Раскалённые лучи
За стенами старого кирпичного здания, которое, кажется, вот-вот должно развалиться, исчезнуть, подобно горам упорно сражающимся и проигрывающим ветру, было солнечно и жарко, а на улицах все еще оставалось большое количество пролитой с неба воды, напоминавшей о вчерашней стихии, хотя, под влиянием испепеляющих летних лучей она стремительно испарялась, и город осушался под воздействием Солнца.
В углу комнаты паук плел свою паутину используя свои железки на концах лап. Он двигался вокруг выбранной точки, создавая тонкие нити, которые затем соединялись вместе, образуя крепкую и сложную конструкцию.
Это была суббота, 13 июня, чуть раньше полдня, когда скромные детские площадки недалеко от густонаселённых районов небольшого города начинали заполняться детьми с их родителями, наблюдавшими за своими цветами жизни и обсуждавшими какие-то повседневные вопросы, лишь иногда прерываясь чтобы что-то выкрикнуть своему ребенку. В парках и садах, да и вообще по всему городу, идеально чистые улицы, каких не было уже очень давно, наверное, с последнего такого крупного дождя, заполнялись большим количеством людей, казалось бы, бесцельно куда-то идущих, а на деле, наслаждавшихся прекрасной погодой и свежестью, свойственной обычно лишь городам находящимся недалеко от больших водоемов, а то и океанов.
Но столь прекрасная погода не была причиной для получения отгула среди сотрудников полицейского департамента, и поэтому, работа тут, как и во все остальные, даже самые хмурые дни, кипела. Кипела и вода в уже втором электрическом чайнике, когда-то давно купленном на распродаже за пару долларов, поставленном одним из сотрудников, который только и успевал разливать кипяток по кружкам коллег, сидящих в одном из скромно обставленных кабинетов и играющих в покер. Вода наконец-то закипела, и из чайника начал вырываться пар, увлажняющий и без того будто бы океанский воздух. Джейк Смит еще не успел разлить кипячёную воду по кружкам напарников, шести человек, каждый из которых выглядел так, будто является не тем, кто оберегает правопорядок в своем городке, а так, будто только что оторвался от интенсивной погони за карманным вором – за собой, и сглупив, спрятался в полицейском участке: их форма была помята, если она у кого-то и была, рукава закатаны, а на лицах виднелись капли пота, образовавшегося из-за ужасающей жары, хотя все окна и были закрыты и подобно решеткам камер, удерживающих клиентов данного заведения, не пропускали палящие лучи в комнаты строения, как вдруг раздался телефонный звонок.
Паутина становилась все больше и больше, пока не заполнила весь угол комнаты. Когда паук заканчивал свою работу, он осторожно проверял каждую нить, убеждаясь, что она крепко прикреплена к поверхности.
Телефонный звонок, казалось, длился как минимум несколько десятков минут: настолько сильно он мешал офицерам полиции раздумывать над суммой ставки для очередной партии. И, наверное, он еще долго мог бы отвлекать полицейских от их увлекательной игры, если бы не зазвучал крик.
- Да ответьте уже кто-нибудь! – Лейтенант Уилсон будто зарычал, и даже тёмный, деревянный стол на котором были разложены игральные карты содрогнулся от этого резкого звука.
Уилсон холодным взглядом посмотрел на Джейка, и сержант, выполнявший функции официанта, сразу же понял что от него требуется, после чего отставил чайник и быстрой походкой направился к телефону, звонок на который тут же был сброшен. Не услышав ответа на вызов, лейтенант приказал своему подчиненному остаться у телефона:
- Вдруг кто-то снова попытается прервать нашу игру, а ты сразу же сможешь ответить! – Вновь очень громким и четким голосом выкрикнул Уилсон через слой нескольких стен, отделяющих дежурную от комнаты отдыха в которой расположился состав участка. И тут же продолжал, но уже обращаясь к своим конкурентам по игре:
- Ну что, кто готов сделать первую ставку!? Давайте уже вернем мне мои 200 баксов, которые вы просто выкрали у меня, и закончим игру, пока люди еще не разобрали наш департамент на кирпичи! С меня последние 37 долларов! – Не понижая громкости своего голоса и презрительно осматривая каждого из окружающих его полицейский, Уилсон заглядывая в глаза и будто бы усыпляя каждого из них.
- Хорошо, шеф, с меня 50 долларов! Кстати, кто-нибудь слышал новость о том, что тому толстяку, о котором вчера рассказывал Кларк, достался большой выигрыш в лотерее? Кстати, о Дэвиде, где он вообще? – быстро, подобно пулеметной очереди, капрал Харрис забрасывал своих коллег словами.
- 50 долларов?! Я вижу только 30! Не пытайся тут никого обдурить! я вообще-то профессиональный детектив! Просто, пока что, отдыхаю… Так что докладывай еще 20! – подобно волнам, сначала громко, потом тихо, а затем вновь повышая голос говорил детектив Джейкоб Браун. Тут же эти волны сменились штилем:
- Ну а что касается того пекаря, то все в городе уж слышали про него. Видимо, переезжать собрался наш постоянный клиент, лавку свою на продажу выставил. Вот не понимаю я людей, сумма выигрыша у него – от силы несколько сотен тысяч, а источник дохода уже вздумал устранять... На что жить то будет? – совершенно ровно произнёс детектив и добавил: - Ну а ставку я поддерживаю, с меня 50!
