Грань воображения. Сборник рассказов

Это история, наполненная юмором и абсурдом, в которой два полицейских оказываются в неожиданной и нелепой ситуации. Во время новогодней ночи они получают задание проверить гигантскую мягкую игрушку в виде акулы, в которой, по слухам, кто-то спрятался.

Попав внутрь, герои быстро понимают, что заблудились в бесконечных слоях поролона. Пытаясь найти выход, они сталкиваются с комичными и порой пугающими моментами, которые только усиливают абсурдность их положения. История наполнена забавными диалогами и неожиданными поворотами, которые делают её лёгкой и увлекательной.

В конце концов,полицейские находят выход и возвращаются к своим коллегам, став героями самогонеобычного новогоднего приключения.

«Акулий плен или Новогодний оливье из поролона»

– Дьявол! – мой напарник пребывал в полнейшем недоумении. – Ты только представь, где, черт возьми, мы застряли... Это же надо было так влипнуть!

Я смертельно устал, до боли хотел в туалет и отчаянно нуждался в затяжке сигареты, но вокруг нас царила лишь беспросветная тьма, разрезаемая слабым лучом фонарика, и мягкая, удушающая масса поролона. Весь отдел будет потешаться над нами, когда узнает об этом. Мы с напарником осознавали всю комичность, даже гротескность этой ситуации, но от этого становилось только страшнее, словно мы оказались в кошмарном сне, сотканном из абсурда и клаустрофобии.

– Да уж, представляю, – пробормотал я, глубоко вздохнув. Превозмогая тошнотворную мягкость под ногами, я двинулся вперед на ощупь, поклявшись во что бы то ни стало найти чертов выход из этого поролонового плена. – Мы застряли, твою мать, в чёртовой мягкой игрушке!

Смешно ли вам? Интересно ли узнать, как мы дошли до жизни такой?

А теперь представьте: два взрослых мужика, два напарника из ночного патруля, бродят в кромешной тьме внутри поистине гигантской акулы, до отказа набитой поролоном. Это чудовище из плюша и синтетики вполне могло бы войти в Книгу рекордов Гиннесса как самая большая и длинная мягкая игрушка в мире.

Как сейчас помню: насыщенно-синяя спина, контрастирующая с белоснежным брюхом. Пара нелепых плавников и огромная пасть, обнажающая устрашающие ряды зубов, выполненных, конечно же, из мягкого фетра. Когда подходишь ближе и прикасаешься к её теплой и нежной ткани, испытываешь странное, почти нереальное ощущение. Будто и вправду гладишь кашемировую козу, из чьей шерсти и соткали этот чудо-материал.

Пока мы неслись на вызов, дежурный сообщил, что какие-то отморозки сделали разрез в какой-то части акулы. Нам поручили проверить, не затаился ли там кто. Найти дыру размером с человека не составило труда – вот она, зловеще зияет посреди красноватой пасти, словно приглашая в свои поролоновые объятия. Мы включили фонарики, насторожились и, переглянувшись, шагнули внутрь.

Это было чертовски странно. Пугающая чернильная темнота, густой запах кашемира и повсюду – куски поролона, бесформенные и мягкие, размером с микроволновку. Ты идешь, буквально продираясь сквозь эти жёлтые параллелепипеды, словно плывешь в вязком киселе. Час прошел, а мы ничего не нашли: ни следов, ни звуков, абсолютно ничего, кроме вездесущего поролона.

Спустя два часа нас осенило: мы потерялись.

Абсурд ситуации зашкаливал. Мы не могли нащупать даже стенки, чтобы двигаться вдоль них. Еще минут через двадцать, окончательно выбившись из сил, мы решили передохнуть и присесть прямо на гору этого проклятого поролона. И тут я вспомнил одно старое дело.

– Слушай, Майкл, а помнишь наше дело номер 734? – спросил я у сержанта, пытаясь разрядить обстановку. – Ну, то, с токсикоманом.

– Ааа, да, конечно, помню! – он расхохотался так громко и звонко, что казалось, будто эхо отражается от стен... хотя, какие тут стены, один поролон! – Как же такое забудешь!

Семь лет назад. Жаркий летний день.

– Майкл, шевели своей задницей! Упустишь его, будешь сатиры в участке сочинять!

На заданиях я всегда орал на него, чтобы, как мне казалось, мотивировать и утвердить свой авторитет. Тогда нас вызвали из-за разбушевавшегося молодого человека. Вскоре выяснилось, что он обнюхался клея. Увидев нас, он бросился бежать, как кролик от удава, и попытался скрыться в местном лабиринте из живой изгороди.

Я бежал за ним след в след, как ищейка по запаху, а Дони, хитрец, смекнул, в чем дело, и забрался наверх лабиринта. Прыгая по стенам, как обезьяна, он настиг беглеца и буквально свалился с небес юному токсикоману на голову. Тогда он был счастлив как ребенок, ведь это было его первое удачное задержание.

– Эй, Дони, сколько мы тут торчим? – спросил меня Майкл, прерывая мои воспоминания.

– Уже поздно, Майкл, черт! – Я посмотрел на наручные часы и проклял это дурацкое задание. – Ну что, напарник, с Новым Годом!

Я засунул руку за пазуху и достал небольшой свёрток, который таскал с собой весь день. Там лежали именные часы от дорогого производителя, о которых он так долго мечтал. Свои старые он разбил на прошлом задании.

– Как, уже?! – Он посмотрел на свой подарок, потом на меня, словно впервые видел. – Прости, лейтенант, твой подарок остался в машине...

– Ничего страшного, вот выберемся отсюда, и ты его мне вручишь, – ответил я, махнув рукой.

Как только я это произнес, он резко вскочил на ноги и отбежал метров на пять от меня.

Я смотрел на него в полном недоумении, не понимая, что происходит. Казалось, сержант просто взбесился. Он начал яростно рвать поролон, разбрасывая куски вокруг себя.

– Вот, не хочу, чтобы ты остался без подарка! – прокричал он, протягивая мне нечто, отдаленно напоминающее автомат, который он смастерил из поролона буквально за пять минут. – Чокнутый юморист! Майкл, это самая крутая вещь, которую мне дарили за последние семь лет, спасибо!

Через двадцать минут напряженного молчания, прерываемого лишь шуршанием поролона, мы вдруг услышали, как кто-то выкрикивает наши имена. Мы пошли на зов и неожиданно обнаружили, что сидим почти у самого выхода. Оказалось, нужно было пройти всего метров десять вперед.

Нас встретили ребята из другой группы, которых отправили на поиски, потому что мы не выходили на связь. Ну конечно, рации-то остались в машине!

– Более подходящего места для встречи Нового года не нашли? – Смеялся над нами высокий блондин с пронзительно-синими глазами. – Ну что, парни, поехали в участок. Вас там все заждались.

Это был самый забавный Новый год в моей жизни. Да и, думаю, в жизни Майкла тоже.