неотразимая

К тому моменту, как окончательно село солнце, было решено вызвать такси. Все снова нашли себе задачи, а я постаралась улизнуть от этого. Правда, вышло хуже, чем планировалось. Хотя бы в этот раз относительно сухая осталась. Сосредоточено неся сразу пять мокрых стаканов, благо, пластмассовых, чуть не уронила всё от неожиданного крика. Кто-то из девочек просил принести ещё тарелок, иначе в холодной водой мыть будут сами. Угроза отлично подействовала и посуда опять едва не выпала из моих рук. Едва успела уклониться от летящего, в подозрительной близости от головы, комплекта тарелок, как зазвучал грохот и ругань. Обернулась и увидела, что яркие блинчики пластика перелетели забор и врезались в гараж соседей. Одна из девушек, ответственных за мытьё посуды, так и замерла с открытым ртом над тазиком. Она медленно повернулась к нам и нашла того, кто кидал.

- Поздравляю, молодец, - тихо выдохнула та. В свете фонаря её лицо выглядело смертельно бледным.

- Сейчас достану, - отозвался виновник сложившейся ситуации, устало закатив глаза, словно ничего из ряда вон выходящего не произошло.

Зато испуг отлично отражался на физиономии Сергея. Не в силах и дальше смотреть на особо одарённых, он закрыл лицо руками и отвернулся. Губы сами расплылись в улыбке, когда нашла глазами Стёпу, с излишним увлечением изображающего шок. Ему не хватало только широко открыть рот и схватиться за щёки, тогда сходство с небезызвестной картиной было бы сто процентным. По Максиму, как обычно, не было понятно, какие эмоции он испытывает, а стоящая рядом с ним Даша выглядела немного удивленной, но снисходительно пожала плечами, когда поймала мой взгляд.

Интересующие меня люди кончились и только тогда поняла, что продолжала стоять со стаканами в руках посреди дорожки. Опомнившись, невозмутимо продолжила выполнение работы и была первой, кто сдвинулся с места. Это привело всех в чувства и заставило что-либо делать.

Метатель тарелок оказался человеком слова, и когда я снова вернулась к беседке, он спрыгнул с другой стороны металлической сетки, что-то задев ногой, чем вызвал грохот. Это не могло остаться незамеченным для хозяин. Для забора этот подвиг тоже не остался незамеченным, столбы не рассчитывали на такую нагрузки и наклонились, а сетка стала немного дугообразной. На что было рассчитано это ограждение, если не смогло выдержать веса подростка, мне было непонятно. Остановившись рядом со мной, Макс засунул руки в карманы и тихо присвистнул.

- А день становится все интереснее и интереснее. Может, возьмем рюкзаки, Дашу и через поле...

- Да ну, некрасиво бросать всех.

- Некрасиво мне попадать в такие ситуации в моем то положении.

Я пожала плечами, лениво думая в сторону побега и продолжила наблюдать за разворачивающейся картиной. Пока парень, чье имя так и не смогла вспомнить, ругался себе под нос и подсвечивая себе фонариком, собирал посуду, со стороны тёмного дома послышалась возня. Кто-то что-то уронил, предательски скрипнула входная дверь...

Максим вздохнул и ёмко обрисовал сложившуюся ситуацию. Жаль, такие слова я не употребляла, но это было нечто более подходящее, чем "нам конец". Подняв брови, согласно кивнула. Кругом стояла гробовая тишина, даже кошка замерла и с опаской смотрела на нас, едва различимая на фоне куста малины. Поэтому, грозный мужской голос прогремевший по всей улице и заставил всех вздрогнуть. Кроме нашего юного вора в законе. Тот раздражённо обернулся к источнику звука и передразнил невидимого собеседника, скорчив гримасу. От нервов некоторые не удержались и рассмеялись, чересчур громко, чем вызывали ещё один всплеск агрессии.

- Что он сказал? Кроме матов ничего не поняла, - уточнила я у Макса.

- В этом и была основная суть его речи. А ещё то, что он вызовет ментов. - Устало вздохнул тот.

- Ясно, вызываем маму.

Идея радости не внушала, но была единственным выходом. В честности слов сомнений не возникало, рецидивы были.

- А чем она поможет?

- Договорится, а так оформят как мелкое хулиганство и проникновение на частную собственность. Все равно неприятно.

- Держи, - вздохнув, герой-разбойник передал тарелки Сергею.

