Серия 12: Джейн Остен и не снилось
«Сегодня я была Лилли Оверрод. Я должна была выйти замуж за Майка Салливана, но влюблённый в меня мистер Вудкок был против. Старая Англия и ужасный мрачный дом... Мне нужно было спасти Майка. Я знала, но как я могла? Мистер Вудкок наставил пистолет на Майка, а я застыла возле дверей, боясь пошевелиться. Мистер Вудкок выстрелил в Майка, а затем убил себя. Ночью ко мне пришли их призраки. Я проснулась как раз в тот момент, когда они заканчивали меня душить»
Из дневника Амели Страйтберг
Сухие дрова лениво потрескивали в камине, огонь оставлял едва заметные блики на платьях дам, занятых рукоделием, и строгих костюмах мужчин, курящих в стороне, дабы не причинять неудобства женщинам. Каждый кружок вёл тихую, неспешную беседу о недавно прочитанных книгах или новой опере, прошедшей в театре на прошлой неделе.
Мужчин немного отягощало присутствие жён и дочерей, и они понижали голос до шёпота, чтобы поведать о своих любовных приключениях в столице в полунамёках, избегая прямоты, и слишком часто для того, чтобы подобная тема приносила удовольствие, переключались на финансы и политику. Но что поделать, материальное положение семейства Оверрод было настолько плачевным, что несколько месяцев назад мистеру Эндрю пришлось променять особняк в столице, доставшийся ему по наследству, на скромный домик в предместье Лондона, где была только одна приличная гостиная, а остальные комнаты оказались настолько малы, что миссис Оверрод считала непристойным впускать туда гостей. Но Эндрю ещё не привык отказывать себе в заморском табаке, качественном чае и хорошей компании, поэтому периодически, когда только позволяла погода и заварные пирожные дешевели на пару центов, хозяин дома устраивал небольшие приёмы, оправдывая себя тем, что единственную дочь его и Шарлотты, Лилли, умницу и красавицу, просто кощунственно прятать от света. Впрочем, под этими словами он лишь неумело скрывал надежду удачно выдать дочь замуж, чтобы снова ни в чём себе не отказывать.
Лилли склонила над вышивкой свою прелестную головку, чтобы сделать самый сложный стежок, от которого зависела красота всего рисунка- белых и желтых цветов, вышитых серебром и золотом. Она была настолько увлечена, что совершенно не замечала, что происходит вокруг. Её не занимали ни шёпот мужчин и их грубый смех, ни смущённое хихиканье и ужимки женщин. Всё её существо воплощалось в движении иголки в канве.
Джейн очнулась только случайно уколов иголкой палец. Она встрепенулась, негромко ахнула и попыталась понять, что с ней происходит. Как ни ужасно это было осознать, но она чувствовала, что сны всё сильней захватывают её. Она едва могла отдать себе отчёт в том, что это всё – ненастоящее, что это проделки демонов, и что она – не девушка на выданье из бедного английского семейства, а Джейн Мистери. Но эта нить осознания очень быстро ускользала от неё, и это не могло не пугать.
Капелька крови появилась на пальце, и Джейн опасливо оглянулась: не заметил ли кто? Но все были заняты разговорами, и девушка облегчённо вздохнула.
- Мисс Лилли, вы забыли книгу в саду, - произнесла служанка, подавая Джейн роман «Айвенго», и заговорщически подмигнула ей.
Ничего не понимая, Джейн взяла книгу в руки, машинально пролистав её. Вдруг она заметила, как из страниц едва не выпала записка. Служанка в ужасе закрыла Джейн от посторонних глаз, но девушка сумела удержать листок в руках. Развернув его, она прочла:
Моя обожаемая Лилли,
Я смею надеяться, что слова, сказанные вами в ответ на моё признание на прошлом балу, всё ещё живут в вашей памяти . Предрассудки отцов не станут препятствием нашей любви. Находиться вдали от вас – пытка, едва ли с чем-то сравнимая. Напишите мне пару строк на обрывке бумаги, и я буду вчитываться в них, я запомню наизусть не только смысл, но и очертания каждой буквы, чтобы ваше письмо всегда было со мной, когда бы я закрывал глаза. Быть может, я прошу слишком многого, но вы сами дали мне надежду. Если вы хотите увидеться со мной хоть в половину так же, как я с вами, дайте служанке ответ: Могу ли я пробраться в вашу комнату этим вечером, как это уже было однажды, в самый счастливый вечер моей жизни? Я жду за воротами сада. Дайте же как можно скорее ответ,
Только ваш, Майк Салливан.
Пробежав записку глазами, Джейн едва заметно кивнула служанке, подумав: «Я люблю того человека, который придумал смски». В современном Джейн мире письмо возлюбленного того же содержания выглядело бы так: «Ты дома? Скоро буду», и ведь, удивительно, ничего бы не потеряло в отношении смысла.
Но всё-таки в этом письме было несколько плюсов. Во-первых, Джейн сразу поняла, что её имя – Лилли, и что некий Майк Салливан влюблён в неё без памяти. А это приятно, чёрт возьми...
Очевидно забыв, что находится в приличном обществе, Джейн встала, небрежно смахнув вышивку с подола на пол, и направилась к лестнице.
- Лилли? –надломленным от удивления голосом пропищала женщина, сидящая рядом с Джейн и занятая вязанием.
- О, простите...
- Шарлотта, что такое? – поднялся мужчина из-за стола.
- Эндрю, тебе не стоит беспокоиться...
- Наша дочь ведёт себя очень странно в последнее время, - заметил мужчина. –И ты полагаешь, что мне не стоит беспокоиться? Изволь сообщить, моя милая, куда ты собралась?
Подойдя, отец больно сжал запястье дочери.
- Я хотела подняться к себе. От жара камина у меня разболелась голова, и...
- Просто отсядь подальше от огня, дорогая, - натянуто улыбнулся мужчина.
- Эндрю, может быть, не стоит быть с ней таким строгим? Тем более при гостях... - шепнула Шарлотта.
- Мы скоро и этот дом потеряем, если она не сделает единственное, на что способна: не выйдет удачно замуж... - едва слышно произнёс мужчина.
Гости в замешательстве переглядывались, не в силах уловить нить разговора.
- Но Майк Салливан...
- Мистер Вудкок куда более влиятелен, чем Майк, этот младший сын вчерашнего мельника...
- Но я люблю Майка! – наверное, так должна была ответить Лилли. По крайней мере, эти слова будто сами сорвались с языка Джейн.
- Ты можешь любить кого угодно после того, как станешь женой мистера Вудкока, знатнейшего пэра Англии, - произнёс отец, склонившись к дочери.
- Да как вы смеете! – слёзы покатились по вспыхнувшим щекам Джейн. Она уже совершенно не понимала, что с ней происходит. Она обижалась, плакала, страдала так, будто это действительно её жизнь, абсолютно, до конца – её. Будто это вовсе не сон. Иногда её собственное сознание пробивалось сквозь пелену чужих мыслей и чувств, и тогда её сердце сжимала ледяной рукой тревога. Но сейчас был не такой момент. Поддавшись безотчётному порыву, девушка вырвалась из рук отца и поспешила наверх, безошибочно определив дверь «своей» комнаты. Распахнув её, она упала прямо в объятья юноши, дожидавшегося её там.
- Майк... - выдохнула она, прижимая к себе молодого человека и понимая, что воспоминания услужливо рисуют ей портрет того, кого Джейн никогда не видела, но которого Лилли любила. Пшеничные волосы, тонкие брови, миндалевидные глаза, светло-голубые; нежные губы, которые уже столько раз касались её губ для поцелуя.
- Лилли, я не мог дождаться, когда увижу тебя снова...
- Но мистер Вудкок... - произнесла девушка нерешительно.
- Как бы сильно дядюшка меня не ненавидел, он никогда не пойдёт против любви...
- Но он уже убедил моих родителей в том, что я должна стать его женой...
- Это всё из-за того, что мой отец получил дворянство недостаточно давно... Но неужели дядюшка за моей спиной...
- Похоже, что да... - Джейн на миг взяла ситуацию в свои руки. Внезапно в её мыслях всплыли строки из дневника. Там было что-то... о выстреле...
- Я вызову его на дуэль, - решительно произнёс Майк.
- О, нет-нет, умоляю... - Джейн упала на колени перед юношей. – Ты не знаешь, к чему это может привести...
- Но я не отдам тебя ему, Лилли!
- Только так ты сохранишь себе жизнь... - прошептала Джейн. «И мне», - мысленно добавила она.
Но сил сопротивляться чужой воле у неё уже почти не осталось. Понимая, что больше не может контролировать ситуацию, она обречённо сдалась. И Лилли в её теле встала, и, страстно поцеловав Майка, произнесла:
- Я хочу быть только с тобой.