Еще на протяжении точно нескольких минут, попивая различные напитки, сотрудники департамента делали ставки, в конце концов насобирав чуть более 310 долларов, когда лейтенант Уиллис наконец оторвал свои глаза от лежащих ровно в середине стола купюр.
- Кажется мне, что что-то не чисто с этим пекарем… Если я не путаю, Кларк с утра, когда сдавал смену, сказал что того чудака Генри зовут. Нужно будет навестить его пекарню, просто поговорить. Во всяком случае, вы должны делать вид что приехали ради простого разговора. – Ну, хватит уже воду лить! Давайте играть!
Когда из комнаты отдыха вновь начали раздаваться громкие голоса, пронизывающие все здание и отражающиеся звонким эхом от стен пустых комнат, спорящие о том, кто на самом деле жульничает, телефон в дежурной вновь зазвонил.
Сержант Джейк Смит практически мгновенно среагировал, подобно спортивному гонщику, перед которым внезапно появился крутой поворот, и на этот раз ответил на вызов. Звонок был не от пострадавшего, и, казалось, будто вообще не от человека. В трубку телефона кто-то громко дышал, а на фоне слышались звуки падающих на каменный пол капель, которые срывались с крыш подобно сосулькам в зиму. Сержант слышал как в нескольких комнатах от него коллеги громко смеялись, а Уиллис наконец-то праздновал свою победу: единственную и последнюю из 14 сыгранных за последние несколько десятков минут партий.
- Вот! Смотрите что такое счастье! Я рад что вернул проигранные мной же деньги, а тот пекарь, что вы думаете, счастлив!? – доносился радостный голос лейтенанта сквозь несколько стен, иногда заглушавшийся всеобщим смехом. Он явно завидовал. Но распространенная радость в нескольких десятках метрах от Джейка отнюдь не успокаивала его, и он почувствовал страх, хотя и сам не понимал, почему боится обычного звонка. Но было что-то в этой тишине с захватившим ее звуком дыхания и падения капель страшное. Смит уже хотел бросить телефон, даже не отключась от звонка, если бы не заговоривший на другом конце города человек - определенно оператор службы спасения.
Было чуть раньше часа дня, когда в километрах пяти от города, где на цивилизацию не было ни малейшего намека, будто бы время очень быстро пошло назад, и остановилось на моменте, когда люди еще не успели сковать землю городами, прибывали все новые и новые сотрудники экстренных служб. Сначала приехала скорая, затем, решившие увидеть случившееся собственными глазами зеваки, ну и наконец, когда у места происшествия уже была толпа, окружавшая его подобно кирпичному забору, прибыла и полиция. Полиция в маленьком городе на юго-востоке Миссури имела ужасающую репутацию среди тех, кого каждый из полицейских клялся защищать невзирая ни на что, по большей части, из-за их подхода к работе. Вот и сегодня защитники правопорядка оказались даже медленнее жителей, которым не чем было заняться, и оттого желавшим понаблюдать за происшествием. Самым последним из сотрудников полиции прибыл лейтенант Уиллис, который, сразу же после того, как вновь пересчитал выигранные 314 долларов, лежавшие в бардачке белого полицейского пикапа, местами уже поржавевшего и излучавшего запах старины, быстро направился к месту, где еще несколько минут назад, до приезда скорой, лежал раненый, но живой археолог.
Тут все еще было достаточно влажно, несмотря на осушавшее землю Солнце, недалеко протекал ручей, который, по-видимому, использовался группой археологов для мыться инструментов, а так же того, что с помощью них удавалось найти, если такая удача настигала работников. Место раскопок находилось очень близко к дороге, хоть и отнюдь не оживленной, настолько, что дикие животные использовали ее куда чаще водителей автомобилей, мчащихся вдаль, на север штата, туда, где, как минимум, людей было больше чем живности, не говоря уже о возможностях в тех местах. Все в округе было перерыто, исключая территорию вокруг двух небольших каменных домов, наверное, столетней давности, которые, к несчастью, куда больше напоминали руины в величественных городах Майя, в которых, кажется, никто никогда не жил. Паутина сплетенная пауком в одном из этих зданий выглядела как красивое и сложное полотно, сотканное из тончайших нитей. Сравнить их можно было лишь со струнами музыкальных инструментов, создающих мелодичный звук.
- Ну что, неудачники! Докладывайте что тут произошло – как обычно очень громко прокричал лейтенант, все еще радующийся своей сегодняшней победе, но затем, явно засмущавшись перед свидетелями – коллегами пострадавшего археолога, откашлялся и попытался стереть из памяти свои слова:
- Правда прекрасная сегодня погода?
- Да, давно такого не было. – начал говорить рядовой Тейлор, который тут же был прерван Кристофером Джонсоном. С недавнего времени, не более трех недель, он был руководителем этих раскопок, и потому посчитал нужным самостоятельно рассказать о случившемся с его подчиненными начальнику полиции.
