Глава 5 - На краю
Весь следующий день прошёл в напряжённом молчании Лена не могла выбросить из головы вчерашний танец. Движения его пальцев на её спине, взгляд, прожигающий насквозь, и то, как сердце предательски вздрагивало каждый раз, когда она слышала его имя.
Данил: Ты снова думаешь о нём, — проговорил Данила, входя в комнату.
Лена: Не говори, как будто читаешь мысли.
Данил: Не надо читать всё видно по тебе по тому, как ты ходишь, молчишь, затихла, как перед бурей.
Лена посмотрела на брата.
Лена: Мне нужно знать, кто он. По-настоящему, что он скрывает.
Данил: Он убийца Лена, враг что ещё тебе надо?
Лена: Я хочу знать, почему он не убил меня. Когда мог и почему… я не хочу, чтобы он умирал.
Данила подошёл ближе, осторожно взял её за плечи.
Данил: Если ты позволишь себе чувствовать к нему хоть что-то, отец не простит он не пощадит, ни его, ни тебя.
Лена: Я знаю.
Позже, когда за окном стемнело, Лена поднялась на крышу особняка. Сигарета дрожала в пальцах холодный ветер трепал волосы внизу город мерцал огнями, как сеть лжи, в которую она оказалась вплетена.
Том: Красивая картина, — раздался голос.
Она не вздрогнула, и повернулась и увидила Тома. Том стоял, прислонившись к дверному проёму, с руками в карманах.
Лена: Как ты сюда попал?
Том: У каждого мафиозного клана есть дыра в охране твоя слишком уверена в себе.
Лена: Ты рискуешь.
Том: Как и ты, стоя на краю.
Он подошёл ближе, встал рядом.
Лена:Я не понимаю тебя, Том ты был на той встрече, как палач но потом — танец а теперь ты здесь.
Том: Потому что я сам себя не понимаю, Лена всё должно быть просто, у нас кланы. Мы — враги.
Лена: Но всё не просто.
Том: Нет.
Он посмотрел на неё, и в этом взгляде было что-то смертельно честное.
Лена: Я не могу перестать думать о тебе это мешает, это разрушает всё, на чём я стою.
Том: Тогда перестань.
Лена: Поздно.
Она убрала волосы с лица и заглянула ему в глаза.
Лена: Мы ходим по лезвию и если оступимся кровь прольётся не только из-за политики зз-за нас.
Том: Я знаю.
Но именно это делает всё таким живым и прежде чем она успела что-то сказать, он исчез в темноте. Как тень, как призрак желания, которое нельзя называть вслух.