Глава 1:Трещина
Как всегда, я брожу по своему любимому дождливому городу — Риге.
Не знаю, зачем каждый год сюда возвращаюсь. Наверное, ради того чувства, что здесь я никому не нужен. И никогда не буду.
Эти лица — вечно недовольные жизнью. Но если подойти и сунуть каждому по десять тысяч евро — всё изменится. Из полуживых зомби они моментально превращаются в миленьких щенков, готовых махать хвостиком за ещё один кусочек лакомства.
Гребаные бумажки решают всё: как пройдёт их день, встанут ли они утром, захотят ли вообще что-то делать.
Каждый прохожий готов продать свою мать. Вопрос только в цене.
Только человек, обладающий деньгами и влиянием, по-настоящему понимает: деньги не сулят счастья. Скорее — ужас и разочарование во всех, кого ты видишь каждый день. Я — один из таких людей.
Меня уже много лет ничего не восхищает и не удивляет. Я не живу в удовольствие — все возможные удовольствия, придуманные человеком, я давно испробовал.
Сейчас меня держит на плаву только одно — ненависть. К алчным тварям, заполонившим эту землю, как паразиты. Им всегда мало. Они не знают границ своих желаний. Им бы только набить карман потолще — остальное их не ебёт.
Это стало моим хобби — ломать чужие иллюзии. Находить “светлых”, “настоящих” — и проверять их. Как хрупкие бокалы — один за другим.
Однажды — я трону не того. Однажды — всё развалится. Я это знаю. Но не сегодня.
Шёл по Риге, увидел небольшое кафе и решил зайти — выпить чашку кофе. Я люблю кофе за его горечь. Горечь, которая похожа на вкус моей жизни.
Кафе оказалось полупустым. Я выбрал место у окна и сел, ожидая официантку.
— Labdien, — сказала она.
— Добрый день. Простите, я плохо говорю по-латышски.
— Тогда можем перейти на русский, — вежливо ответила она.
— С удовольствием. Мне, пожалуйста, чашку чёрного кофе. Без сахара.
— Конечно, сейчас принесу, — ответила она, нежно улыбнувшись.
Эта женщина меня заинтересовала. Будто она действительно жила своей работой — не притворялась, не играла роль. Просто делала своё дело и при этом улыбалась.
Может, дело в её обручальном кольце. Возможно, мужчина, с которым она рядом, делает её по-настоящему счастливой.
Во мне проснулся азарт.
Смогу ли я купить всё её счастье — или нет?
— Извините, — окликнул я её, пока она не успела уйти.
— Да?
— Как вас зовут, молодая леди?
— Алекса, — ответила она немного робко.
— Очень приятно, Алекса. Меня зовут Матвей. Понимаю, что вопрос прозвучит немного дерзко… но как вы смотрите на то, чтобы встретиться после вашей смены?
— Извините, Матвей, — мягко улыбнулась она. — Не думаю, что мой жених будет в восторге от того, что я провожу время после работы с незнакомым мужчиной.
— Я вас прекрасно понимаю. И поверьте, у меня не было никаких дурных намерений. Просто хотел побольше узнать про этот город. Я здесь совсем один. Ни друзей, ни знакомых.
Сделал паузу. Она слушала, немного настороженно.
— Как вы смотрите на то, чтобы воспринять это как подработку? Вы покажете мне старый город, побудете моим экскурсоводом часик-другой… а я заплачу вам десять тысяч евро.
Она прищурилась, изучая меня.
— Простите, но сомневаюсь, что у вас действительно есть такие деньги.
Разумная реакция. Доверять первому встречному — глупо. Особенно в таком городе, как этот.
Я достал кошелёк.
— Вот половина. Вторую получите после экскурсии. — Я аккуратно положил пять купюр на стол. — Итак… во сколько заканчивается ваша смена?
— В 22:00, — шокированно ответила Алекса.
— Буду ждать вас у входа в 22:00.
Принёсши мне кофе, Алекса даже не посмотрела в мою сторону. Я спокойно расплатился за него и ушёл.
К назначенному времени я пришёл ко входу, но Алексы не было. Решил подождать немного. В голове вертелись разные мысли. Самая приятная из них — что она просто решила забрать деньги и не приходить. Мне было не жалко.
Я испытывал странный экстаз от её отсутствия.
Когда я уже собирался уходить, услышал голос:
— Извините за опоздание, было много работы, — сказала она.
— Ничего страшного, я вас понимаю. Ну что, начнём нашу экскурсию?
— Да, конечно. Пойдёмте.
Во время прогулки я всё больше убеждался: она — удивительно открытый и в то же время робкий человек. Словно мы знакомы уже тысячу лет.
Алекса рассказала про своего жениха — как он души в ней не чает, как они планируют свадьбу, но не знают, где достать деньги
Алекса была высокой, почти с меня ростом, что для девушки редкость. Я выше среднего. Рыжие волосы и голубые глаза притягивали взгляд. Эти глаза словно затягивали меня вглубь. Но её походка... в ней была какая-то вульгарность, открытость, от которой хотелось держаться подальше.
Я не обращал внимания на то, что она мне показывала. Всё, что занимало мои мысли — можно ли её купить. Несмотря на то что она была интересным собеседником, что случается крайне редко, я всё равно хотел понять: есть ли у неё цена?.
— Алекса, простите... — я перебил её мягко, почти виновато. — Моё предложение может показаться странным. Вульгарным. Но вы... вы мне действительно понравились. Вы — настоящая.
— Что?
— Я хочу оплатить вам свадьбу. Полностью. Без ограничений.
Она замерла.
— Вы… серьёзно? — спросила с неуверенной улыбкой.
— Да. Но взамен… мне нужно, чтобы вы пришли ко мне в номер. Только раз.
Пауза. Потом — пощёчина. И быстрые шаги прочь.
— Вы думаете, я... шлюха?
— Я думаю, вы умная женщина, — спокойно ответил я, идя за ней. — Умная и отчаянная. Я сделаю всё чисто. Будто вы выиграли в лотерею. Я исчезну. Ни один человек не узнает. Ваш жених получит работу мечты. Вы — медовый месяц, счёт в банке и идеальную свадьбу.
Она остановилась.
— Я не знаю… это неправильно. Это нечестно по отношению к нему.
Вот она, трещина.
— А какие гарантии, что он узнает? — спросил я.
Она не ответила. Только посмотрела. Глаза. Слабые. Сомневающиеся.
И тогда я понял.
— Шлюха.
…
Дальше — всё было быстро. Громко внутри, тихо снаружи. Её дыхание — сбивчивое. Пальцы — холодные. Мир — искажённый.
Я душил её, потому что она позволила себе задуматься. Не отказалась. Не убежала. Подумала.
Это было достаточно.
…
Я оставил её тело на асфальте. Оно уже ничего не значило.
Камеры? Я их видел. Один звонок — и их не станет. Как и самой Алексы.
В этом городе всё продаётся. Даже память.
И всё бы закончилось…
Но когда я уходил, мне показалось — она смотрит мне в спину.
Словно не до конца умерла.
И я впервые за долгое время почувствовал…
неуверенность.