять душ и спуститься вниз. Через какое-то время, спустившись, Сакура удивилась тишине, стоящей в доме. Цунадэ, с которой она столкнулась в гостиной сообщила, что Наруто уехал рано утром, чтобы успеть на свой рейс. Это известие огорчило девушку, так как ей не хотелось оставаться в этом доме без поддержки доброго и заботливого друга. Немного порадовало то, что Саске уехал вместе с блондином, намереваясь проводить его до аэропорта. Зеленоглазая осознавала, что к встрече с брюнетом после вчерашнего она пока не готова. Сакура не знала, как себя вести с таким противоречивым мужчиной. Задумчиво держа чашку с чаем в руках, девушка села за стол и нахмурилась, пытаясь мысленно составить план своих действий: что она скажет брюнету, как посмотрит на него, когда они наконец-то встретятся сегодня. Но стоило ей задуматься о нём, о вчерашнем поцелуе и его прикосновениях, как тело предательски заныло в ответ. Сердито тряхнув головой в попытке изгнать непрошеные мысли вон, она обернулась и застыла. В паре шагов от неё стоял объект её нелёгких размышлений — Саске Учиха.
«Чёрт,» — в панике подумала девушка, — «я даже не услышала, как он вошёл. Интересно, долго он тут стоит?» — Её мысли прервал холодный голос парня:
— С добрым утром, Сакура! Надеюсь, тебе хорошо спалось?
— Доброе, если его можно назвать таковым.
Брови Саске насмешливо приподнялись вверх.
— Я плохо сплю в незнакомых местах, — поспешила добавить Сакура. Пусть не думает, что плохой сон был вызван исключительно его персоной.
— Спешу тебя огорчить, хотя, думаю, ты сама понимаешь, что вряд ли в понедельник сможешь уехать. Работы по восстановлению коллекции слишком много, и она сложная и кропотливая. Даже ты не сможешь справиться за два дня, — скучающим тоном произнёс молодой человек.
— Как же мне быть, я не могу бросить работу, но и находиться здесь не могу. Остаться тут на более продолжительный срок — плохая идея, — в этот самый миг глаза девушки распахнулись, и она в ужасе приложила руку к губам — Я сказала всё это вслух, так ведь?! — Потрясенно прошептала зеленоглазая. Ответом ей послужил насмешливый голос Учихи:
— Невероятно, верно? Ты тоже плохо действуешь на меня. Я с трудом заснул вчера, хотя нахожусь в собственном доме. Я словно чувствовал тебя, твоё тело, представлял твои растрёпанные розовые волосы и горящие зелёные глаза. Просто потрясающее зрелище.
После этих слов девушка почти подалась ему навстречу, зная, что близости с этим человеком она не забудет. Остановило её то, что сам Саске хоть и сказал всё это, оставался внешне равнодушным, глаза были также холодны.
— А знаешь, в чём наше главное отличие, Сакура? Я верю в фантазии, ты же — в дурацкие сказки. Фантазии иногда могут стать реальностью, сказки — никогда! — продолжил парень.
Харуно упрямо сжала губы и покачала головой, тем самым отрицая всё то, что он произнёс, и настойчиво спросила:
— Ты же просто боишься посвятить себя кому-то... Так ведь? Я права?
Взглянув на неё, он махнул рукой, как бы отвергая её слова:
— Если я женюсь, то посвящу себя семье, но без бредней о вечной любви и без всяких клятв. Не надо со мной спорить, Сакура, я всё равно останусь при своём мнении. Меня не переубедить.
Девушка собиралась сказать что-то еще, но после его слов разочарованно посмотрела на него и отвернулась.
Как же холодно он всё это сказал. Как бездушная машина, у которой совсем нет никаких чувств. Но внутренний голос подсказывал девушке, что он не такой. Что Саске закрылся в себе и отгородился от всех по какой-то причине. Что весь этот цинизм, холодность и чёрствость — только броня и маски. По крайней мере, Сакуре очень хотелось в это верить.
Не поворачиваясь к собеседнику лицом, она промолвила:
— Мне нужно взяться за работу, а то я и за месяц ничего не успею такими темпами.
— Конечно, всё в твоём распоряжении. Только не засиживайся допоздна. Мне бы не хотелось потом твой хладный труп вытаскивать из груды черепков, когда ты вновь забудешь, что мир не перестал существовать, — сыронизировал парень.
Зеленоглазая шутки не оценила, просто сухо кивнула и вышла прочь.
Сакура полностью погрузилась в работу. Через пару часов она собрала первую вазу, потрясающе красивую: в её орнамент вплелись фантастические птицы и цветы. Издав торжествующий вопль, девушка потянулась и облегчённо рассмеялась. Но тут же смолкла, заметив в дальнем конце комнаты Саске, который, сидя в кресле, сосредоточенно изучал бумаги.
Ну надо же. Как так получается, что она не слышит, как он приходит? «Наверно, я сильно увлеклась процессом, и поэтому его не заметила,» — удивлённо подумала она.
Призывно поманив его рукой, девушка указала брюнету на проделанную работу. Оторвавшись от документов, Учиха резко встал и неспешно подошёл к столу, за которым сидела Сакура. Рассматривая вазу, он не смог скрыть своего восхищения:
— Ты молодец. Я начинаю верить, что всё можно восстановить, спасибо тебе, Сакура, — воодушевленно и искренне сказал молодой человек.
