Двуличие

Утро. Солнечное октябрьское утро. Приятное дуновение ветра обхватывало лицо Уинстона и разносила дым его сигареты по воздуху. В голове его было пусто, да и в душе тоже. Он ни о чем не думал, ни на что не надеялся. Просто отчаялся. Был уже конец октября, прошла всего лишь неделя после случившегося в больнице, с того момента Лили была в коме. Врачи не давали никаких прогнозов, ни хороших, ни плохих. В день происшествия Лили доставили в больницу очень быстро, она потеряла много крови, необходимо было восполнить кровь с помощью донора, к счастью, у Мики оказалась точно такая же группа крови и переливание прошло без особых последствий. Это и помогло выжить Лили.
Барнс практически не отходил от неё, приезжал каждый день, молча сидел рядом по несколько часов, иногда конечно разговаривал. Но пока без особых изменений. Все время он винил себя, что отпустил такую молодую девушку, да и плюс не совсем опытную в самое жерло опасности. Он рад, что Маргарет была жива, но с такой ценой её спасения, он вряд ли мог смирится. Он не понимал своих чувств, почему он так волнуется за человека, которого, на тот момент, он знал всего день, почему так привязался. Чем она его привлекала? Красотой? Грациозностью? Эстетикой? Или же не опытным, но достаточно здравым умом? Все это для него было неизвестно. Он просто приезжал к ней и курил, перед тем, как к ней зайти и после того, как уходил. Для него это было чем-то должным.
Он чуть не потерял Маргарет, ту, которую он обязался защищать и помочь с её переживаниями и страхами, как достойный представитель правопорядка. А теперь он чуть не потерял Лили, которую отпустил практически на верную смерть. Он должен был настоять, как он думал, он жалел, что так получилось.
-Как ты, напарник? - подошёл к нему Харри и положил руку на плечо.
-Тебе честно или соврать?
-Мне интересно как ты будешь врать.
-Прекрасно.
-Да, друг, это реально глупо. Слушай, неужели эта девчонка, покорила твоё старое, самовлюбленное сердце?
-Заткнись.
-Тебе не понравилось, что я тебя назвал старым? Да брось, тебе уже за пятьдесят, а ты засмотрелся на двадцатилетку.
-Ни на кого я не засматривался, Харри. Закрой рот.
-Ладно, я только от неё сейчас, хочу тебя обрадовать, она пришла в себя. Хочет тебя видеть.
-Ты смеёшься? - поднял брови Барнс.
-Нет, я серьезно, иди.
Уинстон выбросил сигарету и быстро направился ко входу больницы. Он поехал на лифте. Хотел поскорее увидеть Лили. Путь занял около трёх минут, подойдя к палате, через окно, он увидел, что Лили реально пришла в себя. Глаза её были приоткрыты, увидев детектива, она слегка улыбнулась, хоть и было видно, что даже это ей сделать очень тяжело. Он открыл дверь. Молча сел рядом, не спешил говорить.
-Детектив Барнс - она ещё раз улыбнулась.
-Агент Контис. - он опустил голову.
-Сколько я уже тут?
-С неделю.
-Господи... - она откашлялась - насколько все критично?
-Ты потеряла много крови, Мики был донором, отдал свою. Благодаря ему ты выжила. По поводу ран... Они очень серьёзные, наверное ты чувствуешь, что ещё тебе очень больно в области груди, они ещё не успели затянуться и зажить, шрам останется серьезный, рана была слишком глубокой. С ногой все легче, как видишь она уже почти зажила.
Лили молча его слушала, отвернула голову, Барнсу показалось, что она пустила слезу.
-Ты плачешь?
-Нет, нет. Просто... Она добилась чего хотела.
-Лили.
-М? - голову она так обратно и не повернула.
