Перебор?..
Шумные коридоры колледжа гудели от утренних разговоров и звонков. Лириан шел, ощущая тяжесть в груди, как будто каждая ступень давалась с усилием. Телефон в кармане будто припоминал ту ночь — сообщения Алексея, слова, которые не давали покоя. Он сжимал кулак, стараясь собраться с мыслями.
Сердце бешено стучало, когда он заметил знакомую фигуру у стены напротив аудитории — Алексей. Тот, казалось, тоже был глубоко погружен в собственные мысли, опираясь на холодную плитку стены. Их взгляды встретились — и в этот момент в воздухе повисла тишина, наполненная всем тем, что осталось невысказанным.
— Привет, — выдохнул Алексей, голос звучал тихо, чуть хрипло, словно он боролся с собой, чтобы не отступить.
Лириан на мгновение замялся, но потом кивнул, отвечая легкой, почти робкой улыбкой:
— Привет..
Они стояли, будто два незнакомца, пытаясь найти слова, чтобы начать заново. Лириан наконец решился:
— Я… хотел сказать, что мне жаль. Очень жаль.
Алексей не сразу ответил, глаза блестели от сдерживаемой эмоции. Потом он вздохнул и сказал:
— Я знаю. Мне тоже сложно. Но, может, нам стоит попробовать?
Эти слова звучали как тихое признание в слабости, но и одновременно — надежда на что-то большее.
Лириан кивнул, чувствуя, как груз на сердце немного отступает.
— Попробуем.
Их взгляды пересеклись еще раз, теперь с ноткой понимания и желания не отпускать эту хрупкую нить, что связала их заново.
Алексей повернулся к выходу, его шаги глухо отдавались по плитке коридора колледжа. Каждое движение казалось тяжёлым, словно он старался унести с собой не только тело, но и весь груз прошлых обид и нерешённых чувств.
Лириан стоял позади, ощущая, как сердце бешено колотится в груди — как будто пытается вырваться наружу, чтобы кричать о том, что он не готов отпускать этот момент, эту возможность.
Он сделал шаг вперед, осторожно протянул руки и мягко обнял Алексея со спины. Его пальцы слегка сжались на плечах, будто пытаясь удержать то, что было на грани исчезновения.
— Подожди… — голос Лириана был едва слышным, наполненным смешанными эмоциями: страхом, надеждой и болью.
Алексей замер, не оборачиваясь, но тепло рук на своей спине почувствовал всем телом. Его дыхание сбилось, в груди зажалась тяжесть, которую он давно пытался спрятать.
— Я… не хочу тебя потерять, — тихо признался Лириан, и в этом простом признании было больше, чем слова могли передать.
В коридоре повисла тишина, наполненная неподдельной искренностью и желанием быть рядом, несмотря ни на что. Алексей наконец сделал глубокий вдох и слегка сжал ладони Лириана.
Он не сказал ни слова, но в этот момент оба поняли — между ними ещё есть шанс, и этот шанс стоит того, чтобы бороться.
Коридор опустел — студенты ушли на пары, и тишина словно окутала пространство. Лириан и Алексей остались одни, и это делало каждое их движение особенно значимым.
Внезапно Алексей резко повернулся к Лириану, сел на стул у стены и похлопал рукой по своему колену — мол, садись сюда.
Лириан на мгновение замер, не сразу решаясь, но затем тихо подошёл и, смущаясь, сел к нему на колени.
Алексей крепко обнял его за талию, позволяя теплу своего тела растворить напряжение.
Сев к Алексею на колени, Лириан почувствовал, как его сердце забилось так, что, кажется, сейчас вырвется из груди. Тепло рядом — такое настоящее — вызывало одновременно и спокойствие, и пиздец какую бурю эмоций.
«Что, блядь, я вообще делаю?» — промелькнула мысль, и он не смог сдержать улыбку, несмотря на ахуенное смущение.
Каждое прикосновение — руки Алексея на талии, лёгкое касание пальцев — казалось невероятно важным.
"Сука, почему мне так страшно? Почему в груди будто миллион бабочек, и все хотят выпрыгнуть?! "
Щёки пылали, и он робко опустил взгляд, боясь, что Алексей заметит, насколько он ахуенно смущён.
«Я всегда боялся быть таким открытым, таким уязвимым… Но с ним — блядь, почему-то хочется забыть про все эти сука страхи.»
Сердце колотилось всё быстрее, но внутри росло тихое тепло — уверенность, что сейчас он в безопасности, что рядом тот, кому можно довериться.
Тем временем, Алекс почувствовал, как Лириан дрожит рядом, как его дыхание чуть сбилось. По лицу пробежала тень смущения, и Алексей не мог отвести взгляд — это было чертовски мило и... чертовски волнительно.
«Он ахуенно смущён, а я — вот чёрт, я даже не знаю, что с этим делать.»
