28. Примите мои соболезнования.
Страх, боль, пустота - это то, что меня может описать последние дни. Идёт следствие, вызывают на допросы по несколько раз. Бабушка в тяжёлом состоянии в больнице, а вот у мамы сегодня похороны.
Смотреть на её мёртвое тело... Ничего ведь больнее нет на свете. Смотреть, как её закапывают в землю. А мне приходится на это смотреть, унимая слёзы.
— Мама у вас была таким прекрасным человеком. Примите мои соболезнования, - склонив голову к нам подходят люди, пока мы стоим над могилкой с цветами и ждём пока разойдутся люди.
Я ничего уже никому не отвечаю. Абсолютно. Даже простое « спасибо » не говорю, потому что я устала. У меня нет сил даже открыть рот, не то что выдавить из себя хоть одно слово.
— Пора уходить, Анют... - приобнимает за плечи брат, уводя подальше, но я не иду.
— Иди потихоньку, я догоню тебя, - из последних сил сказала ему несколько слов и он меня дальше мучить не стал. Сжал плечо в поддерживающем жесте и ушёл прочь.
Подхожу насколько только могу ближе и пялюсь на фотографию, где мама с улыбкой стоит на свой день рождения. Такая счастливая и радостная. А сейчас она лежит под землёй.
— Мамуль... Как же так произошло, что ты оставила нас двоих тут? Забрала из адского места, дала всё, но за это ушла сама, - слеза капает с моих глаз на землю, — Спасибо тебе за все годы проведенные вместе. Спасибо, что дарила хоть какую-нибудь радость, добро, позитив. Спасибо, что воспитала нас такими людьми. Ты сделала многое для нас. Очень многое. Нам уже не хватает тебя. Помнишь, как ты сказала, что пока у тебя не будет правнуков, ты не уйдёшь на тот свет? Ты так уверенно твердила эти слова, я и поверила. А оказалось не правда это всё. Извини, если мы тебя чем-то обидели, задели. Не держи на нас зла, как и мы на тебя не держим, - улыбаюсь и начинаю вытирать слёзы, но они идут всё больше.
Кладу розы на могилку и встаю с корточек. Ещё минуту смотрю на фотографию и ухожу прочь с потоком слёз. Сейчас меня прорвало на слёзы так, как никогда не было. Я бы кричала и билась в истериках, если бы не Эрин. Он не даст мне этого сделать.
Приодолеваю кладбище так долго, что сама в шоке. Ноги не идут от слова совсем. Изнеможение какое-то. Хочется лечь, закрыть глаза и никогда их не открывать. К сожалению сделать я так не смогу, потому что понимаю, что жить нужно. У меня есть определенные мечты и чтобы не случилось, я не должна поддаваться эмоциям.
— Аня! - восклицает Эрин, видя моё лицо. — Успокойся, пожалуйста, - приобнимает за плечи и уводит дальше.
— Всё нормально, - не поднимая глаз с земли отвечаю ему заплаканным голоском, всхлипнув.
****
— Здравствуйте, я к Нагорной Валентине Семёновне, - подхожу к стойке регистрации, а после подходит и Эрин.
— Добрый день. Это 156 кабинет. Поднимаетесь на третий этаж и налево по коридору. Там увидите. Долго, пожалуйста, не задерживайтесь, - она приятно улыбнулась и указала куда идти.
— Благодарю, - улыбаюсь ей в ответ и ухожу туда, куда она указала, а за мной плетётся сзади Эрин.
Бродить долго нам не пришлось. Практически сразу нашли палату. С уверенностью открываю дверь и вижу бабушку. Настолько роднее лица я ещё не видела.
Она сидит на кровати, смотря в окошко. Наверняка ей уже рассказали про её дочь, нашу маму.
При открывании двери она обернулась. На лице на мгновение читалось недоумение, а потом радость. Самая настоящая радость.
— Бабушка! - бегу к ней, поправляя этот халат, который с меня слетает.
— Аннушка! - она обнимает меня настолько препко, насколько только может.
— Как ты себя чувствуешь, ба? - спрашивает Эрин, стоя на очереди на обнимашки.
— Уже намного лучше. Мне сказали, что скоро выписывают, - уступаю место брату на обнимашки и отхожу подальше.
— А когда именно, не знаешь? - раскладываю яблочки, которые она так любит и груши.
— Нет, - машет головой в отрицательном жесте. - Дорогие мои, ну зачем так много!? - спрашивает бабушка, посмотрев на фрукты.
— Кушай! Тебе сил нужно набираться, - со строгостью в голосе отвечаю ей, после чего мы все посмеялись.
****
Опаздываю в колледж. Последний день нужно придти, только чтобы нам что-то рассказали, проимформировали. Я просто проспала, ничего необычного. До колледжа иду сама, хотя даже чуть ли не бегу.
В последнии минуты вваливаюсь в учреждение и бегу на второй этаж. Резкий разворот, меня кто-то поймал за руку.
— Отпустите! - смотрю сначала на руку противника, а потом и в лицо, после чего удивляюсь. Настолько хочется его обнять...
— Ну здравствуй, Анна, - Майкл улыбается очень широкой улыбкой. — Кажется вот нас судьба ещё раз и свела. Ты подумала? - отпускает мою руку, но перед этим отводит к стене.
— Подумала. А сейчас я правда очень спешу. Я опоздала, - опускаю глаза в пол с виновностью и топчусь на месте.
— Не опоздала. Вам должны были написать, что у вас пару перенесли на вторую, - он смеётся с моего выражения лица и я достаю телефон, читая группу.
И правда перенесли...
— А ты откуда знаешь? - удивляюсь, убрав телефон.
— Потому что я на ней присутствую. После рейса говорю с вами и тому подобное, - смотрит в глаза. Его глаза безумно красивого цвета, цвета океана.
Топчусь на месте, чувствуя тревогу. Тревогу того, что я выгляжу сейчас не так, как должна. Потому что после смерти мамы слёзы текут всю ночь, а на утро я опухшая как обычно. Тревогу того, что я не могу сказать ему о чувствах. Боюсь его потерять, если не скажу.
— Ань, может попробуем что-нибудь начать? - в его словах нет ни доли фальша, ни доли сомнения. Он смотрит прямо в глаза, ни на секунду не отводя взгляд.
— Майкл... Ладно, я согласна, - со смущением отвечаю, после чего меня заключают в крепкие объятия. Такие, о которых я мечтала.
Только эти объятия кажутся поддерживающими. Такие, которые могут защитить от всех тревог, проблем, переживаний. Они длятся долго, но всему приходит конец.
— Номер то свой дашь? - спрашивает с насмешкой Майкл, взяв телефон, и я начинаю диктовать...