Девушка не смогла скрыть радости, вспыхнувшей в глазах. Его слова были ей приятны.
Снова сев на своём место, Саске вернулся к прерванному занятию, а Сакура с удвоенной силой принялась за работу. Время близилось к обеду, и на столе уже стояли несколько отреставрированных чаш. В молчании прошло ещё почти полчаса. Тишину разбавляли лишь шорох бумаг и негромкое позвякивание черепков. Услышав смачное ругательство, девушка подняла голову и увидела, что брюнет стоит возле окна, беззвучно шевеля губами, явно ведя диалог с самим собой:
— Саске? — Несмело окликнула его зеленоглазая. Похоже, Учиха её даже не услышал. — Саске? — уже громче вновь позвала она.
— Все в порядке, — быстро ответил он. — Пойдём прогуляемся. Мне нужно подумать в другой обстановке. Да и тебе не помешал бы свежий воздух.
— Ну... э... я ещё не закончила, — попробовала возразить ему Сакура.
— Потом закончишь, — настоял парень. — И запомни — отказы я не принимаю.
С сожалением кинув последний взгляд на недоделанную работу, девушка встала и проследовала за наглецом.
После десяти минут быстрой ходьбы они остановились на берегу живописного озера. Несмотря на начало сентября, полянка у обрыва была сплошь усыпана фиолетовыми китайскими колокольчиками. Аромат цветов, умытых утренним дождём, был просто непередаваем. Девушка с наслаждением вдохнула сладкий запах и мысленно порадовалась тому, что оказалась здесь. Саске, отрешенно смотря вдаль, стоял у самого краешка воды, его взгляд был задумчив, и Сакура решила оставить парня в покое. Прошло не менее десяти минут, когда черты его лица наконец разгладились. Видимо, он пришел к решению проблем, которые его терзали. Учиха тряхнул головой и обратил свой взор на девушку:
— Прости, что забыл о тебе и совсем не обращал внимания. Мне нужно было кое в чём разобраться. И я тебе очень признателен, для меня много значит моя коллекция. Я не мог смотреть на то, во что она превратилась.
— Ну, это же моя работа... — немного смущенно от такой искренности в его голосе откликнулась девушка.
— Я это знаю, но всё же должен поблагодарить тебя.
Медленно подойдя, брюнет остановился в паре сантиметров от неё и, вскинув руку, кончиками пальцев нежно провёл по её щеке. Сакура вздрогнула от его прикосновения, изумлённо посмотрев в его глаза. Не дав девушке опомниться, парень притянул её к себе и розововолосая поняла, что хочет его поцелуя. Она заворожённо смотрела на него, позабыв все свои обещания держаться подальше. Саске прижал девушку к себе сильнее и накрыл её губы своими. В нём было столько страсти, что у Сакуры перехватило дыхание. Горячий язык проникал в самые потаенные уголки её рта. Руки зеленоглазой легли парню на плечи, и она обняла его за шею. Внутри девушки разгорался настоящий пожар, и она почти потеряла контроль над собой.
С трудом оторвавшись от её припухших губ, тяжело дыша, Саске хрипло произнёс:
— Ты сама не понимаешь, что творишь и на что подписываешься. Я не могу дать тебе всё то, что ты нафантазировала у себя в голове. Ты мне не нужна, я чувствую к тебе лишь физическое желание и не более, — его голос стал резче, дыхание почти выровнялось, а взгляд вновь вернул холод и равнодушие. — Подумай об этом на досуге, — добавил он, — а сейчас нам пора домой.
Его слова безжалостно, словно хлыстом, ударили девушку. Вздрогнув и поспешно отстранившись, Сакура отвернулась, чтобы, не дай бог, он не увидел блеснувшие в её глазах слезы. «НенужнаНенужнаНенужна,» — словно молотом о наковальню стучали слова парня в голове. Такого разочарования и унижения она ещё не испытывала. Не позволяя себе открыто расплакаться, зеленоглазая красавица попыталась улыбнуться, но вышло как-то жалко и неискренне. Собрав всю волю в кулак, повернувшись, девушка гордо взглянула в его глаза и слегка дрогнувшим голосом произнесла:
— Конечно, пошли, мы и так уже порядком задержались.
Саске, до этого наблюдавший за манёврами девушки, хмыкнул и пошёл вперёд.
В гробовом молчании дойдя до дома, молодые люди разошлись по своим комнатам. От обеда гостья отказалась, сославшись на головную боль. Как это воспринял хозяин дома, девушке было неизвестно.
Сакура рухнула на постель и, со вздохом перевернувшись на спину, закрыла глаза. Все мысли розововолосой были об этом невыносимом человеке. Она запуталась в своих чувствах к нему, не знала, как расценивать его поступки и слова. Действия брюнета не поддавались никакой логике и приносили нежной девичьей душе обиду и горькое разочарование. Несмотря на это, девушка признавала, что он волнует её. Его прикосновения каждый раз практически лишают её рассудка. «Он мне не безразличен,» — пришла к неутешительному выводу она. «Сакура, ты просто мазохистка,» — грустно улыбнулась своим мыслям девушка. Сев на кровати по-турецки и прижав подушку к груди, она направила палец на дверь, тихо произнеся:
— Ты бессовестный эгоист и мерзавец, Саске Учиха.
«Кап-кап-кап,» — словно в ответ застучало по крыше. Какая ирония — за окном снова шёл дождь.