Самая тёмная ночь в году

- Это чёртова Нарния! В последний раз я лезу туда, больше можешь даже не просить.

Я молча улыбнулась, полностью игнорируя сказанное. Мне совершенно не хотелось знать, что находится в том шкафу, более того, я даже говорила Максиму, что лазить туда не следует, ведь квартира чужая, но он меня не послушал, поэтому съехавший с полки, старый чайник дал ему понять, что значит проникновение в частную собственность.

- Тебе что говорили? Не надо трогать их вещи! Но нет, понесло тебя, придурка. - Я протянула Максиму упаковку пельменей которую вытащила из морозилки и тот сразу приложил её к ушибленному месту. - Ты лучше бы занялся чем-нибудь полезным.

- Не удержался. - Промямлил он, не глядя на меня, как нашкодивший ребёнок. - Там ничего такого и нет, какие-то мешки, старые книги и... чайник.

Чайник виновато блестел лёжа на полу возле дверцы шкафа. Максим смотрел на него с подозрением, будто ждал от него удара в спину. Но, чайник не двигался.

- Просто иди и свари все эти пельмени, я себя такой голодной давно не чувствовала. И постарайся нас не взорвать, ладно? - Я вернулась за стол, разложив перед собой несколько книг с документацией. - Мне нужно закончить ещё несколько вещей.

Зимой, на улице темнеет очень быстро, и как только внизу зажглись первые фонари а наверху первые звёзды, я поняла, что работа не идёт. Я постоянно отвлекалась на всякие скрипы и шорохи, покашливания брата на кухне, который вдобавок ко всему прочему принялся скрести ложкой по кастрюле, видимо, пытаясь отковырять остатки еды.

"Мой отец, готовит адовые блюда" - промелькнуло у меня в голове, что-то из недавно прочитанного в интернете и я не смогла удержать короткий смешок.

- Что там такое? - Спросил из кухни Максим, - я тебе уже всё сделал, хватит там сидеть.

- Хорошо, спасибо. - Я отложила карандаш и закрыла книгу, забитую цифрами и таблицами. К изучению стандартов придётся вернуться попозже.

Ужин оказался на редкость отвратным. Отложив вилку в сторону и вытерев губы рукавом я посмотрела на Максима, который стоял с сигаретой возле приоткрытого окна и попыталась ему улыбнуться.

- В следующий раз, я буду делать это сама окей?

- Мне же проще. - Пожал плечами он, выпустив дым носом. - Я не виноват, что они пригорели. И с этой плитой что-то не то. Чувствуешь запах газа?

Я несколько раз выдохнула через рот и втянула воздух носом.

- Да, что-то такое есть. Можешь перекрыть трубу?

- Уже, но не до конца. Там всё заржавело к чертям. Завтра вызову мастера или сам попробую что-нибудь сделать.

Ближе к часу ночи, когда глаза начали слипаться а на улице началась жуткая метель, я забралась под одеяло и некоторое время лежала в тишине, слушая как ветер завывает в старых деревянных рамах. Максим уже несколько раз бегал на кухню покурить, но я привыкла не обращать на него никакого внимания, это и его квартира тоже, платим то мы за неё вместе, путь бегает, сколько ему угодно. Огорчало только полное отсутствие звукоизоляции и я в своей комнате слышала каждый скрип половицы или двери. Но я и не планировала оставаться здесь надолго.

Утро выдалось беспокойным. В районе восьми часов Максим несколько раз стукнул в мою дверь и так с тихим скрипом открылась, мне пришлось приоткрыть глаза и подняться на кровати.

- Что случилось? - Спросила я, чуть хриплым голосом.

- Иди сюда, покажу тебе кое-что странное. - Заговорщицким голосом прошептал брат и скрылся в темноте за дверью.

Я нехотя скинула с себя одеяло и шлёпая босыми ногами по полу вышла из комнаты. Максим стоял на кухне, свет был выключен и я едва различала его силуэт на фоне кромешной темноты. Я не сразу заметила, что он указывает пальцем на панораму тёмного города.

- Что такое то? - Спросила я, подойдя к подоконнику и облокотилась на него.

