Серия 9: Лес последнего дыхания
«Я не умею писать ужасы, но то, что я пережила сегодня ночью, было безумно страшно. Это была целая история, из которой я не могла вырваться. Я была кем-то другим, не собой, и голоса больше не слышала. Не знаю даже, в каком времени я оказалась. Мне запомнилось только длинное платье с кринолином. Потому что оно мешало бежать. Бежать от тех чудовищ, которые преследовали меня в лесу.
Те дети... Я не спасла их. Моих братьев. А потом чудовища набросились на меня, и прежде, чем я сделала последний вдох, голос произнёс, что это моя первая ошибка».
Из дневника Амели Страйтберг
С каким наслаждением Джейн упала на свою мягкую кровать! Интересно, а если она сейчас заснёт, это будет считаться за вторую ночь смерти? Всё же лучше не рисковать.
Девушка блаженно закрыла глаза. Наконец-то она дома. Сначала эта сумасшедшая вечеринка, потом страшная ночь, не очень доброе утро у Сальваторе... Как всё-таки приятно быть дома, в одиночестве, в тишине. Пусть этот покой и ненадолго – до следующей ночи, но у неё есть несколько часов, чтобы просто выпить чашечку кофе, послушать любимую музыку, почитать. В конце концов, ей осталась всего неделя. Можно позволить себе пожить в своё удовольствие.
Джейн не могла с уверенностью сказать, почему решила скрыть от всех то, что она – следующая жертва. Не хотела волновать друзей, не хотела быть обузой, не хотела... добавлять проблем Деймону, который и так много сделал для неё.
Надо признать, голубоглазый брюнет не шёл у неё из головы. Она не знала, почему. Может, потому что она единственная, кто видел его несчастным, потерянным, искренним. А может, потому что о нём постоянно говорил демон из её сна. Говорил, что она боится его. Но ведь это не так? Хотя... Что ни говори, а Сальваторе действительно убил ту Джессику, а потом хладнокровно вонзил кол прямо в сердце Джо. Он очередной эгоист, который заботится только о тех, кто ему нужен, кто ему нравится. А если ты обычный человек с улицы – он легко может тебя убить, даже имени не запомнив. И это действительно пугало.
И почему он такой? Ведь они со Стефаном братья. И Стефан – солнечный, добродушный, заботливый... Любая девушка позавидовала бы Елене – иметь такого идеального парня. А Деймон... в его душе есть какая-то темная сторона, которая и влечёт, и отталкивает одновременно. И, пожалуй, именно эта невозможность разобраться в нём заставляла девушку бояться.
Чёрт! Джейн вскочила с кровати, внезапно вспомнив что-то важное. Мэтт! Ведь они все о нём почти забыли. Он сейчас в тюрьме, и ему так нужна поддержка друзей! Помня своё одиночество в больнице, Джейн, не раздумывая, отправилась к Доновану.
Поймав такси, она быстро добралась до полицейского участка.
- Шериф, я могу поговорить с Мэттом? – спросила она миссис Форбс.
- Джейн, - улыбнулась женщина. – Он ведь опасный преступник, и...
- Я всё знаю, шериф. Про демона, – произнесла Джейн тихо. – Мэтт невиновен. И ему сейчас как никогда нужна наша помощь.
Удивлённая, миссис Форбс ничего не ответила, лишь молча выписала Джейн пропуск.
Через пару минут девушка уже сидела в комнате для свиданий. Скоро привели Мэтта. Он выглядел ужасно разбитым и отчаявшимся. Чёрные круги пролегли под глазами светловолосого парня, а в глазах не было ничего, кроме опустошающей боли.
- Мэтт, - девушка поднялась, порывисто обнимая друга.
- Спасибо, что пришла, - улыбнулся он, обнимая её в ответ. – Все, кроме тебя, про меня уже забыли.
- Они не забыли, - покачала головой Джейн. – мы пытаемся что-то придумать, просто пока не получается. А я бы пришла раньше, но меня только недавно выпустили из той камеры пыток, которую все почему-то называют больницей, так что...
- Как твоя нога? – спросил парень, смущённо улыбаясь.
- Скоро буду танцевать чечётку, - пошутила Джейн. Она чувствовала такую жалость к Мэтту... И в то же время он казался ей таким близким, похожим на неё саму...
Они присели за стол и замолчали.
- Как там ребята? – спросил Мэтт, прерывая тишину.
- Ну, мы не скучаем, - произнесла Джейн. – Вчера на вечеринке убили вампира... Деймон убил.
- Он герой, - присвистнул Мэтт. – Без него не обходится ни одно происшествие в Мистик-Фоллс.
- Да уж, - признала девушка. – Но нам тебя не хватает. Правда.
Джейн говорила то, что всегда хотела слышать сама от друзей. Ей нравилось вызвать улыбку на лице Мэтта.
Оба понимали, что их время ограничено, но обоим казалось, что они не успели сказать друг другу что-то самое важное...
- Спасибо, что пришла, - парень несмело положил свою руку поверх её. На этот раз Джейн её не отдёрнула.
- Если хочешь, я каждый день буду приходить, - пообещала она. Правда дней этих будет совсем немного... всего семь... Но этого она и ему не сказала.
- У нашей компании всегда много проблем, уж я то знаю теперь... Так что просто заходи, когда хочешь.
- Неуютная у тебя квартирка, нето я бы осталась, - пошутила Джейн.
Парень рассмеялся в ответ.
- Подыщу другую, - подмигнул он, когда она выходила.
- Ты ему вернула хорошее настроение, - произнесла шериф Форбс, наблюдавшая за их встречей. – Это самое большее, что ты могла для него сделать.
- Это не трудно, - пожала плечами Джейн.
- Мэтт хороший парень. Я постараюсь сделать всё возможное, чтоб его спасти.
- Да, но как... - грустно протянула Джейн.
- Через пару дней придут результаты от судмедэксперта, и всё станет ясно. У меня появилась одна идея, - нерешительно произнесла шериф. Джейн с надеждой взглянула на неё. – В Ричмонде есть известный адвокат. Говорят, что он просто гений. Если бы мы смогли уговорить его помочь Мэтту...
- Я готова попытаться, и вы, шериф, тоже должны...
- Я не могу покинуть город в такое время, - покачала головой миссис Форбс.
- Но меня он вряд ли послушает... - произнесла Джейн разочарованно.
- Что ж, хотя бы попробуй. Это всё, что у нас есть. – шериф протянула ей визитку адвоката.
Джейн решительно кивнула и вышла из полицейского участка.
Вернувшись домой, девушка, чтобы скоротать время, решила навести порядок дома. Вытерла пыль, разобрала сумку, в которую вчера Елена и Кэролайн наспех побросали её вещи перед ночёвкой у Сальваторе.
Наткнувшись на одежду, в которой спала, Джейн невольно поёжилась, почувствовав холод в области сердца. Джинсы были будто каменными из-за того, что промокли. И Джейн была уверена, будь они чуть светлей, на них даже можно было бы рассмотреть подтёки крови.
Судорожно вздохнув, девушка решила отправить рубашку и джинсы в стиральную машину. Но неожиданно под её рукой что-то зашуршало. Удивлённая, она достала из кармана джинсов мятый клочок бумаги. На нём чёрной ручкой, неровным торопливым почерком было написано:
«Я буду у твоего дома сегодня в восемь. Нужно поговорить.
Деймон»
Озадаченная, Джейн покрутила записку в руках. Что это могло значить? Зачем Сальваторе быть у неё сегодня? Неужели он догадался о чём-то... Только не это... И одежду, получается, он украл только потому, что хотел незаметно подложить ей записку, тайком от Стефана... Ведь у вампиров безупречный слух. А она напустилась на него с оскорблениями... Вспомнив своё поведение, девушка покраснела.
Половина восьмого. Ну зачем, зачем ему приезжать именно сейчас? Когда она уже начинает дрожать от осознания того, что ждёт её будущей ночью... Когда мысли путаются, а руки холодеют от одной мысли о том, что придётся пережить...