- Сегодня же я буду говорить с дядюшкой, - пообещал юноша. – Пистолет поможет нам всё решить.
- Ах, Майк, будь осторожен...
Джейн отчаянно наблюдала за происходящим, уже не в силах ничего изменить. Если бы она была человеком, а не бесплотным духом внутри собственного тела, она бы стояла сейчас в уголке, обездвиженная, со скептическим выражением лица, скрестив руки на груди. Но сейчас она была просто беззащитным существом, задвинутым на задворки собственного сознания, где-то в самом пыльном углу черепной коробки. Девушка подумала, что именно так, наверняка, и чувствует себя человек, в которого вселился демон. Он понимает, что происходит, но не может помешать. А временами и вовсе отключается из-за усталости и невозможности контролировать самого себя. Возможно, так же чувствуют себя и психически больные люди с раздвоением личности.
- Лилли, мистер Вудкок здесь! Он хочет тебя видеть! – постучалась в дверь миссис Оверрод.
Джейн с удивлением почувствовала удовлетворение. Похоже, Лилли нравилось, что за неё воюют сразу двое. А Джейн уж было подумала, что попала в плохой ремейк Ромео и Джульетты. Поправив замысловатую причёску, девушка спустилась вниз.
Она уже приготовилась увидеть мерзкого старика, намеренно силой воли отгоняя воспоминания Лилли. Но мужчина, которого она увидела, совершенно не оправдывал её ожиданий. Его волосы были чуть темней, чем у Майка, но уже с едва заметной проседью. Черты лица были куда более мужественными, совсем не похожими на породу Салливан. И только в миндалевидной форме глаз угадывалось едва уловимое сходство мистера Вудкока с сестрой, так недальновидно ставшей женой «вчерашнего мельника», от которого в Майке было куда больше, чем от матери. У Лилли в который раз захватило дух от вида этого безупречного аристократа с белым накрахмаленным воротничком, в идеально выглаженном костюме пепельно-серого цвета, от изящества его тонких пальцев, небрежно сжимавших сигару. Наконец-то Джейн осознала, что заставляло Лилли метаться между молодостью и опытом, юной красотой и зрелой притягательностью... По правде сказать, окажись Джейн в подобной ситуации, она бы тоже не знала, кого выбрать. Что ж, она и оказалась...
- Мистер Вудкок, - она слегка присела, опустив глаза вниз, чтобы показать своё смущение.
Его хриплый смешок заставил её покачнуться от напряжения и неожиданности, как бывает, когда случайно встречаешь на улице человека, в которого тайно влюблён, или слышишь его голос в толпе друзей.
- Что ж, полагаю, вы ни капли не скучали по бедному старику, моя прелестная Лилли?
- Вы ошибаетесь... - самообладанию английских девушек стоило позавидовать. Даже с тем, от одного вида которого сердце билось в три раза быстрей, они умудрялись вести себя чопорно, не говорить ничего лишнего и ничем не выдавать своё волнение. – Я думала о вас незадолго до обеда, когда прогуливалась в саду.
- Надеюсь, воспоминания обо мне не испортили вам аппетит? – усмехнулся мужчина.
Лилли предоставила ему возможность насладиться собственной шуткой на грани приличий в полном молчании.
- Мистер Вудкок, нам стоило бы обговорить подробности... - начал отец Лилли, но аристократ решительным жестом руки пресёк его попытку.
- Я не намерен ничего обсуждать, пока Лилли не даст мне окончательного ответа.
- Но она давно готова вам его дать, - улыбнулась миссис Оверрод.
- О, я... - смутилась Лилли, судорожно сравнивая двух мужчин – племянника и дядюшку.
- Я вижу, Майк снова был здесь? – с неудовольствием заметил мистер Вудкок.
- Господь с вами, мы никогда не пустим его на порог нашего дома, если вы того не хотите!
- Вы забываетесь, - спокойно возразил мистер Вудкок. – Он принадлежит к семье Вудкок так же, как и я. Лишь его мать совершила оплошность, выбрав себе в мужья почти простолюдина. Но, что отрицать, мальчишка получился на удивление красивым. Что ж, даже чистейшему дворянскому роду бывает полезна свежая кровь, - мужчина многозначительно посмотрел на Лилли.
-Мистер Вудкок, вам записка от племянника, - старый лакей в напудренном парике протянул мужчине конверт.
- Что же нужно этому мальчишке? - что-то похожее на любопытство промелькнуло в холодных глазах аристократа. - Вы позволите мне прочесть это в вашем присутствии? - почтительно произнёс он, обращаясь к семье Лилли. Получив молчаливое согласие, мужчина развернул записку и тут же побледнел.
- Да он, видно, забыл своё место, - воскликнул он, яростно смяв бумагу в ладонях.
- Всё в порядке, мистер Вудкок? - услышала Джейн свой голос.
- Простите, но я вынужден уйти.
Даже не поцеловав руку возможной невесте, мужчина поспешил к дверям. Но неожиданно всех заставил встрепенуться страшный раскат грома, а в следующую секунду проливной дождь хлынул с потемневших небес. Мистер Вудкок растерянно отступил на шаг.
- Не лучше ли вам будет переждать ливень здесь? - нерешительно спросила миссис Оверрод.
- Пожалуй, мне не остаётся ничего иного, - мрачно произнёс Вудкок. - Вряд ли что-то могло случиться так же некстати, как этот дождь. - заметил он.
- Посмотрите, кого я встретила у ворот, прогуливаясь по нашему саду, - в дом торопливо вошла старушка, снимая насквозь промокший капор. Следом за ней, обведя присутствующих виноватым взглядом, в гостиную вошёл Майк Салливан. - Мы ведь не откажем в помощи прекрасному юноше?
- Великолепно... - прошипел мистер Оверрод, стягивая перчатки.
-Полагаю, джентльмены не откажутся от чая? - спросила старушка.
-Тётя Берта, распорядитесь насчёт этого на кухне, - попросила Лилли, глаза которой горели от тревоги и азарта. Оба соперника были под одной крышей, и это не могло закончиться ничем хорошим. Только девушке это, похоже, очень нравилось. Сражение за её сердце обещало быть напряжённым, кровавым, и произойти должно было с минуты на минуту.
-Предлагаю мужчинам выкурить по сигаре в моём кабинете. В нём как раз хватит места для нас троих, - улыбнулся мистер Оверрод, бросив взгляд на других своих гостей, вынужденных ютиться в уголке гостиной.
-С удовольствием, - едва заметно поклонился мистер Вудкок.
Майк нерешительно замер.
-Милый племянник, невежливо отказываться от гостеприимства возможного будущего тестя, - произнёс он с сарказмом. - Так или иначе, мы скоро породнимся с Оверродами, я в этом не сомневаюсь.
-Я тоже, - дрожащим голосом ответил юноша. В его глазах горела мрачная решимость.
Оба прошли в кабинет отца Лилли, вполне удобно устроившись в мягких креслах напротив стола, заваленного счетами и недочитанными книгами.
-Прошу прощения за беспорядок, но я плачу служанкам так мало, что они считают неприличным убирать мой кабинет чаще, чем раз в неделю. - произнёс мужчина.
-Здесь вполне рабочая атмосфера, - одобрил его мистер Вудкок. - А материальное положение легко поправимо, уж мы то с вами об этом знаем.
Мужчины переглянулись, улыбаясь, а Майк напряжённо сжал подлокотники кресла.
-Не обращайте внимания на моего племянника, он с детства боится грозы, - самодовольно произнёс мистер Вудкок.
Юноша вскочил, едва сдерживая гнев.
-Полагаю, Майка заинтересовало это оружие, висящее за вашей спиной, - Вудкок взглядом указал на шпагу в ножнах, служащую украшением кабинета.
-О, это лишь красивая игрушка уже много лет... Каждый уважающий себя джентльмен должен отдать дань Средневековью... Но всё же я предпочитаю пистолеты. - мужчина задумчиво провёл рукой по крышке стола.
Оба гостя как по команде подались вперёд.
-Вы держите здесь пистолеты? - спросил мистер Вудкок.
-Я не настолько беден, чтобы остаться безоружным, хоть и не настолько богат, чтобы бояться нападения на своё имущество. Так или иначе, эти пистолеты... достались мне по наследству так же, как та шпага. С той только разницей, что пистолеты ещё, пожалуй, на что-нибудь сгодятся.
Племянник и дядя переглянулись.
-Не будете ли вы так любезны показать мне ваше оружие? - взволнованно произнёс Майк.
-Кроме боязни грозы мой племянник, к его чести, обладает прекрасным вкусом в милитарном искусстве, - заискивающе улыбнулся мистер Вудкок. - Вы позволите?