- Сама не видишь? - Спросил Максим в ответ, только почему-то шёпотом. - Будто бы свет выключили. И у меня сеть на телефоне пропала. И интернет. И телевизор ничего не показывает.

- Телевизор то тебе на кой чёрт сдался. - Зевнув, я потёрла глаза. - Ты только ради этого меня разбудил?

- Разве не здорово? Такое ощущение, что мы одни в этом городе. Мне показалось, что тебе захочется на это посмотреть самой.

- Может быть... только я хочу спать. И отключения света меня мало интересуют. Сколько времени вообще?

- Около восьми утра. Ты, кажется, всё равно проспала будильник. - Максим посветил мне в лицо экраном своего телефона. Он показывал 7:24.

- Чёрт. Я хотела сходить в магазин за продуктами как проснусь. У нас даже кофе нет. - Я наклонилась вперёд, чтобы разглядеть круглосуточную "Пятёрочку", но на улице не было видно вообще ничего.

- Нужно подождать когда рассветёт. Там сейчас даже лифт не работает, я не слышал его с вечера. - Максим продолжал шептать.

- Почему ты шепчешь? - Спросила я, и брат посмотрел на меня. Его лицо не выражало вообще никаких эмоций а глаза скрывались в тени, выглядя так, будто их вообще нет.

- Не хочу разбудить твоего брата. - Тихо ответил он и положил руку мне на плечо.

Я взвизгнула отпрыгнув к столу, дёрнув за занавеску и под хохот Максима на него свалился край гардины. С жалобным звоном по полу рассыпались колечки на которые крепилась занавеска.

- Ты идиот! - Вырвалось из меня. Я схватилась за грудь и согнулась пополам. Максим сидел на полу держась одной рукой за живот а другой за голову. - Я чуть не обделалась! Нельзя так пугать! Придурок.

- Извини... - выдохнул он. - У тебя было такое лицо, будто ты сейчас родишь.

- Иди к чёрту. Сам собирай это дерьмо, я пошла в кровать. - Я выскочила из кухни и зайдя в комнату закрыла за собой дверь. Сама виновата, знала, что он меня может так напугать, не в первый раз уже... ничему меня жизнь не учит. Я забралась под одеяло и накрылась с головой, руки всё ещё дрожали но приняв свою любимую позу на боку я сразу же провалилась в сон.

10:49. Такое время показывали часы в моём телефоне. Сигнал сети отсутствовал, вай-фай телефон найти не мог. Я попыталась проверить баланс но тот вовсе завис на стадии отправки запроса. Я бросила телефон в ноги, по привычку потянувшись к жалюзи чтобы впустить в комнату свет, но не сразу вспомнила, что вчера я их так и не повесила, после переезда. В комнате было темно, за окном стояла ночь. Это уже ни в какие ворота. Мне даже захотелось позвать брата, чтобы тот объяснил, чем же таким он загородил моё окно, что у меня всё ещё темно, но отказалась от этой затеи. Я уже во второй раз за утро выбралась из под одеяла и посмотрела в окно - непривычные ряды пятиэтажек, утопающие в кромешной темноте, и невероятно чистое звёздное небо. Парк за соседней улицей, "Дом Культуры", площадь, всё это окутывала темнота. Я не видела ни машин на улицах, ни людей.

По спине пробежал холодок. Может этот придурок перевёл часы на телефоне пока я спала?

Планов на сегодняшний день у меня не было и мозг радостно принял идею, что часы показывают неправильное время и уже был готов отключиться снова, но преодолев все эти мимолётные желания, я укутавшись одеялом, подошла к письменному столу и включила свой ноутбук. Часы показывали уже 10:55. На экране блокировки было указано, что зарядка не идёт, хотя провод от ноутбука уходил прямиком в розетку.

- Чертовщина какая-то. - Я отключила питание и выдернула провод. - Максим!

- Чего? - Ответил брат из соседней комнаты с небольшим запозданием, видимо он всё ещё спал.

- Сколько времени? - Громко спросила я, чтобы тому не пришлось переспрашивать.

- Одиннадцать. Хм. Как странно...

