зависимые

гонщик

Эмиль припарковал машину возле небольшого здания, в котором явно шёл ремонт. Повсюду стояли рабочие, доделывая наружную часть нового клуба, идея создания которого пришла в голову Эмиля совершенно случайно.

Будущий клуб должен был стать воскрешением большого здания за городом, которое раньше служило торговым центром, примерно 20 лет назад. Галлагер сразу взялся за его восстановление. Придумал план, нанял хорошего архитектора и еженедельно вносит коррективы вместе с ним, чтобы рейтинг клуба начал рости с первых дней его существования. Его открытие планировалось через пару недель.

- оо, мистер Галлагер, приятно видеть вас снова. - с саркастическим уважением произнес главный строитель, который являлся по совместительству хорошим знакомым Эмиля и подошел, приветствуя его рукопожатием.

- как продвигается работа, А́дам?

- как видишь - отлично. Осталось пара штрихов и я уже заказал бильярдные столы. Эй, ты, - крикнул он в сторону одного из рабочих, который тащил прямоугольную коробку, обмотанную пузырчатой плёнкой. - поаккуратнее с этим.

- что там? - поинтересовался Эмиль, наблюдая за тем, как тот мужчина взял коробку крепче и замедлил шаг.

- если честно - не знаю. Просто пытаюсь казаться ответственным рабочим перед начальником.

Эмиль издаёт смешок и провожает глазами рабочего, оглядываясь на почти законченный ремонт. Стены, покрытые стеклом отражали его фигуру точно зеркало, как и окна с тонированной плёнкой. Будущий клуб создавал ощущение здания торгового центра такого же масштаба и роскоши. Цель Эмиля «сделать этот клуб самым лучшим во всём Денвере» была даже перевыполнена. Слухи о нём быстро расходились и денверцы с нетерпением ждали открытия. Единственным «но», которое тормозило работу, было..

- ты придумал конечный вариант название? Или оставишь то, что мы с тобой намешали?

- нет. - тяжело вздохнув, ответил Эмиль. - это должно быть что-то яркое, чтобы всем крышу даже от названия снесло. Я же не могу просто назвать его какой-нибудь «ночной бабочкой». Больше похоже на нищебродскую забегаловку.

- ну, есть же ещё названия бабочек. Например, какой-нибудь.. Махаон. - сказал он и уткнулся в какую-то папку с отчётами, которую всё это время держал в руке. Ткнул куда-то почерневшим от работы пальцем и провёл по всей строчке. Эмиль не успел проследить за этим движением, потому что Адам захлопнул папку и кивнул в сторону базы, где обычно находятся работники, предлагая пройтись с ним. Эмиль без слов согласился и последовал за работником, пока тот продолжал рассуждать. - ну, или бражник. Знаешь, такие страшные и мохнатые. - он передёрнул плечами и скривил лицо, представляя образ бабочки в голове. - как угодно, только не молью, они мерзкие и надоедливые. Никто в твой клуб не придёт, если так назовёшь.

- ночной клуб «Моль». Хорошо звучит. - с сарказмом произнёс Эмиль и Адам нахмурился, не одобряя его идею. - не хочу связывать название с видами бабочек. Может имя? - Галлагер даже не заметил как замедлился и в голове всплыла рыжеволосая девушка, которую он недавно кинул по сложившимся обстоятельствам. - например, Белла.

- Белла? Смотри, чтобы эта Белла резко не стала Аделаидой или Эммой. Люди не поймут, если названия клуба будут меняться с каждой твоей новой пассией.

- меня тянет к ней больше, чем к прошлым. - усмехнулся Эмиль и Адам остановился, разворачиваясь к нему лицом.

- Что за Белла?

- девушка, с которой я познакомился совсем недавно. Она милая. - парень невольно улыбнулся, вспомнив аромат лаванды и ямочку на левой щеке девушки.

- милая? - Адам усмехнулся. - впервые слышу такое от тебя. Похоже всё и вправду серьёзно. - пошутил он, но глядя на серьезное лицо друга, усмешка медленно сползла.

