131 день

Снежная пучина накрывала с головой, не оставляя ни секунды подумать о приближающейся весне. Элла аккуратно ступала по белым пушистым развалинам, то и дело погружая свои ноги в снег. Александр медленно шел за ней, не желая подгонять девушку и стать причиной ее падения. Холодные лапы января окутывали их лица, оставляя на нем приятный красноватый румянец. Элла слегка поежилась от минусовой температуры и от того, что сейчас произошло. Он наконец был с ней рядом, шел в нескольких шагах от нее, не опуская своего взгляда. Смотрел и нежно провожал глазами каждый ее шаг. Она обернулась посмотреть, как ему дается дорога. Алекс, закутанный шарфом и в теплой черной куртке, отбивался от вороха снежинок, падающих на его волосы. Темные пряди послушно опускались и слегка намокали, встречаясь с разноформенными детьми снега. Мужчина послушно следовал за девушкой, словно она вела его за нить, привязанную к сердцу. Ведь именно поэтому он шел за ней будто вслепую, не до конца осознавая происходящее.

Месяцы заточений дались ему тяжело. Но пролетая, как один миг, они заставляли его раз за разом возвращаться во времена свободы. Действительно ли это было свободой? Тело, заточенное в темнице, но разум, свободный, как никогда. Дилемма, стоящая месяцев размышления.

Александр засунул руки в карманы и плотнее прижал их к телу. Холод проникал через прорези в рукавах, не оставляя ни один кусочек кожи без внимания.

Элла, идущая перед ним, резко остановилась, выставляя назад руку.

— Стой, — скомандовала она. — За нами еще не приехали.

Алекс молча повиновался, сильнее погружая голову в шарф.

— Кто приедет?

— Увидишь.

Мужчина до конца не понимал, было ли то, что они делают, законным. Но уверенность Эллы и ее поведение не давали ему усомниться в том, что они действуют правильно.

Темную мокрую дорогу озарили желтоватые лучи света, исходящие от фар приближающейся машины. Тонированный бус резко остановился, одномоментно распахивая двери. Элла одним движением втолкнула Александра в салон, быстро запрыгивая за ним. Автомобильная дверь беззвучно захлопнулась.

Глаза Алекса постепенно привыкали к темноте, оставляя часть образов нечеткими. Очки ему так и не вернули, что делало его похожим на слепого и щурящегося котенка.

Девушка полезла в карман, доставая небольшой коробок.

— Это не то, но тебе все равно подойдут.

Мужчина протянул руку, нащупывая в полутемном салоне машины протянутую ему вещь. Кейс овальной формы приятно ложился в руку, но Элла потянулась и нажала на скрытую кнопку, открывая его. Верхняя крышка с щелчком отъехала, представляя содержимое. Бледное лицо Алекса, подсвеченное фарами проезжающей машины, отразилось в стеклах новых очков. Он посмотрел на девушку, и тихо сказал:

— Спасибо.

Он так и не разглядел, отреагировала ли она на его ответ, но женский силуэт колыхнулся, слегка опуская голову вниз.

Новые очки плотно сидели на голове, немного надавливая на переносицу. Алексу хотелось вернуть свои старые, привычные очки, ставшие ему друзьями за то количество лет, что он их носил. Но сейчас ему приходилось довольствоваться тем, что есть. Он осмотрел салон машины, с новообретенной четкостью зрения. Двое мужских фигур, сидящих на передних сидениях, были безмолвными свидетелями его освобождения. Но один из них нарушил тишину:

— Ты как? — голос Марка казался приглушенным и немного неестественным, но Алекс сразу его узнал. И был безумно рад услышать.

— Живой.

Он слегка улыбнулся, даже не осознавая, что его никто не видит. Мысли несли его куда— то далеко, дальше этой машины, дальше Эллы. Александр оглядывался по сторонам, ища зацепки своей прошлой жизни, своего рассудка. Но перед собой он видел лишь измученные тени, напоминавшие людей из его прошлого.

Мужчина, сидящий за рулем, посмотрел на Алекса через зеркало заднего вида. Глаза, знакомые ему с детства, сейчас смотрели особенно испытующе. Он ожидал увидеть в них стыд, укор, то, что заставит его пожалеть о своем рождении. Но этого там не было. В глазах Владимира читалась только безграничная печаль и сочувствие. Он смотрел на сына, не скрывая своего разочарования в системе, которая погубила их обоих. Александр дотронулся до своей новой руки, будто снова касался отца. Его рука тоже была правой.

