«Дышу тобой»

Воспоминания, как назойливая муха...
Лиза тревожным взглядом всматривалась в мои глаза, тем самым проникая ими в самую душу. Её превосходная интуиция всегда вызывала моё восхищение. Ранее никому не рассказывал об своём детстве, ведь прошло столько лет. К чему бередить старые раны? Но память, как назойливая муха. Прогонишь, а она тут как тут, посылает мне картинки из прошлого.
Октябрь - 2005 год (Прошлое).
Вот наш дом. Я сижу на мокрой траве скошенного газона. В стороне стоит грустный отец, а мама плачет, опустившись передо мной на колени. Смотрю как его тело безжизненно лежит рядом, картинка расплывается перед глазами. По щеке скользнула слеза, поспешно вытер её рукавом  куртки. Не хочу, чтобы отец увидел, мне стыдно показывать перед ним свою слабость. Ни к чему его нравоучения: «Мужчина не плачет, он должен быть сильным».
Мои руки, они в крови? Как я допустил такое?
Сентябрь - 2020 год (Настоящее).
Отойдя в сторону, опустился на корточки, слегка потрепал собаку за морду. Затем отстегнул поводок, тем самым, давая возможность Лорду побегать. Собравшись, наконец, с мыслями, подал руку Лизе, она с пониманием ответила взаимностью:
- Детка. Давай лучше присядем.
Мы сели на ближайшую скамейку в парке. Спустя пару минут тишины, заговорил:
- Когда мне исполнилось двенадцать родители подарили щенка. Правда папу мне пришлось уговаривать дольше, но талант убеждения всегда был моей сильной стороной. Наступил долгожданный февраль, день моего рождения. Помню перед этим даже не мог долго уснуть, ждал скорейшего наступления утра. Проснувшись на рассвете спустился по лестнице, пропуская пару ступеней в пролете, ловко спрыгивая вниз. Родители общались в гостиной, мама вздрогнула от неожиданности, услышав мой стремительный прыжок:
- Боже! Кристиан! Я же просила тебя так больше не делать!
- Мамуль, прости.
- Рэйчел. Для мальчишек такая активность является нормой. Ну... сынок, поздравляем тебя с днём рождения! Тебе сегодня двенадцать, а это значит пора принимать ответственность. Вот держи. Это тебе от нас!
Папа передал мне подарок. Взяв переноску в руки, опустил на пол. Тогда моей радости не было конца. Ведь на меня любопытно смотрела лохматая мордашка с глазами цвета карамели. Он был весь чёрный и совсем крохотный. Взяв осторожно щенка в руки погладил, тот уткнулся холодным носом мне в руку. Папа взлохматил мои волосы на голове:
- Нравится?
- Очень. Но он такой маленький и дрожит как осиновый лист.
- Не волнуйся сынок, он освоится. Ты придумал ему имя?
- Я назову его Арчи.
- Хм... Арчи... Уверен в своём решении?
- Да! Большое спасибо вам, мои дорогие!
Обнимая радостно их по очереди. Мама, растрогавшись, опустилась передо мной на колени. Заботливо гладя по щеке, она всегда так делала, когда волновалась:
- С днем рождения, дорогой мой. Мы тебя очень любим
- Я тоже вас очень люблю!
Мама, улыбнувшись, обняла меня ещё крепче. Мне всегда нравилась, видеть её такой. Неожиданно раздался телефонный звонок и папа стремительно удалился в свой кабинет. В последнее время родители много ругались и меня это очень огорчало. Напряженная атмосфера в доме меня накаляла, старался дольше задерживаться после уроков. Записался на дополнительные занятия, в том числе и на плавание. А после учёбы выбирались с Арчи и друзьями на пляжные прогулки. Пёс рос настоящим задирой, но за добрый нрав его все очень любили. Однажды, после очередной вечерней вылазки, застал своих родителей вновь ругающимися. Они даже не услышали, как я зашел. До меня доносились лишь обрывки слов:
- Чтобы ноги тут твоей больше не было! Поняла?! Даже не надейся, что я позволю тебе забрать сына.