Даже в свете фонариков от телефона было видно, как тот побледнел. Но это действие вернуло его в реальность. Перебрав пластиковые пластины, он поднял одну:

- Ты где это взял? - в голосе звенело напряжение. На тускло-зеленую поверхности прилипли какие-то куски.

- Не наше?

- У нас не было...сыра.

- О нет, ты украл ловушку для крыс. Мы будем носить тебе передачки, - без сожаления в голосе, пообещала Даша. Заметив повышенное внимание, она решилась объяснить:- Середина тарелки смазана клеем, в сыре яд. Крыса отравится и не успеет отгрызть себе даже одну лапу, поэтому не убежит.

Я невольно нахмурилась. Звучало так, словно она это сочиняла на ходу.

- Разве это так работает? - нахмурился Максим.

- Конечно нет, я только что это придумала. Может, они Котов здесь кормили...

- Понял, - хором ответили Максим и грабитель.

Грабитель тарелок кивнул и перебросил через забор ловушку. Опешивший Сергей так и продолжил стоять, с приподнятой рукой. Тарелка с грохотом стукнулась о металлическое сооружение. Возможно, это было сараем.

Телефон завибрировал от входящего сообщения, напоминая, что проблемы ещё не закончились. Увлекая за собой Степана, для безопасности, пошла в сторону теплицы. Там точно никто уши греть не будет, слишком жарко и пахнет помидорами. Опустилась на корточки и набрала номер. Устройство к уху прижимать не стала, поставила громкую связь. Слушать в одиночку ругань я не собиралась.

- Надеюсь, ты скоро будешь дома, - раздался мамин шёпот из динамиков.

- Мам, боюсь, если ты к нам не приедешь, то встретимся только через пару суток.

- Во что ты встряла? - её тон сразу стал серьёзным и резким, хотя громче голос не звучал.

- Я сидела, в этот раз оно само...

- Здравствуйте, тёть Сана. - Улыбнувшись, Стёпа перехватил трубку и в красках описал сложившуюся ситуацию, на что женщина ответила хорошо подобранной бранью. Наши дела плохи. Он вздохнул:- Не надо ругаться при детях. Мы просто уйти особо никуда не можем. Только если в поле залечь...

- Не надо в поле, мне ещё искать вас полночи не хватало. Кир спит, прибуду одна в течении получаса.

- Мам, здесь ехать час минимум, даже без пробок.

- Засекай, кисунь.

Звонок завершился. Рассеяно улыбнувшись, поставила таймер на тридцать минут и нервно пожала плечами. И впрямь, в маме сомневаться было страшно.

Отряхнулись и встали. То же мне, защитники человечества. Вот всегда так, портачат они, а разгребаем мы. Проскользнули назад и захватили двоих:

- Вещи собираем и плавно вытекаем на улицу. Внимание не привлекаем, - почти не шевеля ртом, продиктовала план Максу с Дашей. Те решили не задавать лишних вопросах и кивнули.

Бросать всех ребят не хотелось, но было пока неизвестно, насколько кардинально собирается решить проблему мама. Может, просто заберёт нас. Полиция всё равно будет дольше ехать. Осмотревшись, не смогла найти взглядом Полину. По-хорошему мне следовало её найти, но этого делать не хотелось. Она уже взрослая, должна была сама разобраться.

Не успела я дойти до беседки, как нарисовался Максим с нашими рюкзаками. Не проронив ни слова, он протянул руку. Замешкавшись, сжала ладонь и позволила вывести себя на дорогу. В царившем напряжении никто на нас не обратил внимание. Кто-то пытался собрать вещи, другие - починить забор, но становилось только хуже. Там, в темноте, мы остановились и вслушались в стрекот сверчков.

- Как думаешь, правда вызовет? - спокойно уточнил Максим.

- Конечно, не в первый раз. Что? Мы просто окно ему немного разбили, только трещина пошла, он сразу в полицию. Но там по примирительной сошлись, окно ему заменили и всё. Ну и там, по мелочи.

- Тухло, - только и выплюнул он.

- Мама договорится, он заявление оформит, потом заберет. Ему штраф за ложный вызов платить не придется, и дело в ход не пойдет.

- Когда ты успела только стать уголовником?

- Со Степой не расслабишься.

- Опять он. Куда не плюнишь, в эту белобрысую голову попадешь.

