Паранойя

На улице ночь, темно но от лунного света, видно, что Брайан все еще на кладбище а возле его ноги, могила отца...

— Отец... — произносит он и отводит взгляд на могилу с надписью "Брайан Миллер", расположенная которая была рядом с могилой отца...

— Что? Что это может значить? — спрашивает Брайан у незнакомца, стоящего перед ним — Это... Как?

— А если я тебя спрошу то-же самое, ты сможешь ответить мне с легкостью? — отвечает Дин вопросом на вопрос.

— Я? Я должен отвечать? — испуганно спрашивает Брайан — Но, как? Как это вообще возможно?

— Никак, все совершенно просто. Ты сходишь с ума, вот и все.

— Почему я схожу с ума?

— А вот этого я уже не знаю. Я вижу тебя впервые, пришел на помощь.

— Зачем пришел? Зачем ты мне помогаешь?

— Ты просил меня... Ну если не нужна помощь, я тогда пойду.

— Нет. Стой - не оставляй меня здесь.

— Ладно, хорошо. Поехали к врачу, там разберемся.

Как это возможно? — Задумался Брайан. Как это, я живой, а могила... Кто-то решил пошутить надо мной? Если это так, тогда это получилось совсем не смешно. От страха можно умереть... Почему я боюсь? Я ведь уже взрослый, но я боюсь. Что происходит?

На дворе темная ночь, дорогу освещает ярко-желтый свет фар старенького Джипа Дина, на небе не было ни облака, но спустя минут 15, небо затянулось темно-фиолетовыми тучами, молния моментами освещала все вокруг, тут-же и послышались звуки грозы, в след которым через минуту спустился дождь. Брайан сидя на боковом, пассажирском месте, почти всю дорогу молчит...

— Погода не очень, как видишь — говорит Дин.

Брайан молча смотрит на дорогу, и так уже больше 5-ти минут, но, спустя еще некоторое время, он заговорил - Куда мы едим?

— Как это куда? В Больницу. Тебе нужно к врачу, вижу, ты давно с ума сходишь.

— Я схожу с ума? Давно? На сколько давно?

— Не знаю на сколько давно, но все зашло слишком далеко. Почему ты не обратился к врачу?

— Зачем к врачу? Мне итак хорошо.

— Ладно. Расскажи о себе что-нибудь, если конечно можешь...

— О себе? — переспрашивает он — я рисую картины, серые картины.

— Черно-белые?

— Нет, серые.

— Это как?

— Вот так - рисую картины серым цветом.

— Ну хорошо. Чем ты еще занимаешься? Какое у тебя хобби? — продолжает интересоваться Дин.

— Рисовать картины, которые реальны.

— Реальны?

— Да, они сбываются. Это когда в мире отображается то, что я рисую на листке.

— Давно ты этим занимаешься?

— Всю жизнь наверное... Это интересно — отвечает Брайан, как и на все вопросы, смотря в одну точку на лобовом стекле Джипа.

— И что ты рисовал?

— Ее рисовал... И его рисовал.

— Кого "ее"? Или "его".

— Мэгги. Где она?

— Я не знаю, кто такая Мэгги и я не знаю где она, но обещаю, что мы обязательно ее найдем.

— А может быть она у него? — спрашивает Брайан и резко отводит взгляд на Дина.

— У кого?

— Я не знаю как его зовут, но я чувствую, что с ней что-то не так... Ей больно сейчас, одиноко. Она одна, сидит где нибудь связана. Он держит Мэгги у себя, в заперти.

— Ты имеешь введу, в подвале?

— Не знаю, может быть в подвале.

— Что с тобой происходит? — интересуется Дин.

— Не знаю. Со мной что-то не так?

— Вот это мы сейчас узнаем у доктора Гордона.

— Чарли Гордон? — с любопытством спрашивает Брайан у Дина.

— Да, а ты знаешь его?

— Кого?

— Доктора — с удивлением отвечает Дин, ведь меньше минуты назад, Брайан знал как его зовут, а теперь вовсе делает вид, что не знает ничего.

— Какого доктора?

— Чарли Гордона.

— Впервые слышу — отвечает Брайан — а куда мы едим?

— К доктору.

— Зачем?

— Вот и мне это интересно — зачем мы туда едим, если тебе уже вряд-ли кто нибудь поможет?

— Как тебя зовут?

— Меня зовут Дин. Что с тобой? Что с твоей памятью? — нервно задает вопрос Дин.

— В меня стреляли. Почему я все еще дышу? Так не должно быть - это невозможно.

— Кто в тебя стрелял?

— Я не помню.