Эмиль выглядел задумчиво и немного напряжённо. В голове всплывали события последних нескольких дней и он по инерции сжимал кулаки, дабы успокоиться. Между рыжих волос Беллы, её стройного тела, манящих губ и зелёных глаз мелькали образы матери с каким-то неизвестным мужчиной, который даже не успел представиться. Эмиль выгнал их обоих с лестничной клетки быстрее, чем они смогли объясниться. Хотя мужчина выглядел солидно, новый ухажёр матери по-настоящему впечатлял. На нём был строгий классический костюм, тёмно-синие брюки и даже галстук. В общем, выглядел так, словно он - директор крупной кампании с миллионами долларов в кармане, которые он высосал из обычного населения. Долбанная иерархия и долбанные мудаки, рождённые с золотой ложкой в зубах. Этот как раз из таких. Избалованный козёл, которому стоило состроить глазки, чтобы ему всё принесли на блюдечке. В детстве Эмилю за состроенные глазки хорошенько бы врезали и слушать бы не стали. Таковы реалии жизни. Чёрта с два Эмиль позволит забрать им Ванессу. Его маленькое солнце, младшую сестру.

- надеюсь, ты не сразу начал звать её в постель. - продолжил Адам, решив примерить на себя роль советчика в отношениях. - если ты серьёзно настроен - покажи это и девушке. Если ты сразу её трахнешь, то получишь минутное наслаждение и билет на хер. А ты смокуй, продливай удовольствие, не бери всё сразу.

- «не брать всё сразу»?

- своди её на свидание. - предложил Адам и Эмиль хмыкнул. Он даже не знал как вести себя с девушкой, в которой ищет что-то серьёзное. И на свидания он никогда не ходил. Идея провальная.

Он пробыл там до вечера. Солнце клонилось к закату, окрашивая пыльное небо над стройплощадкой в багряные и золотые тона. Эмиль, владелец будущего клуба, стоял у входа, наблюдая за последними приготовлениями. Усталые, но довольные лица рабочих мелькали в полумраке.

Запах свежей краски смешивался с ароматом дерева. Внутри помещения, под лучами прожекторов, сверкали полированные поверхности барной стойки. Каждый предмет интерьера, каждая деталь, казалось, излучали предвкушение грядущего открытия.

Эмиль окинул взглядом свое творение. Мечта, которая казалась несбыточной еще год назад, обретала реальные очертания. В этот клуб он вложил не только деньги, но и душу. Хотелось создать место, где люди смогут отдохнуть от суеты, насладиться музыкой и обществом друг друга.

Он почувствовал легкое покалывание волнения в груди. До открытия оставалось совсем немного. В воздухе витала атмосфера завершения, предвкушения и надежды. Все было готово к тому, чтобы принять первых гостей.

Домой он вернулся в приподнятом настроении. Казалось, недавние события развеялись под дозой хороших эмоций, но всё оказалось не так просто. Как только он шагнул за порог дома, ему на глаза попался его младший брат. Брат, который не ночевал дома в эту ночь и хрен знает, куда собирался сейчас. Он был одет в штаны цвета хаки и черную футболку, плотно обтягивающую его худощавую фигуру. Он с детства был сухоньким и не мог набрать вес. Но его невнушительные размеры компенсировал его характер. Вспыльчивый и сильный.

Дэн даже не посмотрел на Эмиля и, взяв легкую куртку в руку, хотел уйти, но старший его удержал. Они наконец встретились взглядами. Со стороны Дэниела был тяжелый, агрессивный и наполненный какой-то несвойственной ему ненавистью. Будто за один день братья перестали быть братьями, хотя на протяжении всей жизнь шли бок о бок друг с другом. Со стороны Эмиля взгляд был полон непонимания и колеблющегося внутри волнения. Непонятного, сумасшедшего волнения, которое словно паразит съедало его изнутри.

