Питерские палачи

* * *

Пока Крисман вёл машину через город на юг, Сидорков развлекал его обычными ментовскими байками. Истории подбирал со смыслом, разумеется, обучающие. Чтобы коллега быстрее вникал в тонкости новой службы. Во всяком случае, так казалось самому капитану, который пытался понять, можно ли положиться на этого балабола, если что. Крисман понимал: везде нужно заводить друзей. Но делать это не умел. За что и поплатился на прошлой работе...

– Здесь тормозни, – сказал Сидорков словно таксисту и взялся за дверную ручку, глядя куда-то вглубь сквера через дорогу. – Лады, коллега. Спасибо, что подкинул.

Капитан решился озвучить наконец с самого утра занимавший его вопрос:

– Слушай, а чего это ваш... наш Радченко такой странный?

Сидорков обернулся и внимательно посмотрел на него.

– Почему странный?

– Как-то не похож на опера. Больше на следака смахивает. Какой-то больно... интеллигентный, что ли.

– Он и есть интеллигент, – Сидорков хмыкнул. – Из семьи журналиста, сам на журфаке учился.

– А в органы как попал?

Сидорков отпустил дверную ручку, слегка помрачнел.

– Из-за отца. Тот был криминальным репортёром. Вёл всякие расследования. В начале девяностых его грохнули. Кому-то большому и нервному дорогу, видать, перешёл. Так и не нашли концов... Наш тогда в универе учился. И решил стать не журналистом, как отец, а ментом. Но не следаком, а опером. Чтоб своими руками...

Скалясь, Сидорков изобразил смертельную хватку. Видно было, что майора уважает.

– Вон оно что, – задумчиво протянул Крисман. – Мотивированный.

Сидорков прищурился.

– Ответь на встречный вопрос.

– Валяй, – с деланной лёгкостью отозвался Крисман, уже догадываясь, о чём зайдёт речь: с ним обязательно говорили об этом, рано или поздно.

– Сам чего в операх болтаешься? У тебя ж отец и брат...

– Вот потому-то я и не в адвокатуре, – готовно оборвал капитан. – Там и без меня Крисманов хватает.

– Понятно, – хмыкнул Сидорков и, казалось, выбросил разговор из головы. – Ладно, потопал я.

Он выбрался из машины, лавируя в жиденьком транспортном потоке, перебежал на другую сторону. Его встретила красотка в длинном жёлто-зелёном платье, они чмокнулись и в обнимку поплыли вглубь сквера.

Крисман с лёгкой завистью проводил пару взглядом, невольно вспомнил о своей развалившейся семье и поспешил занять себя вождением.

* * *

– Однако и темень, – удивлённо буркнул Стас, перепрыгнул через свежую лужу.

– Да уж, миновали белые ночки, – Олег был солидарен с возмущённым другом, хотя и радовался бодрящей последождевой прохладе.

– И чёрт с ними.

Игорь, уроженец южного Киева, не понимал прелести той поры, когда ночь – вроде и не ночь, а сильно растянутые вечер и утро. Возможно, ещё и потому что первые впечатления от белых ночей были связаны с зоной.

– Так что у тебя с Ингой? – спросил Олег у Стаса.

– Тебе-то что? – тот даже не пытался скрыть раздражение.

– Ну как... Я же друг.

– Сплошные друзья-товарищи, – пробурчал Стас.

– Усомнился в нашей дружбе? Щас скомандую Игорьку, он тебе в лоб даст, мозги вправит. По-дружески.

– Охотно, – зевая, сказал Игорь и поёжился. – Согреюсь, может.

Стас посупился, но всё же уступил.

– Были у нас... Отношения. Я так думал. Нашёлся другой. Предложила остаться друзьями. А я в армию ушёл. После её не видел, – помолчав, добавил: – Да и не особенно хотел.

– Печально, – рассудил Олег. – И что теперь? Выяснил хоть, что у неё сейчас с личной жизнью? Ты ей точно симпатичен.

– Ну конеЧно, – протянул Стас с кривой ухмылкой.

Олег окинул ссутулившегося друга оценивающим взглядом:

– Хотя что она в тебе нашла? Игорёк, как думаешь?

– Прибалт он. Экзотика.

– Не для неё, – хмыкнул Стас.

– Тоже таллинская, что ли? – догадался Олег.