Я открыла дверь и высунулась в прихожую - там было довольно холодно, может и отопление отключили тоже?

- Уже давно должно было быть светло, или я что-то путаю? - Максим, видимо, всё ещё пытался выбраться из под одеяла. - Чёрт, ну и дубак тут.

- Ага. Согласилась я, поправляя одеяло на себе, которое я набросила на себя сверху и обняла руками. - Свет всё ещё не дали.

- Я знаю, перед тем как лечь оставил весь свет включённым, мы бы заметили. - Шаркая тапочками он вышел из комнаты. Не смотря на полную темноту, я видела сигарету зажатую между его губ. - Мне жизненно необходим горячий кофе, сестричка.

- Я туда не пойду, даже не проси. - Я с опаской указала на входную дверь. - Скорее себе шею на ступеньках сломаю чем выйду на улицу. Да и магазин явно закрыт.

- Наверное. Тогда, всё очень плохо, сестричка. - Мы вышли на кухню. Максим чиркнул зажигалкой а я присела на табурет, на котором ужинала вечером. - Чёрт, я ведь не смогу даже вскипятить воду.

Мне не часто приходилось об этом думать, но я только сейчас осознала, насколько, живя в городе, мы зависимы от благ цивилизации.

- Может, плита работает? - С надеждой спросила я.

- Не-а. - Максим покрутил ручку, но никакого эффекта за этим не последовало. - Так, подожди, я же её перекрывал вчера...

Я смотрела как брат наклонился над плитой, видимо, пытаясь что-то повернуть за ней. Выпрямившись, он поднёс спичку к конфорке и повернул ручку, тут же вспыхнул голубой огонёк.

- Да будет свет, - сказал он и поспешно поставил чайник.

Пока грелась вода, я успела одеться в джинсы и тёплый свитер, убедиться, что из крана идёт только холодная вода, есть газ и всё. Больше, цивилизация никаких благ нам не оставила, кроме крыши над головой.

Когда чайник радостно засвистел, оповещая нас о том, что вода достигла требуемой температуры, Максим выключил плиту и задумался. У нас не было ни кофе, ни сахара, ни молока. В принципе, у нас вообще ничего не было кроме вчерашней пачки пельменей но от неё осталось только грустное упоминание в виде кастрюли лежащей в раковине. И, мы приняли решение вместе сходить в магазин, иначе, нам грозила бы смерть от недостатка кофеина, или голода, в крайнем случае.

Надев куртку и ботинки, я вышла вслед за Максимом на лестничную клетку, и заперла дверь. Лифт, естественно не работал и нам предстояло преодолеть семь этажей кромешной темноты. У меня даже возникла идея позвонить в дверь кому-нибудь из соседей, но я её быстро отбросила, лишь один раз посмотрев на эти двери. От них будто веяло ледяным холодом. Мне даже показалось, будто я слышала какой-то печальный вздох. когда проходила мимо одной из них. Я шепнула об этом Максиму но тот лишь поморщился и махнул рукой.

Спускались мы целую вечность. Я хотела посветить под ноги фонариком на телефоне, но брат предложил экономить заряд батареи.

Оказавшись на улице, я огляделась но так и не заметила ни одного светлого пятна, всё было по-прежнему - тёмные безлюдные улицы, давящая на уши тишина и мороз.

Мы молча свернули налево и прошли несколько десятков метров по двору, и отсюда было видно что и в круглосуточном магазине свет не горел.

- Интересно, там есть кто-нибудь? - Спросил Максим, сам у себя. Он не сбавлял шаг, двигаясь на встречу автоматическим дверям.

- Давай проверим. Ты же не собираешься туда вламываться? - Я не выпускала его руку из своей, но он не ответил.

Автоматические двери никак не реагировали на наше присутствие, да и отсюда было видно, что в магазине пусто и темно. Максим несколько раз постучал в дверь магазина, но никакой реакции за этим не последовало.

Пожав плечами, он дёрнул соседнюю дверь, которая не была автоматической и так послушна открылась, приветливо впуская нас в тёмную прохладу магазина.

