Глава 4 "Новый обвал"
Машина летела по лесной дороге. Куриленко с искаженным лицом одной рукой крутил руль, другой продолжал прижимать нож к шее Лизы. Ее лицо было залито слезами. Лизе было очень страшно. На шее уже кровоточили несколько порезов.
— Пожалуйста... Уберите нож... Я никуда не убегу, — всхлипывая, попросила она.
— Заткнись! — бросил Куриленко сквозь зубы.
— Военные все равно нас не выпустят. — Девушка сделала еще одну попытку образумить его.
— Я сказал — заткнись! — Голос Куриленко сорвался на крик. — Еще слово — и я прирежу тебя!
Машина выехала из-за поворота, и Куриленко резко затормозил буквально в двух метрах от шлагбаума. Он увидел военных с автоматами, появившихся у сетчатого заграждения.
— Какого черта?.. — недоуменно произнес мужчина, скрывая за злобой растерянность.
Лиза молча сжала дрожащие губы. Военные наставили автоматы на машину. Из-за их спин вышел Раевский. Напряженно глядя на машину, он пытался понять, что происходит.
— Что у вас тут творится? — злобно спросил Куриленко, повернувшись к Лизе.
— Карантин, — выдавила из себя она.
Куриленко в бешенстве ударил кулаком по рулю, глядя на автоматы в руках солдат.
— Они все равно нас не выпустят, — слабым голосом предупредила Лиза. — У них приказ — стрелять на поражение.
— Что-то мне слабо верится, — прищурившись, сказал Куриленко. — Давай проверим?
Он волоком вытащил Лизу из машины, по-прежнему угрожая ножом. Солдаты тут же направили свои автоматы на них. Раевский поднес ко рту небольшой громкоговоритель, его голос далеко разнесся по лесу.
— Вы находитесь в зоне оцепления! Не приближайтесь к заграждению!
— Уберите оружие! И откройте шлагбаум! — на грани истерики крикнул Куриленко в ответ. Он сильнее нажал на нож, и острие почти впилось Лизе в шею, она заплакала, а Куриленко вновь заорал: — Я перережу ей горло! Я не шучу!
Бессонов вопросительно посмотрел на Раевского. Тот сделал знак не предпринимать никаких действий.
— Еще один шаг — и мы убьем вас обоих, — твердо пообещал Раевский.
По лицу Лизы текли слезы. Рука Куриленко с ножом дрогнула, на шее девушки появилась еще одна кровоточащая царапина. Не зная, на что решиться, Куриленко в панике огляделся по сторонам.
— Я не из этой школы, я оказался тут случайно! — крикнул он Раевскому. Рука с ножом слегка опустилась, но другой он все еще продолжал крепко прижимать Лизу к себе.
В этот момент за его спиной появились Володя с Максимом. Их заметил Раевский. Куриленко, перехватив его взгляд, понял, что что-то происходит позади него, и резко развернулся, вновь прижав нож к шее Лизы.
— Отпусти ее! — крикнул Максим.
— Не подходи! Я ее убью! — истерично крикнул Куриленко.
Максим дернулся в его сторону, Володя удержал его за руку. Они стояли, следя за каждым движением Куриленко, готовые броситься на него в любой момент. С другой стороны на него направили автоматы военные.
Куриленко крутил головой, пытаясь держать в поле зрения и Володю с Максимом, и военных. Он тяжело дышал, видно было, что он на пределе, с обеих сторон ему грозила опасность. Тогда он вжал острие ножа в шею Лизы, и она заплакала навзрыд, по коже потекла струйка крови.
— Открывайте шлагбаум! — крикнул Куриленко. — Или я перережу ей горло прямо сейчас!
— Лейтенант, открывайте шлагбаум, — приказал Раевский Бессонову, секунду помедлив. — Выполняйте!
Растерявшийся Бессонов начал медленно открывать шлагбаум. Раевский надел маску и встал возле открытого шлагбаума на границе периметра оцепления. Куриленко недоверчиво смотрел на него.
— Выходите, — сказал Раевский в громкоговоритель. — Только отпустите девочку.
Куриленко сделал неуверенный шаг к шлагбауму, все еще прикрываясь Лизой.
— За идиота меня держите? — криво усмехнувшись, спросил Куриленко. — Я выйду только с ней.
— Ваше право, — ответил Раевский. — Но это вас не спасет. Как только вы пересечете границу зоны оцепления, вас застрелят. — Повернувшись к Бессонову и солдатам, Раевский отдал приказ: — Приказываю стрелять на поражение!