- Уолтер! Я его мать!
- Ты не заслуживаешь быть его матерью!
- Что?!
- Хм... Не тешь себя иллюзиями, дорогая! Как только развод вступит в силу, можешь забыть о его существовании!
- Ты! Не посмеешь...
- Ну ну!
- Почему вы кричите друг на друга?
Не выдержал, заходя в комнату. Мама быстро отвернулась, поспешно вытирая с лица проступившие слёзы. Отец, с недовольством, облокотился руками на спинку стула:
- Иди к себе, Кристиан!
- Нет!
- Я сказал! Марш в свою комнату!
- Уолтер! Пожалуйста, не кричи на нашего сына!
Мама заслонила меня своей спиной. Ранее, мне не приходилось видеть её такой испуганной. Я разозлился:
- Папа! Что ты сделал? Почему мама плачет?
Мама развернулась ко мне лицом:
- Нет. Сыночек, всё хорошо, не волнуйся. Так бывает со взрослыми, они иногда ссорятся...
- Но...
- Слушай, Малыш! Ты наверное голодный?
- Ну... есть не много.
- Тогда нам стоит приготовить что-нибудь вкусненькое.
Папа, до этого молча наблюдавший, сразу вышел из спальни, так и не заговорив больше с нами. Ту ночь я очень долго читал, пытаясь отвлечься. В итоге, отложив книгу в сторону, начал размышлять. Почему взрослые ведут себя так по-детски? Обижаются, злятся, кричат, а потом, и вовсе, друг с другом не разговаривают... Мне совершенно не нравилось наблюдать за бесконечными конфликтами родителей. Я устал видеть постоянные слёзы мамы, плохое настроение папы! А ещё я злился на себя, что ничего не могу с этим сделать.
- Арчи! Фу! Что ты делаешь?
Вырвав, с трудом, из пасти пса свой погрызенный тапок. От злости запульнул его в стену. Совершенно не получалось отучить собаку от вредной привычки.
В итоге я погрузился с головой в учёбу.
Прошло несколько недель с момента последней ссоры родителей. Они больше не ругались, просто не разговаривали, стараясь меньше пересекаться друг с другом. Однажды вечером мама готовила ужин. Это был мой любимый ростбиф. Хотя тренер по плаванию прописал мне индивидуальную диету, но от мяса отказываться было выше моих сил:
- Привет, мамуль!
- Оу. Кристиан. Ты как раз вовремя, мой руки и будем ужинать.
- Вкусно пахнет, а папа будет с нами есть?
- Нет, сынуль. Уолтер будет сегодня поздно.
После туалета, по пути, решил заглянуть в гостиную. Арчи спал на своем любимом кресле у камина. Начался сезон дождей, постоянные прогулки на улицу сменились на короткие вылазки на задний двор. Псу не нравилось сидеть под домашним арестом, он даже пару раз пытался улизнуть через входную дверь. Мама вынула из духовки готовое блюдо. Запах ароматного мясо с соусом и пряностями заполнил мои ноздри, даже слюньки потекли. Мы сели за стол ужинать:
- Кристиан. Как дела в школе?
- Хорошо.
- Мне вчера звонил твой куратор. Он говорил, что ты делаешь успехи.
- Стараюсь. Ведь я стремлюсь поступить в Гарвард.
Довольный своим же ответом отрезал сочный кусочек бифштекса, закидывая его в рот.
- Сыночек, ты у нас очень умный мальчик, поверь мы с папой тобой очень гордимся.
- Угу.  
- Хгм... Малыш... нам надо поговорить.
- Да?