— Давно умер твой отец?

— Отец? Умер? У меня есть отец?

— Ну да, иначе откуда ты взялся?

— Не знаю, я не помню своего отца. Он... Где мой брат?

— Я не знаю где твой брат. Может он ищет тебя?

— Может ищет. Теперь я понял, откуда я взялся - меня создали в лаборатории так-же, как и брата. Ему сейчас не больно, у него нет чувств — рассказывает Брайан — он не умеет плакать, он ничего не боится. Не чувствует физической и моральной боли...

— А это хорошо или плохо? — спрашивает Дин у Брайана.

— Наверное это хорошо... Я б тоже хотел так - не чувствовать боли в душе. Почему это невозможно?

— Потому-что ты человек. У тебя нет брата, отца убили, ещё месяц назад.

— Ты только что у меня спрашивал, давно-ли умер мой отец, а спустя пять минут, говоришь, что он умер месяц назад. Ты об этом в любом случае что-нибудь знаешь, иначе как ты меня нашел?

— Ты сам меня позвал, забыл? — утверждает Дин.

— Не ври, ты пытаешься меня запутать, и, у тебя это получается. Что происходит? Объясни.

— Твоего отца убили там-же, где и тебя хотели убить.

— Ты уверен, что меня хотели убить?

— Нет. Но я не могу это объяснить...

— Как это так?

— Я пытаюсь понять, что с тобой. Что в тебе изменилось, после такого. Иначе, как ты выжил?

— Не все так просто... — произнес Брайан, после чего, над чем-то задумался и несколько минут вовсе молчал.

— Мы приехали — уведомляет Дин Брайана в том, что пора выходить из машины.

Дин вышел из машины, за тем сразу-же отвел Брайана в клинику, но дальше, чем к входу, они не до шли - Брайан начал слышать странные звуки в голове, шаги врачей были слышны на много громче, чем обычно. Не смотря на шум дождя, были хорошо слышны даже звуки крыс, бегающих во дворе возле мусорных баков.

— Что это черт возьми? — спрашивает Брайан у Дина, после чего, хватается за голову и от боли, падает на колени — Что со мной происходит?!

— Позовите врача, тут человеку плохо! — выкрикивает Дин дежурному врачу, в след чему, по просьбе Дина через минуту приходит врач и вкладывает Брайану в руку успокаивающее, от которого в его глазах оказалось совсем темно, странные звуки пропали, он ничего не слышит, попытки что-то сказать, бессмысленные. Неужели опять? - по думал он, и тут-же понял, что сильная слабость мешает ему думать...

Спустя мгновение, слух возвращается к норме, но открыть глаза он не может, так-же как и разговаривать... Остается только слушать то, о чем разговаривают стоящие рядом.

— Где вы его нашли? — спрашивает один из участников разговора.

— Он был у своего дома, в лесу - отвечает второй собеседник.

— Как вы его нашли?

— Он прислал мне на телефон сообщение, в котором просил о помощи, это не так важно в данный момент. Все могло быть гараздо хуже... Его возможно излечить?

— Я не знаю. Врядли это возможно, но я попробую.

— Доктор Гордон, я прошу вас, сделайте все возможное, чтоб спасти его. Только он может помочь найти того, кто убил Джона. 

— Может - если не лишиться памяти...

— Какова вероятность того, что такое возможно?

— Дин, понимаешь? В его состоянии, я б вовсе не надеялся на нормальную дальнейшую жизнь. Но, возможно из этого что нибудь получится. Вероятность того, что он лешится памяти, равна 95%. Его спасет лишь чудо.

— С одной стороны, это очень плохо... Но, с другой стороны - он избавится от давней зависимости к наркотикам, которую привели ему вместе с лекарством от несуществующей болезни, а лечили ее самими наркотиками.

— Не нужно гадать, нужно делать операцию. Уже вторую в его жизни. Первую сделали, когда ему было 13, он ее плохо пережил - из-за осложнений, пришлось делать пересадку сердца. Если такое повторится еще раз, он умрет...

— Предлагаете оставить все так, как есть? Хуже уже быть не может. Есть-же надежда на то, что он будет жить нормальной жизнью. Если она есть, ей обязательно нужно воспользоваться.

— После отчаянья наступает покой, а от надежды сходят с ума...

— Он уже сошёл с ума и ему нужна ваша помощь. Вам нужны деньги? Сколько?

— Дело совсем не в деньгах...

— Тогда, сделайте ему эту операцию. Что будет, то будет. Лучше спокойно умереть, нежели, жить в муках.

— Ладно, хорошо. Как скажите.

Продолжение следует...