- куда ты и где был вчера? - спокойно спросил Эмиль, не желая ссориться с ним снова. Дорогого стоит.

Старший застал Дэна только сегодня утром, когда тот ещё спал, но из-за предстоящих дневных дел Эмиля они не смогли поговорить. Всю ночь его не было дома, Галлегер старший даже не знал, когда он вернулся.

- я был у друга. - ледяным тоном, схожим на тон Эмиля произнёс Дэн, а после попытался вырвать руку из хватки старшего, но этого, увы, сделать этого не получилось, что его ещё больше разозлило.

Быть блохой в сравнении с его братом - унизительно. Он всегда стремился быть на него похожим, но старший оставался сильнее и лучше. Призма теплых отношений для него испарилась. Переходный возраст, видимо, начался не вовремя. Дэниел устал быть бесхребетным аутсайдером, пресмыкающимся перед теми, кто сильнее. В школе, в семье, в этой грёбанной жизни его место всегда занимает цифру «2», если не ниже.

В школе его звали дрыщом из-за соответствующего телосложения, считали слабым, пока он не заткнул им рот, когда рассказал кем является его брат, получив высокий авторитет за счёт него. А потом сам не заметил, как связался с хреновой компанией, где был пешкой, которая послушно выполняла приказы, чтобы остаться с «крутыми» ребятами и не быть изгоем.

- тридцатилетнего? - Эмиль постарался вложить в этот вопрос как можно меньше грубости и недоверия, но получилось очень плохо. Парень буравил Дэна взглядом, пытаясь пробиться сквозь маску показного безразличия. В глазах младшего брата плескалось что-то новое, чужое и опасное. Чрезвычайно опасное. Он видел, как Дэн постепенно отдаляется, как его новый знакомый втягивает его в тёмный омут, из которого, казалось бы, не существует выхода.

Он помнил Дэниела мальчишкой, доверчивым и открытым, смотрящим на мир широко распахнутыми глазами. А сейчас? Сейчас в этом взгляде поселилась настороженность, какая-то скрытность, которая ранила Эмиля сильнее, чем прямой удар.

Эмиль чувствовал, как вскипает внутри гнев – гнев на тех, кто окружает Дэна, кто тянет его на дно. Но гнев этот был бессилен. Скорее всего, младший просто уйдет, как это сделал в прошлый раз. Не послушает, разозлиться и отдалиться ещё больше, чего старшему хотелось меньше всего.

- плевать. Сейчас я иду к нему. И я всё таки брошу школу. Доучусь последний год и начну работать. - поставил Дэн перед фактом и со всей силы дёрнул руку, освобождая её от брата. Эмиль не успел среагировать, ведь младший сразу выбежал из квартиры, показывая всем видом, что слушать нотации он не хочет.

Галлагер выругался и повесил свою кожанку на крючок в прихожей. Из комнаты слева выглянула кудрявая каштановая голова. Это был Ноа.

- нужно забрать Ванессу из школы. - сказал встревоженно мальчик.

Брови Эмиля свелись у переносицы, а руки инстинктивно сжались. Восемь часов вечера нахрен. Ванесса ещё в школе?

- Дэн её не забрал? - почти выкрикнул Эмиль, надевая свою кожанку обратно.

- он оставил ее на продлёнку. Я говорил, что нужно её забрать, но он не слушал. - с запинками сказал Ноа, испугавшись тона Эмиля.

Ванесса училась во второй смене, её уроки заканчивались в шесть часов. Злость запульсировала в висках Эмиля и он сорвался с места, надеясь не увидеть по пути Дэниела, ведь тогда он размажет его по асфальту, забыв про то, что он его брат. Сердце колотилось с такой силой, что казалось ещё чуть-чуть и оно выскочит из груди, разрывая все кости, органы и кожные покровы.