Да, она явно не будет проявлять чудес остроумия, постоянно думая о том, каким образом во сне ей придётся умереть на этот раз. Тяжело вздохнув, девушка опустилась на диван.
Ей нужна была чья-то поддержка, очень нужна. Но что-то останавливало её и заставляло молчать. Друзья будут лишь чувствовать себя виноватыми, если узнают. Как она чувствует себя виноватой в смерти Вайлет. Ведь никто не знает средства, которое могло бы помочь справиться с этими снами. И вряд ли кто-то захочет помочь ей сейчас, когда у них и без неё хватает проблем. Если с друзьями слишком много забот, они становятся тяжёлой обузой, считала Джейн, и потому решила молчать. Лучше самой пережить это, справиться с болью и страхом, и, если спастись не удастся, умереть через несколько дней. Значит ей так суждено. А спорить с судьбой – самое глупое, что только могут делать люди на Земле.
Звонок в дверь вывел девушку из её мрачных размышлений. Запахнув тёплый бежевый кардиган, который она надела, надеясь спастись от беспокойства и холодного ужаса, Джейн открыла дверь.
- Пригласишь меня войти? – произнёс Деймон, улыбаясь. Он расслабленно прислонился плечом к косяку её двери, уверенный в положительном ответе. Но Джейн вспомнила, что вампирам и вправду нужно особое приглашение. А если он что-то узнал о её снах или захочет помешать...
Помолчав несколько секунд, будто на что-то решаясь, девушка произнесла:
- Нет, Деймон... Поговорим лучше в машине.
И вышла за порог сама, давая понять, что её решение бесповоротно.
- Неужели и ты мне не доверяешь? – вампир мрачно покосился на дверь.
- Дело вовсе не в этом, - покачала головой Джейн. – Идём, сегодня будет холодная ночь.
Поёжившись, она подошла к машине вампира и села на переднее сиденье. Он в секунду оказался рядом и повернулся к ней.
- Ты хотел поговорить? – произнесла девушка, пряча руки в широких полах кардигана.
- С тобой всё в порядке? – Деймон недоверчиво покосился на неё, бледную, и, казалось, чем-то очень напуганную.
- Всё хорошо, - кивнула Джейн, бросив взгляд в темноту приближающейся ночи.
- То, что ты видела в последние дни... Наверняка, это тебя сбивает с толку... Не можешь свыкнуться с мыслью, что все страшилки – правда? – снисходительно улыбнулся вампир.
Джейн усмехнулась.
- Если бы только это...
- А есть что-то ещё? – напрягся он.
Джейн повернулась и посмотрела в голубые глаза Деймона, которые, казалось, излучали заботу и готовность помочь. Несколько секунд она решалась: рассказать или не рассказать? Но потом лишь грустно опустила глаза.
- Нет, ничего, - произнесла она холодно.
- Эти смерти... Особенно Вайлет, наверняка тебе нелегко, я понимаю... - Деймон пытался докопаться до того, что творилось в мыслях девушки, вызвать её на откровенность.
- Ты ведь приехал не для того, чтобы говорить обо мне? – резко прервала его Джейн.
Вампир улыбнулся.
- Иногда мне кажется, что ты видишь меня насквозь, - произнёс он, глядя в темноту.
Джейн удивлённо перевела на него взгляд.
- Я пришёл сказать тебе кое-что, - начал Деймон.
- Я слушаю, - Джейн склонила голову.
- Я... у меня есть один интересный план, - вампир хитро улыбнулся.
- И в чём же он заключается? – Джейн с любопытством посмотрела на него.
- Ко мне приходила Кетрин. Та вампирша, которую мы со Стефаном...
- Знаю, он рассказывал мне, - кивнула Джейн.
Деймон усмехнулся. Братец и тут его опередил.
- И Кетрин... она предложила мне перейти на её сторону, потому что когда-то я... любил её больше жизни.
Джейн осторожно взглянула на вампира, и ей показалось, что он стал ещё бледней, чем обычно.
- И ты хочешь предать... всех нас? – произнесла она нерешительно.
- Я хочу обмануть Кетрин. А это почти самоубийство. – в глазах Деймона заблестели огоньки азарта.
- Так ты хочешь вести двойную игру... Быть с Кетрин и выяснить, кто...
- Кто убивает девушек в Мистик-Фоллс, - кивнул вампир. – Чтобы защитить Елену.
Джейн улыбнулась. Знал бы он, кого сейчас на самом деле нужно защищать.
- Чему ты улыбаешься?
- Не бери в голову, - отмахнулась Джейн.
- Я думал, ты понимаешь, что это серьёзно. – жёстко произнёс вампир. – Одна за другой девушки умирают, и то, что Вайлет больше нет, может значить только одно: убийца выбрал новую жертву.
- Елена в безопасности? – спросила Джейн, чтобы увести разговор от опасной темы.
- Она сказала, что не видела никаких странных снов. Значит, у нас ещё достаточно времени. Я смогу втереться в доверие Кетрин и всё узнать, пока очередь не дошла до Елены.
- Ты прав, но... почему ты говоришь всё это мне? – девушка и правда не могла понять мотивов вампира.
- Джейн... - Деймон обратил на неё свой мягкий, завораживающий взгляд. – Если что-то пойдёт не так, я ведь могу умереть. И мне нужно, чтобы кто-нибудь знал, где я и что со мной.
- И этот кто-то... - Джейн почти физически почувствовала, как на её хрупкие плечи, и так уже нагруженные столькими заботами и страхами, опускается новая ноша – ответственность за жизнь Сальваторе.
- Ты, - вампир улыбнулся. – Не обижайся, но... Если Кетрин во мне усомнится, ты будешь вызывать меньше всего подозрений, потому что мы...
- Едва знакомы, - Джейн уже привыкла, что они заканчивают друг за друга фразы.
- Не хочу тебя обидеть...
- Всё в порядке, Деймон. А ты не боишься, что демоны могут нас услышать и Кет всё поймёт?
- Нет, - вампир достал из бардачка два медальона. Они были серебристыми, в форме пентаграмм в кругу – ловушка для демона. – Это сделала Бонни для всех нас, чтобы демоны больше ни в кого не вселялись.
Вампир едва заметно улыбнулся и осторожно коснулся шеи Джейн. Она встрепенулась, вспоминая прошедшую ночь и тот страшный, смертоносный укус лже Деймона.
- Тебе не нужно меня бояться, - мягко произнёс он, перекинув тёмные локоны девушки на плечо.
Он слишком красив... И слишком нежно его пальцы касаются её шеи, пытаясь застегнуть медальон. Эти бессвязно-преступные мысли крутились в голове Джейн, как она ни старалась им сопротивляться.
Когда медальон был застёгнут, Джейн повернулась к вампиру лицом, а он не спешил отстраняться. Несколько секунд они могли чувствовать дыхание друг друга, а Деймон даже различать каждое колебание воздуха от движения бархатных ресниц Джейн.
Он вдруг вспомнил, как целовал её тогда, в машине, по дороге в Ричмонд. И ему было странно понимать, что теперь он уже не может так просто коснуться её губ. Она больше не принадлежит ему и даже не знает о том, что когда-то принадлежала.
Джейн тоже чувствовала что-то неопределённое в области сердца, словно дежавю. Как будто какие-то воспоминания пытались вырваться из самых дальних уголков памяти, но безуспешно. Тряхнув головой, Джейн отодвинулась на безопасное расстояние.
- Почему ты решил принести себя в жертву? – спросила она, избегая встречаться с вампиром взглядом.
- Потому что никто мне не верит. Даже ты. И Елена, и Стефан... Ты ведь наверняка думаешь, какой он хороший парень, как заботится о Елене... Но одного ты уж точно не знаешь – это он сделал меня таким.
- Каким? – спросила Джейн.
- Когда Кетрин обратила нас, я не хотел жить. Без неё мне это было не нужно. Не знаю, говорил ли Стефан, как всё было, но... Позволь рассказать тебе мой вариант истории.