Мама отложила столовые приборы, делая глоток воды. Затем, словно передумав, неожиданно встала, собирая поспешно пустые тарелки со стола. Одна из которых ловко выскользнула из рук и упала, разбившись на мелкие кусочки. Не раздумывая, она стала их собирать и порезалась. Я сразу побежал за аптечкой, а вернувшись, застал маму в слезах:
- Мамочка, не плачь. Сейчас всё быстро обработаем, больно не будет.
- Нет! Это... Боже! Как же сложно!
Она отошла к окну, будто раздумывая о чём то. Шли долгие минуты, лишь треск дров в камине иногда нарушал гнетущую тишину. Но мама, собравшись с мыслями, заговорила:
- Сыночек, прости нас! Но... так получилось, что мы... с твоим папой не сможем больше жить вместе...
- Что? Но почему?
- Так получилось...
- Я не понимаю?!
- Всё очень сложно... мы пытались правда.
- Но... я думал мы - семья!
- Кристиан...
Мама сделала шаг мне на встречу, но я в недоумении отступил назад. Послышался щелчок замка, открывающий двери. Следом на кухню вошёл папа, швырнув небрежно ключи на стол. Игнорируя наши недоуменные взгляды, он вытащил из пакета начатую бутылку и налил в стакан...
Мне раньше не доводилось видеть его в таком состоянии.
Уважаемый врач со стальным характером, а сейчас передо мной сидел абсолютно другой человек. Неопрятный вид, трёхдневная щетина, черные круги под глазами, отец выглядел совершенно подавленным. Делая один глоток за другим, опустошая, тем самым, стакан до дна. Мы стояли молча, не решаясь пошевелиться. Казалось, что надвигается буря, и я не ошибся:
- Рэйчел? Ты наконец-то набралась духу сказать нашему сыну правду?
- Уолтер, прошу тебя не надо... наш мальчик ещё совсем ребёнок...
- Ребёнок? 
Папа со злостью швырнул стакан в стену. Тот моментально, приняв свою судьбу, разбился на мелкие осколки. Как символично... именно в то момент я осознал, что так рушится и моя привычная жизнь:
- Ребёнок?! Забавно слышать от тебя такое... жаль, что ты не подумала об этом раньше!
- Уолтер, пожалуйста... всё не так...
- Замолчи! Не смей себя оправдывать, дрянь! Не верю больше ни одному твоему, лживому слову! 
- Прекратите! Прекратите, сейчас же!
Закричал я. Ведь, как бы я не пытался, достучаться до них, всё было тщетно. Не желая слышать продолжения, вылетел из кухни. На ходу срывая куртку с вешалки.
- Арчи! Ко мне! Арчи?!
Реакции  не последовало,  заглянул в гостиную, но пса там тоже не обнаружил. Однако, моё внимание привлекла открытая входная дверь, выскочил сразу на улицу. Шёл сильный ливень, но Арчи нигде не было видно. Родители, забыв о своих спорах, озадаченно выбежали вслед за мной.  
Повернувшись к отцу, рассержено произнёс:
- Это твоя вина! Ты не закрыл дверь и Арчи убежал!
- Кристиан! Не волнуйся так! Сейчас мы вместе его поищем:
- Обойдусь! Сам справлюсь!
Накинув капюшон на голову я сорвался с места. На половине пути отец, всё же догнал меня. Вместе обошли каждый закоулок на нашем участке. Спустились на квартал ниже, по тропинке вниз. Этим путем мы с с Арчи часто сокращали дорогу на пляж. Промокшие насквозь и замёрзшие от дождя, продолжили вести поиски. Мой голос почти охрип, но Арчи, к сожалению, по-прежнему, нигде не было видно:
- Он никогда так далеко не убегал. Всегда отзывался!
- Сынок. Прости меня, я виноват, что забыл запереть дверь. И там на кухне... я не должен был так себя вести...
- Пап. Давай потом поговорим об этом, ладно?
- Хорошо. Уверен, что мы всё прошли?
- Не знаю.