-Не переживай ты так, от шрамов можно избавиться. Ты все равно останешься такой же красивой как и сейчас. Я прочитал тебя.. я заметил ты очень следишь за собой, я понимаю ты комплексуешь и это видно. Прости, я напоминаю тебе о прошлом, тебе больно это слышать. Я читал также и твоё досье, не спрашивай где я его нашёл. В детстве тебя очень обижали, из-за твоей формы глаз, говорили, что ты не красивая и прочее, к сожалению, у нас много расистов и к людям азиатской внешности у нас также относятся как ко второму сорту. Ты не смогла с этим смирится, я понимаю. Но послушай, у тебя шикарные глаза и ты очень красивая, не надо думать, что то, что произошло тебя испортит. Пора отказаться от прошлого, ведь сейчас видно как на тебя все смотрят, как уважают. Я не думал никогда, что буду разбираться с моральными проблемами агента ФБР, но это же тоже тебе отчасти приносит уникальность. Ты умная девушка, смогла погасить все свои отголоски прошлого во время отборов и тебя взяли, ты большая молодец, значит ты можешь с этим бороться. Прости меня, что не настоял, чтобы ты осталась, лучше бы я поехал сам.
-Нет, Уинстон. Без тебя это дело дальше не пойдет, а мне и так терять было нечего. У меня нет и никогда не было ни мужа, ни семьи, ни детей, я хотела жить мирно, но пошла на эту должность, сам догадываешься почему. Я во всех душу вкладывала, но мной просто пользовались и задевали мои чувства, хотя я просила.. не надо... Кто бы слушал.
Барнс встал и подошёл к ней, опустился на одно колено, чтобы обнять. Она положила руку ему на шею, ответив на его инициативу. Она всхлипывала, плакала, а Барнс просто нежно обнимал её. Она обхватила его шею ещё больше, гладила указательным пальцем его седые в местах волосы, прижалась к нему и заплакала ещё больше. Она никогда не испытывала такой поддержки, казалось, самых элементарных её элементов. Лили всегда было больно на душе. Долгие годы она копила это в себе и только сейчас почувствовала, что могла выплеснуть эти эмоции. Поплакать, выговориться, да и просто молча полежать в объятиях.
-Не плачь, Лили. Все хорошо.
Она немного отстранилась, посмотрела ему в глаза, положила ладонь на щеку, начала поглаживать большим пальцем.
-Эти шрамы, откуда они у тебя?
-Долго рассказывать..
-Нет, расскажи, хотя бы от чего.
-Осколки гранаты...
Она промолчала.
-Если бы осколок прошёлся чуть выше, я бы мог свободно лишиться глаза.
-Сколько тебе было лет?
-Двадцать.
-О боже. Как тебе было?
-Не очень, я также думал как и ты, что никто на меня не посмотрит. Но у меня была жена, приняла меня с этим, не обращала внимания на внешность, говорила что я как и внешне так и внутри все равно очень красив, поддерживала меня в моей работе, помогала когда мне было паршиво на душе.
-А где она сейчас?
-Она умерла очень давно ещё в 96-ом... Мы ждали с ней ребенка. Дочку. Но на седьмом месяце она скончалась от рака. В тот год я потерял жену и ребенка. Пять лет отходил, но потом смирился, хоть и не до конца. Но с того дня у меня больше никогда не было никаких отношений. Я полностью отошёл от этого, посвятил жизнь работе и больше ничему.
-О Господи... Я не представляю, что ты чувствовал и что чувствуешь сейчас... Это очень сложно пережить. Боже, у меня слов нет.
-Их и не надо.
-Как её звали?
-Хах... Не поверишь. Но её звали Лили.

***
Маргарет сидела на кухне, ждала Мики. Чтобы убить время она решила убраться, после искупалась, заварила чай и начала пить его с купленным утром тортом. Она звонила Мики, спрашивала несколько раз где он. Он её успокоил и сказал, что скоро будет просто немного задерживается. А Маргарет не очень то и хотелось сидеть одной в этом проклятом доме. Хоть она ничего и не чувствовала и ничего такого странного не происходило, но ей все равно было не по себе. К счастью, Мики в скором времени появился. Снаружи послышался звук, знакомого мотора. Старенького Dodge Challenger. Маргарет вскочила и выбежала на улицу, побежала к машине. Мики даже не успел толком выйти, как девушка утопила его в своих крепких и теплых объятиях.