Машина тронулась с места прежде, чем Эмиль успел захлопнуть дверь. Он сразу набрал скорость, словно ехал не в городе, наполненном пробками и бесчисленным количеством машин, затормаживающих его движение, а на абсолютно пустой гоночной трассе. Он жалел, что оставил Ванессу с Дэном, который будто слетел с катушек. Даже наплевал на родную сестру. Винил себя за то, что не может постоянно быть рядом и оберегать её от этого грёбанного мира.  Если Дэн появится дома ближайшие три дня - Эмиль точно не сдержится.

Авто Галлагер припарковал возле большого здания с надписью «Школа №11» и маленьким шрифтом снизу «коррекционная школа Денвера».

Парень вбежал в ворота, не закрывая их, и за пару секунд пересёк весь двор с идеально стриженным газоном и детской площадкой. Также слева находилась пристройка в виде бассейна и небольшая беседка. Все условия здесь напоминали санаторий или место для отдыха, в которой каждый мечтал попасть. Но помимо развлечений это место угнеталось специальными перилами на лестницах, выпуклыми буквами на табличках и всевозможными ограждениями на опасных участках.

Эмиль вбежал в здание и увидел женщину в возрасте и девочку, играющую в куклу на скамейке. Школа уже опустела и стояла полная тишина. Женщина, увидев парня тут же нахмурилась и сложила руки на груди. Миссис Харрис не отличалась особой доброжелательностью и всегда была прямолинейной и жёсткой. С ней чаще всего были связаны все скандалы в родительском совете из-за того, что её отношение к детям взрослые находили неприемлемым. Но на самом деле Эмиль соглашался с её мерами и дисциплиной. Его воспитали примерно с такой же строгостью в государственной школе Денвера, так как директором и классным руководителем был мистер Смит, который был представителем старой закалки и поощрял физические наказания даже после того, как на них ввели запрет. Эмиль часто получал указкой по пальцам и спине, когда Мистеру Смиту что-то не нравилось. А это происходило очень часто.

- мистер Галлагер, я, конечно, всё понимаю - вы занятой человек и, наверняка, у вас много дел. Но, прошу заметить, что я не нянька, чтобы оставаться с вашей сестрой сверхурочно. - холодным голосом, наполненным строгостью, произнесла Миссис Харрис.

- извините, вышло недоразумение. Её должен был забрать Дэниел, но..

Женщина подняла ладонь вверх, прекращая все попытки Эмиля оправдаться. Она застегнула последнюю пуговицу на своём пальто и подошла к девочке, положив руку на её светлые, длинные волосы, которые на кончиках завивались в спирали. Девочка подняла на неё глаза, а после заметила Эмиля. Её розовые губы растянулись в улыбке и она подпрыгнула с места, оставляя куклу лежать на скамейке и подбегая к брату. Ее маленькие ручки обвили его торс и Эмиль, не медля, поднял её на руки. Она была легкой, как пушинка и маленькой, словно ей не девять, а только шесть. Ростом она была явно не в Галлагерскую породу. Прижавшись к брату всем телом, она обняла его за шею и уткнулась в плечо.

Эмиль кивнул миссис Харрис и, больше не говоря ни слова, покинул здание с сестрой на руках. Он посадил Ванессу на сиденье и пристегнул ремнем безопасности. А после как можно быстрее перебежал на свою сторону, чтобы не оставлять сестру надолго одну, даже в его собственной машине.

- прости, принцесса. - тихо произнёс Эмиль, по привычке дублируя свои слова жестом: прижал кулак сердцу и сделал круговое движение.

Она в ответ улыбнулась и показала жест «Окей», намекая на то, что всё в порядке, но Эмиля все равно продолжала грызть совесть.

Он смотрел на сестру с едва скрываемой любовью. Эмиль никого не любил также, как любил Ванессу. Она всегда занимала первое место в его сердце и жизни.

Три года назад Ванесса лишилась слуха, а после долгого нахождения в «изолированной тишине» перестала разговаривать. Эмиль купил слуховой аппарат, но даже после этого девочка не начала говорить. Возможно, это связано с психологической травмой после той аварии, но сколько бы с Ван не работали психотерапевты - ничего не помогало. Чтобы было легче разговаривать с сестрой Эмиль сразу начал учить язык жестов и много занимался с ней.

