Зеркало

Прошло несколько недель. Анна нашла работу в небольшой пекарне рядом с домом. Она теперь уходила чаще и оставляла нас с Джеком дома до самого вечера. Я видел, как псу было тоскливо без хозяйки, и как он радовался, когда она, по вечерам, возвращалась домой. Анна также рассказывала мне и Джеку всё, что происходило в её жизни: она научилась лепить булочки из теста, ухаживать за печкой и даже принимать заказы. Ей нравилась её работа, а вот нам с Джеком не очень, хоть мы и понимали, что Анне хочется чаще видеть людей вокруг себя и иметь более активную жизнь. Со временем все жители дома привыкли к новому порядку, и дни снова потекли незаметно.

В очередной раз, когда Анна вернулась с работы, на улице было уже совсем темно. Старушка, с улыбкой на губах, аккуратно сложила сумочку в шкаф и принялась делать булочки на кухне. Ей нравились её новые навыки, поэтому, по её словам, она захотела показать мне с Джеком её талант. Пёс с интересом путался у хозяйки под ногами, мешая передвигаться от печи к столешнице, а я слушал тихие шаги Анны с её питомцем, и представлял, как она печёт. Вот она взяла ложку и начала смешивать тесто, вот включила печь, чтобы она начала разогреваться, вот... кто-то пытается открыть дверной замок? Я начал волноваться. Звуки были, словно дверь не открывают ключом, а взламывают. Мне хотелось крикнуть Анне, что кто-то пытается попасть в дом, но я не мог. Замок щёлкнул. Дверь медленно открылась, в дом пробралась тень и также медленно закрыла дверь. Этот нежелательный гость, пригнувшись, отправился по коридору. Он услышал хозяйку, немного испугался, отклонился назад, от чего скрипнула половица. Анна его услышала и поняла происходящее. Она схватила нож, выскочила в коридор, напав на преступника, и поранила его руку. Собака, испугавшись, спряталась на кухне. Я не видел, где она, но слышал, как она скулит. Я подумал, что теперь всё должно быть хорошо, если он ранен, должен убежать из дома в испуге, и все будут в безопасности. Нет. Тень выхватила из рук Анны нож и вонзила инструмент в бок старой женщине. Анна взвизгнула и упала на пол. Преступник сел сверху на бедную женщину. Кровь уже расплылась по полу вокруг, Анна старалась сопротивляться, но второе ранение пришло ей в середину груди. Руки упали. Собака попыталась укусить тень, но та ответила ей ножом. Громкий, резкий и скулящий писк раздался по дому. Это был Джек. Бандит встал, посмотрел на свои руки, уронил нож и выбежал через заднюю дверь, выломав её. Я стоял в коридоре, наблюдая за телами Анны и Джека.

Через несколько минут на место прибыла полиция. Кто-то из соседей позвонил им, услышав последний возглас Джека. Через время они вывезли тело Анны и забрали пса. Дом опустел. Я не мог осознать то, что единственных друзей, которые у меня были, забрали. Забрали так несправедливо и неправильно. А всё, что я мог сделать, это смотреть, смотреть на то, как убивают самых дорогих мне людей, которые для меня единственные во всём мире. Я не хочу жить, но не могу умереть. Могу смотреть и слышать, но не могу говорить. Проходили дни и ночи, я прокручивал в своей голове события того вечера. Анна печёт, преступник пробирается в дом, Анна ранит его, он убивает её, он убивает Джека. Анна и Джек мертвы. Я стоял, смотрел, слушал. Я стоял, смотрел и слушал, как убивают моих дорогих друзей.

Не знаю, сколько времени прошло, но в дом снова зашли люди. Они сняли все оградительные ленты, убрали следы преступления. Всё, что я от них услышал, было короткое обсуждение:

- Как нам передали, преступление на этом месте закрыли. Виновнику уже дали срок в колонии. Поэтому и не люблю свою работу – столько мест приходится вымывать после ужасных событий.
- И не говори, в этом доме убили старушку и собаку. Что вообще могли сделать эти люди плохого? Один кошмар происходит на улицах города. При чём, этим беднягам даже никто помочь не мог, старуха одна жила, у неё вообще никого не было. Никто, кроме соседей и не вспомнит, жаль.

Вот всё, что осталось от жизни моих близких. Я сильно пожалел, что так и не увидел её булочек. Хотел бы я хоть раз услышать запах свежей выпечки, которую сделала Анна. Я задумался. А мог ли я до этого чувствовать запахи? Не помню, чтобы я хоть раз что-то ощутил. Я мог видеть и слышать, но в пределах этого зеркала. Видеть я, получается, мог отображение жизни в зеркальной поверхности, а слышать? Видимо, звуки попадают в меня как вибрации, получаемые зеркалом. Да, звучит логично, особенно учитывая, что запахи я не чувствую. Люди собрали свои приборы и ушли, закрыв дверь. Меня начинали раздражать эти появления незнакомцев в доме.

Через несколько суток в дом снова вошли. На этот раз внутри дома оказался высокий мужчина средних лет в серьёзном офисном костюме. Он осматривал дом, тихо делая комментарии, разговаривая с собой.
- Да, потолки высокие, мебель неплохая. Кухня в отличном состоянии, гостиная тоже. Так, а что со вторым этажом? Ага, здесь потолки немного пониже, но зато ванная и обе спальни выглядят потрясающе. Отличный семейный дом выходит, такой продать – пара пустяков.

Он ещё немного походил по комнатам, осмотрел пространство, и, улыбнувшись, вышел. Через время, множество разных людей стало появляться в доме. Они ходили вместе с высоким мужчиной, оглядывали окружение и уходили. В какой-то момент я перестал обращать внимание, пока не заметил, что поток гостей прекратился. Похоже, у дома появился новый хозяин, что меня совершенно не обрадовало.