Солдаты передернули затворы на автоматах. Раевский тоже снял с плеча автомат. Куриленко напряженно решал, что делать, его хватка ослабела, рука с ножом опустилась. В этот момент Лиза со всей силы ударила его ногой по голени и локтем в живот.
От боли и неожиданности Куриленко отпустил ее. Вырвавшийся от Володи Максим подскочил к нему и, схватив девушку, отбежал с ней в сторону. Раевский бросился на Куриленко, выбил у него нож и повалил на землю.
Во время завязавшейся между ними борьбы Раевскому удалось вырубить Куриленко ударом рукоятки пистолета по голове, но тот в последний момент стянул с него маску. Поднявшись с земли с маской в руке, тяжело дыша, Раевский посмотрел на Лизу:
— С вами все в порядке?
Лиза кивнула, всхлипывая. Раевский убрал пистолет и направился к шлагбауму. Неожиданно Бессонов и солдаты направили автоматы на него.
— Назад! — коротко приказал Бессонов.
— Лейтенант, вы в своем уме? — недоуменно спросил Раевский, застыв от неожиданности на месте.
— Товарищ майор, вы были в контакте с зараженным, — ответил Бессонов. — Вы не можете покинуть зону карантина.
Выждав мгновение, Бессонов сделал знак закрыть шлагбаум. Солдаты повиновались. Раевский медленно повернулся к ним спиной, молча глядя на Максима, Лизу и Володю. Затем перевел взгляд на лежащего без сознания возле машины Куриленко.
* * *
В школе в это время уже все вошло в свою колею. По коридору взад-вперед ходили дети, у одних в руках были швабры и ведра с водой, другие несли комплекты чистого белья. Возле стоящего у дальней лестницы дивана в инвалидном кресле сидела Даша. На краю дивана рядом с ней расположилась Света Тимофеева. Они вполголоса разговаривали на тему, не оставляющую в покое Дашу.
— Неужели ты даже не помнишь, как упала? — с сочувствием спросила Света.
— Не-а... Вообще ничего не помню, — делано оживленно ответила Даша. — Мы тогда с Андреем сильно поругались... Я пошла прогуляться... Очнулась уже в больнице.
— Да, ребята бегали, искали тебя... Расспрашивали, — припомнила Света.
— Правда? А кто? — торопливо спросила Даша.
— Ну... Лиза. И Макс тоже. Все были такие нервные, как будто боялись чего-то, — ответила Света.
— Они не знали, что со мной, — объяснила Даша. — Волновались ужасно.
— Даш, слушай, мне надо бежать. Мы сегодня завал разгребаем, — извиняющимся тоном сказала Света и встала с дивана. — Я к тебе вечером заскочу, если хочешь.
— Да, конечно, приходи! — приветливо откликнулась Даша.
Света торопливо ушла, а Даша, тут же помрачнев, достала из кармана свой блокнот и поставила вопросительные знаки напротив имен Ромы и Вики. Немного поколебавшись, добавила знак и напротив имени Андрея.
Закрыв блокнот, она задумчиво посмотрела перед собой. Стоя на верхних ступенях лестницы, за ней наблюдал Вадим Уваров. Мгновение он пристальным взглядом смотрел на блокнот, а потом поднялся по лестнице и так и ушел, не замеченный Дашей.
* * *
После того как машина вернулась от блокпоста, Лариса первым делом обработала царапины на шее Лизы. После этого она пригласила в медкабинет Раевского. Он присел на стул, и Лариса достала небольшой пластмассовый прибор со сменной иглой и индикатором. Это был тестер для определения наличия в крови вируса.
Лариса аккуратно проколола тестером подушечку пальца Раевского. Повисла напряженная пауза — оба они смотрели на индикатор в ожидании результата. Искоса взглянув на напряженное лицо Раевского, Лариса усмехнулась:
— Товарищ майор понимает, что, если результат теста окажется положительным, ему придется жить в больничном блоке?
Они посмотрели друг другу в глаза. У обоих на лицах было очень недружелюбное выражение. В этот момент на индикаторе загорелся зеленый огонек. Раевский не сдержал облегченного вздоха.
— Поздравляю, — холодно сказала Лариса, пожав плечами. — Вы здоровы, — она убрала прибор в чехольчик и неприязненно добавила, бросив на Раевского быстрый взгляд: — Вам, как всегда, везет.
