Оковы.

Читанда не видела ни единого сна. Ее окружала лишь сплошная чернота, сопровождающаяся смрадом гнилых тряпок и сырости. Тем не менее, когда она нехотя разлепила веки, то почувствовала себя настолько отдохнувшей и опустошенной, что невольно казалось, будто она получила внеплановый отпуск со всеми удобствами в какой-нибудь элитной гостинице. Похоже, настойка, которую Эру приняла вчера, оказала слишком сильное влияние.

Медленно поднявшись с кровати, детектив первым делом наспех оправил одежду и привел себя в более-менее надлежащий вид и осмотрел поврежденную совсем недавно руку. На любое прикосновение та отзывалась неприятным чувством и ныла, однако нельзя было не признать, что стало намного лучше, чем вчера. Только после того, как девушка убедилась в том, что ее состояние мало как ей помешает, она решила приступить к осмотру помещения, стараясь как можно меньше задействовать зафиксированную конечность.

Вокруг царил неизменный отвратительный мрак, который не позволял определить времени суток. Сняв со стены свечной фонарь, детектив зябко поежился от холода, витавшего здесь, под землей, и прошел в центр помещения. Читанда старалась держать фонарь на вытянутой руке, но в то же время не позволять источнику скромного тепла и света быть слишком далеко от себя. В комнате ей было жутко, и только единственный фонарь мог подарить Эру призрачное ощущение безопасности и уюта. И так, постоянно поворачиваясь и освещая себе комнату, брюнетка принялась вышагивать по небольшому, выделенному ей жилому участку. 

Все здесь было до раздражения просто. В комнате было всего четыре элемента интерьера, расположенных по периметру, вдоль стен: кровать в дальнем углу помещения, письменный стол, расположенный ближе к запертой двери, умывальник недалеко от стола и какой-то старенький комод. Ничего лишнего для временного проживания. 

Первым делом Эру решила воспользоваться умывальником, раз уж ей подвернулась такая хорошая возможность. Вода на удивление самой девушки была чистая, что не могло не радовать привыкшую к чистоте брюнетку. Наспех умывшись, Читанда почувствовала себя более уверенно и раскованно. Пребывая в приподнятом настроении, она продолжила осматривать свои покои.

Дверь все еще была заперта на ключ. По крайней мере, так показалось детективу. Сильно дергать на себя ручку она не решилась, дабы не дать преступникам понять, что она уже бодрствует. В комоде было три ящика, каждый из которых был доступен для использования. В нижнем отделении расположились сменные простыни и теплый плед. В среднем же лежали старые утепленные свитера и кофты. Осмотрев одежду, Читанда поняла, что без моли здесь не обошлось: ткань в некоторых местах была усеяна дырками. Вздохнув, та аккуратно сложила все содержимое обратно. В верхнем же ящике девушка нашла залежи разных вещей: от старого гребня, до типичных носовых платков и пуговиц. Удивительно, но тут же Эру обнаружила и ржавую заколку-невидимку. Решив, что в свое время можно попытаться использовать ее, как отмычку, брюнетка воровато огляделась по сторонам, а затем надежно запрятала находку в складках пальто. 

Порывшись еще немного, Читанда обнаружила маленькое складное зеркальце, отсыревшие и явно непригодные для использования спички, измятые сырые листы бумаги и гусиные перья. Разве такие еще используются? Чего только не сложат туда, где редко кто-то бывает… 

Детектив закрыл комод и развернулся, повторно и тщательно осматривая комнату. Только сейчас девушка заметила, что на потолке, чуть дальше кровати, на пол темного помещения падал слабый свет. Подойдя ближе, Эру задрала голову и посмотрела вверх. В потолке зияла дыра, по размерам не превосходящая мужской ладони. Наверняка она служила для того, чтобы кислород поступал в помещение. Тем не менее, из-за этой же дыры в комнате было еще холоднее. Похоже, время суток определить ей все-таки удастся. Клочок неба, отданный в распоряжение Читанды, представал тускло-синим, так что справедливо было считать, что сейчас только занимается рассвет. Хорошо. Это значит, что время еще есть. 

На всякий случай брюнетка оглядела стол, проверяя его на наличие тайников, и кровать. Однако ничего, что могло бы оказать ей услугу, она не обнаружила. Жаль, но попробовать стоило. 

Затем, детектив осторожно подошел к двери и прислушался. Там, в других помещениях, отчетливо слышны были чужие шаги. Это означало, что совершить побег сейчас было бы полнейшим безумием. Надеяться на успех было бы слишком безрассудно. Хотя, не ей рассуждать о безрассудстве. Была бы она чуть более благоразумной, ее бы вообще здесь не было. 

Глубоко вздохнув, Эру отошла от двери. Вновь оглядевшись по сторонам, та медленно подошла к кровати, опустилась на старый матрас и достала заколку. Задумчиво повертев ее в руках, Читанда безжалостно принялась разворачивать неподатливый металл на манер отмычки, решив, что лучше приготовить все заранее. Возможно, что шанс выпадет в ближайшее время. Главное - это не упустить его. 

Пока детектив, высунув язык, увлеченно расправлялся со своим ключиком на свободу, послышались гулкие шаги, а затем и быстрый стук в дверь. Эру, вздрогнув, поспешно оторвалась от своего занятия и запрятала почти готовую отмычку. Затем, быстро оправив пальто, та приосанилась и затаила дыхание, ожидая, когда посетитель войдет. 

Щелкнул замок, и дверь распахнулась. На пороге стоял сообщник Маски, который вчера и привел ее сюда. На лице преступника играла яркая улыбка, а его бодрости можно было только позавидовать. Интересно, к чему он снова решил устроить этот концерт? 

- Доброго утра, уважаемая! - склонил голову тот в неуместном почтительном жесте. - Вижу, Вы уже проснулись. Прошу, составьте нам компанию за утренней трапезой. Вы, наверняка, голодны.

Эру смерила преступника внимательным взглядом. Только сейчас, подумав о голоде, девушка вспомнила, что во рту не было ни крошки со вчерашнего утра. Тут же неприятная пустота в желудке болезненно начала ныть, будто только того и ждала, и Читанда, превозмогая всколыхнувшуюся гордость, согласно кивнула и поднялась с места, послушно двинувшись к незнакомцу. Тот в свою очередь лишь удовлетворенно улыбнулся и, пропустив детектива вперед, прикрыл дверь в ее временное пристанище.