Он подошёл к столу и, с разрешения хозяина, открыл верхний ящик, достав оттуда деревянный сундучок, который, ничем не примечательный снаружи, оказался обшитым дорогим бархатом, когда его открыли. Внутри лежали два пистолета и несколько пуль.
-Они дуэльные? - спросил Майк.
-Да, мой друг. Странно видеть в доме англичанина дуэльные пистолеты, не так ли? Мы же не какие-то русские, которые стреляются из-за каждого некстати сказанного слова...
Гости промолчали, каждый думая о своём. Оба, почти не отдавая себе отчёт в своих действиях, прикоснулись к холодным стволам кончиками пальцев, сжали руки до такой степени, что побелели костяшки, в опасной близости от курка, и обменялись ненавидящими взглядами. Казалось, они уже готовы были наброситься друг на друга, когда тётушка Берта, с её смешно подпрыгивающими при ходьбе седыми завитками волос, вошла и дребезжащим голосом произнесла:
-А вот и чай!
Следом за ней вошла Лилли, и глаза мужчин тут же обратились на неё. Ещё решительней противники сжали пистолеты прежде, чем, мило улыбнувшись, занять свои места в мягких креслах.
-Прошу вас, господа, - лукаво улыбаясь, Лилли подала чашку сначала Вудкоку, смущённо опустив глаза, затем Майку, смело улыбнувшись юноше. Она знала, чем может пленить поклонника любого возраста.
Джейн всё это время чувствовала себя запертым в клетке зверьком, которого пустили бегать по колесу. Она сопротивлялась, как могла, силы её таяли, но ничто не могло заставить Лилли поступать так, как того хотела Джейн. Девушка заметила взгляды мужчин, заметила открытую шкатулку с пистолетами, но ничего не могла поделать, потому что Лилли (той, кем она сейчас вынуждена была быть), всё это явно нравилось. Она принимала соперничество дяди и племянника за весёлую игру.
Тётушка Берта по-хозяйски уселась в одно из кресел, Лилли изящно облокотилась о бюро из красного дерева, оставив единственный свободный стул для матери, которая принесла сладости к чаю.
-Я ещё утром говорила, что будет дождь. Не случайно моя нога так ныла где-то между четырьмя и пятью...
-Тётушка, - мягко осадила её Джейн-Лилли. - Джентльменам вряд ли интересно слушать ваши жалобы.
-Вовсе нет, - почти хором ответили мужчины, и Лилли едва сумела сдержать улыбку.
-Но того, что будет гроза, я никак не могла предположить, - продолжила Берта, звучно прихлебнув чай из фарфоровой чашки.
Словно в подтверждение её слов за окном раздался чудовищно громкий раскат грома, будто Бог в гневе решил разломить небеса на две половины.
-Вы, должно быть, напуганы, прелестная Лилли? - спросил мистер Вудкок, улыбаясь.
-Я люблю грозу, - произнесла девушка. - Это гнев. Борьба. Соперничество. - в её голосе, обычно мягком и тихом, появились металлические нотки. - Будто кто-то на небесах устроил битву, только вместо стрел там бросают молнии, и огромные бастионы рушатся, армии противников сталкиваются с чудовищным грохотом.
-Я восхищён вашей юной Артемидой, - произнёс Вудкок, обращаясь к мистеру Эндрю. Не похоже было, что он шутил. Решительность и непокорность этой девушки действительно поражали его.
-Ох, Лилли с детства любила романы о рыцарях больше бульварных романов. Помнится, все зачитывались Шарлоттой Бронте, а она из рук не выпускала Айвенго. - разулыбалась миссис Оверрод. - Больше рыцарских историй она любит только мистику.
-Тогда ей наверняка понравится то, что я недавно узнала, - тётушка Берта тяжело поднялась, задев поднос с чаем своей внушительной фигурой. Таинственно улыбнувшись, старушка достала из кармана фартука (она любила носить его как символ того, что всё ещё она распоряжается хозяйством в доме) пожелтевший, ветхий листок.
-Что это, тётушка? - улыбнулась Лилли. - Признание в любви одного из ваших бесчисленных кавалеров?
-Я не настолько стара, моя милая, чтобы признания успели так истлеть, - ответила старушка, - И к сожалению, большинство признаний в любви мне не были закреплены документально. А это я нашла, когда разбирала вещи в том старом комоде в гостевой спальне. И это похоже на...
-Дневник, - произнесла Лилли, оказавшись за спиной Берты. Но, по правде сказать, эта реплика скорей принадлежала Джейн. Только она могла так безошибочно определить это. Едва заметная дата в правом углу, традиционное обращение. «Дорогой дневник». Сердце Джейн сжалось от тревожного предчувствия, когда она это увидела.
-С вашего позволения, я прочту это, джентльмены, - старушка с серьёзным видом нацепила на нос очки. - И держу пари, что даже у таких отважных мужчин, как вы, кровь похолодеет в жилах после этого.
Усмехнувшись, старушка начала читать.
Дорогой дневник!
Как же я мечтаю покинуть этот дом! С тех пор, как папа оставил нас, здесь творится что-то страшное. Я своими глазами видела, как гроб с его телом опускали в землю за несколько миль отсюда, но могу поклясться здоровьем матушки, что вижу его возле своей кровати каждую ночь. Он ничего не говорит, просто стоит в самом тёмном углу и молчит. Лунный свет как будто проходит сквозь него, словно это не человек вовсе, а... призрак. Джейкоб говорил мне о том же. Но ему семь лет, а мне семнадцать... Мальчику его возраста позволено держать в голове невозможные фантазии, но я...
Чтобы разобраться во всём, мы с Джейкобом этим утром отыскали старую книгу по истории Англии в библиотеке. Она была написана тогда, когда мистику никто ещё не отличал от реальности и историк мог рассказать читателю всё, что где-то слышал, что ему казалось правдивым или даже просто интересным. В этой книге написано, что на том месте, где стоит наш дом, ещё в древности кельты возвели соляные столбы. То есть там говорится о легенде... Я приведу её здесь, просто перепишу страницу. Может быть, так она покажется мне более реальной.
«В кельтских письменах можно найти множество интересных легенд, и вот одна из них:
Однажды в глухую деревню пришла семья: пожилые мужчина и женщина вели под руки дочь, чьё лицо и тело были скрыты от всех под чёрным покрывалом. Странники объяснили, что скитаются в лесах уже много лет, а их дочь слепа и больна проказой, и попросили крова. Одна бедная старушка, что жила на самой окраине, приютила их. Сын старушки много лет назад ушёл воевать в дальние страны, чтобы добыть богатство для матери и славу для себя. Мужчина помог ей привести в порядок полуразрушенный дом, женщина помогала по хозяйству. Но девушка, скрытая ото всех, никогда не выходила из отведённой ей комнаты и не делала ничего, чтобы отплатить старушке за приют.
Однажды ночью неожиданно вернулся сын бедной женщины. Он привёз с собой табун лошадей, навьюченных золотом и парчой, и позвал всех юношей деревни, чтобы отпраздновать своё возвращение. К утру все юноши уже были изрядно пьяны, и сыну старушки не понравилось, что девушка живёт в его доме даром. Он заставил её прислуживать за столом, и она оказалась слишком проворна для слепой. Когда она наливала ему вина, он увидел изгибы её тела, а с руки её соскользнула чёрная ткань. Кожа девушки была гладкой и смуглой, ни следа проказы не увидел воин на ней. Когда девушка вернулась к себе, воин пошёл следом и надругался над бедной дочерью странников, даже не подняв покрывала с её лица.
Когда он рассказал об этом юношам деревни, они позавидовали ему, и каждому захотелось увидеть таинственную красавицу. Да и воин, которого уже мучило чувство вины за то, что он совершил, хотел увидеть девушку без покрывала и жениться на ней, если она молода и здорова.
На следующий день он пришёл к ней с просьбой открыть своё лицо.
-Этим вечером пусть все юноши деревни выйдут на луг и встанут в круг. В полночь я приду и обнажу своё тело перед всеми вами, - произнесла девушка.
Воину её требование показалось странным, но любопытство оказалось сильней осторожности.
Мать и отец странницы тем же вечером собрали свои немногочисленные пожитки и ушли из деревни, девушка же осталась, чтобы выполнить своё обещание.
Воин созвал всех юношей деревни и велел им встать в круг. Ровно в полночь таинственная девушка пришла и встала точно посередине. На ней был чёрный плащ с капюшоном, закрывавшим лицо и шею.
-Возьмитесь за руки, - велела она юношам. Околдованные мелодией её голоса, те подчинились. - Вы хотели узреть красоту, которая ради вашего же блага была скрыта под складками чёрной ткани. Вы оскорбили меня, бедную слепую девушку, и теперь все вы будете платить за это вечно.