— Никак не можешь забыть?.. — неожиданно мягко спросил Раевский, взяв Ларису за руку.
— Слава богу, прошлое осталось в прошлом, — ответила Лариса, убрав его руку со своей и добавив с холодной усмешкой: — Мы просто вынуждены какое-то время работать вместе — не более того.
— Я всего лишь хотел, чтобы между нами не осталось недоговоренностей, — с досадой произнес Раевский.
— А их и не осталось. Мы обо всем договорились, и довольно давно, — остудила его Лариса и кивком указала на дверь: — Не смею вас больше задерживать.
Раевский нехотя пошел к выходу, но на пороге задержался, обернулся и с ожиданием посмотрел на Ларису. Та закрыла дверь прямо перед его носом. После чего села за стол и задумалась, с грустью глядя перед собой.
* * *
В это время на кухне Мария руководила работой бригады школьников. Слава Харитонов и Света Тимофеева оттирали плиту, два других школьника мыли пол. Слава устало распрямился, бросил мочалку в раковину:
— Скреби не скреби, сокровищ фараона не найдешь, — заявил он.
— Понятно, — усмехнулась Мария. — Ищешь непыльную работенку? Идем.
Слава с готовностью пошел следом за ней. А Мария подвела его к задней двери, где стояли три огромных пакета с мусором.
— Разбирай, — сказала она, щедрым жестом показывая на мусор. — Бумагу и картон отдельно, пластик и жесть отдельно и отдельно пищевые отходы.
Харитонов с отвращением засунул руки в пакет, все, глядя на него, посмеивались. В этот момент на кухню вошел взволнованный завхоз:
— Маша... там Володя, — он на секунду замолчал, испуганно глядя на Марию. — Я видел, как Лариса Андреевна отвела его в больничный блок. И закрыла его там, — закончил он совсем уж упавшим голосом.
Мария побледнела, на ее лице появился ужас. Она сорвалась с места и бегом бросилась из кухни.
Подбежав к двери в больничный блок, она заглянула в окошко и увидела Володю. Он сидел на кровати, низко опустив голову. Мария смотрела на него, глотая слезы. Мужчина, словно почувствовав ее взгляд, поднял голову, встретился с ней взглядом и подошел к окошку.
— Маша, не плачь... — с нежностью произнес он. — Я сам так решил.
— Зачем?.. — с неизбывной тоской в голосе спросила Мария. — У тебя же есть еще время! Мы могли быть вместе еще несколько дней!
— Кто-то должен присматривать за этим ненормальным, — ответил Володя, нахмурившись, и кивнул на Куриленко, неподвижно лежащего на одной из кроватей. — Его нельзя оставлять наедине с детьми.
— Почему ты мне сам не сказал? — с грустью спросила Мария.
— Боялся, что ты меня остановишь, — признался Володя. — Что не смогу уйти от тебя...
Мария, не отрываясь, смотрела на него. По ее лицу текли слезы. Володя прислонил к стеклу ладонь, Мария с другой стороны тоже прижала свою ладонь, улыбаясь сквозь слезы.
* * *
Рома умывался в душевой — набирал в ладони воду из-под крана и ополаскивал лицо. Подняв голову, он посмотрел в зеркало и увидел в отражении Вадима, который стоял, прислонившись к дверному косяку, и пристально смотрел на Рому.
Парень дернулся от неожиданности, обернулся, испуганно глядя на Вадима, но попытался взять себя в руки:
— Вадим Юрьевич... Извините, я вас сразу не заметил и даже испугался...
— Правда? — холодно спросил Вадим. — Это хорошо. А то я уж было подумал, что ты совсем страх потерял.
— Неважно, — превозмогая ужас, сказал Рома. — Я на вас больше не работаю.
— И напрасно, — вкрадчиво заявил Вадим, приближаясь к Роме. — Даша отлично все помнит. Просто она не знает, кто именно из вас ее толкнул. — Понизив голос, он многозначительно пояснил: — Но скоро она узнает. Она задает вопросы о том дне и пишет ответы в блокнотик.
Рома побледнел, услышав это. В его глазах снова появился страх. Вадим, наблюдая за его реакцией, закрыл сливное отверстие раковины пробкой и включил воду. Раковина стала наполняться.
— Что вы от меня хотите? — угрюмо спросил Рома, глядя в пол.
Внезапно Вадим схватил его за волосы и опустил его голову в наполненную водой раковину. Прижал, не давая вырваться. Рома начал захлебываться, пуская пузыри. Вадим рывком поднял его голову и отшвырнул парня к стене, тот осел на пол.