Но было одно точно — в этом молчании, в этой близости, Алексей чувствовал, как что-то внутри него меняется. Это не просто симпатия, не просто привычка.
«Блядь, кажется, я чертовски привязался к этому ублюдку.» — мысленно усмехнулся он, пытаясь скрыть эту мысль за привычным равнодушием.
Но внутри всё пылало — и это было прекрасно и страшно одновременно.
Лириан поднял глаза на Алексея, пытаясь собраться с мыслями. Но слова словно застряли в горле — смущение сковывало его так сильно, что вместо чёткой речи вырывались лишь тихие стоны и сбивчивые фразы.
— Я... ты... ну... это... — он замялся, краснея с каждой секундой, — просто... — снова замялся, едва слышно добавил — я... б..бляббэээбъъь...
Алексей внимательно смотрел на него, улыбаясь мягко, не торопя.
— Всё нормально, говори спокойно, — сказал он тихо, подбадривая, чуть поглаживая талию.
Лириан глубоко вздохнул, но слова всё ещё путались:
— Ты... я... ну, просто... ... я не знаю, как сказать...
Он покраснел ещё сильнее и опустил взгляд, словно боясь, что Алексей увидит, насколько ему неловко.
В этом молчании было что-то тёплое — и Алексей не отводил взгляд, позволяя Лириану почувствовать себя в безопасности.
Лириан всё ещё сидел на коленях у Алексея, нервно теребя край кофты. Он пытался что-то сказать, но слова путались и не выходили.
Алексей положил руку на плечо Лириана, а потом медленно провёл её вниз, легко коснувшись бедра, словно чтобы дать понять — всё в порядке, он рядом.
— Спокойно, — тихо сказал Алексей. — Можешь не бояться. Всё нормально.
Лириан поднял глаза, на мгновение встретился с его взглядом и тихо произнёс:
— Просто... иногда мне сложно... говорить.
Алексей улыбнулся тепло, не торопя и мягко погладил бедро Лириана, словно утешая.
— Я понимаю, — сказал он. — Не торопись.
Лириан глубоко вздохнул и слегка кивнул, чувствуя, что рядом можно быть собой, даже когда сложно.
Они остались в тишине, но эта тишина была наполнена спокойствием и молчаливым взаимопониманием.
Алексей слегка улыбнулся и провёл пальцами по бедру Лириана, мягко сжимая его.
— Я знаю, что ты слушаешься меня, — сказал он тихо, голос чуть сиплый от эмоций. — Даже когда слова не выходят, я чувствую это.
Он медленно наклонился и нежно уткнулся в шею Лириана, делая это так, чтобы тот почувствовал тепло и защиту.
Лириан замер, сердце забилось быстрее, но рядом с Алексом становилось легче — даже когда внутри буря.
— Всё будет хорошо, — прошептал Алексей. — Я с тобой.
— Я... я не знаю, как это объяснить, — тихо начал Лириан, не отводя взгляда. — Но с тобой... как будто всё становится проще.
Он нервно провёл рукой по волосам, пытаясь собраться.
— Даже когда мне страшно или тяжело, ты... ты делаешь так, что я хочу пытаться дальше.
Смущение не покидало его, но в голосе слышалась искренность и надежда.
— Спасибо, что не уходишь.. Это для меня многое значит..
Пары наконец-то закончились, и коридор начал постепенно опустевать. Алексей слегка отстранился, но не спешил уходить.
Он медленно поднялся со стула, погладил Лириана по голове и мягко улыбнулся:
— Пора возвращаться, — сказал он тихо. — Дальше — учёба, а потом... посмотрим, как всё будет дальше.
Лириан ещё на мгновение остался сидеть, наблюдая, как Алексей собирается уходить, и в груди закралось лёгкое чувство благодарности и надежды.
— До встречи, — тихо сказал он, не поднимая глаз.
Следующий день:
Утро в колледже началось так же, как и обычно. Лириан шёл по коридору, пытаясь не привлекать к себе внимания. Но тут из-за угла показались Матвей, Макар и Демьян — троица, которая с первых дней не давала ему покоя.
— О, смотри, кто ползёт, — издевался Матвей, подталкивая Лириана.
— Слушай, омега, тебе бы лучше к нам в подвал, мы тебя там быстрее учить будем, — хмыкал Макар.
— Да не злись, Лири, — добавил Демьян. — Мы же просто развлекаемся.
Лириан стиснул зубы, чувствуя, как внутри всё сжимается от боли и страха. Он хотел позвать Алексея, но вдруг вспомнил его слова: «Не зови меня, а просто беги ко мне».
В этот момент Алексей был в соседнем кабинете, занят делами и не слышал крики и издевательства.
Лириан глубоко вздохнул, собравшись с силами, и сделал шаг вперёд, пытаясь не показать, как ему больно.