Деймон расценил молчание Джейн как согласие.
- Мы были братьями – Стефан и Деймон Сальваторе. Красавцы, храбрецы... Мы могли заполучить любую девушку Мистик-Фоллс, если бы только пожелали. Но однажды появилась она. Кетрин. Обворожительная, таинственная, манящая... Никто не мог устоять перед её красотой. Мы оба влюбились, а она не могла сделать выбор. Она была то с одним, то с другим... Обещала обратить нас, но ни одному не давала преимущество. Это мучение продолжалось, пока наш отец не узнал о том, что вампиры в городе. Он начал охоту за Кетрин. Её не так-то просто было обхитрить, но он пошёл на подлость. Напоил Стефана чаем из вербены. Он знал, что они встретятся той ночью. Так и случилось. Пока Кетрин развлекалась с моим братом, отец ждал за дверью. Когда вампирша укусила Стефана, вербена отравила её, отняла все силы. Тогда отец схватил её и повёз в церковь, чтобы там сжечь вместе с другими пойманными вампирами.
Мы с братом пытались её спасти, но нас убили. Обоих. А Кетрин... я думал, она сгорела в церкви.
Мы оба стали вампирами, и мне... было так... плохо...
Глаза Деймона потемнели при воспоминании об этом.
- Я не мог свыкнуться с мыслью, что стал чудовищем. Но Стефан.... Он хотел жить. И бороться. Чтобы завершить превращение, нужно было выпить человеческой крови. И он привёл ко мне девушку. И укусил её на моих глазах, когда я умирал от жажды. Я... - голос вампира сорвался, и Джейн невольно сжала его руку, - Я не мог сопротивляться. Когда-то Стефан был монстром куда более страшным, чем я. Он убивал, пил кровь, постоянно... Он убил нашего отца.
Джейн удивлённо слушала Деймона. Узнавать всё это было так невероятно, и то, что Деймон говорил, никак не вязалось с образом идеального Стефана...
- Потом он остепенился, перешёл на беличью диету, а я так и не смог остановиться. Много лет я следовал за ним и отравлял ему жизнь. – Деймон грустно усмехнулся. – Я узнал, что Кетрин закрыта в склепе, а не мертва, и хотел во что бы то ни стало вызволить её. Потому я и приехал в этот город, где была... где жила Елена. Она была с моим братом, а я был одержим идеей возвращения Кетрин. Но когда мы открыли гробницу, оказалось, что её там нет. Я снова думал, что не смогу жить. На самом деле Кетрин всё это время была на свободе, но она не хотела найти меня. Потому что ей всегда нужен был Стефан. Что ж... Теперь ты понимаешь, зачем я жертвую собой?
- Ты не должен...
- Я не могу измениться, я не могу заслужить доверия... Единственное, что я могу сделать – это ценой собственной жизни попытаться защитить Елену. Если бы только знать, сколько времени у нас ещё есть...
- Стоп, - Джейн посмотрела на вампира, озарённая внезапной догадкой. – Кажется, в этом я смогу тебе помочь. У меня есть одна идея. Верней... гипотеза, но мне нужно подтверждение. Поехали.
- Куда? – вампир выглядел слегка растерянно. После исповеди он ожидал слов утешения, которые ненавидел, но которые были столь предсказуемы в этой ситуации. Но ведь Джейн крайне редко поступала предсказуемо.
- В участок. Сможешь достать для меня дело Мии Торнтон?
- Зачем оно тебе?
- Потом поймёшь, - отмахнулась девушка.
- Знаешь... - сжимая руль, Деймон вглядывался в темноту. – Ты, наверное, первая, кому я рассказываю всё это без желания потом стереть память или просто убить.
- Ну... у тебя ещё есть шанс сделать всё это, - усмехнулась Джейн, - Машина, темнота, пустая дорога. Идеальные обстоятельства для убийства.
- Я не причиню тебе зла. Обещаю. У меня на то есть свои причины. – туманно ответил вампир.
- Какие же? Деймон, серьёзно... - девушка тряхнула распущенными волосами. – Вы всё время пытаетесь защитить только тех, кто в вашей команде. А остальные так, пушечное мясо. По-моему, это несправедливо. Ты защитил меня, но убил Джессику. Ты убил Джо, хотя он всего лишь хотел отомстить за возлюбленную. Представь, если б кто-то убил Елену...
- Я бы разорвал его на куски, - без колебаний ответил вампир.
- Вот именно. Деймон, когда защищаешь, надо защищать всех. И тех, кто в твоей команде, и тех, кто не в ней.- неожиданно для себя самой Джейн озвучила свои утренние мысли, - Если хочешь быть добрым – расширь границы своей добродетели и не делай глупых попыток самопожертвования.
- Ты предлагаешь всем горожанам повесить на шеи амулеты от демонов? Детка, мы в группе риска. Нам защита нужней.
- Нам? А кто вообще я такая? Чем заслужила твою благосклонность, Сальваторе? Чем я лучше Джессики, из которой ты выпил всю кровь до капли! И почему я должна верить тебе? – девушка пыталась загнать вампира в угол, и у неё это отлично получалось.
- Мне жаль, что я убиваю. Это... мой инстинкт. Я не могу с этим бороться, как Стефан. Не могу.
- Тогда позволь мне помочь тебе, - Джейн снова коснулась руки вампира.
- Как же ты поможешь мне? Прочитаешь курс лекций по психотерапии?
- Просто не отталкивай меня, не надевай эту маску циничного идиота. Хотя бы со мной. Пожалуйста, Деймон...
Вампир не ответил. Машина остановилась у здания полиции, и Деймон тут же выскользнул наружу.
Не успела Джейн выйти из машины, как он уже протянул ей дело Мии Торнтон.
- Впечатляет, - удивлёно произнесла девушка.
- Ага, я супермен, - улыбнулся Деймон небрежно.
Подойдя вместе с папкой к фонарю, Джейн попыталась рассмотреть фотографии с места убийства, но в этой полутьме у неё ничего не получалось. Ещё и фото были мрачными и размытыми.
- Твои суперспособности распространяются на зрение? – спросила она вампира, с иронией наблюдавшего за ней.
Он лениво подошёл и склонился над фотографией.
- Не видишь никаких знаков? Буквы или...
- Вижу. Вон там – буква А. – указал Деймон.
- Ты уверен?
- На все сто.
- Поехали!
- И куда теперь?
- На место смерти Вайлет Страйтберг. Мне нужно ещё одно доказательство.
- Ты сумасшедшая, - Деймон покачал головой, но всё-таки сел за руль, перед этим снова положив дело на стол шерифа.
Джейн тоже вернулась на место, охваченная каким-то непонятным азартом.
- Может, поделишься своими догадками? – спросил он девушку через пару минут пути, но она, к его удивлению, уже начинала засыпать, прислонившись головой к стеклу. – Эй, ты в порядке?
- Я... - Джейн встрепенулась, внезапно побледнев. – Езжай быстрей.
- Пора спать? – вампир с улыбкой показал Джейн на часы на дисплее в машине. Около десяти.
- Я просто устала в последнее время. – ответила Джейн, стараясь унять дрожь.
Значит, у неё не получится бороться со сном. Это как гипноз. В назначенный духом час она будет засыпать, где бы ни была, как бы ни сопротивлялась. Ледяные от ужаса руки не могло согреть даже горячее дыхание.
- С тобой явно что-то не так, - вампир коснулся руки девушки. – Руки холодные, как лёд. Чего ты боишься? Уж не меня ли?
- Я... наверное, у меня температура, - произнесла Джейн первое, что пришло в голову.
- Тогда мне лучше отвезти тебя домой.
- Нет, - испуганно произнесла девушка. – Сначала я должна кое-что выяснить.
Как она ни старалась оставаться бодрой, глаза сами закрывались, встревоженный голос Деймона казался колыбельной, а темнота только делала окружающую обстановку более подходящей для сна. Но нельзя, нельзя сейчас засыпать...