— Хочу, чтобы ты понял, — жестко сказал Вадим. — Ты закончишь работать на нас, только когда я сам скажу тебе об этом.
Вадим вытер руки полотенцем, аккуратно сложил его и положил на край раковины. Кинув на Рому насмешливый взгляд, он вышел, прикрыв за собой дверь. А Рома остался сидеть у стены, тяжело дыша. С мокрых волос на одежду стекала вода, но он даже не пытался ее вытереть. В его глазах застыла безысходность.
* * *
Разбор завалов в подземелье шел полным ходом. По составленному расписанию одна группа преподавателей сменяла другую, иногда им помогали старшеклассники. На этот раз вместе с Павлом в подземелье спустился Вадим.
Они разбирали завал вдвоем: Вадим ломом раскачивал крупные камни, поднимал их и небрежно швырял в тачку Павла, уже и без того переполненную камнями. Последний брошенный им камень скатился с тачки и упал, чуть не задев ногу Павла.
— Можно поаккуратней?! — возмутился Павел.
— Что, ножку зашиб? — со злобной насмешкой сказал Вадим. — Ничего, Лена ночью поцелует, погладит, и все пройдет.
Павел со злостью посмотрел на него, но сдержался и не ответил. Вместо этого он молча откатил тачку в сторону, вывалил камни и возвратился к завалу. Вадим швырнул в пустую тачку первый камень.
— После Морозова ты ей, наверное, ягненочком кажешься, — посмотрев на Павла, усмехнулся Вадим. — Петр Алексеич был любитель жестких отношений. А ты, я смотрю, ей слова поперек сказать не можешь.
— Слушай, ты... — вырвалось у Павла, он подскочил к Вадиму и схватил его за грудки. — Заткни рот и работай!
Вадим резким движением освободился, оттолкнув от себя Павла и, демонстрируя лом в руках, пригрозил:
— Не советую кричать на человека с ломом в руке. Вдруг отскочит невзначай и бац по голове...
Между ними повисла напряженная пауза. Павел смотрел на Вадима, едва сдерживая бешенство. А Вадим смотрел на него насмешливо, явно его провоцируя. Казалось, они вот-вот бросятся друг на друга, но в этот момент из темного коридора к завалу вышла Елена.
Мужчины удивленно смотрели на нее, ее появление явно было сюрпризом для них обоих. На ней был темный спортивный костюм, который Елене очень шел. Вадим восхищенно присвистнул и произнес, заигрывая:
— Елена Сергеевна, вы выбрали себе не ту профессию. Вам надо физкультуру преподавать — в спортивном костюме вы ослепительны.
— Зачем ты пришла? — хмуро спросил Павел.
— Работать, — смущенно ответила Елена. — Думаю, я вам пригожусь.
— Конечно, — с улыбкой поддержал ее Вадим. — Можете подбирать мелкие камни.
— Лена, иди к себе, — с досадой откликнулся Павел. — Мы сами прекрасно справимся.
— Паша, посмотри вокруг, — возмущенно сказала Елена. — Вы каждой паре рук должны радоваться. И неважно, мужские они или женские!
— Ладно, — сдался Павел, тяжело вздохнув. — Только бери камни поменьше.
Вадим кинул камень в тачку и выразительно ухмыльнулся: то, что Елена одержала в этом споре верх, доказывало, что Павел подкаблучник. Заметив эту ухмылку, Павел кинул на Вадима уничтожающий взгляд, но сдержался и промолчал. Дальше они продолжили работать уже втроем.
* * *
Вечером дверь в комнату Даши приоткрылась, и в нее заглянул Рома. Убедившись, что комната пуста, он вошел внутрь и начал ее обыскивать, не включая свет. Он заглянул в шкаф, пошарил на полках, проверил ящики стола. Движения его были суматошны, он прислушивался к каждому шороху.
Не обнаружив того, что ищет, он посмотрел на кровать. Резким движением поднял матрас — но и под ним ничего не было. Положив матрас обратно, он поправил покрывало и криво лежавшую подушку. Из-под нее на пол выскользнул маленький Дашин блокнот, который она так опрометчиво оставила в комнате без присмотра.
Рома осторожно поднял блокнот и открыл его напротив окна, чтобы в свете фонарей разглядеть, что в нем написано. На первой странице он увидел вопрос «Кто?», в столбике имен под ним напротив каждого стояло по два вопросительных знака, только напротив имен Макса и Лизы — по одному.
