Глава 3.
В окне пролетали пальмы, яркое солнце освещало дорогу, по которой плыли машины. В одной из них слушали музыку 80-х выдра и енот. Миллер покачивался в такт музыки, тогда как енот лишь смотрел в окно своим единственным глазом. Второй был закрыт глазной повязкой. Когда ребята проезжали вдоль океана, енот проявил немного заинтересованности к горизонту, думая о чем-то своем. Когда дорога повернула в сторону от воды, Уитмен отвернулся от окна, и вспомнил про книгу в бардачке. Туда её положил Миллер перед отъездом, вроде как привести своей жене. Енот достал книгу и открыл ее на случайной странице, поближе к концу...
"...Эдвард прижал к стене плачущего Вессела, злобно смотря на него сверху вниз. Высокая спортивная фигура возвышалась над почти карликом. Вессел не решался поднять голову, боясь сгореть в пламени ненависти и горя. Ему было стыдно, стыдно за все слова любви, сказанные им, было стыдно неправильные шаги, что утянули его в пропасть безумия. Он хотел уменьшиться, исчезнуть из мира, лишь бы не быть под этим взглядом. Испепеляющим, и таким прекрасным.
Но Эдвард жестко взял Вессела за подбородок, и посмотрел в глаза, полные слез и сожаления.-Как ты мог так поступить со мной? После всего пережитого?
Вессел не ответил, лишь часто моргал от потока слез.-Я любил тебя. И люблю до сих пор. Но я ненавижу тебя.
Мордочка Вессела скривилась в плаче.-Я ненавижу себя, за то, что выбрал тебя. Выбрал, и ошибся, -Эдвард отпустил голову Вессела, но она осталась в том же положении.
Эдвард отошел от стены.-Я больше не могу так, -пробормотал Эдвард и достал пистолет, -я виноват.
Ствол пистолета направился к его виску.
-НЕЕЕЕЕТ! -прокричал Вессел, и бросился в руку, держащую пистолет. Но всего веса тела не хватало, чтобы хоть шелохнуть руку совершеннолетнего студента. Эдвард посмотрел на попытку Вессела убиться вместе с ним. На его глазах появились слезы..."
Уитмен пролистал пару страниц, по его мнению, затянутой драмы...
"Спина Эдварда выгибалась дугой, с каждый движением он тихо постанывал от удовольствия. Позади свою порцию любви получал Вессел, с каждым ударом о бедра вгоняя в смысл своей жизни больше любви, больше, чем он смог дать, но меньше, что он в себе имел. Его огромный орган бился о простату Эдварда, передавая волны удовольствия в полное мускулов тело, заставляя член Эдварда потрясывать от нетерпения. Вессел обхватил руками бедра Эдварда, когтями впиваясь в кожу, чтобы стать целым, стать единым организмом, бьющимся в экстазе похоти..."
Енот закрыл книгу и сунул куда подальше в бардачок.
-Ну и хуета.
-Жене нравится, -откликнулся Миллер, -наверное она этим чтивом восполняет пробелы между моими приходами домой. Да и это бестселлер сезона.
-Я не удивлен, -пробурчал Уитмен, и скорчил морду.
Машина ехала по дороге, пока не отбилась от общего потока, и не свернула. Магнитофон переключил мелодию, Миллер стал немного подпевать.
Наконец, машина остановилась на огромной парковке на территории школы. Выдра заглушила двигатель.-Если я правильно помню, в начале вопросов быть не должно. Один твой вид говорит о том, чем ты занимаешься.
Енот скривился.
-У меня в универе мыли коридоры после всех пар, кабинеты убирались как только кончаются пары. Скорее всего тут будет так же.-Проверка работы будет?-Вроде надо расписываться за уборку каждого кабинета. Посмотришь.
Миллер передал папку с личным делом Уитмену.
-Не забудь, тебя зовут Смитти. Откликайся только на него, -наставил Миллер и достал сигарету.
-Связь – по телефону, я буду неподалеку. И прошу, -Миллер зажег сигарету, но пока не стал закуривать, -Без происшествий, хоть на этот раз. Просто поглядывай за обстановкой, и не лезь в неприятности.-Я постараюсь, -с легкой ухмылкой пообещал Уитмен и вышел из машины. Енот махнул рукой машине и направился в здание.
Вахтер остановил Уитмена, но объяснения, что он новый уборщик, ему хватило, чтобы его пропустить. Вначале, нужно зайти к заведующему инвентарем для уборки. Время было раннее, учащихся было крайне мало.-Кладите дело на стол, одежду и средства найдете в подсобке рядом, -проговорила немолодая кошка, глава хозяйственного инвентаря. Уитмен лишь кивнул и вышел.
Подсобка была небольшой комнатой, наполовину заполненная швабрами, ведрами и шкафом, по запаху содержащей химию для чистки. Вторую половину занимали стол и стул, тумбочка. Электрический чайник стоял на столе, судя по пыли давно не использованный. На стене висела бумажка с расписанием мойки кабинетов. Первым нужно было вымыть кабинет биологии, уроки в нем начнутся через 3 часа. Уитмен вздохнул, достал из шкафа одежду и пульверизатор с моющим средством, ведро на колесиках со шваброй, и отправился "работать".
Первый день необходимо провести в изучении атмосферы места, следить как двигаются ученики, учителя, как они общаются. На кого как смотрят. В этом есть преимущество уборщика, его стараются не замечать. Даже таблички треугольники на полу замечаются лучше. Вряд ли это было признаком какого-либо высокомерия, скорее высокая степень привыкания. Расписание и правда устроено так, чтобы уборщики максимально не пересекались с остальными.
Пока шли основные уроки, Уитмен отсиживался к подсобке, распивая чай. Примерно в 15-00 пришли остальные уборщики. По легенде, Уитмен под именем Смитти подменял заболевшего уборщика, всего на неделю. Пара легких вопросов о том, как здесь обстоят дела, и стало ясно - уборщики ничего не знают о частых происшествиях. До них доходят лишь слабые слухи.
Как оказалось, уборщики значились здесь и как разнорабочие, порой по телефону в подсобке передавали указания перенести что-либо. Например, из привезенного в грузовике, нужно было принести маленький тазик в кабинет фотообработки. За процессом следила милая енотиха, с немилым выражением лица. Вероятно, она боялась, что по пути я мог что-то попортить из оборудования. Возможно, этот кабинет являлся неким кружком по интересу фотографии. Довольно старомодный клуб, раз им понадобилась ванночка для проявки.
Первый рабочий день прошел без видимых происшествий, Уитмен полностью насладился работой разнорабочего. По расписанию мыть коридоры вечером он будет только завтра.