Пошатываясь, девушка вышла из машины. Уже совсем стемнело, и она едва не упала, ступив с дороги на обочину. Деймон вовремя её поддержал.
- В машине есть фонарик, - произнёс он, и через секунду уже появился рядом с вышеуказанным предметом в руке.
Джейн взяла фонарик и направила свет туда, где трава всё ещё была примята, и кое-где валялись обрывки жёлтой ленты полицейских, оцеплявших территорию.
- Где-то это должно быть... - прошептала она, с трудом фокусирую взгляд.
Где-то она должна найти подтверждение своей теории. Она искала её повсюду, эту букву... Но нигде, ни на деревьях, ни на земле, не было ничего похожего на...
- Буква J? Ты не это искала? – Деймон указывал куда-то на ствол дерева. Джейн подняла фонарь.
Там на уровне роста последней жертвы кровью была выцарапана огромная буква J. Так и есть.
- Я права, - растерянно произнесла Джейн. – Та буква V на месте гибели Амели.... Это значит не вампир. Это имя следующей жертвы. A – Амели, V – Вайлет, J...
- Значит, имя той, что должна умереть...
- Начинается на J. – кивнула Джейн.
- Погоди, - вампир озадаченно посмотрел на неё. – Ведь это не ты?
- Нет-нет, - рассмеялась Джейн. – Я бы обязательно тебе рассказала.
Вампир продолжал молча сверлить её взглядом.
- Отвези меня домой. – попросила она, стараясь поскорей уйти от опасной темы.
Недоверчиво хмыкнув, Деймон сел за руль.
- Ты ведь не...
- Нет, я не лгу, Деймон! Мало ли в Мистик-Фоллс Джейн, Джуди, Джулий, Дженнифер...
- Да уж, круг наших поисков расширяется...
- Решил спасать не только своих? – улыбнулась Джейн.
- Следую вашим указаниям, капитан, - Деймон шутливо приставил руку к голове.
Оба улыбнулись и немного помолчали.
- Я буду приходить к тебе. – произнёс Деймон, когда машина уже остановилась у дома Джейн, а она больше не имела сил бороться со сном. – Если всё пойдёт хорошо, ты будешь единственной, кто знает, где я. Для остальных я пропаду. Уеду, не сказав ни слова.
- Потому что я – единственная, у кого тебя не будут искать, - кивнула Джейн, улыбаясь.
- Не только поэтому. Теперь. – тихо сказал Сальваторе. – Послушай, если... если меня убьют...
- Я не должна буду никому говорить об этом, так? Чтобы они думали, что ты просто уехал. Чтобы Елена не чувствовала себя виноватой. Деймон, это слишком сложная задача для меня... - в глазах девушки заблестели слёзы.
- Да ладно, брось... Кому будет жаль циничного задиру?
Джейн улыбнулась, выходя из машины. Деймон в секунду оказался перед ней, ожидая ответа на свой вопрос.
- Напрасно ты так говоришь. – произнесла она, упершись рукой в его грудь, чувствуя холод то ли его сердца, то ли чёрной кожаной куртки. – Деймон Сальваторе, если Кетрин всадит кол тебе в сердце... мне будет очень жаль.
Деймон улыбнулся и накрыл её руку своей.
Джейн едва доплелась до кровати, и, лишь коснувшись головой мягкой подушки, провалилась в сон. Странно, но ей показалось, что она действительно спит. Неужели медальон против демонов действует? Но всё оказалось совсем не так.
...Девушка открыла глаза и увидела, что находится в залитой солнцем комнате. Деревянные стены источали запах смолы, и Джейн предположила, что находится в деревенском доме. Взглянув на себя, она не смогла сдержать улыбки. Оказывается, она была одета в просторную белую рубашку до пят, которые сейчас наверняка хранятся лишь в музеях.
- Габриель, ты проснулась? – услышала Джейн заботливый женский голос за дверью, не сразу понимая, что это обращаются к ней. – Габриель?
Какая к чёрту Габриель?
Дверь уютно заскрипела, и в комнату вошла полная женщина в длинном засаленном платье и фартуке.
- Ты почему не отзываешься, проказница? – произнесла она, и, улыбаясь, потрепала Джейн по волосам. Девушка невольно улыбнулась. – До чего ты у меня красивая, дочурка!
Эта женщина излучала такое тепло и спокойствие, что паника в сердце Джейн уступила место покою. От крестьянки пахло молоком и свежевыпеченным хлебом, а из окна в дом проникали запахи сена и летних цветов. Неужели в этой райской идиллии может случиться что-то ужасное?
Главное разобраться, что происходит и где она находится. Стараясь вспомнить записи Амели Страйтберг, Джейн восстановила в памяти несколько строк о лесе, братьях и ужасных чудовищах. Словно в подтверждение её мыслям с улицы раздался пронзительный крик.
- Мой муж... Ганс, что с тобой? Помогите мне!
- Это, кажется, Грета, – произнесла женщина с нотками тревоги в голосе. – Не отходи от меня ни на шаг, слышишь, милая?
Она взяла Джейн за руку и вышла вместе с ней на улицу. Летнее утро дышало свежестью и прохладой. Только сверлящее душу беспокойство не давало возможности насладиться хорошей погодой.
Дом, где проснулась Джейн, был почти крайним в маленькой деревне. Через несколько десятков шагов начинался лес. Какой-то слишком пугающе-мрачный. И теперь Джейн поняла, что её так поразило в этом райском местечке. За всё утро она не услышала пения птиц. Ни одного голоска, ни одной трели. Зловещая тишина окружала дома и деревья, и даже солнце уже не спасало от всё нарастающей тревоги.
- Марта, ради всего святого, позовите кого-нибудь! Помогите же! – произнесла высокая женщина в холщовой накидке, метавшаяся у леса рядом с лежащим на земле человеком. Нельзя было с уверенностью сказать, жив он был или мёртв.
- Грета, из-за чего ты подняла такой шум?
- Мой муж ушёл вчера в лес за хворостом. Я ждала его всю ночь, не смыкая глаз, но он не вернулся. А этим утром, когда я вышла за водой, сердце привело меня сюда, и я увидела, что он лежит здесь и я не могу понять, дышит он или уже отдал Богу душу! – плакала Грета, склонившись над мужем.
- Позову Луизу, - произнесла Марта, называвшая себя матерью Джейн-Габриель. – Что твой муж забыл в этом лесу? Все жители деревни знают, что там снова стало опасно! – всплеснула она руками.
- Снова? – насторожилась Джейн.
- Но у нас закончились дрова, а мне нужно было готовить похлёбку для детей! – запричитала Грета.
Когда Марта ушла, Джейн нерешительно приблизилась к мужчине, ступая босыми ногами по мягкой траве.
- Ох, до чего я несчастна... - плакала женщина. – Дома четверо детей, что, если они останутся без мужа... Ганс! Ганс! – кричала она, вертясь около мужчины.
Джейн осторожно склонилась над ним, пытаясь проверить пульс. Но прежде, чем коснуться руки, девушка замерла, рассматривая черты лица незнакомца. Это был крепкий крестьянин средних лет, с небольшой тёмной бородой, в холщёвой рубашке, какие носили в старой Европе. Неужели демон может переносить своих жертв так далеко в прошлое? Но как? И зачем?
Подавив страх, Джейн коснулась запястья Ганса. Его рука было холодной, как лёд, несмотря на это жаркое утро. Слегка нажав на вену, Джейн уловила пульс, но такой быстрый, будто... будто это был не человек вовсе, а...
Не веря самой себе, она увидела, как под его опущенными веками в бешенстве забегали глазные яблоки. Джейн попыталась себя убедить, что это игра воображения, и ничего больше. Невольно девушка перевела взгляд на руку мужчины, будто что-то внутри заставило её это сделать. Но то, что с ней происходило, было ещё ужасней, чем глаза. Ногти больше не были плоскими, превращаясь в дугообразные когти животного, а между пальцев начала пробиваться чёрная шерсть. Прямо на глазах у Джейн.