-Чего ж ты так долго то? Я уже заждалась. - она поцеловала его в щеку, чмокнула в губы, обхватила голову руками.
-Прости, милая. Я же тебе говорил, чуть чуть задержался, как ты тут без меня, все хорошо?
-В доме одной страшно, пойдем, я тортик купила, прости, без тебя уже есть начала.
-Ничего страшного, пойдем в дом.
-Ты кушать что-нибудь будешь?
-Пару твоих бомбезных сэндвичей я бы с удовольствием умял.
-Хорошо - она улыбнулась.
Они сели за стол. Маргарет в суматохе начала делать сэндвичи. Перед этим налила Мики чаю и принялась готовить.
-Ну не спиши ты так, я же к тебе на несколько дней, все успеешь.
-Мики, ты ничего на работе не ел, я же знаю, голодный наверное, лучше быстренько все сделать и накормить тебя и спокойно проводить с тобой дальше время. Кстати, как там учеба твоя? Все хорошо? С работой позволяют совмещать?
-Конечно позволяют, многие на встречу пошли, почти все, кроме одного преподавателя, но это неважно, у меня и так там все было плохо, но я разберусь, обещаю, не переживай.
-Тебе детектив Барнс не звонил?
-Нет, солнышко, мы с ним не общались со времён той самой больницы. Я звонил детективу Стивенсону вчера вечером, он рассказывал, что Барнс все время заходит проведать Лили, она насколько я знаю ещё не пришла в себя, так же он сообщил, что они намереваются поехать к моим родителям чтобы что-то узнать, подробности мне не рассказали, но без Барнса он не пойдет, пока он снова не будет готов к работе, дело будет стоять.
-Бедная Лили, столько пережить за одну ночь...
-Ты не меньше пережила за последний месяц. Я понимаю, ты не любишь об этом говорить, но как тебе вообще было в этой больнице? И как ты ещё сама с ума не сошла?
-Мне было ужасно, Мики. Очень. Мне было больно и обидно, я скучала по тебе, мне было одиноко. Это лишь малый ряд причин. Там были ужаснейшие условия, меня кормили какими-то отходами, не давали никуда выходить, я ходила в туалет чуть ли не под себя. Слышала эти крики, вопли, стоны. А эти стены, они как будто пожирали душу. Да, я может немного и свихнулась на лесопилке, но это состояние как-то мимолётно прошло. Барнс меня забрал, хотел допросить, он ещё не понимал, что происходит. Но все это состояние развеялось как только я приехала в участок, я чувствовала себя паршиво, но все помнила, адекватно себя вела. Но тут меня решили сбагрить в психушку. Но знаешь что самое обидное? - она резко отвернулась от плиты. - что тебя рядом со мной не было, когда ты был так нужен.
-Маргарет... Прости меня пожалуйста. Я допустил ошибку. Серьезную. Я не хотел чтобы так произошло, может я струсил, но больше такого не повторится.
Маргарет подошла к нему, взяла его за руку и подняла из-за стола. Обхватила крепко руками шею вокруг.
-Слушай - начала она шёпотом - я очень была на тебя обижена, но хорошо, что ты допустил такую ошибку лишь раз за все время наших отношений и исправился, иначе я бы тебя не простила. - она улыбнулась и сверкнула своими зелёными глазами - все пусть останется в прошлом, главное, что ты сейчас рядом со мной и не оставляешь меня и мне этого вполне достаточно, не вини себя, возможно у тебя были причины. Я понимаю, возможно ты не знал, что делать. Но я тебя давно простила. Не подведи меня в очередной раз.
-Никогда в жизни.
Маргарет поцеловала его в губы. Мики крепко обнял её за талию, прижал к себе. Но девушка его оттолкнула с улыбкой на лице.
