План
Она смотрела, как будто ожидая, что я вот-вот расскажу всю правду.
— Ну! — сказала еще раз Диана.
И Дима, почувствовал я, с минуты на минуту сорвется, и выпалит всю правду, но этого не произошло, и тогда уже начал я.
— Виною вы, девочки, но точнее наша забота о вас.
Они смутились, и обе косо осмотрели нас.
— В смысле? — сказала она и её фиолетовые волосы пошатнулись.
— Никакого смысла тут и нет! — выступил Дима, — мы поругались стараясь защитить вашу честь, все верно я говорю Максим?
— Да-да, — закивал я.
— Какая честь, кого защитить, вы о чем вообще? — судорожно проговорила Катя устремив в меня еще более испепеляющий взгляд.
— Все просто, — продолжил я, останавливая Диму рукой, чтобы он лишнего не сболтнул, —
После этих слов он засмущался, и видно было, что его щеки вместе с глазами опускаются вниз.
— Я же в свою очередь был не согласен с его обвинениями так как знал, что моя честь чиста. Захотел поговорить с Дианой и все выяснить, но все обернулось не так как я планировал.
В моменте теперь Диана отвела взгляд в сторону, наверное, вспоминая то, что она позволяла себе в домике.
— И вот то, что происходило после, я уже не могу описать, мною играла досада, и это мягко сказано, скорее это был гнев пытающийся завладеть мною еще с самого утра, и я сделал то, что сделал. Это была даже не попытка отомстить Диме за то, что он сделал по моим же соображением. Это что-то другое, я думал, что этим докажу тебе Катя, что я ни в чем не виноват, и это все он, но сделал только хуже потеряв окончательно друга, и тебя... — совсем раздосадовавшись в конце произнес.
— Макс, ну не преувеличивай, — он постарался обнять меня тем самым дав окончательный ответ о нашем примирении.
Они обе. Были. В шоке. Но оба эти удивления были разные. Катя была рада моей искренности, и её глазки то и дело начинали играть, как при первой нашей встречи. Диана же наоборот обескураженная таким ответом, молча стояла и моргала глазами не понимая радоваться ей или плакать.
Диму уже хотел было присоединиться к ним обеим, и также удивлено поглядывать на меня, но чтобы этого не произошло. Я быстро сообразил взял под руку Катю, и вышел, сказав, что я вспомнил, что Таисия Ивановна говорила сходить к ней после обеда.
Естественно это была ложь. Но какая!
Оказавшись на улице, Катя стояла позади меня её руку я уже оставил, повернувшись к ней, я вновь увидел её сверкающие глаза. Она моргала сильнее обычного, а меня в момент передернуло, и как гром среди ясного неба я осознал, что я только что сделал.
— Ты, наверное, хочешь объяснений?
— А разве они нужны? — она моргнула в очередной раз и улыбнулась.
Я чувствовал, как адреналин сменяется дрожью.
— Просто я...
— Хотел защитить мою честь или меня?
— Вас обеих, — на уверенном начал, — но вышло паршиво, — и тут же сдулся, меня колебало из секунды в секунду.
И она это видела, уголки её губ заиграли, и с каждым мгновеньем её улыбка становилась все шире и шире.
— Чего смеешься, я так глуп и нелеп, да?
— Ну почему же, ты уверено вывел меня из подвала, и хватило же смелости так импульсивно схватить, пробормотать еле слышно что-то про Таисию и вылететь из комнаты, но руку мою ты держал уверено.
Я задумался, сложно было соображать, когда твое тело то холодеет, то разгорается, как пламя.
— Когда я полез на Диму, я думал, что я потерял тебя по-настоящему, — последнее слово многое значило для меня, — и драка с ним это была апогеем потери тебя.
Она вздохнула, и будто желала что-то сказать.
— Постой, я продолжу, —
— Терять тебя — крах.
— Драка — избавление.
— Физическое не равно душевное, понял я.