Джейн тяжело задышала, оглядываясь на женщину. Но та, похоже, ничего не замечала. Бледная, с растрёпанными полуседыми волосами, она костлявыми пальцами размазывала слёзы по лицу.
Зажмурившись, девушка вновь открыла глаза. Перед ней снова лежал обыкновенный мужчина. Неподвижный, и на руках не было ничего необычного. И пульс...теперь казалось, что его не было вовсе.
- Думаю, он мёртв, - произнесла Джейн охрипшим голосом, со стыдом признавая, что рада этому.
- Ах, Габриель, не говори мне этого, умоляю! – женщина сложила руки в молитве.
Но в этот момент тень, всё это время сдвигавшаяся к лесу, будто поглощаемая его тёмными чарами, обнажила лежащий возле деревьев труп.
Джейн не знала, что случилось раньше: мертвец открыл глаза или схватил её за руку с звериным рыком.
- Боже! – вскрикнула она, пытаясь высвободиться. Но Ганс крепко держал девушку, с остервенением сжимая холодные пальцы на её запястье.
- Ганс, ты жив! – воскликнула Грета, но тут же в ужасе отпрянула, увидев в глазах мужа янтарно-жёлтый огонь.
Огненные зрачки мужчины то расширялись, то сужались с чудовищной скоростью.
- Мы не пощадим никого в этой деревне, - прохрипел Ганс. – Все в Сонгми умрут.
Джейн в ужасе смотрела на него, пытаясь выбраться на солнечную сторону, там, где он не был так силён. Она уже догадалась, что его пугает солнце.
- Ганс, что с тобой? – зарыдала Грета, отступая, оставляя Джейн один на один с монстром. – Кого ты встретил в лесу?
- Приходи ко мне ночью, Грета, - хрипел мужчина, а на его руках действительно начала пробиваться шерсть. – Приходи, и приведи детей, слышишь?
Женщина, плача, отрицательно качала головой.
- Это единственный способ спасти деревню, - почти неразличимо хрипел человек, превращающийся в животное.
Когда его рука окончательно стала лапой, он лишь скользнул по рукаву рубашки Джейн, оставляя порезы на тонкой ткани. Видимо, он не хотел причинить ей боль.
- Грета, приходи... - глухо прорычал Ганс, и его отчаянная улыбка превратилась в звериный оскал.
Он хотел шагнуть к жене, но тень не выпускала его из своих владений, невидимой силой отбрасывая назад.
Джейн, спотыкаясь и поскальзываясь на траве, отбежала в сторону, наконец, оказавшись на солнце.
В то же мгновение подбежала Марта, ведя за собой старую, седую в лохмотьях женщину. Наверняка, это была Луиза. Колдунья или знахарка.
- Сам дьявол забрал твоего мужа, Грета, - произнесла она звонким пугающим голосом, полуслепыми глазами глядя на мужчину-зверя. – Забудь о нём, как о мёртвом!
- Грета... - падая на четвереньки, отдалённо похожий на волка человек отступал в тень, полными боли глазами глядя на жену.
- Скорее, в дом, все в дом! – обняв Джейн, Луиза, повела женщин к дверям. – Закройте ставни! – скомандовала она.
- Он не может выйти из тени, - произнесла Джейн, понемногу оправившись от испуга. Но эти непонятные, отчаянные слова Ганса всё ещё звучали в её голове.
- Он едва не убил тебя, Габриель! – рыдала Грета.
- Он не хотел причинить мне боль, - покачала головой Джейн.
- Не выходите из дома с наступлением темноты и забудьте дорогу в лес, - мрачно произнесла Луиза. – В деревню вернулись тёмные времена.
- Габриель, что случилось? Тётя Грета кричала, мы слышали! – в светлую просторную комнату вбежали два русоволосых мальчика, лет десяти, как две капли воды похожие друг на друга. Они улыбнулись Джейн и оба ухватились за подол её платья.
- Успокой братьев, милая, - попросила Марта. – Том, Питер, сестра накормит вас завтраком!
Джейн задумчиво кивнула. У неё даже не было времени разобраться во всём, что случилось. Где она и почему все называют её Габриель? Где дух, и почему он ничего не объясняет? Девушку мучило множество вопросов, на которые она не могла найти ответ.
Интуитивно отыскав кухню, она налила братьям по кружке молока и достала из высокой печи свежий хлеб.
Поймав своё отражение в ведре с ключевой водой, Джейн заметила, что выглядит так же, как всегда. То есть это она... но не она. Как такое возможно?
- Что случилось с Гретой? – спросил Том, ставя опустошённую кружку на стол. Над губами у мальчика образовались смешные молочные усы.
Джейн невольно улыбнулась. Как всё же хорошо здесь было... Тишина и покой, если только не считать страшных событий, произошедших утром. Марта, заботливая и хозяйственная мать. Мать, которой Джейн всегда не хватало. Жизнерадостные братья, похожие на два маленьких солнышка... Пожалуй, будь у неё выбор, она бы осталась здесь. Но это раньше, а не теперь. Теперь у неё есть Мэтт, который рассчитывает на её поддержку, есть Деймон, который решился на ужасный шаг, о котором знает только она одна. Нет, теперь ей нужно было возвращаться. Но как? Пойти в лес, чтобы умереть? Но ещё рано... Она почему-то была в этом уверена.
Джейн вспомнила, что в дневнике Амели Страйтберг говорится что-то о детях, братьях, которых она не смогла спасти. Может быть, это они и есть? Джейн бросило в дрожь от этой мысли. Совсем не хотелось подвергать опасности этих милых малышей.
- Габриель, ты сегодня такая скучная! – надулся Питер. – Не отвечаешь на вопросы Тома и уж наверняка не захочешь играть со мной!
- Почему? Очень даже захочу, - произнесла Джейн, понемногу привыкая к имени Габриель. Решив выбросить из головы все мрачные мысли, она, смеясь, побежала вслед за братьями на лужайку.
Том достал маленький самодельный мяч и начал кидать его то сестре, то брату. Но Питер вскоре нахмурился и остановился, сложив руки на груди.
- Почему ты не отвечаешь, что случилось с Гансом? Это что-то страшное, да? На него напало то чудовище, которое убило нашего папу?
Джейн посмотрела на мальчика, поражённая.
- Нет, что ты, нет! – она порывисто обняла его, чувствуя по-настоящему сестринскую любовь. – Нам нечего бояться. Ганс не причинит никому вреда, если... тётя Грета согласится сделать то, что он сказал, – мрачно и задумчиво добавила девушка.
Она поняла, наконец, что неспроста Ганс просил жену прийти. Это должна была быть жертва во имя благополучия всех остальных. Джейн вздохнула тревожно и произнесла:
- Только никогда не ходите в лес, слышите? Никогда...
- Марта... - Джейн неслышно подошла к женщине и окликнула её. – Расскажи мне, что случилось с отцом.
- С отцом? Габриель, но ты же знаешь, что я не люблю об этом рассказывать. Ты ведь помнишь всю историю...
- Хочу услышать ещё раз, - упрямо повторила Джейн, присаживаясь за кухонный стол. Она чувствовала, что в прошлом кроется разгадка настоящего.
- Что ж... - грустно прошелестела женщина. – Джек погиб, когда тебе было двенадцать, а твои братья едва появились на свет. – было заметно, что женщина привыкла пересказывать эту историю – слова привычно слетали с её губ, а губы всё равно слегка подрагивали при воспоминании о муже. - У нас всегда была самая спокойная деревня в округе – ни убийств, ни зависти, ни козней. Пока в лесу не появилось оно.
- Что? – переспросила Джейн.
- Чудовище. Никто его не видел, но все готовы поклясться, что оно существует. Мужчины в деревне стали пропадать один за другим. И всегда было одно и то же. Они исчезали в лесу, а потом приходили к своим жёнам во сне в волчьем обличье и звали к себе. Почти как сейчас, с Гансом и Гретой. Неужели всё повторяется снова?