Легкий кивок мужчины заставил Александра вынырнуть из своего помутненного состояния. Обычное движение головой сейчас казалось таким родным и ободряющим. Капитан сильнее сжал металлическое запястье, но ощутил лишь слабые импульсы. Они совсем не были похожи на те, какие он чувствовал раньше. С живой, настоящей рукой. Алекс разозлился на нее, на себя. Он стукнул по руке, желая испытать прежнюю чувствительность, но конечность все так же не отзывалась. Следующий удар пришелся в область локтевого сгиба. Ответ был сильнее, но все еще недостаточный. Александр принялся колотить по протезу с новой силой, не думая о том, что кто— то из его попутчиков это заметит.

Мягкая рука Эллы накрыла его конечность, оставляя бессмысленной поток аутоагрессии позади. Он поднял на нее глаза, капли слез заблестели под очками, постепенно закрывая пеленой голубую радужку.

— Так теперь будет всегда? — спросил он полушепотом.

Девушка мягко улыбнулась, крепко беря его руку в свою.

— Нет, мы со всем разберемся.

Его тело постепенно обмякало на заднем сиденье машины. Кости словно встревали в мягкую обивку, проваливаясь в нее. Поддержку он чувствовал только в ее руке. Элла плотно держала его, не давая провалиться в бессознательное окончательно. Уставшие глаза выхватывали проносящиеся мимо здания, скатывающиеся по окну капли и едва слышные вздохи. Никто не говорил, не нарушал тишину. Алексу хотелось обнять их всех, попросить прощение, и больше никогда не быть таким, как раньше. Но он больше им и не был.

Его сознание перерождалась на глазах, Элла видела эти изменения в его взгляде, который выхватывала каждый раз, когда они проезжали мимо светлых участков. Сейчас он выпустил все, что копил этими долгими днями в заключение. Слезы, скатывавшиеся по его щекам, быстро оказывались вытертыми женскими руками. Она смотрела на него и не позволяла ему мысленно уйти от нее.

— Прости меня, — его голос звучал надрывисто. — За все.

— Не извиняйся, — ответила она и почувствовала ком слез, подбирающийся все выше.

Он накрыл ее руку своей, плотнее сжимая тонкие костяшки пальцев. Раньше он и подумать не мог о том, что Элла будет его успокаивать. Он не представлял, что сможет показать ей свои слезы, вывернуть душу наизнанку. Но ему так хотелось быть настоящим перед ней, что все оковы страха и стеснения спадали сами собой. Александр никогда не давал себе быть слабым, но с ней он мог открыть этот мир непозволительной роскоши.

Машину тряхнуло на повороте. Владимир, плотно держащий руль, резко скомандовал:

— Вниз.

Две фигуры на заднем сидении исчезли из поля зрения, затаившись и выжидая нужное время. Проносящиеся мимо голубые огни не могли их найти.

— Всем постам быть начеку. Сбежал потенциально опасный психический преступник Александр Ланцов. Повторяю...

Алекс уже не слышал свое имя, доносившееся еще несколько раз из рации . Ему хватило первого упоминания, чтобы убедиться — все было совсем не так. Элла не выполняла приказ министра, она лишь ловко подделала бумаги. Он знал об этом еще после того, как увидел неправильный бланк, но в глубине души верил, что государство его помиловало.

Элла сильнее прижала его к себе, не давая задуматься об этом. Она прикрыла ему уши, будто ребенку, когда снова услышала шипящие звуки от других полицейских.

— Не нужно, — сказал Алекс, убирая ее руку.

Она серьезно посмотрела на него. В еще большей темноте за сидениями он не мог этого видеть, но прекрасно ощущал.

Резкий толчок заставил их еще сильнее вжаться в обивку сидений.

— Держитесь.

Владимир говорил спокойно, словно проворачивал это уже сотни раз. Машина резко развернулась, и, поменяв дорогу, они стали ехать с еще большей скоростью.

— Оторвались? — тихо спросил Марк.