Теряясь в собственных догадках, врезался в спину отца. Обойдя его стороной, мой взгляд устремился вслед за его. Там, на развилке дороги, было почти темно. Знаю, что пару дней назад тут проводились ремонтные работы, меняли освещение. Погружаясь в полуночную тьму, почти в слепую... Шёл,
пока мои глаза не разглядели безжизненно лежащее тело на проезжей части. Не решительно становился, не до конца осознавая происходящее. Папа был рядом, но его слова поддержки не помогали, я больше ничего не слышал. Минуты шли, а я боялся пошевелиться, может это просто страшный сон и я сейчас проснусь? Но нет... Помню, лишь капли дождя, которые, смешаясь с алыми пятнами крови, медленно стекали по асфальту вниз. Дальше всё как в тумане... вот я несу Арчи домой. Не помню, как туда дошёл, ноги сами привели.
Вот наш дом. Я сижу на мокрой траве скошенного газона. В стороне стоит грустный отец, мама плачет опустившись передо мной на колени. А он бездыханно лежит рядом, картинка расплывается перед глазами . По щеке скользнула слеза, поспешно вытер ее рукавом куртки. Не хочу чтобы отец видел, мне стыдно показывать перед ним слабость. Не надо мне его нравоучений. «Мужчина не плачет, он должен быть сильным». Мои руки, они в крови? Арчи! Его больше нет...
Моя жизнь, как карточный домик, начала стремительно рушиться. Похоронив собаку, я испытал на себе все трудности подростковой жизни. Развод родителей, решение с кем я буду жить, делёжка имущества и бизнеса. Мое мнение никто не учитывал, жил между двух огней. Как и ожидалось, суд постановил моё проживание с отцом. Попытки пересмотреть дело для мамы не увенчалось успехом. Айзексон старший всегда был очень влиятельным человеком. В итоге она была вынуждена уехать во Флоренцию, в дом к её родителям. В Сиэтл мама приезжала, но это было крайне редко. Этот период времени стал для меня очень болезненным. Папа всячески препятствовал моему общению с мамой, даже не отпускал на рождественские праздники. Видимо не смог ей простить измену, поэтому вел себя, как эгоистичный глупец. Через пять лет я уехал в Кембридж, поступать в Гарвард. Много учился, получал хорошую стипендию, откладывал. Мама всё время навещала меня, писала, а потом неожиданно перестала. Накопив достаточную сумму денег, сорвался во Флоренцию. В детстве я там, можно сказать, и не был. Дедушка умер рано, мне едва исполнился годик. А бабушка много болела, я мало её помнил. Немного побродив по улицам, всё же отыскал нужный мне дом. Звонил, долго стучал, но никто не открывал:
- Молодой человек, здесь никто не живет.
Раздался голос за моей спиной. Обернувшись, увидел мужчину возле соседнего дома:
- Добрый день. Почему?
- Ну... мисс Мерил умерла в прошлом году.
- Умерла?
К такой новости я совсем не был готов!
- Да, почти полтора года назад, инсульт, кажется. А Рэйчел тут почти не было, она только приезжала на похороны и сразу уехала.
- Скажите, пожалуйста, куда она уехала?
- Не имею понятия, молодой человек. Подождите, мне ваше лицо кажется знакомым. Вы, случаем, не Кристиан?
- Нет. Извините, мне пора. До свидания.
Сразу побрел куда глаза глядят. В голове мысли крутились, как шестерёнки: "Уехала, куда?" Вытащив из кармана куртки телефон, набрал повторно мамин номер: "Извините, данный аппарат выключен или находится временно в не зоны действия сети".
Почему её телефон молчит? Это так на неё не похоже! Что же произошло?
Как много вопросов, и не на один нет ответа... Швырнул в отчаянье свой телефон в ближайшей пруд на мостовой. С тех самых пор я ничего о матери больше не слышал. Никто не знал, поиски прекратились. Боль со временем переросла в нечто другое... но я научился с этим жить...