Глава 7. Хуже не бывает
Происходило что-то страшное... Черное небо со свинцовыми облаками. Ураган, который движется на город. Люди, не разбирая дороги, бегут куда подальше. Но бежать некуда – стихия настигнет всюду.
- Эй, что за черт? – крикнул слугам Фостер, который только проснулся, но в доме уже не было никого кроме мирно спавшего Смита. Все убежали, пытаясь спастись. – Теодор, живо вставай! Времени нет.
- Что происходит, сэр? К чем такая спешка?
- Посмотри, что происходит за окном!
Недолго думая, Фостер и его помощник буквально вылетели из дома и бросились бежать. На лицах всех встречных был ужас. Но самое страшное – это не погода. На небе был видна огромная фигура.
- Неужели..? – растерянно начал Смит
- Да, это он самый. Пришел за нами, черт.
- Сэр, он не один! Приглядитесь! Женский силуэт, черный волосы. Это Руби! Боже мой, - был в ужасе Смит.
- Вот они! Держи их! – небо содрогнулось от голоса Эванса-старшего.
- Слушаюсь, повелитель, - повиновалась ему Руби. Подняв свои нежные руки кверху и произнеся несколько заветных слов, Руби подчинила себе ближайший смерч и направила его в сторону Фостера и Смита. Смит в ужасе дрожал, а Фостер пытался в спешке что-то придумать.
- Выход есть только один, Теодор, - решительно сказал Фостер, сбрасывая свой черный пиджак.
Выставив одну ногу вперед, он начал размахивать руками и делать непонятные жесты-символы. Фостер достал из кармана перочинный ножик и сделал надрез на руке, из которого начала капать кровь прямо на землю. Он начертил кровавый круг вокруг себя и тут случилось что-то невероятное. Аура Фостера окрасилась в черный. Всю эту мглу он направил в небо, а точнее на Эвансов. Он прикладывал невероятные усилия и все время не переставал произносить магические слова.
Смит стоял в стороне и не знал, что ему предпринять. Фостер не упокоился, пока не нанес смертельный удар Деррику. Тот упал, словно пораженный стрелой, к ногам Фостера, а Руби просто испарилась – мертвые не могут умереть во второй раз.
Но и для Фостера использование этой зверской силы не прошло бесследно. Ноги его подкосились, и он начал кричать от боли. Вокруг него собрались жители города, но ему становилось все хуже и хуже... В конце концов, когда Фостер был уже в шаге от смерти и начал кашлять кровью, Смит решился на отважный шаг. «Его жизнь точно ценнее, чем моя. Он ведь руководитель, а я всего лишь его пешка», - думал он, начиная обряд жертвоприношения.