Слова и толчки ребят ранили Лириана сильнее, чем он мог показать. Внутри всё сжималось, и вот уже на глазах выступили слёзы. Он пытался сдержаться, но боль была слишком сильной.
Не выдержав, Лириан резко развернулся и побежал в сторону кабинета, где знал что там — сейчас Алексей.
— Эй, подожди! — услышал он позади себя крики Матвея, Макар и Демьяна. Они поспешили догнать его, но Лириан бежал изо всех сил, не желая, чтобы кто-то видел его слёзы.
Когда он добежал до двери кабинета, Алексей заметил его сразу. Без лишних слов Лириан бросился в объятия Алексея, рыдая тихо, как мог. Он одной рукой закрыл двери на замок.
— Никто сюда не войдёт, — сказал он тихо, возвращаясь к Лириану.
Он пригласил его сесть на колени рядом, мягко похлопав по своему бедру.
— Сядь ко мне, — ласково произнёс Алексей. — Просто здесь, рядом. Ты можешь быть собой, без страха.
Лириан робко опустился к нему на колени, чувствуя тепло и безопасность. Алексей снова обнял его и начал медленно гладить по спине, словно обещая, что больше не даст ему упасть.
Алексей крепко обнял Лириана, запирая дверь за собой.
— Вот умничка, что побежал ко мне, — сказал он тихо, с лёгкой улыбкой, — сука, эти идиоты совсем охуели, думать, что смогут сломать тебя.
Пока он говорил, его руки нежно скользили по бедрам Лириана, успокаивая и даря тепло.
— Я им ещё покажу, кто тут главный, — прошипел Алексей, сжимая ладони крепче. — Пусть знают, что с тобой не играться.
Лириан почувствовал, как напряжение постепенно уходит, и впервые за долгое время позволил себе расслабиться в объятиях Алексея.
— Сядь ко мне на колени, — мягко предложил Алексей. — Здесь ты в безопасности.
Лириан послушно устроился, чувствуя, как ласковые прикосновения Алексея лечат не только тело, но и душу.
— Всё будет хорошо, — тихо повторил Алексей, не отпуская его. — Я всегда рядом.
Алексей посмотрел на Лириана — его глаза были покрасневшими от слёз, ресницы мокрые, щёки блестели от дорожек слезинок. Алекс мягко провёл пальцами по лицу омеги, стирая капли слёз.
— Эй, — прошептал он, чуть наклоняя голову, — не плачь, малышь… Ты же у меня сильный, да?
Его голос был удивительно ласковым, почти нежным, будто совсем не тем, каким привыкли слышать его другие.
Алексей бережно поднёс ладонь к щеке Лириана, провёл большим пальцем по скуле, а потом вдруг аккуратно прижался губами к его щеке. Один, едва ощутимый поцелуй. Потом ещё — в висок.
— Вот так, — шептал он, продолжая вытирать остатки слёз. — Они тебе никто. А ты мой.
На последнем слове Алекс наклонился ближе и нежно чмокнул Лириана в шею. Коротко, чуть дольше, чем просто "утешительный" жест. Но не навязчиво — будто проверяя, как тот отреагирует.
— Успокоился чуть?.. — прошептал он, продолжая медленно гладить ладонями его бедра, успокаивающе, мягко.
Лириан чувствовал, как внутри всё горит. Сердце бешено колотилось, дыхание сбилось. Каждый поцелуй Алексея обжигал кожу, словно в эти прикосновения было вложено слишком много — слишком лично, слишком близко.
Он прикусил губу, уткнувшись лбом в плечо Алексея, стараясь хоть как-то скрыть покрасневшее лицо.
— Н-не надо так… — прошептал он едва слышно, — я… я же не привык к такому…
Голос дрожал. В груди было странное щемящее чувство — будто смесь стыда, смущения и чего-то очень тёплого. Непривычного.
Он попытался отстраниться, но Алексей держал крепко, но мягко, не позволяя уйти.
— Я… у меня всё внутри путается, — пробормотал Лириан, — ты то… грубый… то вот так… — он сглотнул и покраснел ещё сильнее, — а я не знаю, что чувствую, Алекс. Пиздец какой-то…
Он тихо всхлипнул, не от боли — от переизбытка эмоций, которые наконец прорвались.
— Просто… побудь так… чуть-чуть…
И он снова уткнулся в его шею, стараясь не расплакаться снова. Но внутри уже что-то начинало меняться.
Алексей замер на секунду, услышав сбивчивые фразы Лириана. Почувствовал, как тот дрожит, как его щёки жгут от смущения, и как голос ломается от эмоций.
Он опустил подбородок на макушку Лириана и прошептал:
— Пиздец. Какой же ты милый, когда путаешься.