- Минут 40 назад, когда мы позвонили в полицию первый раз, на Дженни Клиффорд – девушку, находящуюся тут на практике каждый день, с ножом напал другой мой сотрудник – Эйден Дэвис. Мы, к счастью, смогли его отогнать, а вот схватить… Было как-то совсем не до этого, мы все сразу же кинулись к Дженни когда нападавший убежал достаточно далеко, вы видели какой у нее порез!?
- Нет, не видел! – равнодушно и даже с ухмылкой произнес лейтенант, желая добавить что только приехал, но сдержавший свои слова, подобно плохой дамбе, которая хоть и пропускает через себя воду, но не дает ей совсем затопить близкие земли. – Сейчас вам нужно будет проехать со мной. То есть, я хотел сказать, с ним! – сказал Уиллис, указав на стоящего в стороне полицейского, после того как понял что может потратить свое драгоценное время на возню с составлением фоторобота. После этих слов, Уиллис, казалось бы, исчез, и лишь был слышен далекий звук работы двигателя уезжавшей в сторону города машины.
Время шло, Солнце все больше и больше скрывалось за горизонтом, а зеваки, наконец поняв, что они впустую потратили свой день, и ничего интересного уже точно ждать не стоит, разъезжались кто куда, наконец уничтожая ощущение того, что за городом проходит концерт какой-то всемирно известной музыкальной группы, ведь огромное число машин расставленных вдоль дороги создавало в голове именно такую ассоциацию. Полиция все еще работала, сотрудники собирали улики, ну или то, что они называли уликами и собирали лишь для того, чтобы создать иллюзию работы. Ведь, разве может быть бутерброд с ветчиной, лежавший на одном из красных кирпичей разрушенного здания, уликой к делу о покушении на убийство?
- Джейкоб Браун. Детектив – представился мужчина средних лет, в бежевом пальто и темной одежде, подойдя к сидящему среди разрушенных стен здания Кристоферу, и на мгновение показав свой полицейский жетон. – Скажите, есть ли у вас какие-то догадки, почему ваш сотрудник мог совершить попытку убийства? Или, может вы считаете что его целью было не убийство?
- Наверное, я склоняюсь к тому, что он все-таки не хотел убивать Клиффорд. – тихим и уставшим голосом начал Джонсон. – Несколько дней назад, скорее, в среду, мы нашли старый портрет военного, в, наверное, золотой рамке. Этого наша команда проверить уже не успела, поскольку через несколько часов, оставленная вон в том здании картина – Джонсон, с тяжестью поднимая руку, которую он повредил, по-видимому, когда пытался догнать Эйдена, указал на самое целое из сохранившихся строений, расположенное напротив
– бесследно пропала. На следующий день Дэвис не появился на работе, и даже не предупредил меня о том, что будет отсутствовать, что делал уже трижды пока мы ведём раскопки. Вчера, в пятницу, он все же приехал на работу, но практически весь день молчал, не разговаривал с нами, а уже после того, как мы начали собираться по домам, он отозвал меня и наедине предложил прекратить раскопки, аргументируя свои слова тем, что у него очень плохое предчувствие.
- Вы думаете, это он украл картину? Как это может быть связано с сегодняшним преступлением? – детектив внимательно смотрел в глаза Джонсона, и с не меньшим вниманием выслушивал его и записывал ответы в небольшой синий блокнот, который всегда лежал во внутреннем кармане длинного пальто.
- Я уверен, что именно этот человек украл портрет. Он сразу ему приглянулся, когда мы только достали работу из небольшого деревянного тайника. Ну а вот как это может быть связано с сегодняшним событием… Если честно, ума не приложу. К тому же, так уже голова болит, ни о чем думать не могу! – Подняв свои усталые глаза медленно говорил Кристофер Джонсон. – Вы знаете, я бы хотел вам помочь… - Начал говорить Кристофер, но его речь была прервана быстро брошенной детективом фразой:
- Я вас понял. Вы и все остальные можете ехать домой, фоторобот составим завтра, запишите только свой адрес вот на этой бумажке. – Детектив вырвал из своего блокнота листок, достал карандаш, который задокументировал уже какое-то бесчисленное количество дел, и протянул их Джонсону, попутно смотря по сторонам, на полицейских.
Кристофер быстро, явно торопясь записал на бумаге свой адрес, поднялся, и направился к машине. Ее кузов, покрытый слоем ржавчины и потертостей, напоминал о многих пройденных дорогах и приключениях. Ее двигатель, как старый лев, все еще был мощен и готов к новым вызовам. Колеса, словно верные спутники, были готовы везти своего хозяина куда угодно. Внутреннее убранство, как старый дом, было наполнено теплом и уютом, где каждая кнопка и рычаг имеют свою историю и значение. Даже запах внутри машины, подобно аромату дерева и кожи, напоминал о давно ушедших временах.
Солнце скрывалось за горизонтом, листья деревьев начинали шелестеть из-за вновь поднимающегося ветра, а паук в углу здания приступал к охоте. Это была спокойная и тихая ночь.