– Мы с детства знакомы, – Стас немного посветлел. – В одном дворе жили, пока после смерти матери мы с отцом в Питер не переехали.

– То-то я в ней что-то особенное почуял, – признался Олег.

Полупустынной улицей они вышли к парку, направились вдоль него к ближайшей станции метро. Было здорово прогуляться по вечернему Питеру, но «жаворонок» Игорь отчаянно хотел спать и подгонял друзей.

– Сказала, не пойду! – взвизгнула вдруг неподалёку обладательница знакомого голоса.

«Опять?» – насторожился Стас и вслушался внимательнее. Из парка доносились звуки возни и уже неразборчивые женские возгласы.

– Надо бы глянуть, – Олег остановился, тоже прислушался. – Может, помощь нужна.

– Ай, да пошли! – отмахнулся Стас.

– Если по-бырому, чё не глянуть-то? – рассудил Игорь. – Всякое случается.

– Пудово какие-то семейные разборки, – Стас поморщился. – Обычная история.

Он вообще избегал вмешиваться во что бы то ни было, но сейчас особенно не хотел убедиться в том, что голос ему действительно знаком.

– Давай проверим, – настоял Олег и направился вглубь парка.

Игорь тут же последовал за ним. Досадливо сплюнув, чуть позже пошёл и Стас.

В парке было темно, сыро и безлюдно. Троица пробиралась через полосы кустарника. Мокрые после дождя ветки неприятно хлестали по телу, оставляя на одежде влажные следы. Стас выискивал проход с наиболее разреженными зарослями и заметно отстал от друзей.

Звуки возни вели к полянке у хорошо освещённой асфальтовой дорожки и быстро приближались.

Олег и Игорь вышли из кустов навстречу приключениям. Пару секунд спустя раздался недовольный голос какого-то мужика:

– Чё надо?

– Всё перечислять или только самое насущное? – поинтересовался Олег. – О, привет! Тебе помочь?

Стас догадывался, с кем тот поздоровался, и невольно замедлил шаг.

– Валите отсюда, помощники, – раздалось впереди.

– Не вопрос, – охотно отозвался Олег. – Даму только отпустите.

– Пошли на хрэн! – другой голос, с сильным кавказским акцентом.

– Пока не схлопотали, – добавил первый.

– Нас трое, – произнёс Олег громко, словно напоминая Стасу, что он запаздывает. – А вам ещё женщину надо удержать. Проблемная ситуация, не находите?

– Ну всё, достал!

Послышались звуки драки, пыхтение, стоны-охи. Как бы ни избегал Стас вмешиваться в историю из-за Инги, сейчас в нём нуждались друзья. И он резко прибавил шаг, продираясь через кусты.

Когда он вышел на полянку, Олег отпускал руку повалившегося на бок парня с кудрями в стиле восьмидесятых. Неподалёку какой-то кавказец сжимал злой Инге плечи и бегал глазами.

– Пропустил прикольный спарринг, – сообщил Олег.

– В чём дело? – послышалось сзади.

Стас обернулся. Из зарослей вышли двое, подошли к Инге и приободрившемуся кавказцу. Одного Стас сразу узнал: это был тот самый красавчик-блондин, с которым он повстречался взглядом в «Промзоне».

– Пусть отпустит женщину.

– Ваше-то какое дело? – резковато поинтересовался блондин, в его говоре сквозил слабый не то литовский, не то латышский акцент.

Олег стал в боевую стойку.

– Меня с детства учили заступаться за женщин.

Блондин оценивающе глянул на поджавшегося Игоря, на кряхтящего на боку кудрявого. Потом посмотрел на Стаса – и было видно, что узнал его.

– Слушайте, – сказал он наконец примирительно. – Это какое-то недоразумение. Мы слегка повздорили с женой...

– Так это твой муж? – Олег перевёл взгляд на Ингу.

Та в это время исподлобья смотрела на Стаса. Он постарался ответить ей предельным безразличием.

– Что молчишь? – мягко спросил блондин.

– Мы повздорили, – сухо обронила Инга. – Недоразумение.

Блондин взял её за руку, кивком велел кавказцу отойти. Кудрявый покряхтел, поднялся и попятился к своим, пожирая злобным взглядом Олега.

– Идём к машине, – велел блондин.