Произнеся эти страшные слова, девушка сбросила покрывало, и совершенно обнажённая, молча купалась в лунном свете. Её тело было совершенно; мягкие изгибы завораживали, тёмные волосы волнами падали на плечи, оливкового цвета кожа казалась изумрудной в бледном свете луны. Её губы были символом страсти и нежности, на щеках играл лёгкий румянец... А глаза... тёмные глаза цвета аметиста завораживали. Потрясённые её красотой, юноши не могли сдвинуться с места. А она лишь медленно поворачивалась, и когда взгляд её почти чёрных глаз встречался с восхищённым взглядом мужчины, тот тотчас же превращался в соляной столб. Последние, кто ещё был людьми, хотели вырваться, но были не в силах сдвинуться с места. Они так и стояли, взявшись за руки, пока красавица своим взглядом не превратила каждого в соляную статую.
Завершив свою месть, она ушла, и с тех пор больше никто не видел её в тех краях. А женщины деревни, не дождавшись своих мужей ночью, нашли их изваяния на лугу, и, сколько ни плакали, сколько ни молились, не могли вернуть их к жизни, как и разорвать этот мёртвый круг.»
Соль... В детстве, когда увлекалась магией, я прочла, что соль крепко держит призраков в своих границах. И если соляные столбы прямо под нами, а отец умер в доме, то его душа теперь никогда не сможет улететь отсюда, потому что нельзя разорвать этот круг. Значит, призрак всегда будет здесь, всегда будет стоять над моей кроватью. Всегда...
Как только Берта закончила чтение, раздался очередной раскат грома, и ливень хлынул с новой силой. Все молчали, потрясённые только что услышанным.
-Ладно вам, тётушка, - улыбнулась Лилли. - Что страшного в том, что под нами сомкнули руки соляные столбы? К тому же, когда мы сюда приехали, я не нашла ни одного скелета в пустых шкафах, - девушка расслабленно рассмеялась.
-Я ещё не прочла ту часть, где описано самое страшное, - произнесла тётушка, доставая ещё один листок из кармана фартука.
-Что же может быть страшней старой кельтской легенды? - спросила Лилли, грациозно прохаживаясь по кабинету.
Пропустив этот вопрос мимо ушей, Берта продолжила чтение.
Сегодня я пишу здесь впервые не для того, чтобы поупражняться в искусстве красноречия и поделиться с бумагой самыми сокровенными чувствами. Я пишу потому, что, возможно, не смогу пережить эту ночь.
Джейн заглянула через плечо тётушки. Почерк на очередном листке был торопливым и неровным. А в левом нижем углу... Неужели это выцветшее оранжевое пятно — кровь? Но, скорей всего, это только слёзы... Присмотревшись, девушка смогла различить на пятнышке едва заметный кристаллик соли.
Доктор Уильямс случайно оказался в нашем доме в грозу, и вынужден был остаться на ночлег. Мы отвели ему бывшую спальню отца, несмотря на все мои возражения. Около полуночи бедный мужчина ворвался ко мне, забыв приличия. Его руки дрожали, когда он держал бокал виски в руках. Он признался, что видел призрак отца. И что этот призрак считает, что доктор Уильямс виновен в его смерти. Я, как могла, пыталась помочь ему успокоиться, но всё было тщетно. По-прежнему напуганный, за несколько минут до рассвета он вернулся в спальню. Утром мы нашли его мёртвым. Он выпил мышьяк, который на всякий случай носил в своём чемоданчике.
В его предсмертной записке было что-то о том, что мы должны покинуть этот дом, пока не поздно, что нам не пережить будущую ночь. Но мама не приняла этого всерьёз, как и детектив, пришедший по её просьбе. Он убедил маму, что доктор принимал опиум и уже давно был не в себе.
Эта ночь... Мы с Джейкобом могли бы попытаться сбежать, но оставлять здесь маму — эгоистичное безрассудство. Брат прочёл где-то, что избавиться от привидений можно лишь одним способ: сжечь их останки. Это мы и собираемся сделать сегодня.
-На этом записи обрываются, - произнесла тётушка Берта, и все будто очнулись от оцепенения.
-Она умерла? - это сквозь пелену сознания Лилли прорвалась Джейн.
-Если история дома правдива, то Элизабет Доу умерда 15 августа. - произнёс Эндрю Оверрод.
-Это запись датирована 14, - прошептала Джейн потрясённо.
-Берта, ты мастерица нагнать страха, - улыбнулась мать Лилли.
-Что ж, мы не должны позволить кому-нибудь умереть в этом доме, и тогда нам нечего будет опасаться, - Лилли снова взяла контроль над Джейн. - Это такая мелочь, не правда ли?
Майк и мистер Вудкок переглянулись снова. Дождь не кончался, а атмосфера между ними накалилась настолько, что воздух, тяжёлый и влажный от дождя, казалось, рассыпался на тысячи искр между их дыханиями.
Лилли замечала всё это, но вовсе не хотела помешать.
-Забавно, что и сегодня гроза заставил вас двоих остаться здесь, как того доктора, - улыбнулась девушка.
-Лилли, - миссис Оверрод предостерегла дочь от таких резких замечаний, не подобающих настоящей леди. - Полагаю, нам надо бы пойти посидеть возле камина. Тётушка Берта может занять этой страшной историей остальных гостей, а мистера Салливана и мистера Вудкока мы можем оставить здесь, чтобы дать им возможность поговорить с твоим отцом.
-Вы можете считать это неучтивым, но я бы хотел попросить вас оставить меня и племянника наедине на пару минут, - произнёс мистер Вудкок, теребя перчатки в руках.
-Конечно, - мистер Оверрод с готовностью покинул свой кабинет.
Пару секунд мужчины просто молчали, пронизывая друг друга взглядами.
-Ну что, Майк, ты уверен в том, что предложил мне в этом письме? - Вудкок брезгливо достал из кармана помятый листок и бросил его на пол.
-Совершенно уверен, - кивнул юноша.
-Что ж.... - начал мистер Вудкок, но Майк перебил его.
-Как вы могли, дядя, зная, что я влюблён в Лилли, встать у меня на пути? Это так низко, так...
-Я стар, но я тоже имею право на любовь. И заметь, дорогой племянник, я ни к чему её не принуждаю. Она сама должна сделать этот выбор.
-Но родители на вашей стороне. Я им неугоден хотя бы тем, что мой отец недостаточно знатен.
-Твой отец — мельник, - произнёс Вудкок. - И ты бы должен ненавидеть его так же, как я ненавижу за то, что он испортил жизнь моей сестры.
-Но они были счастливы! - в гневе Майк шагнул ближе к дяде, уже занося руку для удара.
-Пока твоя мать не умерла от необходимости без конца рожать детей, стирать пелёнки и жить впроголодь.
-Они любили друг друга, я всегда это видел! - возразил Майк. - А у матушки было слабое здоровье...
-Её здоровье, здоровье аристократки, было прекрасным, но оно не предназначено для Лондонских трущоб. А твой отец не смог обеспечить ей того, к чему она привыкла, живя с родителями.
-Он пытался, - Майк опустил глаза.
-О, полагаю, особенно в последние годы, он пытался найти ответы на дне бутылки, - усмехнулся Вудкок.
Не выдержав, Майк схватил пистолет.
-Ты желаешь, чтобы дуэль произошла прямо здесь? - Вудкок расслабленно сложил руки на груди.
-Я хочу убить вас за такие слова о моём отце, моей матери, моей семье, вы... вы ужасный человек!
-Я всего лишь говорю правду, - мистер Вудкок медленно подошёл к ящику, где лежал второй пистолет. - Что ж... - он задумчиво сжал рукоятку.
Майк прицелился, но пистолет заметно дрожал в его руке.
-Это не кажется тебе глупым, стреляться прямо в доме? Один из нас умрёт, другому не избежать тюрьмы....
-Плевать!
-Если тебе и плевать, то я ещё собираюсь жениться на Лилли...
Майк взвёл курок.
Внезапно обоих мужчин отвлёк звук запирающейся двери.
-Что за чертовщина? - мистер Вудкок нервно обернулся, но никого не увидел позади. Когда он снова посмотрел на племянника, прямо перед ним оказался мужчина в обветшавшей рубашке. Изо рта у него шла пена, а глаза казались абсолютно безумными.
-Кто вы такой? - произнёс Вудкок с раздражением.
Но мужчина не ответил, а просто начал приближаться к дуэлянту, протягивая к нему белые, слишком белые руки.
-Майк, стреляй! - закричал Вудкок, когда руки мужчины почти коснулись его шеи.
Юноша выстрелил. Но то, что произошло потом, не могло не шокировать.
Пуля пролетела сквозь сумасшедшего в рубашке, не причинив ему никакого вреда, и попала в самое сердце Вудкока.
-Что... ты... наделал? - изумлённо произнёс мужчина, падая на колени.