— Погоди, — остановил его Владимир, всматриваясь в непроглядную темноту за машиной.

Резкий удар застал их врасплох. Автомобиль сильно тряхнуло, и он перевернулся вокруг своей оси. В окнах заблестели голубые огни приближающихся полицейских машин.

— Черт...— выругался мужчина за рулем, пытаясь выбраться из образовавшейся ловушки.

Марк, уже успевший открыть дверцу, не переставая кашлял, держась за грудь. Он быстрым движением открыл заднюю дверь, пытаясь вытащить Алекса и Эллу. Девушка сама схватила его за руку, тихо сказав:

— Он не дышит.

Две пары мужских рук рыскали по заднему сидению, стараясь ухватить капитана за конечности. Они были обмякшими и тяжелыми, казалось, тело мужчины налилось свинцом. Через несколько секунд он уже лежал на белесоватой траве. Снегопад сюда не добрался, оставляя лишь небольшие напоминания о себе, и это радовало Эллу. Александр лежал неподвижно на земле, с закрытыми глазами. На голове виднелись кровоточащие ссадины, которые сейчас не были самой главной заботой.

Элла наклонилась к нему, повернув голову в сторону грудной клетки и пыталась уловить дыхание ухом. Ответом ей стала лишь тишина. Одномоментное движение руки не помогло ей нащупать пульс. Сонная артерия была так же молчалива. Девушка запаниковала. Она не раз отрабатывала этот навык на манекенах, имитировавших жизнедеятельность человека. Но теперь перед ней лежал Александр — живой и настоящий, который мог просто погибнуть от ее неумелых действий.

Полицейские машины нагнали их в самый разгар раздумий Элле. Марк и Владимир, стоящие все это время рядом, переглянулись.

— Делай, что нужно, — сказал Элле старший коллега. — Мы с ними разберемся.

Он снял кожаную перчатку, оголяя свою нечеловеческую конечность. Резко сжал ее, та завибрировала и засветилась легким фиолетовым цветом. Пальцы быстро наполнялись энергией икс, придавая руке больший размер, делая ее совершенным оружием. Марк достал из черной кобуры обычный пистолет, и, сняв его с предохранителя, направился за Владимиром.

Время летело быстро, и одновременно тянулось безумно долго. Элла схватилась за мужской подбородок, откидывая голову назад, приоткрывая рот. При этом помогая себе второй рукой, удерживающей лоб. Ее конечности похолодели и принялись исходить мелкой дрожью. Она резко выдохнула. Плотнее взявшись за куртку, она одним резким движением расстегнула ее, а затем быстро разорвала тонкую робу, оставляющую под ее ногтями куски ткани.

"Только не навреди", — пульсировало в ее голове. Элла не хотела сломать ребра Александру, но боялась, что будет делать компрессии с недостаточной силой. По два пальца с каждой руки четко отмерили нужное место. Найдя необходимую точку, она сцепила руки в замок, прижимая их к грудной клетке. 1, 2, 3 и так до 30. Она считала ровно, вслух, чтобы не сбиться. Под весом собственного тела она ощущала, как проваливается внутрь. Счет, подошедший к концу, ознаменовал два вдоха. Элла зажала нос мужчины двумя пальцами, делая два сильных выдоха в его ротовую полость. Их губы плотно смыкались в этот момент, и она почувствовала, что он стал холоднее. Она следила за его грудной клеткой, но так и не увидела ее движения. Еще 30 компрессий, снова 2 вдоха. Еще после первых нажатий она почувствовала усталость, но с каждым надавливанием это чувство только нарастало. Подменить ее было некому, поэтому она, забыв о всех своих физических пределах, просто продолжала сердечно— легочную реанимацию.

Звуки борьбы, доносившиеся до нее, слились с ровным счетом, создавая одну причудливую композицию, наполненную болью и смертью. Она слышала крики мужчин, выстрели и сильные удары. Ей не хотелось думать о том, на что идут ее коллеги ради сохранения их жизней. И поэтому, когда часть голосов, пропитанных болью, затихла, ей стало легче.

Элла больше не чувствовала рук, он слились с грудной клеткой Александра, преобразуясь в одну живую систему, чьи субъединицы не могут жить отдельно друг от друга. Это было похоже на них, но сейчас ее мысли не заходили в это поле.