Занятная компания окружила Ингу и отправилась по дорожке прочь. Стас проводил их угрюмым взглядом и подумал: «Ты по-прежнему не выбираешь простых парней». А вслух сказал:

– Говорил же: семейные разборки.

– Какая-то странная семья, – заметил Олег.

– Кавказская, – решил Игорь.

– Ну да, особенно этот блондин – вылитый кавказец. У него же прибалтийский акцент. Да, Стас?

Вопрос прозвучал в тот момент, когда злой Стас продирался сквозь кусты обратно.

* * *

Всю дорогу к дому Инга и Валдис молчали. Он делал вид, что поглощён вождением. А она, полулежа на заднем сидении, прятала лицо в зоне полумрака в углу и думала о Стасе. Теперь это был другой человек, мало похожий на того немного наивного, открытого нараспашку паренька, каким она знала его когда-то давно. Что с ним случилось? Чем он жил долгие годы?

На месте Нагла дал волю накопившемуся раздражению. Буквально силком выволок Ингу из машины, затащил в дом и швырнул на кожаный диван в гостиной. Инга почти не сопротивлялась, отрешённо уставилась в пустоту перед собой. Нагла походил туда-сюда в тёмной комнате, изредка бросая на неё раздосадованный взгляд. Наконец включил свет и сел рядом.

– Что это было? Ты куда собиралась?

– Никуда, – едва слышно отозвалась Инга. – Мне всё равно некуда.

– Тогда зачем заставляешь бегать за тобой? – Нагла с искренним недоумением уставился на неё. – Я же волнуюсь за тебя. С моим кругом общения...

– Бандитским?

Он сдержанно вздохнул, терпеливо проиграл сто раз озвученную пластинку:

– Среди клиентов ломбарда есть и гопота всякая. И конкуренция у нас не очень здоровая, коллеги иногда прибегают к помощи бандитов.

– Валдис, а ты-то кто? – наседала Инга. – Кто эти твои артемоны и чабаны?

– В ломбарде не нужны программисты и актёры. Такой уж бизнес, – он нахмурился. – Мои работники тебя напрягают? Ты же редко с ними пересекаешься.

– Я вообще редко с кем пересекаюсь. Сижу тут в доме сиднем.

Нагла, поразмыслив, встал, зашёл в кухонный закуток. Через минуту вернулся оттуда с двумя бокалами белого вина. Инга покосилась на протянутую руку, шмыгнула носом и приняла угощение.

– Постараюсь больше бывать с тобой, – Валдис скорее убеждал себя, чем Ингу. – Обещаю.

– Мне неинтересно быть домохозяйкой.

– Ты говорила.

– Много раз.

Нагла сделал ещё глоток, заполнил паузу. Наконец произнёс:

– И я снова скажу «нет». Я в состоянии позаботиться о тебе и обеспечить безбедную жизнь.

Он обвёл рукой комнату с дорогущей мебелью и техникой и многозначительно махнул над головой, напомнил о втором этаже немаленького дома.

– Моё мнение на этот счёт тебя по-прежнему не интересует, – констатировала Инга.

– Сколько баб были бы рады оказаться на твоём месте! – возмутился Валдис. – Чего тебе неймётся?

Инга знала, что про баб – правда. Пока они не сошлись, много всяких вилось вокруг Валдиса. Да и сейчас хватало хищных взглядов. На иные особо томные взоры он клевал, но тщательно скрывал эти интрижки и надолго не увлекался.

– Так, может, тебе не я нужна, а кто-то из этих... баб?

– Мне нужна ты. Потому и терплю твои выходки, пытаюсь понять тебя и как-то идти навстречу. Но есть вещи, которые ты тоже должна принять.

Нагла спрятал в кулак затяжной зевок: дело шло к полуночи.

– Мы оба усталые и раздражённые. Поговорим завтра, на свежую голову.

Инга знала: ничего нового они друг другу не скажут. Но она ужасно вымоталась и готова была принять сейчас что угодно.

Допив вино, Нагла покрутил бокал в руках и как бы между прочим спросил:

– А что за мужики встряли в парке?

Инга от неожиданности впервые проявила невербальную реакцию, развела руками и дрогнувшим голосом ответила:

– Без понятия. Какие-то прохожие.

Нагла внимательно посмотрел на неё, не скрывая недоверия.

– Пошли спать, – Инга махом опустошила бокал. – С ног валюсь.