Глава 5. Повтор
В темной комнате сыро и пахнет плесенью, а за углом, маленькими лапками, шустро пробегает крыса и навязчиво пищит. Ее звук, доносящийся из ее маленькой глотки, доносится по холодному помещению эхом, что заставляет себя чувствовать раздраженным и агрессивным без того злого и озабоченного мужчины, ведь напротив него сидит на деревянном стуле привязанная бечевой веревкой женщина. Она что-то невнятно мычит, дергает руками и крутит головой, пытаясь рассмотреть здание, хоть и ее действия совершенно бессмысленны по причине того, что глаза ее заклеены прочным скотчем также как и рот. Ее дрожащее тело и нервное, заметное за слоем скотча, лицо заставляет чувствовать, как поток адреналина заполняет разум до предела. Учащенное дыхание и помутневший рассудок начинают потихоньку застилать оставшиеся частицы здравых мыслей в черепной коробке высокого и крупного человека в капюшоне. Он стоит и смотрит на женщину, которая вот-вот от страха заставит свое сердце остановиться в миг и оттого, давящая на психику тишина готова взорвать мозг на мелкие кусочки, чтобы эти самые ошметки заполнили пространство и окрасили все в красно-алый цвет, вываливаясь с ее тела на бетонный пол.
Мужчина сделал размашистый шаг вперед и теперь, получается, он находится в метре от нее. Она притаилась. Было заметно, что наклонив голову, жертва по звуку определила, где находится ее насильник, и из-за этого она начала крутить головой с бешеной силой и более громко мычать, как бы давая знак, что она хочет что-то сказать. Такое поведение забавило мужчину. В знак любопытства, он нагнулся к ней и рассматривал ее дрожащее и серое лицо, что сподвигло его улыбнуться настолько широко, что его уголки губ растянулись до середины щек, а его белоснежные зубы ярко выражались среди кромешной темноты.
Неподалеку от места, где располагались два силуэта, мешался металлический хирургический стол. Откуда он взялся в таком помещении - не известно, однако если предположить ,то скорее всего это здание - заброшенная больница, которая никому уже не нужна. На холодном и блеклом подносе лежали, не трудно догадаться, хирургические приборы, а если быть точнее, то пила, скальпель и зажимы.
Повернув голову в сторону столика, мужчина, выправив спину, сфокусировал свое внимание на те самые интересные, по его мнению, вещички, потому он направился в его сторону. Когда он дотронулся до холодного оружия, его кончики подушечек на пальцах ощутили гладкий и прохладный металл, что заставило мужчину с предвкушением обернуться и еще раз посмотреть на женщину. Взяв полностью в руку прибор, он подошел к бедной жертве. Еще раз осмотрев такую сладкую и прекрасную картину, темный силуэт разрезал, не церемонясь, вдоль блузку и после начал разглядывать каждый сантиметр кожи ее туловища. Ее кожа была на ощупь мягкой и бархатистой, но когда он поднял взгляд, мужчина заметил, что поверх ее грудей медленно стекал пот и скатывался до нижнего белья, где капельки впитывались в тоненькую ткань и исчезали, оставляя только небольшие маленькие пятна.
Вдоволь насмотревшись на ее груди, он взял тот самый скальпель более крепко и поднес к животу. Еще раз взглянув на свою жертву, он решительно дотронулся до кожи кончиком скальпеля, где совсем рядом находился пупок женщины, и нанес одну глубокую горизонтальную полосу. Когда темный силуэт надавил на кожу и провел по ней, то сразу стало видно, как расходится ткань по разным полюсам, и если присмотреться, то можно было заметить несколько слоев разных тканей. Такое зрелище напомнило мужчине слоеный торт, и от этого с его уст вышел громкий и пронзительный смех, который можно было сравнить с безумием и безрассудностью. Стало понятно, что темный силуэт, похожий на всадника, вошел во вкус и сделал более уверено еще одну кровавую полосу. Капли густой, темно-багровой крови ползли вниз обильно с большой скоростью, а мычание, подразумевающий крик, стало громче.