На очередном вдохе, она почувствовала, как его кожа стала теплее. Губы, до этого безмолвно ожидающие своей участи, сомкнулись с ее ртом. Металлическая рука мужчины резко ухватило девушку за ногу. Пальцы впились в упругое бедро, будто пытаясь разорвать ткань брюк. Элла отпрянула, боясь, что это ей кажется. Поднимая голову, она поймала взгляд Александра, чьи глаза уже выглядели вполне осознанными. Он задышал полной грудью, словно никогда до этого не вкушал воздух. Захрипев, он перевернулся на бок, слегка прижимая ноги к животу. Элла кинулась к нему, переживая, что сейчас он снова может потерять сознание и задохнуться. Но мужчина быстро пришел в себя, оглядывая окружающее его пространство.

— Где мы? — тихо спросил он.

Элла поняла, что и сама не знала, где они находятся. Обернувшись, она увидела фигуру Владимира, приближающегося к ним. Его правую руку практически полностью покрывали темные пятна, объединяющиеся в единую струю, которая стекала вниз по локтю. Багровые капли окрашивали белесоватую траву в ярко красный цвет. Мужчина устало вытер пот со лба второй рукой и посмотрел на Александра. Тот, лежа в беспомощной позе, вопрошающе смотрел на отца. Элла не видела их глаз и не могла понять их безмолвный диалог. Но ей было ясно, что капитан обо всем догадался.

— Где Марк? — вопрос Алекса, разрезающий тишину, хлестнул девушку по лицу неприятным осознанием.

— Он там.

Отец поднял свою окровавленную руку, указывая на скопление нескольких машин. Их собственная, лежала на земле, и как ориентир озарила темное пространство ярким огнем. Александр поморщился, прикрывая лицо рукой от неожиданной вспышки.

Огонь не беспокоил Эллу. Она быстром шагом стала перемещаться к полицейским машинам. Владимир преградил ей путь рукой.

— Там не на что смотреть, — резко отрезал он.

— Но там же Марк! — возмутилась Элла.

Коллега, ставший ей другом, не мог просто так остаться на остатках побоища.

Владимир сжал руку в кулак, что— то обдумывая, а затем уступил Элле путь.

Девушка шла по следам крови мимо разгорающегося пожара. Черные женские ботинки растаптывали окровавленный снег, оставляя после себя грязновато— розовые следы. Элла увидела не то, чего ожидала. Не то, чего боялась.

Марк, практически целый, сидел на капоте одной из машин, держа в руках сигарету. Его губы жадно делали затяжку. Он выдохнул, запрокинув голову вверх и пытаясь привести мысли в порядок. На его лице девушка увидела растекающиеся багровыми линиями кровоподтеки вперемешку с темными следами грязи.

— Ты как? — осторожно спросила Элла, пытаясь не смотреть на остатки тел по сторонам.

— Он жив? — будто не слыша ее вопроса, Марк задал свой.

— Да.

— Ты молодец, справилась, — слова вылетели изо рта вместе с дымом. Марк посмотрел на нее и улыбнулся.

— Что мы натворили? — с усмешкой сказал он.

— Что должны были, — твердо ответила Элла.

На это Марк лишь рассмеялся, туша бычок сигареты об белый капот.

— Мы носимся с ним как с писаной торбой, а он, возможно, даже не в себе.

— Ты же знаешь, что это он!

— Знаю, не возмущайся. Если бы не знал, то не сидел бы здесь.

Он достал пачку сигарет, выудив одну кивком предложил Элле. Та лишь помотала головой и сильнее закуталась в свою куртку.

— Когда все закончится? — грустно спросила она, смотря как тлеет огонек на кончике фильтра.

— Зависит от тебя, — задумчиво сказал парень. — И от него тоже, — он кивнул головой в сторону, где все это время находился Александр.

Когда— то жизнерадостный, Марк и сейчас пытался не унывать и улыбаться, подбадривая коллегу. Но у самого в душе раздиралось настоящее пламя, которое не давало ему успокоиться ни на секунду.

Он спрыгнул на мокрый асфальт, предварительно прихватит свой пистолет и направился в сторону Эллы.

— Пойдем док, проверим нашего капитана.