Джейн ободряюще сжала руку женщины.
- Джек отправился на поиски друзей, когда в деревне осталось всего пара-тройка взрослых мужчин. Почти все дома опустели, едва ли не в каждом зеркала были занавешены, и лишь в некоторых силуэты несчастных оставшихся в живых вдов, потерявших мужей или детей, проплывали мимо окон, как тени, в чёрных накидках. Джек не мог вынести этого. Он ушёл, как я ни молила его остаться со мной. Луиза пришла ко мне сразу после его ухода и сказала, что если он не вернётся к ночи, я должна забыть, что у меня есть муж. Она сказала: «Даже если утром он появится на твоём пороге и будет умолять тебя впустить его или просить о чём-то ещё, не впускай. Не поддавайся на уговоры. Иначе и тебе, и детям не жить!». Так всегда говорила Луиза, что мы должны опасаться мужей, возвращавшихся из леса. Она сама чудом осталась в живых, лишившись и детей, и мужа.
Джейн почувствовала, будто холодный ветер пронёсся по комнате. Что это: присутствие демона или просто сквозняк?
- Что же было дальше? – спросила тихо она.
- Солнце склонилось к закату, но Джек не вернулся. Всю ночь я ждала его возвращения у окна, качая мальчиков в колыбели. И пришло утро. Ранний час, когда длинные тени лежали под деревьями, а солнце ещё не вытеснило сумерки из леса. Я задремала на мгновение, а когда открыла глаза, увидела силуэт мужа на окраине леса. Забыв предосторожности, я бросилась к нему.
Он стоял в холодной тени, но на нём, счастливая, я не увидела ни одной раны. Кроме, разве, укуса или пореза на запястье левой руки...
- Ты жив, Джек, ты вернулся! – воскликнула я и хотела уже упасть в его объятья, но он остановил меня жестом.
- Беда случилась, Марта. Приходи в лес этой ночью, возьми Габриель, Питера и Тома. Только так мы спасём деревню.
Я испугалась, увидев, как на его руках пробивается чёрная шерсть, а зубы становятся похожими на волчьи. Больше ничего не сказав, он ушёл в лес, посмотрев на меня печальным, но полным надежды взглядом.
Я попросила помощи у Луизы, и она, пожалев моих едва родившихся мальчиков, дала мне настой сонной травы. Обычно она никому не помогала...
А ночью... ночью я услышала стук в своё окно. Том и Питер заплакали в колыбели, а ты проснулась и расширившимися от ужаса глазами смотрела куда-то в даль.
Увидев, что тебя испугало, я закричала. В окне стоял Джек и стучал, стучал, с остервенением. Я боялась, что стёкла разлетятся вдребезги.
В его чёрных волосах, в бледном свете луны я увидела волчьи уши, а на месте человеческих была только густая шерсть.
- Пойдём со мной, Марта! – прохрипел он, и у меня сердце похолодело от ужаса.
- Пожалей детей, - умоляла я, плача.
- Ты не сделала того, что я просил. Так вот я сам пришёл за тем, что мне принадлежит. – муж говорил через стекло, но я на удивление ясно слышала каждое его слово, слетавшее с звериных губ.
Я схватила отвар, который приготовила накануне. В то же мгновение твой отец разбил окно и ворвался в комнату.
- Прости меня, Джек, - склонила я голову. – Со сна я не приметила, что ты пришёл.
Говорила я это, а у самой руки тряслись от страха, когда я глядела на звериное выражение его лица, такого когда-то родного и любимого...
- Ты, видно, устал с дороги? – спросила я. – Выпей отвар, он тебя успокоит, да ложись ко мне в постель.
- Я не верю тебе, Марта! Ты хочешь погубить меня, - покачал он головой, и глаза у него стали янтарными.
- Выпей, и я пойду за тобой, куда скажешь, - пообещала я.
Тогда твой отец в гневе набросился на меня.
Ты вскочила с постели и вырвала у меня чашку раньше, чем он успел её разбить. Ты знала, что там яд для отца, но всё равно протянула ему питьё.
- Коли не веришь жене, которая клялась тебе в верности, взяв небеса в свидетели, поверь собственной дочери, плоть от плоти твоей, кровь от крови, – сказала я, понимая, что это наш последний шанс спастись.
Джек любил тебя больше жизни, и видно, даже в зверином обличье в его душе осталось место для этого чувства. Ты, улыбаясь, протянула ему чашку, а он её доверчиво принял и сделал несколько глотков.
Потом страшная судорога отразилась на зверином лице его. Он упал на колени, становясь совсем волком, утрачивая человеческие черты.
- Предательство, - прошептал он. – Собственная дочь предала отца...
- Десять лет... - услышала я зловещий голос Луизы, и разглядела её силуэт в окне. Глаза у ведьмы горели, будто впитав в себя лунный свет. Она обращалась к Джеку. – Десять лет ты не вспомнишь о жене и дочери... Это зелье забвения...
- Старая ведьма, - бросил ей твой отец, а потом повернулся к тебе: - Десять лет... Но потом ты придёшь ко мне, Габриель. А если не придёшь, я всю эту деревню сравняю с землёй.
А потом он обратился волком и убежал в лес.»
Джейн прерывисто дышала, и казалось, что её мысли наполняются чужими воспоминаниями. Будто она всё больше и больше вживалась в роль деревенской девушки Габриель, становясь ей, живя её чувствами.
- А Том и Питер? – потрясённо спросила Джейн.
- Они думают, что чудовище забрало их отца, но они не знают, что их отец был сам этим чудовищем, - развела руками женщина.
- Погоди, а десять лет...
- Пройдут к завтрашней полуночи. – произнесла женщина. – И Ганс – только первое знамение. Я боюсь потерять тебя, Габриель!
Джейн улыбнулась сквозь слёзы и крепко обняла женщину, которую уже начала воспринимать, как маму. Сны и психологическое давление демона – взрывная смесь и внушительная сила. Но теперь она хотя бы понимала, зачем оказалась здесь. Чтобы принести себя в жертву.
Джейн снова проснулась от крика. Она всё ещё в этом сне – сомнений не оставалось. Торопливо одевшись, девушка выбежала на улицу. Все деревенские жители столпились возле дома Греты. Расталкивая людей, Джейн пробралась в гущу событий. Дверь была отворена, но никто не решался войти. Собравшись с духом, девушка шагнула за порог.
Грета и четверо её детей были разорваны на части зверем немереной силы и ярости. Стены дома испачканы кровью, обрывки одежды и тел валялись по всему полу. Невольно Джейн задержала взгляд на казавшемся восковым лице Греты – женщины, которую видела живой прошлым утром. Черты женщины исказила страшная гримаса страха, а в спутанных волосах запеклась кровь... Волчьи следы вели к порогу.
- Это Ганс приходил за обещанным, - вещала Луиза, похожая на летучую мышь в своей чёрной накидке. – глупая Грета впустила его, и вот что с ними всеми стало... Беда, беда нашей деревне...
- Сожгите дом, - прошептал кто-то позади. – Чтобы он не вернулся.
- Марта, я должна пойти в лес, - мрачно произнесла Джейн, глядя в окно, на то, как догорает дом в один день погибшей семьи. – Я не вынесу больше ни одной из этих смертей. Если это из-за меня, я должна... - даже если это сон, всё казалось слишком реальным...
- Габриель! – женщина поднялась и порывисто обняла дочь. – Что я буду делать без тебя? Сначала твой отец оставил меня, а теперь ты... Если ты тоже станешь такой, как он...
- Я всё равно пойду, - уверенно сказала Джейн, хоть ей и трудно было расставаться со всей этой идиллией. Другого выхода она для себя не видела. А Марта, наверняка, лишь испытание её решительности. Очередная издёвка демона.
- Но этот зверь... Ты не видела его!