-Дядя! - потрясённый, Майк поспешил к умирающему, но призрак начал двигаться прямо на него.
...Джейн сходила с ума, пытаясь найти возможность войти в комнату, где остались враги. Но Лилли не давала ей возможности сопротивляться. Гости спокойно сидели, ведя беседу, пока не услышали выстрел.
-Бог мой! - вскрикнула тётя Берта. На мгновение взяв верх над Лилли, Джейн бросилась к дверям.
-Милая, осторожнее! - встрепенулась её мать
Джейн попыталась открыть дверь, но она оказалась заперта.
-Не получается! - девушка в отчаянье повернулась к гостям и родным.
-Дай я попробую, - произнёс мистер Оверрод и тоже попытался открыть дверь. Но как только он коснулся ручки, раздался второй выстрел, а через пару секунд дверь распахнулась сама, как будто её никогда не запирали.
Девушка одновременно с отцом ворвалась в кабинет. То, что она там увидела, заставило её смертельно побледнеть. Прижимая ладонь к губам, она едва смогла сдержать крик. Оба мужчины были мертвы, в груди обоих зияла кровавая рана, а пистолеты застыли в руках.
Всё это было настолько странно... Как они могли убить друг друга, тем более, что выстрелы прозвучали с перерывом слишком долгим для того, чтобы человек, смертельно раненый в сердце, успел отомстить своему убийце.
Гости столпились позади, потрясённые случившимся. А Джейн задавала себе только один вопрос: как она могла им помешать, что должна была сказать? Ведь Лилли не давала ей возможности контролировать ситуацию, а Джейн готова была поклясться, что приложила все усилия для того, чтобы прорваться сквозь чужое сознание.
-Всё это немного странно, не так ли? - спросил Джейн голос, от которого её кровь тут же холодела в венах. Это был демон.
-Как ты... - начала девушка, и, оглянувшись, увидела, что все герои сна, кроме неё, замерли в позах, в которых стояли до этого. И только Джейн могла говорить с демоном.
-Ты ведь что-то хотела у меня спросить?
-Я... я ведь не могла помешать... Лилли, она...
-Она сильней, чем тебе кажется. Я слегка усложнил тебе задачу с тех пор, как ты сначала получила свободу, а потом так бездарно её потеряла из-за одного бездушного вампира. Но дело не в этом. То, что было сейчас, это только часть сна. Спасти этих спесивых индюков — это не то, что ты должна сделать. Ты должна спасти остальных. Вот только сомневаюсь, что у тебя это получится.
-Что ж... У меня нет другого выхода.
Джейн покорно склонила голову, а когда подняла глаза, гости уже снова двигались, восклицали что-то вроде: «Боже! Какой ужас!», тётя Берта бегала вокруг убитых, а мать и отец Джейн стояли в стороне, отправляя слугу за полицейским.
-Дождь закончился, - задумчиво произнесла Джейн, подойдя к окну.
-Ох, ещё и эта история, - произнесла тётя Берта, теребя в руках листок. - Я немедля сожгу этот дневник.
-Нет, пожалуйста! - Джейн повернулась к тётушке, но та уже бросила листы в огонь.
-Тебе надо прилечь, милая, - мистер Оверрод обнял дочь и проводил наверх, в спальню. У Джейн не было желания сопротивляться. Она чувствовала себя такой усталой и беззащитной, что сочла за счастье оказаться в плену мягкой кровати и подремать хотя бы пару часов.
Но скоро её сон был нарушен пришедшим полицейским, который задавал ей глупые вопросы, на которые Джейн не видела смысла отвечать.
Наконец, снова оставшись одна, она постаралась вспомнить, что было написано в дневнике Амели Страйтберг об этом сне. Кажется, она писала, что не смогла помешать мужчинам убить друг друга, а ночью их призраки пришли за ней... Значит, через несколько часов Джейн придётся иметь дело с привидениями....
-Что ж, пожалуй, стоит освежить знания, - вслух подумала она. - Жаль, тут нет ноутбука со всеми сезонами Сверхъестественного. Придётся поискать библиотеку.
Стараясь не нарушать недавно установившегося в доме покоя, девушка тихо спустилась на первый этаж, прошла мимо опустевшей гостиной и начала заглядывать во все двери, пока не нашла нужную. Библиотека была просторной комнатой с большим окном во всю стену и парой высоких стеллажей, впрочем, не слишком загромождённых книгами. Вероятно, все старые книги семейство Оверрод куда-то благополучно запрятало, чтобы не портить их растрёпанным видом впечатления новизны недавно приобретённого дома. Это было очень некстати.
Почти не надеясь на успех, девушка прошла мимо полок, поднялась по шаткой лесенке и посмотрела даже наверху, но ничего не нашла. Она безотчётно касалась кончиками пальцев корешков книг, новых для хозяев, но старых для неё, ощущая приятную шершавость. Книги были сделаны на века, так, чтобы, найдя через полторы сотни лет на чердаке, правнуки смогли бы открыть любую страницу и увидеть карандашную отметку скупого прадедушки или след слезы сентиментальной тётушки. Не то, что сейчас: карманные издания, которые превращаются в истрёпанную макулатуру за пару дней и летят в мусорную корзину без сожаления. Сейчас вообще всё стало карманное, даже любовь. Не успеешь прочесть пару страниц, а чувства уже поистрепались, помялись, и уже совсем не хочется знать, что там, в финале. Зато так и тянет забыть про эту книжку и купить новую, блестящую, разрекламированную, но такую же недолговечную.
Вздохнув, Джейн посмотрела в окно. После дождя светило чистое, светлое солнце, такое редкое для Англии в это время года. Открыв плохо поддающуюся раму, девушка вдохнула горький осенний воздух. Всё-таки удивительная штука — погода. Она может успокоить, может заставить снова дышать. Когда солнце, ты не можешь не улыбаться, когда дождь, кажется, что она тебе сопереживает, и ты даже чувствуешь себя немного виновным в этой грязи на тротуарах, глубоких лужах и тучах до самого горизонта. Она как будто говорит: ты грустишь, и небо плачет. Не пора ли уже улыбнуться? Видишь, как плохо всем вокруг, когда у тебя на душе печаль? И ты, сжимая чашку горячего чая в руках, смотришь на светлеющее к вечеру небо и смеёшься о чём-то своём. О чём-то, что только для тебя имеет значение....
Ах, да, призраки.... Скоро стемнеет, и надо хотя бы попытаться спасти свою жизнь...
Джейн ещё раз обвела взглядом библиотеку, но это никак не изменило ситуации. В дневнике, который читала тётя Берта, было написано, что где-то в доме раньше были книги о призраках. Вот только где они теперь?
Погрузившись в свои мысли, девушка вышла, и прямо в дверях натолкнулась на отца.
-Лилли, что ты тут делаешь? - оправившись от испуга, спросил он.
-Я... искала кое-что, - произнесла девушка осторожно. - Отец, ты не знаешь, где все старые книги, которые были здесь до нашего переезда?
-Ты имеешь в виду те полуистлевшие фолианты? - скептически заметил мистер Оверрод. -Милая, в нашем доме только что убили друг друга два человека. Думаю, тебе лучше вернуться к себе и не забивать голову всякими глупостями.
-Но всё-таки, где они? Чтение помогло бы мне отвлечься от случившегося... - Джейн надеялась, что побледнела и опустила глаза довольно натурально.
-Что-то раньше я не замечал в тебе любви к чтению, - подозрительно посмотрел на неё отец.
-Просто в нашей новой библиотеке не находилось книг, которые могли бы меня заинтересовать, - чертыхнувшись про себя, ответила Джейн как можно учтивее.
-Ну, если так... Я не припомню точно, но, кажется, когда я хотел их сжечь, твоя мать запретила мне это делать, и.... Скорей всего они где-то в подвале. Если не боишься идти туда одна после всего, что случилось, возьми свечу у тёти Берты, и вперёд, к свету знаний, - нервно усмехнулся мистер Оверрод и попытался пройти мимо дочери.
-Отец! - окликнула она его, - А что ты собираешься делать в библиотеке?
-Мой кабинет не лучшее место для работы сейчас. А у меня куча счетов.... Худшее, что могло случиться — смерть обоих мужчин, на которых мы так надеялись... - Эндрю помрачнел. - Теперь нам точно не вылезти из долгов. Хотел бы я упрекнуть тебя в чём-то, но это не твоя вина.... Ты ведь не могла предугадать, что такое произойдёт? - он заглянул в глаза Джейн, и ей стало не по себе.
-Нет, конечно, нет.... - она взволнованно поправила складки на подоле платья. - Так я пойду за свечой?
-Если не боишься идти туда одна после того, что случилось с Майком и мистером Вудкоком....