- Как ты планируешь платить? У них же кассы не работают без света! - На этот раз шептала я, пока Максим вёл меня между рядов, он всё же решился включить фонарик, но с ним было как-то более беспокойно, от того, что нас было видно издалека, из окон снаружи, явно в глаза бы бросилось это холодное белое свечение вспышки.

- Я вообще не планирую этого делать. Здесь, как видишь и кассиров нет, и охраны. И камеры не работают.

Не смотря на явное отсутствие людей в округе, я всё же заставила брата обойти весь магазин ещё раз, вместе с подсобными помещениями, но никого он там, как и ожидалось, не нашёл. Конечно, я чувствовала себя не очень хорошо, когда брала продукты с полок, складывая их в фирменный пакет с красной надписью, зная при этом, что платить мне за это не придётся. Это странное чувство, граничащее между каким-то тёмным удовлетворением и стыдом. Максим вёл себя как-то проще - он просто набрал всё самое необходимое, консервы, чай, крупу, одним словом всё, что не испортилось бы через пару дней и направился к отделу с дорогим алкоголем. Я же, взяла только кофе, хлебцы и пачку сухого молока. Брать обычное мне совершенно не хотелось.

Возвращаться в квартиру уже было тяжелее. Ориентироваться в темноте проще, когда тебе не нужно тащить с собой довольно увесистый пакет, который мне в руки впихнул Максим. Сам он взял ещё два или три, и постоянно меня торопил. Наверное, мой мозг ещё окончательно не пришёл в себя после пробуждения и я не совсем понимала, что происходит вокруг, или не хотела понимать. В любом случае, мне на это потребовалось куда больше, чем Максиму, хоть я всегда и считала себя чуточку умнее него.

В городе не было никого. И в этом доме, тоже никого не было, думала я, поднимаясь по лестнице, осторожно нащупывая носком ботинка края ступенек. В этом, чёртовом доме, кроме нас, больше никого нет. Я не слышу телевизоров за дверями, шагов на лестнице, звука поднимающегося лифта. Тут не было вообще ничего, как и снаружи. Меня мутило, было жутко холодно и мне снова захотелось спать. Наверное, сказывалась темнота - открывай глаза или нет, было видно только слабое свечение в окнах и то, скорее всего от снега и звёзд.

Уже дома, молча сидя со своими чашками, на полу возле плиты, мы просто изредка посматривали друг на друга и на окно, не зная, что делать дальше, и надо ли что-то делать.

Мы уже не раз обменялись безумными теориями о том, что людей из города куда-то эвакуировали, мы попали в альтернативную реальность но всё было бесполезно - наше положение это никак не меняло. А между тем, в квартире становилось всё холоднее и газ мы уже не выключали, тепло было только на кухне. Мы закрыли все двери, и только изредка проветривали кухню, иначе у меня начинала сильно болеть голова. Наверное, это всё из-за газа. К концу первого "дня", если его можно было так назвать, мы перетащили матрасы и одеяла из своих комнат на кухню, разложив их на разных расстояниях от плиты но поближе друг к другу, и оба как по команде забылись беспокойным сном, который не приносил ни чувства отдыха, ни остальных приятных чувств, которые возникают когда ты засыпаешь.

Сон был похож, скорее на какую-то липкую паутину, которая обхватывала тебя своими объятиями и сдавливала пока тебе не становилось трудно дышать. Тело покрывалось холодным потом, а какие-то бессвязные отрывки сновидений заставляли меня открывать глаза каждые десять-пятнадцать минут. Максим, судя по всему, чувствовал то же самое - он постоянно глубоко вздыхал, переворачивался с бока на бок, изредка выкрикивал какие-то неразборчивые фразы. В такие моменты мне становилось как-то жутко и спать дальше я не могла. Я брала его сигареты и выкуривала сразу несколько, сидя возле окна, беспрестанно вглядываясь в окутанные бархатной темнотой пейзажи города.