Одна из его ладоней медленно поднялась вверх, зарылась в волосы омеги, чуть поглаживая затылок. А другая осталась на бедре, грея через ткань, не переходя границы.
— Прости, — выдохнул он, и в голосе не было привычной уверенности, — я просто… сам не понимаю, что со мной. То хочу оттолкнуть, то вот так вот держать тебя… как сейчас. Сильно, как будто, если отпущу — пропадёшь.
Он замолчал, прижимая Лириана к себе плотнее.
— Я не хочу тебе вреда, правда. Но и по-другому не умею. Ты как будто выбил меня из всего, что я знал.
Пальцы на затылке Лириана чуть сильнее сжались, но потом снова стали мягко поглаживать. Алексей уткнулся носом в его волосы.
— Тебе страшно?.. Но ты же пришёл ко мне. Побежал. Значит, где-то глубоко — доверяешь.
Он выдохнул в его шею:
— С ума, сука, схожу от этого.
Лириан замер. Каждое слово Алексея отдавалось эхом внутри, будто в самое сердце. Он чувствовал, как ладонь парня скользит по волосам, как пальцы лежат на бедре… и это всё — слишком. Слишком близко. Слишком нежно. Слишком не по правилам, к которым он привык.
Пиздец…
Он хотел что-то ответить — но язык будто в узел. Щёки горели, как будто он только что пробежал марафон под солнцем. А в животе всё закрутилось в нелепый ком, будто стая бабочек пиздится за внимание.
— Я… — выдохнул он, судорожно сглотнув, — я не понимаю, нахуй… Что вообще происходит…
Он уткнулся лбом в грудь Алексея, закрыв глаза, надеясь, что если не смотреть, то стыд сожжёт его чуть помедленнее.
— Почему ты так со мной?.. — прошептал он, дрожащим голосом. — То гонишь, то держишь… Ты… ты, блядь, сводишь меня с ума.
Он почувствовал, как внутри всё перекручивается — от страха, от желания, от нежности, которой не заслуживал, как ему казалось.
— И зачем ты такой тёплый сейчас?.. Мне же страшно… а ты…
Он замер, не закончив. Слишком страшно сказать, что на секунду почувствовал себя нужным. Не игрушкой, не мишенью — а человеком. И в этом было что-то настолько нежное и пиздецово щемящее, что он едва сдерживал себя, чтобы не разреветься по-настоящему.
Алексей молчал. Просто держал его. Слушал.
Грудь Лириана ходила ходуном от сбивчивого дыхания, щёки пылали, как после жары. Его голос дрожал — и в этом было что-то такое… трогательное, что даже у него внутри всё перекручивалось.
Он чуть хмыкнул, уголки губ приподнялись — не насмешливо, а мягко. С теплотой, с каким-то лёгким ахуением от происходящего.
— Бля, Лири, — выдохнул он, гладя пальцами по бедру, — ты сейчас выглядишь так, будто я тебя не на коленях держу, а на сцену вытащил в нижнем белье. Расслабься ты, господи)
Он чуть отстранился, посмотрел в его лицо и хмыкнул:
— Щёки красные, как будто я тебя тут, сука, лапаю перед всей группой.
Потом снова прижал ближе.
— А я ведь даже ещё не начал, — тихо добавил, чуть наклоняясь, чтобы уткнуться носом в его шею.
И, чувствуя, как Лириан почти дернулся от этих слов, притянул лири за талию вплотную к себе.
Лириан даже не сразу понял, что происходит. Просто вдруг почувствовал, как внутри всё резко сжалось… а потом потеплело, соскользнув в предательски ясное осознание.
"Блядь. Встал."
Он застыл. Щёки, и без того красные, вспыхнули ещё сильнее — теперь он ощущал, будто его лицо просто горит адским пламенем стыда. Он чуть не задохнулся, когда понял, насколько близко к Алексею он сейчас. Насколько… тесно.
Он попытался чуть сдвинуться, но…
Алексей держал его крепко. И, сука, видимо почувствовал.
— Оу, — выдохнул Алекс, и в голосе звучала та самая хищная полуулыбка. — Вот теперь ты точно не убежишь.
— Ахм..З-заткнись… — выдавил Лириан, спрятав лицо в его плечо. — П-просто… молчи. Не смей ничего говорить, пожааалуйста… пиздец как неловко…
Алексей тихо засмеялся, тёпло и чуть насмешливо — не издевательски, а скорее… довольный. Как кот, который разбудил мышонка и теперь любуется реакцией.
— Эй, ну, это же даже мило… — шепнул он, проводя ладонью по спине Лириана. — Значит, всё-таки слушаешься меня даже так…
— Сукаааа… — простонал Лириан, зарывшись в его шею, — я больше никогда к тебе не подойду… никогда…
— Врёшь. — хмыкнул Алекс.