Распотрошение гробниц
Смотритель подсказал тропинку, и Лео благополучно покинула кладбище, не продираясь сквозь лесную чащу.
С осторожностью маньяка, девушка прокралась на собственную территорию и прошмыгнула в дом. А ведь где-то рядом до сих пор могла бродить та бешеная псина, думала она. Баскервилей.
Час близился к полуночи, а у Леоны ни в одном глазу.
Выпив крепкого зелёного чаю и забив на сон, девушка вышла из кухни, щёлкнув переключатель, но проходя мимо камина, ей показалось, будто нечто изменилось. Все предметы интерьера оставались на своих местах, но что-то — точно нет. Взгляд Лео остановился на небольшой пепельнице из чёрного стекла, что стояла на каминной полке. Ранее девушка не замечала её, но, подойдя ближе, обнаружила пепел внутри. В голове сразу возникла история Рамиила о прежнем владельце этого поместья, которую он поведал Леоне сегодня на кладбище.
Мистер Грейс — он же Артур — ещё при жизни был главврачом городской психиатрической больницы. И в один прекрасный день на полном серьезе женился на Люции (эта часть смущала Леону больше всего). Он был захоронен рядом со своей первой женой — Элией, что ушла из-за болезни почти на десять лет раньше него. Лео видела их монументы, и они были очаровательны.
Но свято место пусто не бывает.
Рамиил сказал девушке в заключение, что каждый раз, как Артур хотел предложить руку своей новой возлюбленной — та бесследно исчезала. На что Леона отважилась предположить о возможном побеге, но мальчик только пожимал плечами.
Что если это некое древнее проклятие манора, всех жильцов которого преследует страшнющая тень с разделочным ножом и, в итоге, убивает. Звучит сомнительно, но Лео сама почти поверила в свою лишенную рассудка гипотезу.
Девушка оставила пепельницу в покое и переключилась на небольшой стеллаж с книгами, где нашла древнейший фотоальбом. Открыв его, она первым делом увидела очень старый снимок троих людей. На нём были запечатлены молодые мужчина с женщиной и маленький мальчик лет шести. Леона хотела перевернуть страницу дальше, как её будто громом сразило. Женщина на полувыцветшем снимке имела до боли знакомые черты лица. Это была Элия! Без сомнений. Её лицо Лео видела на её же надгробном камне.
Тогда получалось, что мужчина рядом — это Артур. А мелкий кто? У них был ребёнок? Но девушка не видела третьего памятника, что говорило лишь об одном.
Леона аккуратно достала снимок, сложила и спрятала в карман.
Маниакально листая альбом дальше, девушка остановилась на крупноформатном выпускном фото, с которого на неё смотрел мелкий белобрысый пацан на пару с Артуром. И совсем несложно было понять происхождение первого, так как он был копией Элии.
Из страниц выпал один снимок и залетел под кресло. Девушка попыталась достать его, но только отодвинув предмет мебели, смогла подобрать фотографию, на которой было запечатлено ужасное событие: Люция в белом свадебном платье рядом с Артуром. Они стояли вдвоём и искренне улыбались. Это было сравнительно удару пятерней по лицу от которого аж звенит в ушах. Неловкость Леоны медленно переросла в неподдельный стыд за Люцию. За её вторжение в чужую семью.
Паралич чувств и вездесущий образ матери, которого в последнее время стало слишком много, воззвали захлопнуть альбом и вернуть всё на свои места, как девушку нечто остановило. Место на ковре, где раньше стояло кресло, выделялось так, будто скрывало целую вселенную. Леона убрала всё и свернула палас, обнаружив квадратную дверцу прямо в половице. Она подковырнула складную ручку и потянула её кверху, но та не поддалась. Нужен был соответствующий инструмент, и девушка прекрасно знала где его достать.
Одевшись на этот раз как для экспедиции в Тайгу, Лео приоткрыла дверь и выглянула в морозную темень. Она безумно не хотела покидать закрытое пространство, но события последних часов вынуждали торопиться.
Преодолев уже знакомый ей маршрут, девушка вернулась в некрополь. Она нашла будку смотрителя и настойчиво постучала в дверь, но никто не отозвался. Она выглянула за здание — и её взору предстала бесформенная куча древних гробов, которые давно струхли и рассыпались на глазах. Одни пустовали, другие — содержали в себе горы покрытых окисью железа лопат и остальных инструментов.
Порывшись в куче металла и достав оттуда монтировку, Леона собралась по тихому уходить, как у неё созрел внезапный план. Взяв самую прочную лопату, она прошла к месту погребения Люции. Медлить было бессмысленно и неразумно, поэтому она принялась копать.
Обонятельные рецепторы чувствовали только сырую землю, а полотно лопаты уже упиралось в дубовый пласт. Лео стало не по себе от подозрительно небольшой глубины могилы, но настоящее потрясение её ждало после вскрытия ящика.
Гроб был пуст.
Ни червей, ни костей, ни гниющей, ни какой-либо полоти, а лишь пустое пространство. От подобной дьявольщины кровь превращалась в студень.
Не мог же призрак Люции вернуться обратно в тело, просто встать и уйти?
Девушке потребовалось время всё обдумать.
На ватных конечностях она вылезла из разрытой могилы и, только почувствовав твёрдую почву, ретировалась прочь, оставив всё как есть.