глава 4
Никто не понимал, что случилось, ведь у гарпуна не было функции автоматического сматывания...
Абрам предположил, что корабль накренился, и тело просто сползло за борт, увеча за собой гарпун с прокушенной верёвкой. Все согласились, забыв что уже вторые сутки стоял штиль. Чтобы поскорее забыть о грустном, решили разделать кита. К вечеру требуха и кости лежали на дне, а куски мяса были аккуратно разложены на столе. Первым есть вызвался подвыпивший Джозеф. Он зажёг гриль и достаточно проворно зажарил килограммовый кусок мяса. Поставив себе тарелку, положив рядом вилку и нож, Джозеф принялся есть мясо. Судя по тому, что тарелка окрасилась в красный, Джозеф любил прожарку "с кровью''. Он ел, не стесняясь уставившихся на него друзей. Более никому есть не хотелось. Ян предложил вернуться назад. Все единогласно его поддержали. За штурвал встал Ёрген, в картах разбирался только Абрам, Ян наблюдал за приборами, Жозеф поднимал настроение. Так распределились роли. Но настала ночь. Та ночь, которой пока никто не боялся. Тусклый свет лампочки накаливания освещал центр комнаты Джозефа. Ему не спалось. Болел живот. Джозеф решил сходить за бутылочкой вина, дабы исправить положение, но дверь открыть не смог. Иллюминатор на двери был закрыт снаружи. Джозеф решил было громко возмутиться, но наружную дверцу иллюминатора резко смяло, а в дверь вонзился, пробив насквозь, ржавый гвоздь. У Джозефа в горле застрял ком. Он потянул руку к ручке двери, но прямо над ней, в сторону руки Джозефа, появился ещё более длинный ржавый гвоздь. Джозеф был на волоске от истерики. Куда бы не протянулась его рука, или любая другая часть тела, ей навстречу вбивали, ещё более длинный чем предыдущий, ржавый гвоздь. Джозеф заметил, что лампочка даёт всё более яркий свет. Кто-то увеличивал мощность лампочки в его каюте. Джозеф закричал. Он увидел щель, освещённую светом лампы, а в щель смотрел большой, чёрный как сама ночь, глаз. Зрачков у него не было, но Джозеф понял, что оно смотрит на него. В этот момент лампочка взорвалась от перенапряжения. Осколки вонзились Джозефу в спину. Пружина, не остыв, упала прямо на кровать Джозефа. Начался пожар, а тушить его было не чем. Осколки в спине Джозефа расплавились, одежда загорелась. На всё это смотрело нечто, что заперло и зажарило его в собственной каюте. Утром друзья обнаружили полностью сгоревшую каюту Джозефа и его труп, из которого всё ещё текла кровь...
ОСТАЛОСЬ 3 ЧЕЛОВЕКА