Я попыталась ободряюще улыбнуться, но вспомнила, что лица друг друга при всем желании рассмотреть не сможем, поэтому чуть сильнее сдала ладонь. Через секунду, он сделал тоже самое, послав мощный импульс через всё тело, от которого сбилось дыхание.

Даже не пытаясь спрятать глупое выражение лица, помахала приближающимся Даше со Степой.

- Меня сейчас комары съедят, - пожаловалась Дарья.

- Меньше сладкого жрать надо. Конечно, они тебя едят, у тебя ни кровь, а сироп уже, - буркнул Макс.

- Да нормально всё у неё. Сейчас дихлофос из рюкзака достану, и можешь дальше есть сладкое, - не согласился Стёпа. Это вызвало беспокойство. У меня ни на секунду не возникла мысль, что он имел ввиду обычное средство от комаров.

- Даш, цени его. Он сам тебе на могилку конфеты приносить будет. А уже как конкретно ты их будешь есть, разбираться придётся самой.

- Вечно ты драматизируешь.

- Что? Не я же дражайшую сестру решил средством от тараканов полить. После такого конфет уже не очень хочется.

В темноте не видно было лиц, только общие очертания, но точно могла сказать, что Стёпа закатил глаза. Достав средство от комаров, он немного обрызгал девушку. Не настолько, что полностью избавить от насекомых, но достаточно, что скрасить её жизнь. Это не было жестом жадности, просто мама нас в машину не пустила бы.

Как там говорят? Вспомнишь солнце, вот и лучик?

Дорогу осветил свет фар и из-за поворота вывернула знакомая машина, остановившаяся ровно перед нами. Ребята отступили, и Макс попытался оттянуть меня назад, но тщетно. Оставшись стоять на месте, ощутила как колени обдало жаром. Таймер показывал, что до заявленных получаса осталось две минуты.

- С ума сошли? Чего на дороге стоите? - не заглушив машину, к нам вышла мама.

На ней была обычная толстовка и волосы собраны в хвост. В полутьме она была похожа на подростка больше, чем мы.

- Так, скажите остальным, чтоб сворачивались. Когда договорюсь, дом должен выглядит пустым.

Она брезгливо посмотрела на здание, и уточнив, с какими конкретно соседями проблема, скрылась в темноте.

Женщина вернулась через пятнадцать минут, но дальше калитки не прошла:

- Так, неудачные пробники человечества, вызываем такси. Через полчаса здесь должно быть темно и идеально тихо. Служители закона должны поверить, что здесь никого нет. Выметайтесь.

Все оторопело смотрели на неё, но маму они не заинтересовали. Повернувшись к нам, она кивнула на машину и хотела уйти, но за ней увязался Серёжа.

- Вы кто вообще? - стараясь оставаться вежливым, спросил тот.

- К сожалению, или счастью, тебя это не касается, - она положила тёплую ладонь мне на голову, и подтолкнула к машине. - Проблемы?

- Естественно. Вы взялись из не откуда, командуете, как будто так и надо. Конечно есть вопросы.

- Если есть большое желание - можете остаться здесь, я вас ни к чему не призываю, вы осознанные создания. Но будут еще претензии - у меня не встанет этический вопрос о том, что можно делать с тобой, а что нет.

Стараясь не обращать на это внимание, открыла заднюю дверь и махнула рукой ребятам, предлагая сесть. Той ситуации я помочь никак не могла, мама никогда не любила детей, особенно подростков среди ночи, а попасть под горячую руку не было никакого желания.

У Сергея быстро сдались амбиции и желание поспорить, и тот скрылся за забором, где сейчас был более полезным. На лице мамы было написано всё раздражение, которое она испытывала по поводу этого вопроса и мы постаралась побыстрее занять свои места.

Перед тем, как закрыть дверь, бегло осмотрела высыпавшихся на улицу ребят, но Полину так и не заметила. На один миг мне показалось, что её никогда и не было, я просто ее придумала. Заставив себя снова сделать вдох, зажмурилась. Нет, с ней же говорили остальные, даже мама. Моя фантазия не настолько хорошо работала.

Опустившись за руль, она посмотрела на нас через зеркало заднего вида и уточнила:

- Ребенок владельца этой земли?

- Да, - кивнул Степа с переднего сиденья.

- Ясно, я то думала, почему меня так лицо его раздражает. А это от него вечные проблемы.