-Они уже умерли, что ещё может произойти? - легкомысленно улыбнулась Джейн, и, пока отец пытался осознать сказанное ей, торопливо проскользнула в гостиную.
Через несколько минут, держа в руках зажжённую свечу, Джейн уже стояла прямо перед дверью в подвал, которая одним своим видом могла привести в ужас любого самого циничного человека. Дверь едва держалась на петлях, была настолько ветхой и прогнившей, что холод из подвала, казалось, осязаемо струился сквозь все щели. В углу, который, очевидно, давно никто не убирал, было кое-что, что привлекло внимание Джейн. Она опустилась на колени и коснулась стены. Растёрла оставшееся на пальцах вещество и почти услышала позади себя бархатный голос Дина Винчестера: «Сера».
-Вот ведь чёрт.... - сквозь зубы произнесла Джейн. - Теперь точно не приходится сомневаться в том, что в этом милом домике живут привидения.
-Лилли, тебе лучше вернуться в комнату, - произнесла миссис Оверрод, и Джейн от неожиданности едва не выронила свечу...
-Я просто хотела...
-Полицейские будут осматривать дом ещё раз, и лучше, если мы не станем им мешать, - женщина требовательно взяла дочь под локоть и повела на второй этаж.
-Но... - Джейн ещё пыталась сопротивляться, но уже понимала, что это бесполезно. Ночь придётся встретить в комнате, где нет ничего, чем можно было бы защитить себя от привидений. Игра заранее проиграна. Но Джейн не собиралась сдаваться.
Как только дверь за миссис Оверрод закрылась, девушка подбежала к окну и посмотрела вниз. Второй этаж — не так уж много... Спички для камина она умудрилась незаметно взять, когда возвращалась в комнату. Всего-то и нужно — найти местное кладбище и сжечь останки мистера Вудкока и Майка Салливана. Другого выхода не было. И Джейн, стараясь не думать о глупости и опасности своего плана, просто достала несколько простыней из шкафа и связала из них что-то вроде верёвки.
-Я грёбаная Рапунцель, - произнесла девушка, открывая окно и спуская простыни вниз, в темноту. Она привязала один конец импровизированной верёвки к ножке кровати, надеясь, что это вполне надёжная опора. Гимнастические навыки снова помогли ей подняться на подоконник и почти неслышно спуститься вниз. Как только ноги девушки в домашних туфлях коснулись земли, из под-них потекла вода. Ливень размыл землю, и сад стал похож на болото. Джейн опасливо оглянулась проверить, не заметил ли кто её побега, и поспешила выбраться на тропинку, хотя тут же пожалела об этом. В окне гостиной промелькнула тень отца, который только чудом не заметил Джейн, и она, вздохнув, снова свернула в заросли.
Было бы проще, если бы можно было заглянуть в воспоминания Лилли, но Джейн боялась снова потерять контроль. Она вышла на просёлочную дорогу и зажгла свечу, которую предусмотрительно прихватила с собой. В её бледном свете практически ничего нельзя было рассмотреть. Пройдя несколько шагов, Джейн увидела впереди карету. Рядом с ней переговаривались двое мужчин.
-Сейчас повезём господ по домам, в кладбищенском домике сейчас такая сырость, что запах мертвечины разнесётся по всей деревне.
Это были полицейские, а в карете, очевидно лежали тела Майка и мистера Вудкока. Джейн поняла, что если не сможет сжечь их сейчас, у неё уже никогда это не получится. Добраться до других особняков посреди ночи — задача невыполнимая даже для бесстрашной Джейн. Поэтому она решилась на отчаянный шаг. Ступив в темноту кустарника она, закричала:
-Помогите!
Темнота только сыграла ей на руку, Мужчины бросились к кустам, а Джейн проскользнула мимо них к карете.
-Могу поклясться, что крик был отсюда, - произнёс один мужчина.
-Нам двоим не могло это почудиться одновременно, - ответил второй, и оба они начали продвигаться вглубь кустарника.
Джейн не теряла времени даром. Она забралась в карету, с ужасом пытаясь не думать, что, чтобы не поскользнуться, опирается на мёртвые тела, накрытые плащами.
-Давай же, давай! - шептала она, пытаясь зажечь спичку. Но из-за сырого воздуха у неё ничего не получалось.
Она услышала, как полицейские возвращаются обратно, но отступать было слишком рискованно и поздно. В самый неподходящий момент её нога в промокших насквозь туфлях соскользнула с подножки.
-Что это там за шум у наших покойников? - нервно рассмеялся один из полицейских. Судя по звукам, он направился к карете.
Борясь со страхом и тошнотой, Джейн отогнула край плаща Майка и легла прямо на него, чувствуя солёно-металлический запах крови. Она прильнула к нему так близко, насколько это только было возможно и накрыла их обоих плащом.
-Ну что, Фрэд? - спросил оставшийся на дороге полицейский.
-Лежат, спят, как младенцы, Сид, - грубовато рассмеялся его товарищ.
Джейн облегчённо выдохнула, но тут же снова едва не закричала от ужаса. Её рука уперлась прямо в рану, и вся испачкалась в крови.
-Эй, ребята, поможете дом осмотреть? - крикнул кто-то третий, чьего голоса Джейн ещё не слышала.
-А как же этих сторожить?
-Не убегут!
Подошвы зашлёпали по сырой земле, удаляясь, и Джейн наконец поднялась с тела Майка. С ожесточением она снова начала пытаться зажечь свечу, и где-то с пятой попытки ей наконец это удалось. Она поднесла огонь к плащу, и он вспыхнул так быстро, что девушка едва успела отпрянуть. Через пару секунд карету объял огонь. Надеясь остаться незамеченной, Джейн бросилась обратно к своему окну. К счастью, верёвка из простыней всё ещё была на месте. Подняться было трудней, чем спуститься, в частности из-за того, что руки были в крови, а ноги насквозь промокли. Но Джейн всё же за пару минут оказалась внутри. Торопливо вернув простыни на место, она услышала крики:
-Карета горит! Что происходит?...
Торопливо закрыв окно, девушка заметалась по комнате. Её руки были испачканы кровью, а туфли — грязью. А не слышать приближающиеся шаги она уже не могла. Кто-то шёл её проведать. Вероятно, узнать, не испугалась ли она. Молниеносно приняв единственно возможно решение, Джейн юркнула под одеяло.
-Милая, ты в порядке?
-Я слышала крики... - Джейн осторожно поправила ноги, обутые в мокрые туфли.
-Кто-то поджёг карету мистера Вудкока... - произнесла Шарлотта, присаживаясь на краешек кровати.
-Боже... - выдохнула Джейн, незаметно отодвигаясь. Она чувствовала себя слепым пьяницей, стоящим на краю пропасти. Одно неверное движение — и ты уже внизу.
-Вы ничего не видели, мисс? - в комнату вошёл полицейский, и Джейн узнала его голос. Именно он звал других помочь ему с осмотром дома. В какой-то степени, Джейн должна была быть ему благодарна.
-Нет, я весь вечер не вставала с постели, - девушка закусила губу, заметив грязные следы, ведущие от окна к кровати.
Каким-то чудом полицейский не посмотрел на пол, он лишь смущённо улыбнулся, склонил голову и вышел.
-Отдыхай, милая, - мать потрепала её по плечу, и Джейн вздрогнула от этого прикосновения. - Сегодня столько всего произошло, что мне уже начинает казаться, мы никогда не сможем чувствовать себя в безопасности.
Джейн осторожно кивнула и постаралась не выдать своей радости, когда миссис Оверрод наконец покинула её комнату.
Как только она вышла, Джейн вскочила с кровати и заперла дверь на ключ. К счастью, за ширмой для переодевания стоял тазик с водой, где Джейн отмыла руки, и первой попавшейся тряпкой вытерла следы на полу. Её руки дрожали — она заметила это только тогда, когда начала снимать туфли со сложной шнуровкой.
Всё это было очень, очень странно. Кажется, она сделала всё, что от неё зависело. Но сон не кончался. Значит, что-то ещё ждало её впереди, и это очень пугало.
-А это больно, - услышала она голос, от которого мурашки побежали по коже.
-Мистер... Вудкок? - Джейн медленно обернулась.
-Больно, когда тебя сжигают... - произнёс стоящий рядом с дядей Майк.
-Но... как?
-Сейчас тебя должно волновать другое: как выжить, - произнёс Вудкок с циничной улыбкой.
-Но я сожгла ваши тела! Вы должны были...
-Исчезнуть? А ты разве забыла легенду о соляных статуях? Они держат нас здесь.
-О, чёрт.... - простонала Джейн. - Подвал...
-Как же ты догадалась?
