~21~
Вильгельм ненавидел всех. Он вспоминал то, как радовали его убийства и ненависть внутри него разрасталась ещё больше, потому что у него забрали единственную отдушину в этой жизни.
Мужчина протёр лицо руками и вспомнил взгляд серых глаз. Франческа. Он готов был сделать её самой счастливой в этой жизни, а она не ценила этого. Он готов был подарить ей весь мир, а она, опять же, не ценила это. Вильгельм вспоминал, как девушка, лёжа на кровати и скрестив ноги на стене, смотрела в окно и читала ему свои стихи. Он обожал её стихи и её голос, а она предала его. Дважды!
Стараясь выкинуть Франческу из головы, Вильгельм вспомнил родителей, которые так же, как и девушка предали его, оставив в этом мире совсем одного, подсев на спиртное. Слёзы, которые были подобны лаве, катились по лицу семилетнего мальчика в тот день, когда он узнал, что его родителей больше нет. Душа разрывалась на части. И больше уже не было чуждо чувство счастья, которое ему пытались внушить воспитательницы в приюте, да и все вокруг.
Элис и Мэттью были единственными людьми, которые смогли дать Вильгельму то, что так было нужно, можно сказать нашли успокаивающее его хобби - убийства. Все люди постоянно куда-то спешили, вечно ругались и гробили свои жизни, а в умерших мужчина видел то, чего ему так не хватало - то самое умиротворение.
После первого убийства, его сердце перестало ныть от боли, а после второго, тревога исчезла где-то в луже крови. И так раз за разом мужчина пытался полностью исцелиться и очиститься, но ему не дали завершить всё это. Хотя, как он сам полагал, он заслуживает этого.
Вильгельм вспомнил и про Лео, которого он взял под своё крыло в поезде.
- Мелкий сучёныш, - прошипел Вильгельм, - Я сделал для тебя всё! И чем ты мне отплатил? А? - кричал он в стену. - Засунул меня за решётку?
Швырнув железный стакан в стену, мужчина поднялся с койки.
- Вы тоже хороши, Элис и Мэттью, - продолжал он свой монолог. - Не смотря на то, что я любил вас, вы не сделали достаточно того, чтобы уберечь нас всех от этого! Посмотрите теперь где мы! Мы в тюрьме и больше не вместе!
Злость текла по его венам. Мужчина хотел отметить абсолютно всем, но в первую очередь Франческе, которая сделав его несчастным, стала счастливой сама.
Но уже ничего не попишешь, Вильгельм. Приговор вынесен, срок назначен. Родители оплакивают своих детей, а ты несёшь заслуженное наказание.