ГЛАВА 14
Глава 14
ТРЕНТ ПИШЕТ ПИСЬМО
– Если вы настаиваете, – сказал Трент, – пусть будет по-вашему. Я предпочел бы писать в одиночестве, а если это нежелательно, принесите мне лист чистой почтовой бумаги. И оцените жертву, которую я приношу. Я никогда не любил писать писем… Так что я должен написать? Сравнить ли мне его с солнечным днем?
– Напишите о том, что чувствуете, – сказала она. Он покачал головой:
– Единственное, о чем мне хотелось бы говорить последние сутки встречному и поперечному – мужчине, женщине, ребенку:
Мабель и я помолвлены… Но это не лучшее начало для официального, если не сказать – зловещего письма… Я уже написал: «Дорогой мистер Марлоу». Что дальше?
– Я посылаю вам рукопись, – подсказала она, – с которой, думаю, вас следует ознакомиться…
Он отослал ее к роялю и через несколько минут вручил плотно исписанный лист бумаги. Взяв письмо, миссис Мандерсон прислонилась к его плечу и вслух прочла следующее:
«Дорогой мистер Малоу!
Вероятно, вы помните, что мы с вами встречались при довольно неприятных обстоятельствах в июне прошлого года в Марлстоне.
Мне было поручено, как представителю прессы, произвести независимое расследование обстоятельств смерти Сигсби Мандерсона. Я выполнил поручение и пришел к определенным выводам. С моими заключениями вы можете ознакомиться по прилагаемой рукописи, которая написана как отчет для газеты „Рекорд“. По причинам, говорить о которых нет необходимости, я решил свое расследование не предавать гласности. Кроме вас, с материалом ознакомлены только двое…»
– Двое? – спросила миссис Мандерсон.
– Второй – ваш дядя. Я нашел его прошлой ночью и рассказал всю историю. Я должен был это сделать, потому что когда-то обещал держать его в курсе дела. Он тонкий советчик, и я хотел бы видеть его рядом, когда буду говорить с Марлоу.
Она вздохнула.
– Да, конечно, дядя должен знать правду. Как бы я хотела, чтобы весь этот ужас скорее кончился! Я с нетерпением жду мига, когда вы удовлетворите свой пытливый ум и выясните все, что вас интересует.
Она продолжала читать:
«Недавно мне стали известны факты, изменившие мое решение, поэтому и возникла необходимость просить вас о неофициальной встрече. Я не вижу причин, почему бы нам не сделать этого.
Надеюсь, вы подскажете мне место встречи. Если не возражаете, я готов предложить свою гостиную в отеле. В любом случае я просил бы вас согласиться на присутствие мистера Копплса, которого вы, вероятно, помните и который знаком с моими записями.
Уважающий вас Филипп Трент».
– Какое жесткое письмо! – сказала миссис Мандерсон.
– Думаю, не стоит посылать его по почте, – ответил Трент. – Надо отправить с посыльным и передать в руки Марлоу. Если он отсутствует, оставлять письмо не надо.
Она кивнула.
– Я организую это, – сказала она. Когда миссис Мандерсон вернулась, он сидел в музыкальном салоне. Она опустилась подле него на ковер.
– Скажите мне что-нибудь, Филипп, – сказала она.
– Если это что-нибудь из того немногого, что я знаю.
– Когда вы говорили прошлой ночью с дядей, вы сказали ему… о нас?
– Нет, – ответил он. – Помнится, я не получал никаких полномочий на такой разговор.
– Я хочу, чтобы именно вы сообщили ему обо всем. Может быть, вы догадаетесь, почему… Он откинулся в кресле.
– Что за мир! – сказал он. – Милая Мабель, не сыграете ли что-нибудь, выражающее чистую радость, ничего лихорадочного, нечто вселенское и общечеловеческое. У меня такое состояние, которое не может длится вечно, и хорошо бы извлечь из него все возможное. Она подошла к роялю и взяла несколько аккордов, и музыка была похожа на звук двери, открываемой в рай.