Прошёл один день, потом второй и ничего не менялось. Мы всё так же жили в кухне, перебиваясь сном и остатками еды. Ели консервы прямо из банок, чтобы не мыть тарелки, поэтому кухня очень быстро наполнялась мусором, который мы пакетами просто выбрасывали из окна. Это первое время. Уже позже, спустя примерно неделю и ещё несколько вылазок к магазину, мы с Максимом аккуратно собрали весь свой мусор под окнами и отнесли к контейнерам на краю улицы. Всё из-за того, что мне почудилось, будто я увидела какую-то тень в проулке. Вполне возможно, что я просто не до конца проснулась и мне просто показалось... но, Максим решил не рисковать. По горам мусора под окнами, было очень легко догадаться, что в здании кто-то есть. После третьей вылазки, мы сразу же сделали четвёртую, чтобы захватить побольше воды в больших бутылях, на тот случай, если вода вдруг перестанет течь из крана. Просто, для успокоения. Ведь, если кончится вода а потом ещё и газ, то скорее всего мы просто замёрзнем. Можно, конечно было сделать какое-то подобие печки, забравшись в строительный магазин, или готовить еду на открытом огне на крыше, но хорошие мысли приходят тогда, когда они уже, как правило, становятся не совсем актуальны.

Время продолжало осторожно двигаться вперёд, неизменной оставалась только погода - ясная морозная ночь. Хоть и температура не опускалась ниже минус двадцати градусов, в доме постепенно становилось всё холоднее и холоднее. Очень скоро, инеем покрылись даже стены в подъезде. Мы постоянно кутались в одежду и тёплые одеяла, поход в ванную был настоящей проблемой. Мыться приходилось в тазике с едва тёплой водой, которую разогревали тут же на плите. Умывались мы только холодной водой.

Примерно, через две недели после начала "ночи", я заболела. Около шести вечера, я почувствовала как у меня поднялась температура, начался озноб и сильный кашель. Наверное, всё после того, как мы ходили за водой. Организм не выдержал таких перепадов температур и физических нагрузок, после пары недель полного бездействия. Что происходило тем вечером, я помню смутно. Кажется, я начала бредить, в квартире мне мерещились какие-то незнакомые люди, которые заходили к нам на кухню и молча стояли рядом с нами, чем до одури пугала Максима. Периодически проваливалась в забытье, изредка выныривая, как из тёмной и мутной воды, чтобы указать на очередного незнакомца в углу, рядом с пакетом мусора и снова уснуть.

Кажется, тогда Максим сказал, что пойдёт в аптеку, чтобы достать что-нибудь жаропонижающее, я помню только как ухватилась рукой за его штанину и потянула на себя. Это был последний раз, когда я его видела.

На следующее "утро", я проснулась в одиночестве. Тут всё так же горел газ, на полу лежал небольшой светильник на батарейках, который мы включали, пока перечитывали те старые книги из шкафа. Из привычной картины выбивалась только открытая дверь на кухню и маленький целлофановый пакет, лежащий на столе кухни. В нём, позже, я обнаружила несколько упаковок таблеток. Кажется, там был аспирин и ещё какие-то жаропонижающие порошки в пакетиках.

Тогда, не в силах подняться на ноги, я какое-то время звала Максима но он не пришёл. Мне жутко хотелось пить, болела голова и было очень жарко. Я снова и снова засыпала.

Не знаю, сколько прошло времени, но тогда, в очередной раз открыв глаза, я поняла что мне лучше и спать я совершенно не хочу. Я села на матрасе, откинув в сторону одеяло, с чёткой мыслью что Максима тут больше нет. На глазах, от обиды наворачивались слёзы и страх накатывал ледяными волнами.

Выпив около половины литровой бутылки воды, я села прямо на пол и меня затошнило. Мне понадобилось приложить серьёзные усилия, чтобы удержать в воду в себе. Ещё несколько минут я водила взглядом по кухне, будто желая в очередной раз удостовериться, что моего брата тут нет. Уже позже, с фонарём я обшарила каждый уголок квартиры но следов его присутствия мне найти не удалось.