— И стало еще больше больно от осознания невозможности вернуть тебя. Глаза твои сказали это, когда в бури эмоций неподвластных мне узрел я осуждающий взор твой совсем нелюбящий, как тогда, или это было вчера. Когда сидели мы с тобой на теплом берегу, как это было недавно, но целая пропасть между нами встала. Я резкий узник своих же действий, ох, эти последствия, но если бы хоть одна надежда на воссоединение. Я бы взлетел, как феникс возрожденный своему солнцу поклонившись. Каждый раз сгорая, чтобы от его тепла другие жили лучше. А меня не надо, она дала мне жизнь, и я её растратил.
Я прочитал это, и как я по памяти еще смог ни разу не запнувшись, губы задрожали, и я оказался слишком близко, но я же не сделал ни шагу.
— Ты же не читал никому, почему мне...? — её дыхание было обжигающим.
Почему ей?
Резкое чувство. Один миг. Она и я. Одно дыхание и тепло на губах. Её губы — мои губы. Пламя будто взяло контроль над нами, как же сильно чувствую, как её тепло переходит в меня. Я загораюсь, а она взлетает. Она воздух, а я её пламя. Без неё я затухну, без неё не будет красоты моего свечения. По воле её силы я пылаю, но резко я осознаю. Что если вместе мы огонь, а она мой воздух, то я лишь проблема для неё. Без меня она жизнь дает, а со мной она угрозы создает, тепло, которое греть должно — больно обжигает.
Оттолкнув её от себя, сделав после шаг назад, посмотрел в её чарующие глаза, увидев в их смятенье мне стало страшно за себя, что без неё я вмиг охладевал холодным пламенем покрывшись.
— Макс, что с тобой?
— Мы не должны этого делать...
— Что? Почему? Боишься, что Таисия Ивановна нас прокараулит и все Марии Алексеевне расскажет?
— Вот именно! Мария Алексеевна!
Она непонимающе окидывала меня все теме же прекрасными глазами, ох, как они хороши...
— А причем здесь вообще она? Расслабься! Их обеих здесь, нет! Понимаешь?
— Нет дело вообще в другом, как же ты не понимаешь!
Засуетившись, и на эмоциях сделал еще один шаг назад.
— Да, что я не понимаю! Нормально ты можешь объяснить! — повысив тон, она сделала шаг в мою сторону.
И я вновь обратил внимания на её нежно развивающиеся волосы.
В ней было бы хоть что-то, из-за чего во мне не было бы столько страсти и любви? Но это был риторический вопрос не требующий ответа, а если бы он был, то уж точно отрицательный.
— Не подходи ко мне, не стоит! Иначе все повторится!
— Повторится поцелуй? Ты так боишься? Тебе не понравилось?
Что? Она расстроилась? Нет, я вновь причинил ей боль...
— Вот видишь! Ты расстроена! Я вновь доставляю тебе лишь одни проблемы с комками нервов! Я лишь одно большое недрозумение! Подрался с Димой по глупости своей! Из-за чего тебе пришлось лишиться всего, что ты годами строила, понимаешь я виноват?! Я ворвался в твою жизнь, как гром средь белого неба!
Она сделала легкий шаг в мою сторону.
— И я отравляю не только твою жизнь! Я и Диме все испортил! Из-за чего их с Дианой отношения немного пошатнулись!
Еще шаг, и она совсем близко. Почему я не в состоянии сделать шаг...
— Вообще-то, — начала она, — их с Дианой отношения, и без тебя особенными не назовешь, она встречалась с другими, а он втайне любил её. А что насчет меня? — она закинула руки мне на плечи, — то кто сказал, что я жалею? Когда бы я еще драила полы надышавшись пылью с влюбившимся в меня дураком— закончила она, и поцеловала меня в губы пылая страстью.
Астрал наслаждения прерывался выкриком.
— Вообще-то уже не в тайне!
— И да-дамы видели, как вы лобызаетесь! — вымолвил женский голос.