Глава I
Лондон. 1976 год. 9 Октября.
Вот он, долгожданный переезд. По мнению моей мамы ,конечно же. Не сказать, что я всегда была безумно привязана к старому дому , но я прожила в нем всю свою сознательную жизнь и мне не особо хотелось покидать его. Думаю, все дело в привычке. Ох уж это чувство привязанности. Оно всегда мешало мне жить. Я очень скептична, но быстро привыкаю к чему-то или кому-то. Надо бы поменять свой характер...
-Белла, спускайся! Такси будет уже в течении 10 минут. Я не хочу , чтобы нас ждали. Бэлла! Спускайся же!
-Да иду я, иду. Дай мне пару минут.
Я хочу в последний раз прочувствовать атмосферу моей комнаты. Это всегда было мое любимое место. Здесь было все мое: старые собрания книг известных авторов, различные портреты, а также я коллекционировала открытки из разных стран, которые были присланы мне вместе с брошками на протяжении всей моей жизни.
-Изабелла, если ты сейчас же не спустишься, то поднимусь я !
Ох, это не лучший исход событий , надо торопиться...
-Ну наконец-то! Я жду тебя уже 10 минут. Такси уже у дома , пора выходить.
-Хорошо, идём...
Как уже можно было догадаться, моя мама, Элеонора, очень пунктуальная женщина. Даже когда время не так важно , она боится, что мы опоздаем.
Вот мы вышли за порог нашего уже старого дома и я почувствовала, что воздух стал другим. Видимо я так ощущаю смену обстановки и начинаю чувствовать себя по-новому...
Пока водитель помогал нам укладывать чемоданы в багажник, я успела продрогнуть от осеннего прохладного ветерка.
Забыла упомянуть , что всегда отличалась тем, что подмечала мелочей больше , чем остальные. Вот и сегодня я заметила небольшой вихрь опавшей листвы . Он так нежно и беззаботно кружился у бордюра, что ввело меня в некий транс и я закрыла глаза , прислушиваясь к этому успокаивающему шороху. Но... мой покой был прерван резким зовом мамы , которая просила меня сесть в машину .
Салон машины был довольно-таки просторным и уютным , поэтому поездка была бы только в удовольствие.
Покинув серые улицы Лондона, мы уже ехали за городом. Здесь жизнь , казалось бы, протекала по-другому. Вот уже и выходило солнце из-за туч и все вокруг казалось не таким мрачным и унылым, хотя я любила пасмурную погоду и дождь. Была в этом какая-то эстетика.
Я по жизни была очень замкнутым и молчаливым человеком. Меня редко интересовали новые знакомства. После смерти отца, я и вовсе не хотела иметь с кем-либо дело. Даже моя родная мать никогда не была мне другом. Я и не пыталась с ней подружиться.
Всё мое детство отец был единственным человеком , который понимал мои вкусы и убеждения и поддерживал меня во всем. Мама лишь пыталась казаться заботливой и делала вид , что ей что-то интересно.
Возможно я не права и слишком скептично настроена, но в моих словах есть доля правды и оснований так считать...
Вид из окна машины был очень привлекателен: голые деревья, сухая трава , пасмурное небо и пробивающиеся лучи осеннего солнца.
Я любила всегда представлять увядающую природу в ее первоначальном виде. Когда кроны деревьев полны зелёной листвы , а трава свежая и благоухающая.
Часы в дороге тянулись дольше обычного , но я не скучала и читала свою любимую книгу.
Мама уже успела завязать разговор с водителем на какую-то тему, он же ее охотно поддержал . Я пропускала их диалог мимо ушей , так как была погружена в собственные раздумья.
Спросив, сколько осталось до особняка Уайльдгроув, я решила немного вздремнуть.
Я быстро проснулась , услышав звук щебенки под колёсами машины. С одной стороны, он вызывал некое подобие облегчения в моей душе, но с другой, навеивал какую-то тревогу перед тем, что ждёт меня на новом месте.
Мы уже доехали до нашего нового дома, который был похож больше на старинный дворец эпохи возрождения в готическом стиле, что , как оказалось потом, так и есть.
Особняк был внушительных размеров и даже имел собственную часовню.