-Думаю, это всё мой богатый опыт, - произнесла Джейн, уже привычным жестом зажигая спичку и бросая её в призраков. «Привидения боятся огня», - это как-то внезапно всплыло в её сознании. На время призраки рассеялись, и девушка бросилась к двери, уже проклиная себя за то, что её заперла. Дрожащие руки почти не слушались, но всё-таки замок поддался достаточно быстро.
Девушка выскочила на лестницу в полной темноте, и едва удержалась от падения, схватившись за перила. Платье мешало двигаться, чёртовы длинные подолы.... Джейн знала, что нужно спешить к подвалу, но знала она и то, что призраки, наверняка, ждут её там. Поэтому она решила совершить полезный для себя, но довольно опасный манёвр — она проскользнула на кухню и начала громить полки в поисках соли. К счастью, она очень быстро её обнаружила и набила ей всё внутренние карманы платья.
Теперь уже точно нужно было спешить к двери подвала, но сначала... девушка подсознательно дала своему телу команду подниматься наверх... сначала нужно обеспечить безопасность остальных жителей дома. Поэтому Джейн вернулась обратно и сделала соляные полоски возле дверей всех жилых комнат.
-Долго нам тебя ждать, красавица? - снова услышала она за своей спиной.
-Что я найду в подвале? Никто не сможет гарантировать, что я как-то смогу нарушить расположение статуй...
-Я вижу, ты пессимистка.... - снова улыбнулся мистер Вудкок.
-В моём положении это не так уж и странно, - Джейн сложила руки на груди.
Девушка чувствовала странную апатию. Если привидения убьют её сейчас, она просто наконец-то проснётся...
-Вы ведь меня убьёте? - спросила она.
-Пожалуй, сначала мы убьём всех остальных, и никакая соль...
-Соль держит вас здесь, - возразила Джейн. - Не трогайте никого, просто убейте меня, и пусть ваши души... как это... упокоятся с миром...
-Не так-то всё просто... - произнёс Майк. - Мы теперь — пленники этого дома. И ты должна нам помочь.
-Помочь? - Джейн не поверила своим ушам.
-Ты должна спасти нас от аптекаря, - мистер Вудкок осмотрелся, будто опасаясь, что его услышат.
-От кого? - удивлённо переспросила Джейн.
-От того, из-за кого мы теперь мертвы, - ответил Майк.
-Так это не вы убили друг друга, это...
-Это был я... - хриплый голос заставил Джейн встрепенуться. Бледный, полупрозрачный человек в рубашке навыпуск подходил к ней сзади.
-Но зачем?
-Каждый год в этот день, в день моей гибели, я оставляю здесь пленников.
-И... сколько их здесь?
-Не так много. Дом долгое время пустовал, Но недавно сюда заселились вы.
-Мы — единственные, - склонил голову Майк.
-Неужели у тебя, мега страшное могущественное привидение, не хватает сил для того, чтобы заманить сюда пленников?
-Я не могу выйти, как ты успела заметить...
-Но люди могут сюда войти, - закончила за него Джейн. - Конечно....
-И я не дам тебе выпустить их.
-Неужели ты сам не хочешь стать свободным? - удивлённо спросила Джейн.
-Одна девушка много лет назад уже пыталась нас освободить. Но ничего у неё не вышло. По крайней мере, в отношении меня...
-И ты мстишь?
-Что-то вроде того... - улыбнулся аптекарь, показывая ужасные, раскрошившиеся зубы.
-Ты ведь выпил мышьяк?
-О, да, ужасный яд.... Я выпил всё,что было в моём чемодане с лекарствами. Один из ядов был особенно жесток. Он прожёг всё внутри меня, мой язык, мои зубы превратились в уголь...
-Кто заставил тебя сделать это?
-Один мой пациент, который остался свободен, к тому же... Его душа теперь летает в райских садах, а я мучаюсь здесь столько лет...
Разъярённый призрак пролетел сквозь Джейн, и она почувствовала загробный холод внутри. Захотелось лечь, прижать колени к груди, чтобы только согреться.
-Позволь мне попробовать... - произнесла Джейн. - Я выясню, что тогда произошло, я...
-Никто не вызволит меня отсюда, никогда! - призрак снова набросился на Джейн.
-Беги! - Майк и мистер Салливан постарались защитить девушку, и она скользнула в свою комнату. Первое, что она сделала, это защитила солью окно и дверь, постаравшись не пропустить ни одной щели и села у двери, прижавшись к ней спиной, и почти до самого утра слушала неистовую борьбу привидений, которую остальные вполне могли принять за завывание ветра в печных трубах. Только к утру девушка сама не заметила, как уснула.
Её разбудил стук в дверь, от которого она вздрогнула и едва не закричала.
-Лилли, пора спускаться к завтраку, - произнесла Шарлотта.
Джейн открыла дверь и упала в объятья матери.
-Что с тобой, милая?
-Я не могла уснуть... Я так рада, что с вами всё в порядке... - Джейн едва не расплакалась от осознания того, что ужасная ночь позади.
-Не могу взять в толк, что за соль была у порогов всех наших комнат? - произнесла женщина.
-»Она спасла ваши жизни..». - подумала Джейн. - Не знаю, - вслух произнесла она.
-Идём, дорогая, тебе нужно подкрепиться, - улыбнулась Шарлотта. - Мы ещё долго не придём в себя после того, что случилось. Но мы должны...
Джейн кивнула, сдержав слёзы. Её взгляд непроизвольно упал на часы. У неё не так уж много времени до следующей ночи. А единственное, что она может сделать, чтобы спастись, это освободить всех призраков. Но как это сделать... Ещё и тётушка Берта выбросила те записки... нужно хотя бы попытаться её расспросить о том, что она тогда прочла... Если бы Джейн не была так занята борьбой с сознанием Лилли, она бы запомнила лучше... Внезапно у Джейн появилась одна идея.
-Доброе утро, отец, - произнесла она, усаживаясь за стол.
-Оно далеко не доброе. Нам снова прислали счета, которые совершенно нечем оплачивать... Ещё и эти сгоревшие трупы привлекли к нам столько ненужного внимания...
Джейн молча выслушала все сетования отца, и всё-таки отважилась просить:
-А этот дом... Отец, кто его прежние владельцы? И как тебе удалось его купить?
-Ох, это безумно смешная история.... Ты как раз ездила в Бат к тётушке Матильде, - произнесла миссис Оверрод, и Джейн почувствовала себя совершенно героиней романа Джейн Остен.
-Я купил его за сущие копейки у одного безумного старика, он живёт в самой бедной части Лондона, в ужасной комнате с тараканами и мышами. Когда я попросил его продать мне дом, он посмотрел на меня как на сумасшедшего, и готов был отдать мне его бесплатно.
-Кажется, я понимаю, почему, - усмехнулась Джейн.
-Что?- поднял брови отец.
-Я имею в виду, этот дом... он, похоже, притягивает неприятности.
-Не говори глупостей, дорогая. А впрочем, если тебе интересно, вот письмо от бывшего владельца. Оно как раз попалось мне на глаза сегодня утром.
Джейн улыбнулась, мысленно поблагодарив Майка и мистера Вудкока. Потому что мистеру Оверроду письмо в этот день попалось явно не случайно.
Она взяла листок, и прочла ничего не значащие слова.
Я, мистер Джейкоб Доу, передаю дом в селении Уоллс во владение мистера Эндрю Оверрода, и отказываюсь от всех прав на него»
Джейн несколько раз перечитала эти строки. Что они могли значить? Это же только документ...
-Джейкоб... Джейкоб Доу... - мысленно повторяла она. - Джейкоб... Так же звали мальчика, о котором в дневнике упоминала та девушка... Тётя Берта, вы помните?
-Джейкоб? Да, кажется, я читала это имя на страницах...
-Так это он тогда жил в доме?
-Что за глупости тебя занимают, Лилли! - с упрёком произнёс мистер Оверрод. - Единственное, о чём ты должна беспокоиться, это удачное замужество!
-Папа, ты не понимаешь! - произнесла Джейн и бросилась наверх.
-Она сошла с ума? - произнесла Шарлотта, глядя вслед дочери.
-Пускай поиграет в детектива, - улыбнулась тётя Берта.
-Только не когда мы по уши в долгах! - закричал мистер Оверрод, и ударил по столу так сильно, что чашки подпрыгнули на пару сантиметров.
Но Джейн в этот момент уже доставала из шкафа сделанную вчера верёвку из простыней. Открыв шкатулку Лилли и чувствуя себя немного воровкой, девушка достала пару золотых серёг. Она прикинула, что этого должно хватить с лихвой на дорогу до Лондона и обратно. Главное, чтобы хватило времени.
Уже привычно привязав верёвку к ножке кровати, девушка спустилась вниз. Днём ей нужно было быть ещё осторожней, чем ночью. Её ведь могли увидеть в любую секунду, и тогда пришлось бы объясняться...