- Я видела Ганса. И мама, мне кажется, эти звери – не на стороне зла. Они лишь... проверяют человеческую любовь.
- Проверяют любовь? – усмехнулась женщина. – Это так-то Ганс проверил любовь своей жены? На куски её разорвав?
- Он же просил её прийти. Возможно, если бы она так и сделала...
- Он бы растерзал её в лесу.
- Как бы то ни было, я всё равно обязана исполнить обещание.
Джейн понимала, что это её единственный шанс выбраться из сна. А пора уже было. Второй день клонился к вечеру, а она всё ещё была здесь. Джейн понимала, что в реальном мире тянется одна ночь, но на подсознательном уровне ей всё равно почему-то казалось, что Деймон уже отправился к Кетрин, и её страшно пугало то, что если ему понадобится её помощь, она ничего не сможет сделать.
- Марта, твои сыновья побежали в лес! – в дом ворвалась Луиза, и чёрный плащ покачивался за её спиной, как раскинутые крылья.
- Том и Питер? – слабым голосом переспросила женщина, не веря. – И никто не удержал их? Но почему...
По щекам Марты покатились крупные слёзы. Лес означал смерть. Особенно сейчас.
- Я найду их, - Джейн решительно поднялась.
- Не глупи, Габриель! – Луиза схватила её за руку. – Погубишь и себя, и мать оставишь одну.
- А если вы не правы? Если исполнить просьбу чудовища, вдруг оно отступится?
- Я никогда не ошибаюсь. Люди, превращённые в зверей – слуги дьявола. Неужели мало тебе разорванной на куски семьи Ганса? – горячо убеждала старуха.
Джейн лишь покачала головой и побежала к лесу.
- Габриель! – кричала ей вслед Марта, роняя слёзы на засаленный фартук.
- Вернись, сумасшедшая! – катился за ней страшный голос ведьмы.
Но Джейн не слушала. Она сбавила темп лишь тогда, когда её со всех сторон окружили деревья, страшные, как сказочные великаны.
Как ни странно, но оказавшись в одиночестве в этом пугающем месте, Джейн, наконец, почувствовала себя в своей тарелке. По крайней мере, не нужно было жить чужой жизнью, притворяться кем-то другим и бояться в конце концов превратиться в этого другого человека, раствориться в его мыслях и чувствах. И жить, будто в тумане. Нет!
Теперь была только Джейн и её страх. Один на один.
Осмотревшись, девушка поёжилась. Платье с кринолином. Марта попросила надеть его для вечера скорби по семье Ганса. Как в дневнике Амели. Значит, чудовища тоже будут ничуть не милей, чем она описала. Джейн посмотрела на небо. Полная луна серебрила верхушки деревьев. Звёзд почти не было видно.
Внезапно где-то в стороне раздался тоскливый волчий вой. Девушка в испуге огляделась по сторонам.
Едва слышный шорох заставил её насторожиться. Она напрягла все свои силы, слух и зрение, чтобы понять, откуда это движение. Но тут где-то совсем рядом хрустнула ветка, и девушка, поддавшись безотчётному порыву, побежала. Платье действительно чертовски мешало бежать, ветки хлестали по лицу и оставляли царапины. Подобрав подол, Джейн с трудом перескакивала через корни и овраги, углубляясь всё дальше в лес.
- Где ты, демон? – прокричала она на бегу, но никто не отозвался.
Задыхаясь, девушка остановилась. Где-то совсем рядом был человек-зверь, и она знала об этом. Вот только что он с ней сделает? Разорвёт на куски, перегрызёт горло?
Джейн нервно отбросила взмокшие пряди с лица и тихо позвала:
- Том! Питер!
- Габриель! – раздались ей в ответ тонкие детские голоса, звенящие и раздающиеся эхом по лесу.
Джейн, не раздумывая, пошла на голоса. Шороха рядом она больше не слышала, и это немного успокаивало.
Осторожно раздвинув ветки, Джейн увидела перед собой небольшую поляну, на противоположной стороне которой деревья сплетались в причудливую стену-тоннель. Темнота пугала больше, чем что бы то ни было.
- Габриель... - пророкотал хриплый голос, и из тьмы вышел волк с янтарными глазами. – Десять лет я не принимал человечьего обличья, но теперь, наконец, я могу. Воспоминания вернулись ко мне. И любовь, и страх Марты, и твоё предательство. Я всё это помню.
- Но ты не убьёшь меня? – спросила Джейн, едва узнавая собственный голос.
- Почему ты так думаешь?
- Я исполнила обещание. Пришла к тебе через десять лет.
- Но мне для гарантии пришлось заманить сюда твоих маленьких братьев.
- Габриель! – услышала девушка с обеих сторон.
Обернувшись, она увидела Тома и Питера, подходивших к ней. Они выглядели так же, как обычно, разве что солнечный свет пропал из детских глаз, а волосы в свете луны казались не золотисто-русыми, а мёртвенно-бледными. Но это же только эффект падения света?
- Слава Богу, вы живы! – улыбнулась Джейн.
- Папа был к нам добр, - хором ответили малыши, не спеша приближаться.
- Я дам вам шанс сбежать, - произнёс вдруг волк. – Но если ты его упустишь, то больше никогда не покинешь этот лес.
Джейн удивлённо посмотрела на него.
- Что же ты, - подтолкнул он её. – Имей в виду, я буду гнаться за вами.
Взволнованная, Джейн схватила братьев за руки, невольно заметив, что они у них ледяные, как у Ганса, когда он лежал тогда в тени. Но девушка решила не придавать этому значения.
- Ну же, бежим, - произнесла она и потянула ребят за собой. Волк сделал несколько ленивых шагов по направлению к ним. Между тем его лицо начало приобретать человеческие черты, от чего он становился только ужасней.
- Скорей! – умоляла Джейн, но дети как-то вяло следовали за ней, и скорей даже тянули назад.
Дыхание человека-волка превратилось для Джейн в непрекращающийся гул, который сливался с учащённым биением её собственного сердца.
- Том, Питер, давайте же! – её глаза наполнились слезами от безысходности.
Как она ни была уверена в том, что это только сон, ей всё же страшно было умирать, и очень хотелось спасти малышей.
Дети еле переставляли ноги, мутным взглядом уставившись на Джейн, впившись в её руки холодными жёсткими пальцами.
Лишь однажды в её голове промелькнула мысль бросить их здесь, в лесу, а самой попытаться убежать. Это был животный инстинкт, неподконтрольный сознанию. Но Джейн знала, что ему нельзя поддаваться. Потому что дети – ещё одно испытание крепости её воли.
Рванувшись вперёд, она упала, расцарапав колени и порвав подол платья, потому что на него наступил Том.
- Что он сделал с вами? Мы должны спастись! – Джейн, плача, попыталась подняться.
Настойчивые пальцы мальчиков впивались в её руки, перетягивая вены, и она едва сдерживалась, чтобы не закричать от боли.
Она всё волокла и волокла мальчиков к деревне, но, чем ближе было к окраине леса, тем меньше они ей поддавались.
- Вы устали? Что с вами? – спросила она, отпуская руки и повернувшись к ним. – Неужели не хотите вернуться к маме? Она плачет без вас!
- Что ж, Габриель, ты не смогла использовать этот шанс, - волк превратился в покрытого волосами человека, согнутого в три погибели и с губами, растянутыми в зверином оскале. – И честно говоря – это была лишь шутка. Никакого у тебя шанса не было.
- Бежим! – зарыдала Джейн, вновь вытягивая сопротивлявшихся братьев. – Он нас убьёт!
Но в этот момент лунный свет упал на запястья детей, и Джейн увидела у обоих: у Тома и Пита аккуратные овальные следы от укусов. Подняв глаза, она заметила, как в их волосах шевелятся волчьи ушки, а человеческих не было вовсе. Зубы у них превращались в клыки, и они смеялись, как два маленьких волчонка, смеялись ей в лицо.
Оступившись от неожиданности, Джейн упала на траву. Все трое – отец и два его сына, начали наступать.