Я была более заинтересована в изучении территории , поэтому поспешила осматривать все вокруг.
Как я уже выяснила потом, мы владеем приличным количеством гектаров земли, что в основном включает в себя чащу, именно поэтому наш особняк носит название «Дикий лес». Такую территорию, действительно трудно изучить и уж тем более сделать ее немного цивилизованней.
Первое что я ощутила , выйдя из машины , так это то, что мои легкие наполнились совершенно чистым воздухом, разум сразу просветлел. Я будто познала вселенскую тайну...
За счёт огромного количества деревьев это место уже покорило мое сердце. Я всегда любила лазать по ним и сразу нашла для себя самое большое , где открывается великолепный вид на дом и видны все наши владения.
Весьма интересно , почему особняк построен именно тут. Крутые склоны, нависающие над зданием, находящимся на дне долины, означают, что в течение большей части года солнце здесь не показывается.
Город довольно далеко и добираться сюда не так уж и просто, но пейзажи здесь настолько завораживающие , что стоят того...
Осмотрев новые владения , я направилась к дому.
Зайдя в новую обитель , я удивилась , как здесь много света. В доме было большое количество витражных окон и редкие лучи солнца , которые попадали на разноцветные стекла , проникали в комнаты , преображаясь в некую радугу.
Я решила изучить каждый этаж и начала с гостиной.
Комната была очень просторной и светлой.
В левом углу , у окна, стоял рояль, чему я была очень рада. Музыка пробуждала во мне более глубокие чувства, чем я могла когда-либо ощутить в обычное время. Я бы даже сказала....заставляла чувствовать себя живой. За всей суматохой и обыденностью дней я просто забывала, что значит «жить».
Но едва ли коснувшись ре второй октавы , у меня все сжалось внутри, звук был таким чистым и проникновенным , что я не смогла устоять и села играть «К Элизе». Это произведение я больше всех прочувствовала до кончиков пальцев. Я понимала , что думал Бетховен , когда писал его . Сколько мечтательности и души вложено в эти ноты, но за всей лёгкостью кроется тоска.... Видимо, я находила себя в этом шедевре, либо проецировала свою жизнь, романтизируя тяготящее бытие.
Благодаря своей впечатлительности , я более чутко воспринимала звуки и погружалась в некую пропасть наслаждения.
Я провела полчаса за роялем и не заметила , как мама стояла и слушала мою игру. Увидев ее , я встала и продолжила исследование помещения. Мне не нравилось, когда кто-то наблюдает за мной во время творчества. Для меня это всегда являлось чем-то очень интимным, все проходило на некоем тонком уровне, поэтому посторонние взоры лишь мешали созданию нужной атмосферы.
Посреди комнаты стоял диван и пара кресел мятного цвета, а также столик из белого дерева. Мне нравилось , что интерьер был в светлых тонах, создающих впечатление воздушности.
На кухню я даже не стала заходить. К кулинарному искусству меня тянуло меньше всего.
Я, нежно касаясь перил, поднималась вверх по лестнице. Здесь было 5 комнат и 4 ванные. Я заглянула в каждую, но взор остановился на одной , той, что выбрало мое сердце. В ней было много света , но в то же время не было совсем. Мебель и стены имели небесно голубой оттенок, что уже навеивало спокойствие и умиротворение. Главным превосходством этой комнаты над другими - был вид из окна. Лес был , как на ладони, и уже виднелся закат.
Небо окрасилось в лавандовые и пурпурные тона, преображая все в моей комнате по-новому.
Я довольно быстро разложила вещи и решила снова взобраться на мое уже полюбившееся дерево. С собой я прихватила коллекционные открытки и взялась снова их рассматривать.
Время протекало спокойно и неспешно, но уже успело стемнеть. Мама вышла на улицу , чтобы позвать меня к столу.
Сегодня Розалия , наша повар, приготовила изумительную лазанью. Мама достала бутылку испанского шампанского и наполнила наши бокалы.
После смерти отца она часто пила сухое красное вино или же игристое шампанское.
Я в какой-то степени жалела её, ведь она любила его также сильно , как и он её . Эта потеря далась нам нелегко.