Я бы всё отдал, чтобы услышать твой голос.. - часто думал Эмиль, в памяти которого постепенно начали пропадать тонкие нотки девчачьего голоса. То, как она не выговаривала букву «р» и немного картавила казались парню самыми важными деталями в жизни, которые он не имел право забыть. Раньше она болтала без умолку, постоянно что-то рассказывала. Была очень весёлой и разговорчивой. Её дни, проведённые в детском саду, Эмиль помнил наизусть, ведь девочка не упускала возможности всё ему поведать. Теперь же она стала замкнутой, тихой, спокойной и её голос совсем утих. Единственное, что радовало Эмиля - она не перестала улыбаться. Всегда улыбалась, что бы не происходило.

Очень часто парень пытался вспомнить их разговоры с Ванессой, чтобы вновь услышать её уже далёкий и подзабытый голос, но время ускользало от него неумолимо. Эмиль боялся проснуться утром и понять, что забыл его совсем.

Уже глубокой ночью, когда Ван спала, Эмиль сидел на полу возле её кровати, согнув одну ногу в колене и наблюдал за тем, как она дышит. Ровно, и почти также не издавая ни звука. Только едва уловимое сопение было раем для ушей парня. Он слышал хотя бы что-то.

Уже два часа ночи, Дэна нет, Ноа и Ванесса спят, а Эмиль пытается успокоить своё колотящееся от непонятных ему чувств сердце. То ли от волнения за сестру, то ли от чего то другого.. Имеющего рыжый оттенок и бархатный голос.

Чёрт, эта хрень так задолбала.

Парень повалился на пол всем телом, будто не сумев выдержать его вес, и прикрыл глаза. Рыжая бестия была перед глазами всё эти два дня. Он даже успел как грёбанный подросток подрочить на неё в ванной, но этого было крайне мало.

Белла. Имя звенело в голове навязчивым мотивом, мелодией, от которой невозможно избавиться. Всего две случайные встречи и вот он – пленник рыжих локонов и пронзительных зеленых глаз.

Он вспомнил ее лицо до мельчайшей подробности. Островатые черты, редкий подбородок, худые щеки. И вспомнил как тогда, возле клуба от лёгкого  дуновения ветра развивались её рыжие волосы. Эмиль перебирал в памяти обрывки их разговоров, каждое слово, каждый жест.

Одержимость ли это? Ответить точно нельзя, но что-то, определенно, влекло Эмиля к Белле. Что-то необъяснимое и не подвластное никакой логике. Он знал, что это нездоровая фиксация, что она практически незнакома ему, но рациональные доводы тонули в океане нахлынувших чувств. Эмиль прокручивал в голове сценарии их возможной встречи, представлял насколько мягкие ее локоны и как сильно от неё пахнет духами с запахом лаванды, когда она стоит совсем близко.

Стоит ли завоёвать сердце девушки, которую видел всего дважды, и которая, возможно, даже не помнит о его существовании или предпочла бы забыть, в связи со случившимся? Да и как это сделать? Снова надеяться на случай? На то, что она случайно окажется в том же клубе, где они встретились? Или снова придет посмотреть как он надирает зад Касу?

От мыслей его отвлек звук телефонного уведомления. Эмиль достал из заднего кармана джинс телефон и глянул в экран, который тут же ослепил отвыкшего от яркого света парня.

«пользователь Kasper Vorman опубликовал историю» - брюнет усмехнулся и положил одну руку за голову, переходя в нужное приложение. На экране высветилось новое фото Каспера с его закадычным другом и незнакомой Эмилю девушкой. Это была невысокого роста блондинка с длинными волосами, которую Ворман приобнимал за талию. Девушка же, в свою очередь, положила свою руку на его плечо, не отказываясь от его прикосновений. Они смотрелись довольно гармонично, оба широко улыбались и позировали в камеру. Снизу даже был указан юзер девушки и подпись «Спасибо за вечер, прекрасная Дебби».