- Зачем ты сделал это с ними? – спросила Джейн.
- Я хотел, чтобы они навсегда остались со мной. Как и ты.
- Но если бы Марта с детьми пришла к тебе тогда, когда ты просил...?
- Есть предание: если люди, любившие человека до того, как он стал зверем, откликнутся на его просьбу и придут в лес в первый день после его обращения, он сможет снова стать человеком, – ответил волк серьёзно и печально.
- Но этого ни разу не случалось. Уж я-то позаботилась...
- Луиза? – Джейн увидела, как из темноты выступила ведьма.
- Она ненавидит нас, и волков, и людей, - объяснил Джек, склонив голову. – Её муж был первым, кого обратил случайно забредший сюда зверь. Мартин пришёл к ней во сне, прося привести детей в лес, но она побоялась. Когда он пришёл к ней в дом, она отдала ему детей, а сама спаслась, увешав комнату какими-то травами и амулетами. На её глазах он разорвал малышей на куски. Она обезумела от страха, а когда поняла, что наделала...
- Начала мстить и живым, и мёртвым. Волкам и людям, - продолжила Луиза. – Я достигла мастерства в отпугивании зверей, но никто не знает об этом... И мужчины время от времени снова превращаются в волков, убивают свои семьи...
- Но ты могла всех спасти, - произнесла Джейн. – Искупить свою вину перед мужем и детьми, а ты...
- Я встала на тёмный путь, - кивнула старая ведьма.
- Ты всё знала. И удерживала меня, потому что...
- Потому что первый человек, не убоявшийся волка, снимет проклятие.
- Если Габриель останется, мы все снова станем людьми? – произнёс с надеждой Джек.
- Не в этой жизни, - покачала головой Луиза. – Я убью её прежде, чем солнце взойдёт.
- И не мечтай, подлая ведьма! – зарычал Джек. Он и сыновья преградили ведьме путь, охраняя Джейн. Она осторожно поднялась на расцарапанных ладонях.
- Что происходит? – произнесла она устало. – Причём здесь солнце и проклятье?
- В одной старой книге я прочла, что проклятье оборотней можно будет снять лишь тогда, когда один человеческий родственник придёт в лес в первую ночь после обращения. И останется рядом до утра. Всего один. Пустяк, казалось бы... - прошипела ведьма. – Но ты – единственная, кто на это решился.
- Я хотела спасти Тома и Питера, - подтвердила Джейн.
- Значит ты – ключ к снятию проклятья. Когда волки хотели покинуть этот край, я призвала их снова, чтобы как можно больше людей испытали то, что испытала я. Когда мой муж на моих глазах рвал собственных детей на куски... Я призвала их заклятьями. И заплатила за это слишком высокую цену. Теперь, если чары будут разрушены, я навсегда стану тем, на что больше всего похожа моя душа. Такова была расплата за чёрную магию. Но я всё равно не дам тебе остаться здесь живой до рассвета...
Ведьма зашептала какие-то старые, чернокнижные заклятья, и волки взвыли от боли, падая и оставляя Джейн беззащитной перед ведьмой.
Луиза взмахнула рукой, и испуганная девушка почувствовала, как открылась вена на её левой руке. Ещё один взмах – и лопнула вена на правой.
Резким движением ведьма разрезала воздух, и на шее Джейн появилась глубокая рана.
В то же мгновение над горизонтом начало подниматься солнце.
Луиза зашипела, набрасываясь на Джейн, как старая кошка.
Но рассвет уже заливал горизонт и деревья кровавым цветом зари.
Мутным взглядом Джейн обвела монстров и с удивлением заметила, что они вновь становятся людьми. У Питера и Тома исчезли волчьи уши, а Джек превратился в обычного крестьянина.
- Мы снова... снова люди... - произнес мужчина, заключая в объятья сыновей, не веря собственному счастью, - Что же я наделал... - прошептал он, видя, как Джейн истекает кровью. – Это всё проклятая звериная сущность. Я хотел убить тебя... Из мести и от ярости...
- Я никого из вас не выпущу живыми из этого леса. А девчонка... она умрёт в страшных мучениях в расплату за вашу свободу, - объявила Луиза, не позволяя никому приблизиться к Джейн.
Джек рванулся было к ней, но ведьма остановила его властным движением.
- Возвращайтесь домой, - прошептала Джейн бледными губами. – Марта будет счастлива.
Глаза Джека наполнились слезами.
Ведьма же в остервенении набросилась на него, но Джейн, собрав все остатки сил, повисла у неё на руках.
- Бегите, мне всё равно не спастись! – произнесла она, почти теряя сознание. От резких движений кровь вытекала из ран ещё быстрее.
- Габриель... - прошептал Питер, плача.
- Я бы больше всего на свете хотела быть твоей дочерью, - прошептала Джейн, взглянув на Джека. – И вашей сестрой. – улыбнулась она Тому и Питеру. – Но это не моя жизнь. Поэтому просто сделайте это для меня – выходите из леса.
Джек помедлил, но потом покорно склонил голову, взял за руки сыновей и пошёл к деревне.
И Джейн, наконец, блаженно закрыла глаза, уже не видя, как ведьма, в ярости, навсегда превращается в огромного ворона с чёрными когтями и набрасывается на её беззащитное тело...
- Ты... ты.... Прошла... испытание... - услышала Джейн голос в мыслях, раздваивающийся, повторяющийся, едва слышный.
- Какое испытание? – произнесла она, не в силах открыть глаза.
- Поднимайся, Джейн. Я покажу тебе кое-что. – произнёс дух.
Девушка с трудом встала, чувствуя удовлетворение хотя бы от того, что её снова называют тем именем, к которому она привыкла.
- Как ты это делаешь? Миры, время, пространство? Для тебя нет ничего невозможного? – спросила она, оглядывая лес вокруг.
- Именно так, - произнёс дух, и голос его раздавался эхом между деревьями.
- К чему была эта история?
- Я стар почти как мир, - объяснил демон. – Были времена, когда я ещё был человеком. И вот однажды я забрёл в эту маленькую, богом забытую деревушку. Мне посчастливилось быть свидетелем тех событий, которые пережила сейчас ты.
Волки, проклятья, коварная ведьма... То были тёмные времена для мира.
Идём, я покажу тебе, что стало с деревней на самом деле.
Джейн прошла по знакомой тропинке к краю леса, ожидая увидеть дома и людей, но... перед ней была пустая поляна, словно выжженная безжалостным огнём. Ни одного дома, ни одной живой души.
- Настоящая Габриель испугалась. Она не пришла к отцу. И он с сыновьями обратил всех мужчин, растерзал всех женщин. Даже ведьму Луизу застал врасплох. Только любимую дочку не тронул, не смог... После смерти ведьмы волков больше ничто не держало в деревне, и они расселились по стране, и были убиты, или сами убивали. Впрочем... неважно. Таких древних оборотней уже нет на Земле. А в деревне, пустой, затерянной посреди леса, осталась девушка, совсем одна. Габриель. Она сошла с ума от страха, боли и отчаянья. Это из-за неё погибли все.
Джейн потрясённо смотрела на поляну, и на миг в утреннем тумане ей привиделась фигура девушки, упавшей на колени. Она была в оборванном платье, спутанные волосы рассыпаны по плечам, на лице застыла ужасная гримаса боли. Она плакала и рвала траву рядом с собой в исступлённой муке.
- И став всемогущим, я решил: почему бы не провести эксперимент? Изменился ли мир? Захочет ли кто-то жертвовать собой ради других сейчас? Те три девчонки оказались не смелей Габриель. Но ты...
Демон помолчал, окутывая Джейн порывом холодного ветра.
- Пока что ничья, один-один, - признал он. - На этот раз ты не испугалась. Только, вот незадача, всё равно не смогла избежать новой смерти... Что ж... До следующей ночи, Джейн. Мой тебе совет – захвати тёплую накидку. В открытом море порой бывает сильный ветер.