К счастью, девушка быстро проскользнула мимо окон, пока все домочадцы были заняты завтраком, и вышла на дорогу. Она шла пешком довольно долго, пока не встретила извозчика.
-Вы довезёте меня до Лондона? - спросила она, показывая серьги.
-Садитесь, леди. Мне всё равно по пути, - улыбнулся добродушный старик, и Джейн облегчённо вздохнула.
За полчаса девушка оказалась в том районе Лондона, где жил Джейкоб (она прихватила с собой письмо, на котором был адрес).
-Я бы не советовал барышням, вроде вас, одним гулять в таких местах, как это, - произнёс извозчик, остановившись возле полуразрушенного дома, рядом с которым стояли в ряд бедняки, прося подаяния.
-Если вы меня дождётесь, я отдам вам эти серьги и ещё ожерелье в придачу, - Джейн показала на украшение на своей шее.
Старик удовлетворённо кивнул. Джейн прошла мимо бедняков, опустив голову. Она уже жалела о том, что совсем не взяла с собой денег для них. А ведь, скорей всего, Джейкоб — один из таких бедняков, и без денег даже разговаривать с ней не станет. А у неё не осталось ничего кроме того, что она обещала извозчику.
Стараясь не думать об этом, Джейн поднялась по шаткой лестнице на самый верх, где под крышей было жалкое подобие комнаты, в которой жил таинственный Джейкоб. Старая дверь скрипнула, и Джейн вынуждена была перешагнуть через полоску соли. Это только укрепило её мнение о том, что мужчина что-то знал. Чтобы войти, Джейн пришлось слегка наклонить голову, хоть она и была совсем невысокой.
-Мистер Доу? - произнесла она нерешительно.
-Кто вы? - испуганно спросил мужчина в тёмном углу.
-Успокойтесь, я не принесу вам вреда, - сказала Джейн, присаживаясь на краешек заваленной лохмотьями кровати.
-Зачем ты пришла? - старик повернулся к Джейн лицом, и она увидела, насколько его лоб и щёки испещрены морщинами, глаза были совсем тусклыми, губы бледными и тонкими. Похоже было, что он давно не видел солнечного света, будто вечно прятался от кого-то и боялся.
-Я хотела узнать... почему вы живёте в трущобах, почему отдали дом за бесценок?
-Это ужасный дом, я счастлив, что избавился от него!
-Избавились от него, но не от воспоминаний, ведь так?
-Что ты знаешь? - встрепенулся мужчина.
-Я пришла узнать, что знаете вы. Теперь я живу в этом доме, и там умерли двое мужчин. Их души хотят освободиться, но не могут. И всё из-за соляных столбов и аптекаря.... Пожалуйста, не выгоняйте меня! Я хочу спасти своих родных...
-Я ничего не знаю, - покачал головой старик.
-Джейкоб! - он вздрогнул от того, что Джейн назвала его по имени. - Я читала дневник вашей... сестры, вероятно.... Что случилось с ней? Она умерла?
-Если бы всё было так просто... - глаза мужчины, почти бесцветные, мгновенно потемнели.
-Расскажите, что тогда случилось, пожалуйста... возможно, я смогу закончить это....
-У Элизабет не получилось... А она была такой умной, доброй, сильной... Я вижу, что ты тоже не так слаба, как кажешься, но всё-таки... Я советую тебе просто сбежать.
-Но вы прекрасно понимаете, что я не уговорю родных покинуть этот дом. Наше материальное состояние...
-Оно, полагаю, не важней ваших жизней.
-Но мистер Вудкок и Майк... И аптекарь... Хоть он и сошёл с ума за все эти годы в плену, я бы хотела помочь его душе обрести покой. Просто расскажите мне, что тогда произошло.
-Хорошо, - старик сжал подлокотники кресла, - Мы, я и Элизабет, были потрясены смертью отца. В последние дни он был не в себе и винил в своей болезни аптекаря. Будто бы тот отравил его, чтобы завладеть его женой, нашей матерью, и этим домом. Когда отец умер, он стал являться нам. Просто стоял у кровати и молча смотрел. Тогда Элизабет нашла легенду...
-О женщине, которая превратила оскорбивших её мужчин в соляные статуи?
-Да, именно эту. И это значит, что привидений держит внутри соль. И даже если сжечь их останки, они всё равно останутся в доме. Мы этого не знали, и отправившись на кладбище, сожгли тела отца и аптекаря. Но когда вернулись — привидения снова были в доме, а вся наша семья — мертва. Тогда сестра и я, мы спустились в подвал, и нашли там у самой стены что-то твёрдое. Когда мы отчистили это от земли и пыли, оказалось, это была соль. Руки, сцепленные тысячелетия назад. Тогда сестра попыталась разбить статую, но это было совсем не просто...Как только Элизабет разбила рукопожатие, она сама превратилась в соляную скульптуру. Призраки отца и аптекаря пришли в ужас, и в гневе начали наступать... - мужчина нервно сглотнул. - И я взял прихваченный с собой топор... решил, будь, что будет, и разбил статую сестры на мелкие кусочки. Отец начал бороться с аптекарем, который не выпускал его из цепких рук, но всё же призрак отца выскользнул в образовавшееся отверстие, а я, оступившись, упал в какую-то яму. Через секунду соляные столбы были вновь восстановлены. А аптекарь остался внутри.
-Как же вы выбрались?
-Я был семилетним мальчишкой... Проскользнул в какое-то подземелье, и через несколько часов выбрался на свет. Мне всё время казалось, что за мной гонится призрак аптекаря. Я и сейчас порой ощущаю его дыхание, хотя и знаю наверняка, что ему не выбраться.
-Так значит, чтобы разрушить заклятье, нужно просто разбить эти статуи? - произнесла Джейн.
-Да, но помни, что стало с моей сестрой...
-У меня нет выхода. Спасибо вам, Джейкоб.
Через полчаса Джейн снова была дома. Похоже, никто не заметил её отсутствия. Нужно было теперь всего лишь найти топор и пробраться к подвалу. Правда, днём это сделать было совершенно невозможно. Поэтому, дождавшись, пока стемнеет, Джейн выскользнула из комнаты и отправилась на кухню. Тётя Берта всё ещё дремала в кресле, поэтому девушка неслышно прокралась мимо неё и нашла за печью то, что ей было нужно. Пополнив запасы соли, она направилась к подвалу.
-Ты знаешь, что делать. Мы задержим его, - услышала она голос Майка, и даже не стала оборачиваться, чтобы проверить, что он рядом.
Собравшись с духом, девушка открыла дверь в подвал. Тут же на неё пахнуло сыростью и запахом старого склепа. Поморщившись, она осторожно вошла, стараясь не погасить свечу. Несколько метров она прошла по вполне ровной дороге, но потом едва не упала на какой-то ступеньке. Дорога вела вниз, и это было хорошо. То есть, статуи должны быть где-то близко. Очередные ступени заставили свечу Джейн опасно изогнуться, и горячий воск капнул ей на пальцы. Застонав от боли, девушка продолжила свой путь. Чем ниже она была, чем дальше, тем отчётливее слышала... как будто шёпот, чей-то шёпот... Неужели это души заточённых в статуи людей? От этой мысли Джейн стало совсем не по себе. Если верить рассказам Джейкоба, она была уже совсем близко. Действительно, протянув руку, она наткнулась на что—то твёрдое.
-Что-то ищешь? - услышала она голос аптекаря позади себя и от испуга выронила свечу.
-Я пытаюсь вас освободить, - произнесла Джейн, медленно оборачиваясь. - Вы помните, что случилось тогда? Вы просто не успели...
-И где гарантия, что успею сейчас?
-Я постараюсь сделать всё для этого....
-Лилли, давай. Мы его остановим, но ненадолго,- произнёс Майк, и Джейн почувствовала присутствие ещё двух мужчин.
-Что ж... - произнесла она, ударяя по статуям. Соль рассыпалась, но тут же снова регенерировалась. Единственный выход — попытаться сдержать это, стать живым препятствием, только очень ненадолго живым.
-Приготовьтесь уйти, - произнесла Джейн. - У вас будет пара секунд.
И она снова ударила по соляным статуям. Когда соль осыпалась, она вжалась спиной в одну из статуй, чувствуя, как тоже каменеет, и в то же время едва держась, чтобы не соскользнуть в яму. Аметистовые глаза мелькнули перед ней на долю секунды, и она почувствовала, как непреодолимо её тянет коснуться рукой другого конца, чтобы замкнуть круг.
-Ну же, скорей! - прошептала она.
-Лилли... - прошептали мистер Вудкок и Майк одновременно.
-Давайте же!
Призраки проскользнули мимо девушки, все втроём, и Джейн почувствовала, как полностью превращается в соль.
В следующую секунду она провалилась в темноту.