Что я чувствовала тогда? Мне было чертовски страшно. Я почти сразу поняла, что из аптеки он вернулся, об этом говорили лекарства, которые он оставил на столе для меня. Но, что случилось потом, куда ещё ему понадобилось уйти? И сколько времени прошло с того момента, как он ушёл? Я периодически поглядывала на часы, но цифры не говорили мне совершенно ничего. Может, это из-за той тени, что я видела тогда на улице? И... что это были за люди, которые приходили сюда? По спине табуном пробежали мурашки. Я не видела их лиц, не чувствовала запаха и не слышала их. Это были безмолвные тёмные фигуры, которые просто появлялись тут и там, каждый раз когда я снова и снова открывала глаза. Что если они всё ещё здесь? Я поёжилась. Думать о подобном, не хотелось совершенно.

Так начались дни моего одинокого существования. В принципе, изменилось не так много вещей, я питалась консервами, читала книги, пробегая глазами по тексту, но совершенно не улавливая сути написанного. И с лёгким чувством страха смотрела на пакет с продуктами, который становился всё меньше и меньше. Рано или поздно, мне придётся пойти туда. Одной.

Этот момент настал через три дня. Когда я отложила в сторону последнюю банку и последний кусок чёрствого хлеба. Я не могла себе представить, как буду идти по этой лестнице, как буду ориентироваться в темноте улиц, и этого магазина. У меня возникла даже безумная идея пойти и поискать Максима или других людей в городе. А вдруг, кто-то остался кроме нас? и точно так же как и мы, живёт в своей квартире с опаской выглядывая на улицу?

Собиралась я очень долго, подсознательно оттягивая тот момент, когда мне придётся покинуть стены такой привычной и безопасной квартиры. В последнем, кстати, я очень скоро разубедилась.

Проверив батарейки в фонаре, застегнув куртку и надев ботинки, я осторожно ступая вышла в подъезд и заперла за собой дверь. Спускаться я решила в темноте, ведь путь был очень знакомым, да и простым донельзя. Сначала, всё шло хорошо - я, ведя рукой по стене, осторожно ставила ноги, считая количество ступенек, и по моим прикидкам добралась до четвёртого этажа. Моё внимание привлёк странный звук раздающийся с одной из лестничных площадок. В этом доме лестница была расположена немного в стороне от квартир, к квартирам вёл небольшой проём, их было всего три на каждой клетке. И вот, проходя мимо очередной, я услышала звук, будто кто-то водит ногой по полу, такое шарканье. Или, как какой-то пожилой человек с трудом поднимая ноги перемещается из угла в угол.

Я, благодаря мягким подошвам ботинок, ступала практически бесшумно, только моя куртка могла издавать какие-либо звуки, но я старалась не двигать руками и не поворачиваться, чтобы не привлекать к себе внимание. Подавляя в себе нарастающий ужас и желание включить фонарь, я осторожно прошла мимо этого самого проёма, из которого шёл звук. Все мои чувства в этот момент говорили мне, что там есть кто-то. И этот кто-то живой и его следует опасаться. Причины? Наверное, только одна. Если там и правда был человек, то скорее всего, он давно тронулся умом, иначе как долго он шаркал по тому узкому закутку в полной темноте до меня или после меня, не издавая больше никаких звуков вообще?

Сбивчиво дыша, я продолжила спуск, стараясь свести количество движений до минимума - только ступеньки и вытянутая рука поддерживающая контакт со стеной. Мне это удалось, где-то в районе второго этажа этот жуткий звук перестал до меня доноситься и я с прежней осторожностью преодолела последние несколько пролётов. Уже стоя на улице, заламывая пальцы от напряжения, я понимала, что в этом мире осталось очень мало вещей, которые способны заставить меня вернуться назад в квартиру. Чёрт, да моё сердце просто не выдержит такого подъёма, оно и сейчас чуть не выпрыгнуло когда я шла по пятому этажу, а если мне ещё придётся идти обратно... нет уж. А что делать в противном случае? Я беспомощно огляделась. Взгляд почему-то зацепился за следы на снегу. Их было не так уж много, если учесть что перед этой злополучной ночью была метель, думаю, было вполне возможно посмотреть, куда ходили люди из этого подъезда. А если учитывать, что я тут больше никого не видела, следовательно - это были только наши с Максимом следы. Вот этот момент мы не учли, убирая мусор из под окон. Следы! Вот как нас можно было легко выследить. Цепочки следов тянулись от подъезда к магазину, и цепочка потоньше вела к мусорным контейнерам вдалеке. Ещё одна, совсем тонкая, уходила на другую сторону двора. Поскольку аптека была рядом с магазином, а эти следы уходили в сторону, я решила проследить, куда же они меня приведут. Потому что ни я, ни Максим, не ходили в ту сторону ни разу. Значит, это путь, которым он ушёл в последний раз.

