17. ..?
Ты смотришь на человека, а его глаза блеклы. В голове крутится вопрос: а доживет ли он до рассвета? Будет ли он его последним? Услышит ли он пение соловьев, или лишится жизни прямо сейчас?
Смотря на него, ты осознаешь, что нет у тебя ничего. Все свои дела ты перекладываешься на завтра, счастье оставляешь на будущее. А его и нету... Ты кормишь себя завтраками, но это "завтра" не наступит...
Все что у тебя есть, это именно то мгновение, которое ты переживаешь сейчас. Цени его.
Повествование ведется от лица главной героини — Валери Миллер.
Руки дрожат, и ноги тоже. В голове все комком, я не могу ничего сообразить. В голове летает лишь вопрос о том, что мне делать? Но ответа нету...
Через стекло впиваюсь взглядом в его очи, они ничего не выражают. Кажется, его не пугает смерть с косой, которая нежданно заявилась.
Моему шоку, и страху нет предела. Кажется, я бледнею от этой ситуации, хотя должен быть на моем месте Хосслер. Хотя, у него самого сейчас обстановка не из лучших.
Я пытаюсь прислушаться что говорит один из этих незваных гостей. Он стоит по середине, направляет пистолет на него, и что-то говорит:
— Ох Хосслер... — Чую его ухмылку я — Если бы ты не перенял бизнес у Грехема, то жил бы еще...
Тот не успел договорить, как его перебивает "жертва". Мистер Хосслер кладет руки на стол, скрепляя их в замок, а потом обращается к его будущей убийце:
— Не убьешь меня ты, убьет другой. Либо умру сам в конце концов, рано или поздно. Не обольщайся так моей смертью. — Отчеканил брюнет, чем вызвал еще более сильную агрессию у троих амбалов он.
Мне же становится еще страшнее. В голове уже представлена картина: как череп начальника пробивает пуля, и кровь бражными отлетает на стекло.
Как в самых ужасных триллерах, ей богу.
— Мне жаль твоего отца, который оставил на тебя свой бизнес. — Произнёс кто-то
Мне же, уже не приходится прислушиваться к их диалогу. Я подошла настолько близко, что слышу это как в кино. С больших басистых колонок, уставленных в ряд.
— Это не мой бизнес. — Не твой? — Он должен был принадлежать моему брату.
Меня поставили в тупик, и, кажется Хосслер сделал это не только со мной.
— Но тот умер, однако — Продолжает брюнет. — Интересно, кто его убил?
Парень улыбается, и мне становится жутковато. Разве можно радоваться смерти своего родственника? Да еще и настолько близкого родственника! Мурашки бегут по коже табуном.
— Вы считаете что я не справился с бизнесом? — Продолжает свою речь начальник, и мне кажется что это его отвлекающий маневр. Но кто его должен спасти? — Так считают все! Мой отец!
Парня перебивают, и я вздрагиваю от резкого холодного мужского голоса.
— Он умер, Хосслер
— Он всегда считал меня нелепым отродием. Если бы не смерть Джеймса, я бы никогда не сидел за этим столом! Понимаешь? — Злился брюнет. — А сейчас, сидя здесь, Грехем хочет убить меня! Хах. — Голубоглаз улыбнулся.
А я лишь в догадках пытаюсь понять о чем идет их монолог.
— Хочет! Ведь у Исайи не было планов убрать всех конкурентов, он довольствовался тем, что имеет. Его бизнес был не велик, как сейчас. И никому не было дела до этого, но когда ты унаследовал этим, то спрос на твое имущество поднялся.
— Буду считать это за комплимент. — Улыбка не спадала с лица парня.
И я кажется поняла почему. Но, это личные проблемы парня, включая его детские проблемы. Я не хочу лезть в это.
Лишь знаю, что видимо парень жил в семье без любви, ибо же не получал этого от брата и отца. Они считали его как сказал парень — отродием. И после того, как поимел власть отца, стал брать от жизни все.
Продолжаю наблюдать за ихними действиями, и кажется, все подходит именно к тому, к чему все и вело. Мужчина по середине снова приставляет пистолет к центру лба брюнета, и ухмыляется. Лицо же Хосслера полностью серьезно.
На нервах, беру первую попавшуюся вещь. Ваза! Я не знаю чем я думала в тот момент, когда ударяла именно его, кто держал заряженный пистолет в руке. Он шатается, а я перехватываю оружие, пока его хватка ослабла.
Мои руки стали дрожать еще сильнее, кажется, тогда я не осознавала что могу убить человека.
Я просто нажимаю на курок.
Все происходит слишком быстро, и я не успеваю даже отреагировать на это действие, как следующие два вооруженных "летят" на меня.
Одному попадаю в живот, или в область груди... я даже не целилась, а стреляла в самозащите! Но третий прострелил мне плечо. Как же здорово людей называть цифрами, да?
Сначала ничего не чувствовалось, видимо у меня было шоковое состояние. Но потом, пистолет выпал из моих рук. Я зажала раненое плечо рукой, и пыталась сдерживать свои слезы. Скорее, эти слезы были от страха.
Я боялась что моя жизнь оборвется сейчас.
Но все обошлось. От страха совсем забыла про человека, которого спасала. Он достал из стола свое оружие, и попал прям в голову мужику.
Теперь слезы текли рекой. Я смотрела на тех, кем я окружена, и испытывала дикую панику. Кажется, я сяду на несколько лет! Из-за чертового Мистера Хосслера, который занимается нелегаловкой!
— Не смертельно — Оценил мою рану брюнет. А я лишь фыркнула. Он серьезно?
— Я истеку кровью. — Предупреждаю его, а он лишь усмехается. Дико раздражает его "благодарность".
— По сравнению с ними, Валери, вы еще легко обошлись.
Шиплю от боли, а вскоре издаю протяжный стон.
— Один просто вазу обнял. — Ворчу я себе под нос, смотря на мужчину лежащего щекой к полу.
— Ага. — Снова его усмешка — Обнимашки на смерть. — Шутит брюнет, а я лишь сильнее сдавливаю руку, с которой все еще течет кровь.
— Мне надо в больницу, Мистер Хосслер — Обращаюсь к нему.
Он молчит, в прямом смысле игнорит меня. Хотя я если честно уверенна что он четко слышал мою фразу.
— Ах... — Ахаю я, и встаю с пола. — Не благодарите, Мистер Хосслер. — Поворачиваюсь лицом к нему, а после ухожу из кабинета, так и забыв предъявить ему за то, что я все узнала.
Хотя есть ли смысл? Кажется, он все понял.
И кажется, он еще тот самовлюбленный мудак.
По размышляю, иду с раненой рукой на первый этаж. Слезы снова вернулись, и скорее от печали, ведь я совсем не ожидала такой реакции от начальника, которому я благородно спасла жизнь. Да, именно благородно! Ведь, я могла бы и просто стоять в шоковом состоянии и смотреть как ему простреливают голову.
— Валери?! — Обращается ко мне Гриффин, когда я уже по лифту прибыла на первый этаж.
— Срочно, Гриффин, отвези меня в больницу — Скулю я, и приоткрываю рану, где виднеется кровавый рукав моего пиджака.
Парень выбегает из стойки, а после берет со стула свою верхнюю одежду, и накидывает аккуратно на меня. Благодарю его, и выхожу из офиса, с негативными эмоциями.