Держа еще в доминантной руке скальпель, другая рука потянулась за краешек скотча, который был приклеен в районе глазных яблок. Резким движением левая рука содрала клейкую пластинку вместе с волосками, поэтому стало очень хорошо видно испуганный взгляд жертвы и пульсирующие участки кожи, где совсем недавно спокойно находились ее брови и ресницы. Не удержавшись от растекающего в груди удовольствия, мужчина наклонил свою голову еще ниже, чем в тот раз, и своим зловонным дыханием наводил отвращение и одновременно в ужас носовые рецепторы, которые учуяли мертвую вонь из пасти так называемого маньяка. Бросив скотч, он поднял свою кисть до уровня висков и провел рукой по бугоркам раскрасневшихся участков кожи, а указательным пальцем он водил по векам карих глаз, задевая карман кожицы, таким образом, мужчина оголил полностью глазное яблоко уже замученной жертвы. Когда ему наскучило гладить неизвестную, то своей главной рукой поднес скальпель к окулярам, что заставило ее широко распахнуть глаза и задрожать еще сильнее. С дрожащими руками не от страха, а от предвкушения, мужчина направил вдоль скальпель острым концом прямо в зрачок и выжидающе наблюдал за своим кроликом. От страха того, что это острое оружие с легкостью способно проткнуть ее глаз, она задержала дыхание, ведь одно неправильное движение и ее зрению наступит конец. Но, к ее огорчению, задержка дыхания и ее огромное желание не двигаться, никак не помогло смягчить ее учесть. Черный силуэт медленно протянул скальпель к ее белому яблоку , от того он краем лезвия коснулся зрачка. «Прелюдия кончились, а значит время действий»- еле слышно прошептал он и резко, но ювелирно, насквозь ввел хирургический инструмент. Вытащив после этого скальпель, он двумя пальцами вырвал с особой жестокостью белый шарик с его красными ниточками под неестественный и тревожащий душу вопль. Ту же участь испытал и второй глаз. Истекая обильно багровой жидкостью в месте, ранее находящихся окуляров, он держал два шарика и крутил меж своих пальцев, пока из ровных дырочек не вытекла белая и вязкая жидкость.
Бросив скальпель на пол, он резко схватил женщину за шею с грубой силой, будто сейчас в ее легких закончится кислород, и большим пальцем надавил ее трахею. Не отстриженный ноготь царапал нежную кожу неизвестной, что позволило мужчине увлечься в полной красе. Его пальцы на руке нащупали гортань и с давящей и грубой силой ухватились полностью за живую трубочку и начали тянуть ее вверх. Неизвестная поняла следующие действия и стала с еще большей силой крутить головой по сторонам, дабы вырваться от рук своего всадника, однако это лишь раззадорило и усугубило положение мученицы, и мужчина с заметной агрессией все более грубо стал тянуть гортань наверх. Не справляясь с давлением и такой силы, эта так называемая трубочка, еще находящаяся внутри, издала звук, словно рвущаяся ткань джинсов, и с громким треском вырвалась наружу.
Ее слои кожи с надрывом вырвались наружу и стали висеть как новогодняя мишура по всему , уже измученному пытками, телу. Трахея, что отодрали с особым зверством , вяло висела с дырявой шеи и заливала все рубиновой жидкостью. Из-за открытых травм несовместимых с жизнью, жертва была вся покрыта пенящейся алой кровью и выглядела так, будто ее облили строительной краской. После того, как ее убийца оторвал все ее надежды на счастливое будущее вместе с трахеей, женщина забилась в конвульсиях от дикой боли, пытаясь губами ухватить маленький объем воздуха, но, к сожалению, из-за ужасающей боли и нехватки подачи кислорода в мозг, она в миг опустила голову и перестала подавать какие-либо телодвижения. Она скончалась. Больно и мучительно, страшно и по-зверски.
Однако через минуту она медленно подняла голову и, широко открыв свои опустевшие веки, закричала настолько громко, что была похожа на раненого дикого зверя, который вот-вот должен покинуть этот мир. От ее вопля стало звенеть в ушах и подкашиваться ноги; мужчина схватился за голову и пригнулся, пытаясь заглушить этот крик в своих ушах, но его ожидания не оправдались и он начал чувствовать, как из самых глубин все откликалось на душераздирающий крик и начало звенеть и плыть от нарастающего ужаса. Ужаса, что кто-нибудь ее услышит, ужаса, что она жива, ужаса, что его «человеческое» реагирует на нее. Это чувство заставляет мужчину испытать на себе стресс и ужас в происходящее, потому у него темнеет в глазах и он, как тряпичная кукла, падает в свое бессознательное.
«...»
Подрываясь резко со своей кровати с выпученными глазами, мужчина начинает приводить себя в порядок, давая себе отдышаться. Осознав, что это был всего лишь сон, Левон садиться на кровать и смотрит на время. Три ночи.
Вторично попытавшись себя успокоить дыхательной гимнастикой, следователь, держась за грудь, напряженно думал: отчего ему сняться такие сновидения. Мужчина был бы не собой, если не акцентировал на этом свое внимание, ведь его удивило, что за такое долгое время ему приснился кошмар, в связи с тем, что это не в его характере. «Скорее всего , что я никак не могу справиться с заданием, уж слишком много непонятного»- первая мысль посетила Левона, сразу как он начал копаться в своих извилинах, пытаясь найти причину возникновения своего правдоподобного сна.
Через некое определенное время мужчина лег обратно в постель и законспектировал, что забивать дальше голову навязчивыми мыслями не будет и решил, что нет необходимости попросту тратить свои силы на такую проблему, ведь это забота времени - найдется ли тот убийца или нет, хоть и Левон попытается приложить все свои усилия в это дело.Погружаясь обратно в спокойное и расслабленное состояние,мужчину начало клонить в сон, и как человек,не способный противиться своей природе- молодой следователь уснул.