Машина двинулась плавно, почти неощутимо. Бесшумно работал кондиционер. Заняв сове любимое место, Степа оперся головой на стекло и вел себя подозрительно тихо, вяло отвечая на мамины вопросы. Даша сидела прямо за водителем и смотрела в окно. Музыку мама почти никогда не включала, поэтому завязавшейся между ними разговор, был единственным звуком. Расслабленно съехав вниз по спинке, обтянутой мягкой кожей, сцепила друг с другом руки. Просто так, сейчас они даже не дрожали. Наши с Максом колени соприкасались, но он либо не замечал этого, либо ему было всё равно. Он смотрел то на маму, то в лобовое стекло.

Ну и ладно. Словно мне больше всех надо было. Машину повело влево, когда пропускали такси. Придержавшись за заблокированную дверь, последний раз посмотрела на его задумчивое лицо и опустила взгляд вниз, от чего смутилась того, что "по-мужски" широко раздвинула ноги, в то время как остальные сидели нормально. Не зная куда деться, подняла одну ногу на сиденье, поправляя давно радвящавшиеся шнурки.

- Куда ноги на сиденье? - возмутилась мама.

- Да как ты всё видишь?

- Я не вижу, а чувствую и слишком хорошо тебя знаю. Машина только после автомойки итак по полям едет. Она все равно будет не серебристая, а серая, как мышь. Не добивай ситуацию.

- Ты всё ещё можешь меня выгнать. Доберусь сама.

- Обязательно, автостопом до города. Как выживешь - напишешь, - усмехнулась та и продолжила беседу.

Воздержалась от того, чтобы показать ей язык и всё-таки села нормально. Как леди сложив руки на колене. От нечего делать сверлила глазами затылок Степы, частично скрытый подголовником селения. Когда он только успел так устать? Чуть не вздрогнула, когда что-то тёплое коснулось кожи. Удивлённо повернулась к Максу. Тот подцепил пальцем край моих шорт и медленно вернул ногу на исходное положение. Так, чтоб наши колени уверенно соприкасались. На меня он не смотрел, внимательно следя за мамой, отпустил ткань и не делая лишних движений, коротко сжал ладонь. Крепко и быстро. И тут же убрал её от меня.

Улыбка сама расцвела на щеках.

- Стесняешься? - почти беззвучно посмеялась.

- Я не хочу идти пешком, - так же тихо ответил тот, наконец, посмотрев мне в глаза.

- Из нас двоих она меня высадит, не переживай.

К тому моменту, как к нам на встречу выехала полицейская машина со включенными мигалками, я пересела так, чтоб наши плечи тоже ненавязчиво касались друг друга, но смотрели мы в разные стороны.

Странно, но назад мы ехали ровно час. Как она успела тогда преодолеть расстояние минут за двадцать пять? Три минуты по-любому ушло на то, чтобы одеться и выйти. Чудо-женщина, а не родитель, честное слово.

- Иди, проводи друзей нормально, - скомандовала мама, когда мы подъехали к дому ребят.

- Я их и в машине могу обнять, - попыталась возразить, но против красноречивого взгляда мамы аргументов не нашлось.

Даже Степа вышел, чтоб обняться с Дашей и пожать руку её брату. Тоже прижала к себе девушку, обещая, что обязательно встретимся в понедельник, чтоб не зря провести летние каникулы. Объятия Максима вышли длинее. Он крепко сжал мою спину и уперся подбородком в мою макушку.

- Не пропадай только, - прошептал он мне на ухо и отстранился.

- Куда я могу деться?

Тот закатил глаза и ударил по плечу. Когда вернулась в машину, Степан уже занял своё родное место на переднем сиденье.

- Степаш, тебя к себе или...- тронув его за плечо, тихо спросила мама.

- Или. Было бы очень славно.

Никто причину спрашивать не стал. Захочет - сам расскажет. Но, видимо, случилось что-то серьёзное, ведь он предпочёл, чтоб ему постелили на полу в моей комнате.

Уже лёжа в постели и вслушиваясь в мерное дыхание спящего на полу Степы, вспомнила, что напрочь забыла про Полину. Не о том, что надо было как-то взять её с собой, просто про её существование.

Слишком много необычных событий случилось впоследние два с половиной часа. Ещё и мама, со своим "Ты же помнишь, что я тебя смертельно сильно люблю?" перед сном. Всё это выглядело очень странно. Признаться, уже начала скучать по привычному одиночеству и спокойствию.