Я на всякий случай вытащила из кармана куртки фонарь, но включать его не стала. Мне было как-то спокойнее от одного его присутствия в руке. Я шла прямо по следам, уходили они только в одну сторону. Вариантов тут только два - либо этот человек вернулся к дому каким-то другим путём, либо он... не вернулся. Мне не хотелось сравнивать рисунок на подошвах с этих следов с какими-то из наших, поэтому я просто пересекла двор следуя загадочной тропинке, свернула на соседнюю улицу. Следы удалялись по дороге, увлекая меня за собой. Очень скоро, я перестала узнавать места, я была в этом районе всего пару раз перед переездом и то днём, поэтому чувство ориентации я потеряла довольно быстро а следы меж тем и не планировали заканчиваться. Я пересекла ещё несколько дворов и оказалась возле какого-то гаражного кооператива, вокруг которого ютились старые деревянные домики. Они выглядели весьма потрёпанными временем, древесина потемнела, стены немного накренились, в общем создавали они не самые приятные впечатления. Мне снова становилось жутко. Тропинка петляла между домов, постепенно уводя меня от начальной точки всё дальше и дальше, пересекла железную дорогу и я оказалась в уже более знакомой части городе, там где жила раньше.

В темноте было очень неуютно и следы можно было запросто потерять, но на свою удачу я так ни разу и не сбилась с пути. неожиданная развязка ждала меня возле очередных рядов гаражей за старым рынком - цепочка следов разделялась на две.

Я шумно выдохнула присев на корточки у "развилки". Даже посветила на них фонариком для верности. Но, глаза меня не обманывали. Следы, принадлежавшие одному человеку внезапно разделились и одна цепочка скрывалась где-то в гаражах, вслед за которыми начиналось болото и лес, а другие уходили в знакомый мне район города.

Думаю, изначально было понятно, какое направление я выберу, но чувствовала я себя так будто меня очень сильно обманули. Как ребёнка, которому с детства внушали, что Дед Мороз существует а потом ты видишь своего отца, который просто надел красную шубу и нацепил бороду. Не передать словами, как мне было обидно и страшно, от полного непонимания происходящего. Но, я послушно последовала за цепочкой следов ведущих в город.

Пару раз я видела какие-то тени, краем глаза. Они скользили по самой периферии видимости, скрываясь за фонарными столбами, мусорными баками, углами домов. Ближе к концу пути, я уже твёрдо убедилась, что не одна здесь, хоть никого и не видела.

Следы закончились возле подъезда нашего старого дома. Мы жили на втором этаже одной из пятиэтажек почти на самом отшибе. Следы доходили аккурат до крыльца, но на нём следов уже не было, будто человек испарился или взлетел, так и не добравшись до конечной цели, хоть до неё и оставалось всего ничего.

Вздохнув, я поднялась на крыльцо и зашла в подъезд. На этот раз, я сразу включила фонарь и поднялась на второй этаж. Тут так ничего и не поменялось - облезающая со стен краска, противного зелёного цвета, пыль и песок на полу. Такая знакомая с детства дверь, оббитая тёмным гладким материалом была приветливо приоткрыта.

Я неуверенно взялась за ручку, прислушиваясь к звукам доносящимся изнутри. Там определённо кто-то был и я даже знала кто. Или догадывалась. Я потянула дверь на себя, подняв фонарь. Узкий пучок бледного света выхватил край прихожей и отчётливую тень человека, стоящую прямо передо мной. Круг света фонаря отчётливо выделял человеческий силуэт, который сразу показался мне знакомым.

- Привет, мам. - Шепнула я, ступая в прихожую. Тень приветливо протянула ко мне призрачные руки от которых веяло холодом. Фонарь с глухим стуком упал на пол. Тень поглотила меня.