***
Амалия предложила Элине остаться хотя бы на ночь. Слишком поздно, чтобы бродить по вонючим улочкам деревушки.
— Комнату сейчас я подготовлю, — щебетала Амалия, — не беспокойся, все будет в лучшем виде.
— Почему вы так относитесь ко мне? — удивлялась Элина.
— Что?
— Вы слишком добры ко мне. Почему?
Амалия тепло улыбнулась и потрепала Элину по голове.
— Пойдем, я расскажу тебе одну историю.
Она увела Элину в комнату и усадила на мягкую кровать. Взяла ее руки в свои и легко сжала. Элина заметила, что в уголках зеленых глаз собирались слезы. Амалия поморщилась и смахнула их.
— Лет двадцать назад, у меня была семья. Муж, сын, дочь и маленькая собачка. Такая лохматая и пушистая, как маленький веник. Мы были счастливы и готовились к появлению третьего ребенка — второго сына. Даже имя ему придумали — Годвин. Символично, правда? Приближался день родов, но я заметила, что старший сын все меньше радовался, что скоро у него появится брат. Тогда я не придала этому значения... — Амалия тяжело вздохнула и уставилась в стену, явно представляя в голове грустную сцену. — Когда я вернулась домой с новорожденным, меня ждал прохладный прием от моего первенца. Он просто кивнул, глядя на сверток и сказал что-то вроде «Поздравляю». Я думала, что это временно, что он полюбит брата так, как любили его мы с дочерью и мужем. Но все оказалось иначе. В один вечер я услышала крик Годвина. Надрывный и страшный. А затем, все затихло. Когда я вошла в комнатку сынишки, то увидела, как старший стоял над ним с безумной улыбкой. Он задушил собственного брата! Ради чего? Я до сих пор не понимаю...
— Что вы сделали? — испуганно спросила Элина. История повергла ее в шок.
— Сдала сына полиции. Ему на тот момент уже было пятнадцать, — Амалия шмыгнула носом и снова вытерла слезы, — с того дня все пошло наперекосяк: мой муж повесился, а дочь забрала собаку и уехала из дома к бабушке. Ей все напоминало о той трагедии, и я не могу ее осуждать. А я начала путешествовать по стране и помогать тем, кто нуждается в чем-либо. Мне кажется, так я могу искупить вину за свои грехи.
Элина кивнула и обняла Амалию. История растрогала ее до глубины души.
— Я вам так сочувствую! Вы поистине сильная женщина!
— Спасибо, милая. Ты мне так напоминаешь мою дочь, — Амалия погладила ее по голове, — не хочешь остаться с нами? Увидеть мир, людей. Ты заслуживаешь большего, чем продавать ракушки местному алкашу.
— Но мой отец...
— Не беспокойся за него. Думаю, он справится.
— Вот так не предупредив...
— Подумай, что ты теряешь, — Амалия встала и улыбнулась, — у тебя есть время. Отдыхай. Спокойной ночи.
— Спасибо, — кивнула Элина. Амалия выхла и закрыла дверь.
Когда Элина залезла под одеяло и приобняла подушку, в комнату постучали.
— Войдите.
Дверь приоткрылась и в комнату прошмыгнул Эдмунд. Она заметила, что его серые глаза неестественно светятся в темноте.
— Не спишь? — спросил он. — Нужно поговорить.
— Что-то случилось? — забеспокоилась Элина.
Эдмунд опустился на колени перед ее кроватью и, оглянувшись, прошептал:
— Ты же не веришь во все это?
— Во что?
— Ну, в любовь, трагедию и все такое. Ты же понимаешь, что вляпалась в дерьмо?
— Я... о чем ты?
— Так и знал, что ты деревенская дурочка, — прошипел Эдмунд, — Амалия обманула тебя. Развела как малолетку. Я в свое время тоже повелся на ее плаксивые рассказы. Так вот слушай. Теперь ты не человек, а на ужин ела своего папашу-рыбака.
— Ты с ума сошел?
— Я в своем уме, в отличие от тебя. Это ж надо, повестись на красивые слова. Деревенские девочки все такие? Да я буду среди них просто божеством...
— Зачем ты мне все это говоришь? — Элина едва сдерживалась, чтобы не разреветься.
— Чтобы ты понимала, куда ввязалась. Закончилось детство, милая. Готовься к странной и ненормальной жизни.
— Я тебе не верю.
— Веришь. Просто не можешь принять правду. Да ты сама посуди — когда тебя тянуло на сырое мясо, да и глаза светились в темноте? Или ты могла спрыгнуть с огромной высоты и не разбиться? Проверь, я пробовал. Потом ни царапины на теле.
— Идем, — Элина выпрыгнула из кровати и схватила его за руку, — проверим.
Ее сердце было разбито. Эдмунд притворялся все время — все эти слова, подарки всего лишь прикрытие. По щекам катились слезы, но в темноте Эдмунд их не заметил.
Теперь Элина не видела смысла жить. И не знала, кому верить.
Волны ожесточенно бились о скалы. Шум воды заглушал любые слова. Элина потянула Эдмунда к краю и показала вниз.
— Прыгай!
— С ума сошла?!
— Ты же сказал, что на тебе не остается царапин! Я в это не верю!
— Идиотка! Хочешь проверить мои слова?!
— Я хочу знать, говоришь ты правду или нет! А это единственный способ проверить!
— Ха! А еще отличный способ избавиться от первой любви! Да ты само совершенство, девочка! Так вот слушай — я один не прыгну! Либо вместе, либо никто! Прочувствуешь на своей шкуре, что с тобой произошло!
Элина переводила взгляд с Эдмунда на скалы внизу. Один прыжок — и верная смерть.
— Мне терять нечего, — прошептала она. Закрыла глаза и взяла Эдмунда за руку.
Вместеони сделали роковой шаг.:=Yb[W