Побледнев, Рома вновь и вновь пробегал глазами по списку:
— Кто?.. — с ужасом произнес он вслух.
Это слово многократным эхом отдалось у него в ушах. Он прекрасно помнил, что случилось в тот вечер, когда он, испугавшись разоблачения со стороны друзей, вытолкнул Дашу из окна. Как трусливо спрятал ее тело в лодочном сарае. И как поднял кирпич, когда обнаружилось, что она жива, собираясь...
Впрочем, уже неважно, что он собирался сделать и что сделал. Прошлое должно было оставаться в прошлом. Он уже сто раз раскаялся в содеянном, но теперь из-за Даши все могло раскрыться. Рома в панике смотрел на блокнот, понимая, что Даша легко может его вычислить, поверив чьему-то случайному воспоминанию.
* * *
В это время младшие школьники уже спали. В больничном блоке на своих кроватях сопели во сне Матвей и другие зараженные дети. Володя обходил их, заботливо поправляя одеяла. Почувствовав на себе взгляд, он обернулся и увидел смотрящего на него в упор Куриленко.
Тот лежал на своей кровати. Одежда была помята, волосы взъерошены, под глазом виднелся кровоподтек. Транквилизаторы, которыми его накачали, прежде чем привести в школу и поместить в изолятор, еще действовали, поэтому вид у него был несколько потерянный.
— Где это мы? — слабым голосом спросил он Володю.
— В больничном блоке, — спокойно ответил тот.
Куриленко мгновение непонимающе смотрел на него, затем огляделся. Заметив больничные койки и решетки на окнах, он все вспомнил. В ту же секунду лицо его стало злым.
— Сволочи! Все-таки заперли! — повысив голос, злобно сказал он, вскочив с кровати.
— Давай-ка потише, — с угрозой произнес Володя, преграждая ему путь. — Тут дети спят.
— Да плевал я и на них, и на тебя! — громко сказал Куриленко, отталкивая Володю. — Вы больные, а я здоров!
Дети начали ворочаться в своих кроватях, кое-кто из них даже приподнялся, с удивлением глядя на Куриленко заспанными глазами. А тот бросился к двери и замолотил по ней кулаками.
— Эй! Выпустите меня!
Проходившая мимо Женя, услышав шум и ругань, сбегала в медицинский кабинет за Ларисой. Та торопливо набрала в шприц успокоительное, и вместе с Женей они поспешили к изолятору.
Заломив Куриленко руку за спину, Володя оттащил его от двери и прижал лицом к стене. В это время Лариса, заглянув в окно на двери, надела респираторную маску и вставила в замок ключ.
— Запрешь за мной дверь на ключ и откроешь только по моему распоряжению, поняла? — обратилась она к Жене.
— Да, — ответила та.
Как только Лариса вошла в изолятор, Женя захлопнула за ней дверь и заперла ее, а сама прильнула к окошку, наблюдая за происходящим внутри.
Лариса быстро подошла к Куриленко, которого Володя все так же удерживал у стены, заломив руку за спину. Она быстро сделала ему в плечо укол успокоительного и шагнула назад.
— Можете отпустить его, — обратилась она к Володе. — Через минуту он отключится.
Володя отпустил Куриленко. Тот медленно развернулся, потирая руку. Внезапно он увидел Женю в окне, встретился с ней глазами. На лице девушки появилось выражение ужаса, она тут же отшатнулась.
Куриленко на мгновение замер, пораженный, а затем хищно ухмыльнулся. Володя, заметив его реакцию, оглянулся на дверь, но в окне уже никого не было. В этот момент глаза Куриленко закатились, и он обмяк. Володя подхватил его и оттащил на кровать.
* * *
Стояла уже ночь, а Павел, Елена и Вадим все еще продолжали разбирать завал. На их лицах была написана усталость, после нескольких часов работы они уже порядком утомились.
В результате их труда в завале был вырыт небольшой тоннель три-четыре метра глубиной. Павел повез на тачке очередную порцию камней, Вадим стал осматривать насыпь. Елена присела отдохнуть, прислонившись к стенке.
— Ломом дальше не получится, — сказал Вадим, обернувшись к вернувшемуся с пустой тачкой Павлу. — Нужна кирка.
Павел согласно кивнул и обернулся в поисках кирки, но ее нигде не было видно.