-Давай для начала ты поешь, хорошо? Твои любимые сэндвичи уже готовы, а потом - она приблизилась губами к его уху и нежно прошептала. - можем продолжить в спальне. - Маргарет слегка похлопала его по щеке.
-Милый, я на второй этаж, ты знаешь где меня искать, а и приятного аппетита - сказала она усмехнувшись.
-И ты меня оставишь здесь одного?
-А может у меня такая месть, м? -хихикнула она уже на лестнице.
-Вот зараза...

***
Харри решил оставить Лили и Уинстона наедине. Сам он поехал по адресу дома родителей Мики. Не стал ждать Барнса, времени у них уже не было совсем. ФБР все также копает под Робинсона, но чем больше время уходит, тем меньше шансов на успех, поэтому важна любая зацепка. Стивенсон не хотел стучаться в дом, он знал, что с минуты на минуту они выйдут на прогулку как и каждые выходные в одно и то же время. А конкретнее в четыре часа вечера. Это он узнал по наводке ФБР. Что в принципе и произошло спустя несколько минут. Он вышел из машины и остановил их на крыльце.
-Мистер и Мисс Гилман, будьте добры, уделите мне пару минут. Я детектив Харри Стивенсон и у меня к вам есть пару вопросов по поводу вашего сына.
-Да, мы вас слушаем, сэр. - ответил Мистер Гилман.
-Я предполагаю, что буду говорить с вами, Мистер Гилман, первый вопрос будет самым элементарным, когда родился ваш сын?
-13-го ноября 1992 года, сэр.
-Что вы слышали о деле 81-го?
-Много чего, страшная была история. Но в подробностях уже мало, что помню, вроде погибла семья по невиданным обстоятельствам, а к чему вы клоните?
-Да, погибла семья, а один из её членов по моим подозрениям выжил и куда-то исчез. И у меня как вам ещё одно небольшое суждение. Мики не ваш сын, я правильно понимаю?
-Сэр, вы ошибаетесь в своих суждениях, он... - начала Миссис Гилман.
-Тише, Кэра... Это бесполезно. Они знают... Вы абсолютно правы, сэр. Мы его взяли из приюта ещё младенцем, ему на тот момент было всего несколько недель. Я бесплодный, я не могу иметь детей, поэтому мы взяли этого мальчика, моя жена очень хотела ребенка, я пошел на это без всяких но и против.
-Так, а вам не говорили о его настоящих родителях?
-К сожалению нет, мы не знаем о них почти ничего. Только то, что его мать родила его хотела сберечь и оставить, что характерно практически для любой матери, но по каким-то загадочным причинам, его мать в слезах, сдала его в приют, было видно, что ей далось это трудно и она этого не хотела, но скорее всего её заставили это сделать, других вариантов я не вижу, сэр. Больше вы можете узнать у самой медсестры, которая нам это все и рассказала, я напишу вам адрес, только можно мне листик и ручку.
-Да конечно, сию секунду, мистер Гилман. -Стивенсон оторвал листок с маленького отрывного блокнота и вынул ручку из кармана пиджака.
-Сэр, но у меня к вам есть человеческая просьба.
-Да, я вас слушаю.
-Я знаю, что мой сын сотрудничает с вами, нам известно, что его девушка влипла в эту историю, чудесная девочка, нам её жалко и мы знаем насколько сильно он её любит, мы конечно поддержали его решение. Но пожалуйста, не говорите ему правду, он для нас реально родной сын, мы его вырастили, любили и воспитывали как самого родного на этом свете. Он у нас единственный, я не хочу чтобы он от нас отвернулся, он хороший парень, не конфликтный, ненавидит когда ему врут.
-Я понимаю, я даю вам слово и клянусь, что он не узнает правду никогда в жизни. Эта правда уйдет вместе со мной в гроб, спасибо вам большое, вы очень помогли.
-Вам спасибо, сэр.