Из любопытства Галлагер ткнул на указанную ссылку и фото соперника сменил профиль Деборы Барнс, которая была ярой любительницей селфи и всевозможных эстетичных фотографий. На её аккаунте высвечивалось 2000+ фотографий. Эмиль за все двадцать два года жизни не сделал столько. Блондинка была поистине красивой, похвастаться ей есть чем, поэтому такое количество постов вполне оправдывает её внешность. Парень листал фотографии, не особо проявляя к ним внимания, пока не дошёл до одной из них, которая даже заставила его приподняться и вглядеться, чтобы опровергнуть, как считал Эмиль, свои галлюцинации. Но фото оказалось совсем реальным. Вместе с Деборой стояла рыжеволосая девушка. Та самая Белла, которая не покидает мысли парня с момента их первой встречи. Она улыбалась белоснежной улыбкой и будто совсем не замечала камеры, танцуя, по всей видимости, в каком-то неизвестном клубе. Она чувствовала себя расслаблено, полностью отдавала себя танцу, что Эмиль заметил даже сквозь фото. Он представил как она играет с волосами, заставляя их из раза в раз взмывать вверх и снова оседать на плечи и грудь, как интенсивно качает бедрами в такт тяжелым битам и как красиво и пластично выгибает спину, провожая свои движения скольжением рук по талии.

Значит, они знакомы. Можно найти неизвестную Беллу в друзьях Деборы. Эмиль, не медля, начал действовать и набрал в поиске имя рыжеволосой чертовки, что полностью заполонила его мысли. Повезло, ведь таких было всего десять, а рыжеволосая и вовсе только одна.

Белла Брайнер.

Галлагер смог сглотнуть и кадык дёрнулся то ли он напряжения, то ли от восхищения. На фото она выглядела потрясающе. Волосы извивались рыжими змеями, зелень глаз ярко светилась на солнце. На голове девушки была большая шляпа от солнца, а на плечах бретельки от купальника. По всей видимости Белла отдыхала где-то в жарких местах, ведь такие фото у неё как минимум десять. У неё было не так много постов, как у Дебби, но она ничем не уступала ей в красоте. Эмиль просматривал каждую фотографию, вглядываясь в её очертания и еле заметные веснушки на щеках. Странно, ведь Эмиль не увидел их сразу. В основном на профиле присутствовали её фотографии. В очках на отдыхе, с книгой дома, в красивых местах, изящно изогнувшись на бортик яхты и немного нагибаясь к краю моста с видом на широкую реку.

Галлагер не понял сколько он пялил на её фото, словно загипнотизированный экраном, но времени прошло достаточно и он, наконец, пришел в себя, быстро настрочив девушке текст, в надежде, что его аккаунт среди почти миллиона подписчиков будет замечен.

— «привет, любительница не смотреть по сторонам, спишь?»

Парень отправил сообщение и выключил телефон, окончательно поднимаясь с пола. Всё таки, лежать на нём - не очень хорошая идея. Он кинул последний взгляд на сестру и вышел из её комнаты.

В доме было совершенно тихо, спать отчего-то не хотелось. Скоро открывается клуб, кровь в венах будто начала бежать быстрее и уже через два дня начнутся более масштабные соревнования, к которым Эмиль готовился последние пару месяцев.

Не решив толком чем себя занять, парень пошёл на кухню, налил себе стакан виски и расположился на диване напротив телевизора. Большой экран загорелся и включился на первой попавшейся программе. Это были новости. Что ж, вряд ли ночью идёт что-то поинтереснее. Галлагер закинул ноги на другую часть дивана и сделал первый глоток коричневатой жидкости.

На телефон пришло уведомление и Эмиль с интересом включил его, в глубине души надеясь что Белла не спит.

— «Не сплю, любитель подкрадываться сзади. Решил заделаться сталкером?»