— Я ее у входа оставил, — с досадой поморщившись, вспомнил Павел. — Ладно, сейчас принесу. Отдохните пока.
Едва Павел ушел, Елена поднялась и снова пошла к завалу. Вытащив большой камень, подала его Вадиму. Тот отшвырнул камень в тачку. Елена потянулась за другим, начала расшатывать его.
— Елена Сергеевна, знаете что, давайте без фанатизма, — предложил Вадим, с беспокойством оглядывая тоннель. — Что-то мне не нравится эта стена...
В этот момент Елене удалось вытащить камень из стены, и стена рухнула. Вадим схватил Елену за плечи, успев лишь запоздало крикнуть:
— Осторожно!
Елену частично завалило камнями. Один очень крупный придавил ей ногу, она вскрикнула от боли. Вадим протиснулся мимо нее в глубину тоннеля и попытался оттащить камень с ее ног. Елена застонала.
Подбежавший к завалу на шум Павел с киркой в руке увидел лишь, как произошел повторный обвал. Под его взглядом Вадим и Елена скрылись под грудой камней.
Павел кинулся к завалу и попытался оттащить покрывавшие их камни, но ни один из них даже не сдвинулся с места. Они тесно прилегали один к другому, как удачно собранный пазл.
— Лена! Отзовись! — в отчаянии закричал Павел. — Ты жива, Лена?!
Он прислушался, но ответом ему была глухая тишина. Павел в отчаянии ударил киркой по камням, раз, другой... Камни не поддавались. Тоннель был плотно завален.
* * *
В этот поздний час в коридорах школы уже почти никого не было. У дальней лестницы рядом с учебным коридором Леша разложил на диванчике чертеж здания. Со стороны холла к лестнице подошла Вика. Леша вскинул голову:
— Привет!
Вика улыбнулась против воли в ответ на его приветливую открытую улыбку и с любопытством спросила, кивнув на чертеж:
— Это план школы?
— Военная тайна, — с наигранной важностью ответил парень.
Вика наклонилась и, прищурившись, стала изучать Лешины пометки. Он наблюдал за ней, улыбаясь. Наконец Вика выпрямилась и кинула на него торжествующий взгляд.
— Ты проверяешь несущие конструкции здания! — заявила она.
— Ого! — с шутливым уважением отреагировал Леша.
— Здание может обрушиться, да? — догадалась девушка. — Из-за взрыва?
— Не дергайся, — улыбнулся парень и постучал кулаком по стене. — Эта усадьба простоит еще лет двести, — он сделал шаг назад и, споткнувшись о ведро с водой, оставленное после мытья полов школьниками, опрокинул его. — Вот черт! — Он растерянно смотрел на растекшуюся по полу лужу. — И что теперь делать? — растерянно спросил Леша.
— Вытирать, — посоветовала Вика, вздохнув. — Сама она не высохнет.
Парень подобрал с пола брошенную детьми швабру и развернулся, собираясь протереть лужу... но она исчезла. После нее остались только крохотные лужицы, как от растаявшего снега с ботинок.
— Не понял, — растерянно произнес Леша. — А куда вся вода подевалась?
— Ну-ка, ну-ка... — заинтересованно сказала Вика и попыталась отодвинуть диван. — Леша, помоги...
Вместе они отодвинули диван и обнаружили, что вода стекает в щель под деревянной панелью в нише, закрывающей пространство под лестницей. Леша провел руками по стене — по ней шла трещина, такие он уже видел в библиотеке.
Трещина уходила за деревянную панель. Уголок панели немножко отходил в сторону. Леша вставил в зазор карандаш и оттянул угол сильнее. Панель чуть поддалась, и Леша присвистнул от удивления.
— Что там? — спросила сгорающая от любопытства Вика из-за его спины.
Леша дернул сильнее, и панель отделилась от стены. За ней оказался большой пролом, который открыл взглядам ребят ход, ведущий куда-то в темноту. Леша и Вика пораженно переглянулись и осторожно вошли в пролом.
Вика достала из кармана маленький фонарь, включила его и посветила вперед. В конце хода виднелось какое-то помещение. Леша и Вика направились туда, осторожно переступая через камни, наваленные на полу.
Первым в помещение вошел парень, следом за ним девушка. Лучик фонаря метался по каменным стенам, выхватывая высеченные на них непонятные символы, знаки, буквы. Потолок оказался сводчатым, а сама комната — шестиугольной. Она заворожила ребят своей мрачной средневековой красотой. На их лицах было написано потрясение.